Lay still, restless

1.       Томми проснулся задыхаясь. Он оставался напряженным, в попытках набрать побольше воздуха, но все же сумел расслабился, стоило заметить, что находится в своей комнате. Страх, навеянный кошмаром, исчез.       Томми все еще был слишком взволнован, чтобы вновь заснуть. Потому он, схватив Генри-плюшевую игрушку, встал с кровати. Босые ноги двигались по холодному полу, пока он медленно шел в комнату Уилбура.       Стороннему человеку может показаться странным, что Томми направился к своему старшему брату, а не отцу, за утешением после плохого сна, но для Томми это было нормой.       Уилбур подходил для роли отца куда больше, нежели Фил когда-либо. Томми, толком, даже не знал Филзу, потому что он всегда уезжал на месяцы вместе с Техно и возвращался всего на пару деньков, прежде чем отправиться куда-то вновь.       Томми радовался, когда они возвращались домой, потому что мог пообщаться с Тэхно.       Временами Тэхноблэйд мог обучать Томми бою и младший всегда был рад этому.       Филза тоже был частью этого; изредка он рассказывал истории о своих путешествиях, взъерошивая мальчишеские волосы. Это было весело, но Томми не нравилось, то, каким грустным казался Уилбур, находясь рядом с Филом. Возможно это было потому, что ворон* всегда относился к старшему сыну с пренебрежением.       Как в тот раз, когда Уилбур попытался сыграть отцу песню, в которую вложил много времени и сил, а Фил, прежде чем уйти по своим делам, просто сказал ему: «Может попозже, Уил».       В тот день Филза так и не услышал новую песню Уилбура.       Так что да, Фил не очень часто появлялся дома.       Подросток наконец-таки добрался до комнаты Уилбура и открыл дверь, направляясь к кровати своего брата. Шатен спал, поэтому Томми начал трясти его за плечо, дабы разбудить.       Уилбур открыл карие глаза и начал сонно осматриваться по сторонам, в конце концов его взгляд остановился на младшем брате: «Томми? — парень потер свои глаза руками, — Что-то случилось?»       Томми нервно зашаркал ногами, сжимая в руках Генри: «Мне приснился кошмар» — прошептал мальчик.       Уилбур кивнул, а его глаза наполнились сочувствием: «Ладно, иди сюда,» — сказал он, освобождая место на кровати, чтобы Томми сумел лечь рядом с ним. Блондин лег, уткнувшись лицом в грудь брата. Ощущение его рубашки, касающейся щеки, дарило комфорт.       Брюнет нежно улыбнулся, кладя свою руку на мягкие светлые волосы Томми и нежно гладя их. Он закрыл глаза, начиная рассеянно напевать успокаивающую мелодию. Младший расслабился; нежная вибрация груди Уилбура и мелодия убаюкивала его. «Спокойной ночи, Томс» — Томми почувствовал нежный поцелуй на своем лбу, прежде чем провалиться в Царство Морфея.       Той ночью ему больше не снились кошмары. 2.       Томми не мог заснуть.       Он перекатывался с боку на бок, пытался считать овец, но ничего из этого не помогало.       Оглушающая тишина в комнате также не помогала заснуть.       Как сильно Томми не пытался, он не мог заснуть, а все из-за этого глупого кошмара.       Воспоминания о тесной обсидиановой комнате захватывали его разум всякий раз, когда он закрывал собственные глаза. Кнопка, предатель, а затем паника. Он помнил крики и внезапную боль в спине, когда его пронзил меч.       Это событие до сих пор оставалось четким в его памяти из-за того, что это произошло около месяца назад.       Раздраженно фыркнув, он встал с постели и прошелся по недавно построенному дому, в котором сейчас жил с Уилбуром (у него все еще был был свой дом за пределами Л’мамбурга, но ему, время от времени, нравилось оставаться здесь на ночь). Томми бездумно шагал, пытаясь прогнать воспоминания из своей головы. Подросток остановился напротив двери, ведущей в комнату Уила (которая также являлась кабинетом), когда он услышал приглушенный шум, доносящийся из нее.       Подойдя ближе тот услышал чью-то игру на гитаре. Звук был тихим, поэтому Томми не сумел услышать его из своей комнаты. Музыка казалось прекрасной, но блондин не знал, почему Уилбур еще не спал в столь позднее время. Он заколебался, прежде чем постучать по двери: «Уил» — позвал он.       Музыка резко прекратилась и Томми услышал, приглушенные шаги которые приближались к нему. Дверь со скрипом открылась и из-за нее показался Уилбур. Его волосы были взлохмачены, а синий костюм Л’мамбурга не был на нем; только белая рубашка, которую он обычно носил под ним. «Томми? — спросил Уилбур, приподняв брови — Тебе стоит пойти спать. Уже поздно»       Томми пожал плечами, ответив: «Мне приснился кошмар».       