Шоколад

      Кусочек шоколадного торта был аккуратно положен в белое гладкое блюдце, размером, наверное, с раскрытую ладонь, половина лакомства, естественно, выступала за края посуды, но женщине было абсолютно плевать на это. Шепард улыбалась, широко и как-то даже по-детски, улыбалась и до этого, отрезая этот смачный кусок шоколадного торта.       На часах, встроенных в омни-инструмент, показало около 3:47 утра. «Норманди» спит, и вся её команда тоже. Нет ни шума в медотсеке, Доктор Чаквас ложится ближе к полуночи, если нет ничего серьёзного; двери каюты Лиары и вовсе не открывались больше семи часов подряд.       Шепард прикусила губу, а затем ловко слизнула с пальца шоколадный крем, которым она испачкалась из-за торопливости, и хотела было слизать уже остатки и с ножа, если бы её не окликнули. Точнее, не тронули. За плечо. Трехпалой рукой, почти в четыре часа утра. — Твою мать, блять, — сорвалось с губ женщины и она вздохнула, быстро обернулась и замахнулась, а затем увидела причину своего беспокойства. И начала злиться. — Ты совсем, что ли, Вакариан? Время видел? — Это ты у себя спроси. — парировал он, и Алан нутром чувствовала, как этот сукин сын улыбался, и улыбался довольно, как сытый кот, объевшийся сметаны. — Подворовываешь провизию, милая? — Иди ты, — Шепард хмыкнула и вновь повернулась к столешнице, отложив нож, и потянулась к вилке. Гаррус наблюдал за ней, подвинувшись ближе и, наконец, приобнял со спины. — Выглядит вкусно. — А то, — улыбается Алан, вилкой отламывая довольно большой кусок от и без того внушительного куска торта, — шоколадный настоящий торт. Ты бы знал чего мне стоило петлять по улицам Цитадели, выискивая нормальную пекарню с выпечкой, предназначенной для людей. Честное слово, целое, блять, приключение. — Не сомневаюсь. — тянет турианец и обнимает женщину крепче, и порывается положить подбородок на макушку Шепард, но та оборачивает голову на него, не переставая улыбаться. И он возвращает ей эту улыбку. — Ты только никому не говори, что видел меня за подобным занятием, ладно?       Мужчина рассмеялся на этот вопрос и после получил очень болезненный удар локтем под дых. Конечно он не собирался никому рассказывать. Да и зачем? Он сам радовался, когда заставал любимую за подобного рода занятиями, приносящими удовольствие. Чаще всего это было связано с едой. Гаррусу помнится, что из-за подобного типа питания может развиться гастрит. Кажется, это так у людей называется. И он не сомневался, что у Шепард этот гастрит уже есть. Учитывая, как она питается и что в принципе её в нормальное время для приёма пищи в столовой не застать. — Не скажу, не волнуйся. Я и так должен тебе коробку пончиков. — Да? Я уже и забыла, — и после этих слов Шепард отправляет себе в рот ещё бОльший кусок торта, чем предыдущий.