Смерть Атоса

Ему всегда казалось, что он умрет не так, не в грязной луже, не способный ни пошевелиться, ни крикнуть. Он должен был погибнуть благородной смертью - со знаменем в руке, сражаясь за короля, или быть исполнителем справедливости, сражаясь за друзей, ценой собственной жизни. Но не в грязи, не в бесславии, не в одиночестве... Дышать было невозможно трудно, и он делал над собой усилие, подчиняя своей воле грудную клетку, насильно заставляя ее вздыматься, вбирать воздух и затем выдыхать его. Он дышал, хотя и понимал, что это эти потуги жить бессмысленны - его живот разворотило снарядом и остаются считанные минуты, прежде чем ангел смерти приберет его к рукам. Боли не было - шок и опустошение лишили его этого чувства. Где-то вдали шумело сражение - ещё одна бессмысленная бойня в этой бесконечной войне, развязываемой Францией, но там, где оставался Атос земля была окутана тишиной. Тишина и покой обволакивали его, уговаривали закрыть глаза, не сопротивляться гармонии природы, но он не соглашался. Он ждал. Его наитие уверяло его, что еще рано сдаваться, и он продолжал имитировать существование, хватался сломанными руками за жизнь, пытался дышать...Проходили мгновения, минуты, часы, дни, года, века, а он все продолжал жить и ждать чего-то, а война все не заканчивалась, и где-то там вдали, в шуме сражения, люди кричали от боли и ярости, воюя за короля, за Францию, за Англию, за ненависть к своему противнику... Но вот вечность Атоса начала заканчиваться, и он почувствовал, что сознание оставляет его, а легкие больше не подчиняются его приказам. Краем глаза он увидел приближающегося человека - тот окликнул его по имени, и голос его, до боли знакомый, был полон смертельного ужаса. Человек рухнул на колени, и солнечный луч озарил его залитое слезами прекрасное лицо. Слезы блестели белыми искрами, словно бриллианты осыпающие бархатную кожу. - Атос... Руки, мягкие, нежные трепетно коснулись его лица, и наитие подсказало, что он ждал именно этого касания, чтобы покинуть жизнь. Но глаза Арамиса все взывали к нему, просили не сдаваться, не зная, что он уже исчерпал все свои силы. Последним усилием Атос поднял уголки губ, и обратил к нему слабую улыбку, в которой ему даже не удалось выразить ту любовь и нежность, что он испытывал к Арамису, и после этого он навсегда потерял контроль над своим телом. Последнее, что он увидел перед смертью были голубые глаза - самые красивые, искренние и самые любимые глаза, исполненные бесконечной тоской. Как ему хотелось изгнать из них эту нещадную щемящую боль! Но сознание его померкло и провалилось в беспроглядную пустоту, и последняя мысль исчезла в этой бездушной бездне.