Взгляд Уилбура смягчился, казалось, он задумался на несколько секунд: «Окей, можешь войти». — Он отошел в сторону, давая Томми возможность пройти в комнату. В ней творился беспорядок: бумаги были раскиданы повсюду, одеяло лежало на полу. «Почему ты не спишь?» — Тихо поинтересовался младший.       Выражение лица Уилбура стало темнее: «Не беспокойся об этом» — пробормотал он.       Сочувствие заполнило блондина. Выглядело так, словно у них были одинаковые преграды, мешающие уснуть. (Хотя Уилбур никогда не признал бы, что у него есть проблемы.) Томми ничего не сказал, вместо этого он просто кивнул.       Шатен улыбнулся ему: «Ты хочешь, чтобы я сыграл тебе что-нибудь? — мягко спросил он, — это всегда помогало тебе заснуть, когда ты был помладше.» «Ну, ты все еще ребенок, но ты знаешь, что я имею ввиду» — пошутил Уилбур. «Я уже не ребенок! — воскликнул Томми — Я взрослый» — гордо добавил он. «Да… но ты все еще можешь сыграть» — промямлил он смущенно.       Уилбур улыбнулся, отводя младшего к кровати. Он поднял одеяло, до этого лежащее на полу и накинул на него, после взяв свою гитару. Сев на кровать, шатен начал наигрывать нежную мелодию.       Блондин положил свою голову на мягкую белую подушку, лежащую на кровати. Уилбур же начал мягко мычать. Мелодию Томми узнал сразу — это был гимн Л’мамбурга, но, до него, была другая мелодия, которую Уилбур написал специально для младшего, дабы тому было легче заснуть. Томми почувствовал как, под голос Уилбура, его веки начали слипаться.       Он услышал мягкий смех Уилбура, а затем почувствовал, как рука старшего нежно взъерошила блондинистые волосы: «Спокойной ночи, Томс, — прошептал шатен. — Мы выиграли войну. Теперь все будет хорошо. — Уверенно сказал Уилбур. — Обещаю.»       Томми был абсолютно уверен в правдивость Уилбурских слов. Все будет хорошо.       Он спал спокойно всю ночь. 3.       Была середина ночи, но Томми все еще не мог заснуть. На этот раз никакие кошмары его не мучили, но блондин слишком нервничал, чтобы отправиться в царство Морфея.       Результаты выборов будут будут объявлены завтра. Ему хотелось верить, что жители Л’мамбурга проголосуют за POG2020, но он все равно беспокоился о завтрашнем дне.       Помощник президента подумал, что, возможно, немного свежего воздуха поможет ему успокоиться. Он вышел на улицу и направился в сторону большой стены. Томми не рассчитывал увидеть прислонившегося к стене Уилбура.       Тот выглядел… усталым. Его волосы были растрепаны форма была помята, а он сам казался слишком бледным. Лицо Уилбура приняло более здоровый оттенок, стоило ему увидеть младшего.       Томми помахал ему, подходя ближе. «Уже поздно,» — тихо промолвил Уилбур.       Блондин прислонился к стене, отвечая: «Я не могу заснуть». «Я… нервничаю насчет результатов, — признался Томми, нервно пнув камень, лежащий на земле. — Я имею ввиду, что мы точно выиграем, потому что мы лучшие, — с фальшивой уверенностью сказал он, — но…» — парень замолчал.       Томми напряженно опустил голову: «Что, если мы проиграем?»       Уилбур тяжело вздохнул: «Тогда… мы должны надеяться, что партия-победитель сможет правильно управлять страной». «Надеюсь Шлатт не выиграет потому что… ну, ты знаешь его.» — пробормотал Уилбур. Томми согласился с ним. «Теперь иди спи» — попытался уговорить его старший. Томми на мгновение задумался, прежде чем обнять шатена. Тот на секунду растерялся, прежде чем обнять в ответ. «Авв, Томми,» — заворковал (еще) президент. «Заткнись, придурок,» — ласково проворчал Томми. Уилбур начал напевать гимн, как обычно, когда помогал Томми заснуть. Младший почувствовал, как его веки начали становиться все тяжелее, в то время как другой парень продолжал петь. Этим он напомнил Томми мурлыкающего кота.       В конце концов Уилбур разорвал объятья: «А теперь точно иди спать. Ты устал». «А ты?» — сонно спросил Томс.       Уилбур задумался на секунду, прежде чем ответил, взъерошивая волосы младшего: «Я буду в порядке. Все будет хорошо». — Уилбур попытался звучать спокойно, но Томми смог расслышать как его голос дрогнул, но, несмотря на это, он верил старшему.       Он вернулся в общий дом вместе с Уилбуром и направился в свою комнату. Заснуть он сумел довольно быстро.       Разговор с Уилбуром успокоил его. Все будет хорошо. Так сказал Уилбур, а он ошибался редко. 