Что же тебе такое снится, Горо-сан?

Прохладный ветерок проносится по комнате из одних зданий Инадзумы, где сейчас находился генерал Горо и мило посапывал на полу. Он слишком устал за последние дни, из-за чего решил, что отдых пойдет ему на пользу. Плечи юноши дергаются, показывая, что они замерзли, но сам песик не просыпается. Он продолжает утопать в свой сладкий сон, сам того не понимая, что это лишь иллюзия.

***

— Ваше Превосходительство! Вы только посмотрите, сколько здесь красивых цветов! — громко говорит Горо с улыбкой на лице, смотря то на свою госпожу, то на поле с цветами. Хвост то и делает, что метается в разные стороны. — Горо, ты такой энергичный, — со вздохом отвечает Кокоми, а потом улыбается нежной улыбкой и тянет свои руки в сторону его головы. Генерал сопротивления сразу понимает намек и, без слов, с счастливым выражением лица, дает себя погладить. Хвост еще быстрее начал свои движения в разные стороны, а сам Горо чуть ли не расплывал в этих нежных, тонких и изящных рук Его Превосходительства. Видя всю эту картину, девушка не смогла сдержать смешок. Он выглядел таким милым и беззащитным, словно это даже не генерал какого-то сопротивления, а обычный песик, которого приютили. Но нет, Кокоми знала своего друга слишком хорошо, и знает, что он совсем не беззащитный. Особенно на поле боя. А если кто-то тронет его госпожу, то возиться и милосердвовать он не станет. Сангономия в очередной раз мило улыбается, а после убирает руку под вопросительный взгляд генерала. — Ваше Превосходительство? — Горо грустно опускает ушки, ведь прошло все слишком быстро. — Вы… больше не будете меня гладить? — он поднимает на нее жалостливый взгляд, из-за которого Кокоми еле сдерживается, чтобы не погладить его вновь, но нет, надо держать себя в руках. Она вздыхает и серьёзно смотрит ему в глаза, от чего последний слегка испуганно смотрит в ответ, навострив ушки. Он сделал что-то не так? — Горо, пожалуйста, называй меня просто Кокоми, — девушка сразу замечает, как меняется его лицо в настолько удивленное, что он даже произнести и слова не может. — Мы же с тобой давно знакомы, и я знаю, что у меня такой статус, но… — немного запнувшись в словах, Сангономия вздохнула еще раз для храбости и четко продолжила. — Мне бы очень хотелось, чтобы между нами не было никаких формальностей. Лицо генерала все еще было в шокированном состоянии, но теперь к щекам поступили красные краски, что говорило о смущении. Он никогда и не смел подумать о таком, особенно, что это будет только между ними. И чем больше он думал об этом, тем больше краснел. — Я-я не могу себе такое позволить! — ответил Горо, размахивая руками в разные стороны и метая свой взгляд хоть куда, лишь бы не на нее. Не на свою госпожу, при которой сердце билось быстрее обычного. Юноша так и не понимал, что с этим связано, но и не позволял себе разбираться в своих чувствах, какими бы они не были, если это может испортить их отношения. Сердце не успокаивалось, а лишь сильнее набирало ритм, когда Кокоми подходила все ближе и ближе, а потом схватила его запястья, тем самым остановив резкие движения, и с тем же самым нежным взглядом посмотрела ему в глаза. Генерал сопротивления замер, будто каменная статуя, вот только лишь его взор не останавливался и бегал по лицу госпожи. Девушка это заметила и погладила вновь, но уже за ушком, чтобы тот успокоился, и это сработало. На его лице заиграла блестящая улыбка, которая светила чуть ли не ярче солца, однако быстро пропала, когда он увидел тот серьезный, ждущий от него слов, взгляд. Пока Сангономия продолжала чесать его за ушко, смотря прямо ему в лицо, то Горо не выдержал такого давления и увел взгляд в сторону, смущаясь. И все же, когда он приоткрыл рот, чтобы сказать, Кокоми не услышала. Ведь это было обычное шептание под нос, если не хуже. Брови девушки сами по себе нахмурились, когда генерал бормотал что-то