Что заставляет проявить инициативу

Нанния так сильно устал на них натыкаться повсюду. В смысле, реально повсюду, Киро умудрился притащить своего мужика даже в его библиотеку. Даже если библиотека была императорской, все равно Нанния уже занял ее, да и он теперь принадлежит к императорской семье и… Не суть важно! Факт состоял в том, что прямо сейчас Нанния, доведенный до крайнего уровня ярости, искал по всему замку Энлиля, чтобы тот разбирался со своей подружкой сам. Всего минуту назад состоялся самый раздражающий диалог в его жизни. — Ты просто завидуешь, — Киро, прижимающийся к груди Дэона, которому даже хватило такта и воспитания прикрыть лицо ладонью, был достаточно испуган, чтобы не улыбнуться при этой фразе. — Я не большой фанат, — Нанния вздернул голову, высокомерно оглядывая парочку, которую он нашел за своим любимым стелажом, — лобызаться по углам. — А ты пробовал? Дэон, до этого пытавшийся запахнуть халат на Киро, поправить собственные волосы и стыдливо прикрывающий лицо, шикнул на последнего, явно ощутимо сжав руку на его боку, но Киро даже бровью не повел, уж слишком смело встречая взгляд раздраженного Наннии. — Мы немедленно уйдем, — Блэр все же взял все в свои руки, в том числе своего супруга, пытаясь быстро убраться восвояси, — мне жаль, что мы доставляем такие неудобства. — Больше контролируй свою женушку. — Вот и я Энлилю тоже сам-м-м-м! – ладонь на рте очень вовремя прервала Киро, которого Дэон волочил к выходу. Нанния тогда даже остался на недолгие половину луча в библиотеке, пытаясь подобрать необходимый материал для составления учебника по зельеварению, но вместо реакции корней златоглавки на стружку труболиста в его голове клокотала злость и возмущение. Нанния никогда не позволял себе подобного поведения в их возрасте! Тем более, до возраста Киро он еще галимо не дожил. И даже если он этого не позволял, это совсем не делает из него церковника или ханжу, он просто… просто… Так чертовски выведен из себя, что работать сейчас точно не получится. Так что теперь Нанния как раз сворачивал в сторону кабинета императора, куда его вел магический след. — Привет, — Энлиль отнял взгляд от записей, слабо улыбаясь, но, когда увидел взбешенного Наннию в дверях, резко подобрался, — что случилось? — А разве что-то случилось? Грохнувшая за спиной Наннии дверь явно говорила, что без инцидента не обошлось. Энлиль быстро перебрал в голове, что успел сделать за сегодня и в чем он мог так оплошать, но на ум ничего не приходило. Даже тогда, когда его вроде как любящий и не желающий ему смерти муж оказался от него не через стол, а совсем рядом, по правую руку. — Ну и чего ты замер? – Нанния с психу дернул на себе пояс, поставив колено на край кресла Энлиля, — давай раздевайся. Энлиль хотел сначала спросить, что происходит, но благоразумно промолчал, пока только молча смотря на Наннию. Не часто увидишь, как тот срывает с себя одежду, сосредоточенно ругаясь себе под нос. Энлиль был одновременно и встревожен, и в восторге. — Ты что, оглох? О, боги, — Нанния закатил глаза, бросив свои тряпки и потянув руки к завязкам на императоре, — хорошо, не хочешь мне помогать, я сам разберусь. Смахни эти чертовы свитки со стола! Нанния дернулся, слабо толкнув его ладонями в грудь, когда Энлиль медленно поднялся, вставая напротив. Одной рукой он действительно столкнул все, что было рядом на его столе, а второй заправил волосы Наннии ему за ухо, разглядывая его нахмуренное лицо и покрасневшие уши. — Эй, спокойнее, — он уложил обе ладони на чужие бедра и посадил его на стол, встав между разведенных ног, — я никуда не денусь. — Еще бы, — Нанния обнял его за шею, укладываясь на столешницу и утягивая его за собой, — ты куда-то делся. Я велел раздеваться, котик. Энлиль не знал, что именно случилось, но на всякий случай поблагодарил в голове вино, всех богов и Киро, угадав только в последнем, но долго возводить молитвы ему не позволили, утянув в поцелуй и забросив ноги на его бедра.