4.       В ущелье всегда было холодно. В прямом и переносном смысле: буквально из-за низкой температуры, а в переносном из-за вечно напряженной атмосферы.       Завтра 16 ноября. День когда они вернут себе Л’мамбург или попытаются.       Томми вздрогнул; старое потрепанное одеяло делало, буквально, ничего для того, чтобы спасти от холода. Его спина болела из-за сна на каменном полу.       Неуверенно вздохнув, он сел, уперевшись о стену. Остальные сейчас либо спали, либо отсутствовали в Погтопии.       Голова блондина резко сменила положение, когда он услышал чьи-то шаги. Ему казалось, что все спят. Подросток встал на слегка дрожащие ноги и направился в сторону звука.       Встретил его вид Уилбура, ходящего взад-вперед по одному из углов ущелья, вдали ото всех остальных. Шатен повернулся к нему, когда услышал, что тот приближается к нему. В его глазах плескался страх, который пропал, стоило ему узнать в подходящей фигуре Томми. «Это ты,» — со вздохом сказал он. Томми неуверенно кивнул. Теперь, увидев лицо старшего, он не мог не заметить насколько усталым он выглядел; под его покрасневшими глазами покоились почти что черные мешки, каштановые волосы спутались, а щеки нехило так впали.       Уилбур отвернулся от Томми прохрипев: «Тебе стоит пойти поспать».       Заметив, что он не ответил на вопрос, блондин нервно заерзал: «я… не могу, — пробормотал он, — холодно».       Со вздохом Уилбур сел на землю, откинув голову на каменную стену: «а, ну да». — согласился он. «Здесь так холодно,» — прошептал тот настолько тихо, что Томми едва ли сумел расслышать фразу.       Уилбур посмотрел на своего младшего брата, похлопав рукой по месту рядом с ним, приглашая Томми сесть рядом на полу, что он и сделал. Шатен наклонился, кладя подбородок на блондинистую голову, Томми на секунду напрягся, прежде чем уместиться на груди старшего.       В последнее время Уилбур был… далек от него. Он хотел взорвать Л’мамбург и Томми не был большим фанатом этой идеи, но также тот начал вести себя… блондин даже не знал как это описать.       Томми ненавидел видеть своего брата таким… встревоженным. Видеть как его, когда-то теплые карие глаза, были наполненные грустью было хуже, чем оказаться в комнате с кнопкой снова.       Блондин надеялся, что после их победы Уилбур вновь станет счастливым. Они уберут всю взрывчатку из-под Л’мамбурга и их жизнь вернется в нормальное русло.       Обняв Томми, шатен начал тихо петь. Блондину не составило труда понять, что это был гимн, который тот всегда пел в подобных ситуациях. Томми зевнул, уткнувшись в грудь старшего, и сон почти что сумел охватить его, когда он сонно пробормотал: «Если мы завтра сумеем одержать победу, ты снова сможешь стать президентом, а я могу стать твоим вице-президентом». «Шлатт слабый и на нашей стороне больше людей. — Томми замолчал на секунду, — Все будет в порядке, ведь так?» — спросил устало младший. Он почти уснул от того, что Уилбур нежно взлохматил его волосы. «Томс, спи,» — прошептал Уилбур. Томми заснул, но не сумел пропустить мимо ушей то, как дрожал голос старшего. 5.       Томми обнимал себя, наблюдая за дождем. Он был в своей палатке, так что он, к счастью, не промок.       Слезы стекали по щекам. Было поздно, но он все еще не спал.       По крайней мере, Дрим ушел от него на ночь. Он вернется завтра, чтобы помучить Томми.       Но сейчас его нет рядом. Внутри блондина начался конфликт: Дрим ему не нравился, но он не хотел быть в одиночестве. Потому что без Дрима ему было очень одиноко. (И это то, чего хочет Дрим. Он хочет, чтобы Томми остался один.)       Томми вздохнул, продолжая вяло наблюдать за непрерывно льющимся дождем. Вдруг он услышал шипение и краем глаза заметил желтый цвет. «Гостбур?» — промямлил Томми.       Улыбаясь, Гостбур помахал парню: «Привет, Томми!» — весело сказал призрак. «Гостбур, — воскликнул Томми, — ты плавишься! — Томми лихорадочно указывал на себя и палатку. — Иди сюда, залезай в палатку!»       Призрак подлетел и сел рядом с Томми. Синий медленно капал из его рта, пока тот смотрел на Томми немигающими белыми глазами. «Почему ты стоял под дождем?!» — громко спросил Томми. «Я искал тебя! — весело объяснил Гостбур, продолжая смотреть на блондина. Пока он говорил, синий вытекал из его рта сильнее. — Думаю, меня не было здесь пару дней».       Томми кивнул: «Я-я рад, что ты сейчас здесь, Уил- Гостбур.» — сказал Томми, сразу же исправляя свою оговорку. Он тяжко вздохнул, кладя подбородок на колени.       