Связи разбитые гневом

В глухих и непроглядных коридорах раздавались удары слëз и крови, тихие всхлипы и быстрое перебирание ног о твëрдую и мокрую поверхность труб. Майки бежал, иногда поскальзываясь и пачкаясь в плесени. Он не помнил сколько прошло времени. Для него это было не важно. Наконец, стук ног прекратился, заменяя себя на тихий скрип двери в убежище рыжика. Первым делом, Майки умылся и обработал рану. Слëзы всë продолжали скатываться по его веснушчатым щекам, а в голове, раз за разом проносился ураган недавних событий. Перебинтовав рану, он пошëл в свою с-импровизированную комнату. С какой-то стороны было немного грязно и неуютно, но это только и нравилось нунчаконосцу. Он лëг на что-то на подобие кровати и повернувшись к стене, пытался забыться во сне. *В это время в логове...* -КАК ВЫ МОГЛИ, БЛЯТЬ, ТАКОЕ ДОПУСТИТЬ?! МНЕ ПРОСТО СТЫДНО НАЗЫВАТЬ ВАС СТАРШИМИ БРАТЬЯМИ!- гнев Донни был обоснован. Он был единственным кто понимал, не только важность этого дня, но и те дни когда прогонял младшего. Он сам не хотел этого делать, но из-за кучи неудачных экспериментов злость сама спускала себя на первую попавшуюся душу. И ей был Майки. -Донни... Я понимаю, но не стоит так кри..- Лео не успел договорить, как его опять перебил технарь. -КАК МНЕ НЕ КРИЧАТЬ НА ВАС?! МАЛО ТОГО, ЧТО ВЫ РАЗРУШИЛИ ПОЛ ËБАНОГО ДОМА, ТАК ВЫ ЕЩË И НА МЛАДШЕГО РУКУ ПОДНЯЛИ!!?-голос потихоньку начал хрипеть и срываться на прерывчатые вздохи. После ещë двух минут таких исправительных бесед, Донни всë-же успокоился. Всë это время, Сплинтер осматривал маску и думал на счëт Микелянджело. Он прекрасно понимал куда направился младший Хамато, но вопрос заключался в другом. Рассказывать остальным сыновьям про тайное увлечение Майки, или же нет. Иногда, крыса выводил крик и нецензурные выражения Донателло, правда сейчас было не до этого. После нескольких минут, он принял решение самому вернуть рыжика. Остальным он сделает выговор. И это будет самым худшим наказанием для старших.(кроме Донни) -Я принял решение- сказал Сплинтер и все повернулись в его сторону, включая до предела взбешëнного Донни -Я самостоятельно отыщу Микелянджело. Не думаю что он вышел на поверхность. Вы и так достаточно сделали- с укоризненным взглядом сказал Хамато. Раф и Лео опустили головы, а фиолетовый с гневом и неким презрением посмотрел на старших -Ах, да, Донателло. Если выражаешься, то делай это чуть тише, хорошо?- черепашка неловко почесал голову и тихо ответил "Да, отец.." -Первой частью вашего наказания, это уборка, можете приступать прямо сейчас- сказав это, Сплинтер поднял разорванную маску и вышел из логова, направляясь в убежище Микелянджело. Через минут 30, рыжик наконец-то пришëл в себя. Он начал рассуждать об этом инциденте. От непонимания и грусти, он потихоньку переходил на гнев. Не найдя лучшего решения он взял катану и пошëл кромсать манекены. Обивка разлеталась по всей комнате. С такими чувствами он ещë не встречался, поэтому не знал как их правильно показывать. Хоть и были моменты, когда поведение братьев давило на нервы, но этот случай совсем другой. Чередуя удары катаной и обычные приëмы, он опрокинул спиной один манекен. Разрезая очередной мешок с ватой, Микелянджело прыгнул и развернувшись направил катану прямо в голову. Удар был настолько сильным, что по комнате раздался треск камня. Даже нунчаконочец удивился. Он встал и вытащив катану отодвинул манекен. В бетонном полу остался разлом с множеством трещин. В этоже время, в его логово пришëл Сплинтер. -Микелянджело..!- крыс заметил бинты на лице младшего сына и подойдя ближе начал осматривать его. -Отец? Что ты тут делаешь?- спросил Майки отстраняясь от отца. -Я знаю что произошло.. Просто позволь мне помочь- подойдя ближе, Сплинтер обнял рыжика. Тот немного неуверенно обнял сенсея. -Р..раф, он... Это было больно..- зарываясь головой в плечо отца, сказал Майки. -Прости что не смог вовремя остановить этот спор. Я подверг тебя опасности- сказал крыс. Он не мог простить такую оплошность. -Отец, ты не виноват. Не думай так. Я не могу винить, ни тебя, ни Рафа. Даже если он в этом виноват- сказал с некой грустью Майки. -Я.. Могу предложить на какое-то время забыть про это, и осмотреть твою рану, если ты не против- перевëл тему Сплинтер. -Конечно можно- сказав это, они направились в другую комнату, где до этого Майки сам обрабатывал рану. Прошло пол часа. Сплинтер отдал две части маски и немного поспрашивал об увиденном. Майки сам не понимал как мог сломать бетонный пол. Это так и осталось загадкой для них. Рана оказалась всего лишь глубоким порезом, который не повредил ничего важного. Двое Хамато, решили устроить спаринг, чтобы отвлечься от дурных мыслей. Крысу казалось, что они дрались на равных, но он даже не подозревал как Майки было сложно. Последний прекрасно понимал, что его отец во всëм его превосходил. Но желание превзойти своего учителя и доказать, что он повзрослел, заставляли закрывать на это глаза. Все эти пол часа шëл беспрерывный бой. И вот, последние удары... Победа. Рыжик сделал это. Он победил своего отца, опрокинув его. Не смотря на это, с его стороны не проскользнуло ни единой эмоции. Подойдя ближе он с лëгкой улыбкой протянул руку своему отцу. Тот пряв помощь похвалил сына. -Чтож, это было замечательно, сын мой. Но.. Не пора ли нам вернуться домой?- Сплинтер не хотел настаивать на этом. Он знал что Майки может с лëгкостью отказаться. И это было бы обоснованно. -Я.. Пока что не могу. Не очень приятно туда возвращаться...- как-то робко сказал нунчаконосец. -Хорошо, это полностью твоë решение. Тогда, увидимся завтра- крыс развернулся и стоя на пороге, обернувшись добавил- И с днëм рождения, Микелянджело- сказав это он исчез в темноте туннелей. Как только он это услышал, Майки почувствовал некое облегчение. Как будто он и никогда не слышал этих слов. Придя в себя, он пошëл в своë подобие комнаты. Там лëжа на "кровати" ему вспомнился кусочек из песни, который как никогда подходил ему сейчас. When the sharpest words wanna cut me down I'm gonna send a flood, gonna drown them out I am brave, I am bruised I am who I'm meant to be, this is me Look out 'cause here I come And I'm marching on to the beat I drum I'm not scared to be seen I make no apologies, this is me (Когда острые слова ранят меня, Я разольюсь потоком, всех утоплю. Я храбр, я покрыт шрамами, Я тот, кем я должен быть, это я. Остерегайся, ведь я уже близко. Я марширую под ритм, который я выбиваю. Я не боюсь оказаться в центре внимания, Я не извиняюсь, это я). Напевая этот отрывок, рыжик потихоньку начал проваливаться в страну Морфея, где он уже сможет отдохнуть.