Призрак, должно быть, заметил, что Томми был расстроен, потому что через мгновение подросток почувствовал, как холодные руки схватили его. У блондина перехватило дыхание. Когда он в последний раз обнимался с кем-то? Томми не мог вспомнить. По его щекам начали стекать слезы. Может Гостбур и был холодным, но при этом смог заставить Томми почувствовать тепло в середине.       Гостбур аккуратно переложил голову Томми, чтобы та лежала на его груди рядом с ключицами. Томми крепко сжал жёлтый свитер призрака, с синими пятнами, продолжая плакать. Призрак поцеловал Томми в лоб, оставив там небольшой синий след, а после начал тихонько напевать. Голос призрака был хриплым, и иногда прерывался кашлем. (Это случилось, скорее всего, из-за того, что при жизни Уилбур вдохнул слишком много пороха и это подействовало даже на его мертвую версию. Томми не был уверен.) Но для блондина это был самый утешительный звук в мире.       Гостбур не сильно покачивал Томми во время пения. Сочетание мягкого, хриплого, призрачного голоса и нежных движений заставили Томми закрыть глаза и наконец отдохнуть. +1.       В этот раз Томми за правду спал мирно, пока громкий вскрик разбудил его.       Сев, он осмотрелся вокруг, но не сумел обнаружить ни намека на опасность: была спокойная ночь.       Блондин вновь услышал крик, голова парня повернулась в сторону звука. Он увидел Уилбура, ворочавшегося во сне. Неужели именно старший издавал звуки? Догадки Томми подтвердились когда он заметил, как рот старшего открылся и спустя мгновение тот закричал.       Оу… ему, наверное, стоило разбудить того, верно?       Томми слегка коснулся плеча шатена, после несильно толкнув того: «Уил, тебе стоит проснуться, мужик,» — громко сказал он.       Глаза Уилбура резко раскрылись. Он, с той же резкостью, сел, издав тяжелый вздох. Казалось, его глаза были стеклянными, но в тоже время наполненными паникой. Старший немного расслабился, стоило ему заметить Томми. Седые волосы падали ему на глаза, закрывая их, пока тот тяжело дышал. Вырвавшись из объятий паники, он отскочил к стене форта.       Томми съежился: он был не лучшим в успокоение людей, но пытается сделать все, что было в его силах.       Подойдя ближе к Уилубру, он опустился на колени: «Все впорядке просто дыши,» — сказал блондин, нерешительно кладя руку на плечо старшего. К удивлению Томми, вместо того, чтобы шарахнуться прикосновения, Уилбур, наоборот, приластился к нему. Красные глаза уставились на блондина. Тот задумался на несколько секунд, прежде чем обнять старшего. Он услышал вздох, прежде чем шатен положил голову на плечо подростка.       Томми почувствовал щетину, которая щекотала его щеку и слезы, текущие по его шее. Собравшись с силами, он спросил: «У тебя б-был кошмар?»       Уилбур кивнул, тяжело вздохнув: «Станция метро,» — проскулил он.       Это было все, что Томми нужно было знать.       Лимбо* было ужасным местом. Блондин помнил темную пустоту кошмары о которой мучили его весь месяц после воскрешения. Спасибо прайму, те больше не мучали его. Он понимал как Уилбур, должно быть, сейчас чувствует себя. «Все впорядке. Ты больше не там,» — старшего все еще трясло, но слезы остановились, тот немного успокоился.       Затем подросток вспомнил, что Уилбур делал, дабы успокоить его. Он начал петь.       Это был гимн Л’мамбурга, вернее только его мелодия. Слова могли напомнить о плохих моментах, но сама мелодия была создана еще до всего этого. Возможно, в будущем, слова будут вызывать чувство ностальгии о былых деньках в Л’мамбурге, но для этого было еще слишком рано. Слишком многие еще не успели зализать свои раны, но однажды…       Уилбур расслабился, переставая дрожать. После еще нескольких минут пения, Томми показалось, что старший заснул, но затем тот прошептал: «Спасибо». — И только после этого погрузился в царство Морфея.       Небольшая улыбка появилась на лице младшего.       Завтра Уилбур снова начнет вести себя холодно и беззаботно и никогда не поднимет тему этого инцидента. Но Томми чувствовал, что этот момент был значимым.       Это значило, что Уилбур не был таким же равнодушным, каким казался. И это значило, что, возможно, их напряженные отношения можно спасти.       Томми заснул вскоре. С улыбкой на лице и надеждой в сердце.       На следующий день блондин не пропустил то, как Уилбур смотрел на него с благодарностью целый день.