нечленораздельное. — Горо, я не слышу тебя. — Г-госпожа Сангономия… — украдкой посмотрев на ее лицо, он понял, что это не то, что она хочет. Он понимал это. Но было слишком стыдно и смущающе говорить под таким близким давлением. — С-сангономия-сан? — надеясь, что этого будет достаточно, юноша снова увидел ее взгляд, однако тот был не только серьёзным, а и… растроенным? Горо сразу занервничал, что как-то обидел госпожу, и пытался как можно больше пытаться выговорить то, чего она хочет. Но не с первого раза, конечно. — Госпожа К-кокоми… — взгляд опущен, а щеки начинают снова пылать. Через несколько секунд, он поднял взгляд и заметил ее улыбку. Генерал сразу взбодрился и зашевелил хвостиком, если бы не слова Его Превосходительства. — Хорошо, а теперь без «госпожи», — глаза Жрицы закрыты, а улыбка не сползает с лица. Горо незаметно сглотнул и собрал все свои силы сказать это. Щеки пылают так, что можно обжечься. Температура поднимается, а сам парень жмурит глаза под удивленный взор Кокоми. «Неужели ему настолько трудно произнести мое имя?» — взгляд становится грустным и печальным, что девушка уже хочет окликнуть его, чтобы он перестал, однако сразу останавливается, когда слышит его слова. — К-кокоми… — взгляд отведен в сторону, руки сжаты в кулаки, лицо горит от смущения, хвост веляет туда-сюда, а ушки дергаются. И он видит. Видит ее самую счастливую улыбку и даже… румянец? — Да! — радостно отвечает жрица, после чего перестает гладить и немного отходит. Улыбочка и не собирается слезать с ее лица, а песик только рад этому. И когда ему стало легче дышать, а сердце понемногу успокаивалось, генерал решает сделать свою госпожу еще счастливее. Теперь он ведет эту игру. — Кокоми! — радосто кричит Горо, а Жрица прибывает в большой шок. Что с ним случилось? Она уже хотела спросить «д-да?», как тот ее сразу перебил, хватая теперь уже ее руки и прижимая к своей груди, чтобы она услышала его сердцебиение. — Кокоми! Кокоми, кокоми! Кокоми, кокоми, кокоми! — у Сангономии начинает кружиться голова от такого внезапного порыва со стороны юноши, а щеки краснеют, после чего она не удерживается и падает на поле, случайно захватив с собой генерала сопротивления. — Кокоми? — хвост не перестает велять, лицо краснеет у двоих, а сам Горо нависает над девушкой. «Неловко, как же неловко…» — пронеслось у обоих в голове. И когда же Жрица замечает смущенное лицо парня и его дергающий хвост, то смеется от всей души, счастливо, ярко и мило. Продолжая смотреть на ее лицо, Горо не может сдержаться, после чего усмехается, а потом поддерживает смех госпожи. Однако перестает быстрее, чем девушка, и раз они лежат на поле с цветами, то он аккуратно срывает стебелек ромашки и вдевает его в красивые, розовые с оттенком синим на кончиках, волосы Сангономии. Она удивляется и краснеет, и генерал это замечает. Кокоми хочет соприкоснуться пальцами к цветку, но ее останавливает рука, которая захватила ее запястье. — Ты очень красивая, Кокоми, не переживай, — сказал Горо с нежной улыбкой на лице, притягивая ее запястье к своим щекам. Та ощущает, как они горят и как жарко ей становится, ведь щеки девушки начинают пылать не хуже. — Г-горо? — она удивленно смотрит на него, а сердце бьется так, словно сейчас выпрыгнет из груди. И у юноши случается те же ощущения, когда он понимает, что только что сказал. Генерал незамедлительно опускает ее запястье и хочет извиниться за неподобающее поведение, но стратег сопротивления быстро прикладывает палец к губам, зная, что он собирается сказать. — Ты тоже очень милый, Горо, спасибо, — она снова улыбается, а на щеках алый румянец. Песик прижимает уши к голове, и будто всхлипывая от счастья, протягивает ее имя: Кокоми-и-и! Ушастик обнимает ее, а та обнимает его в ответ, прижимаясь как можно больше.

***

— Горо, ты здесь? — розоволосая отодвигает дверь и направляет свой взгляд на пол, где находился ее генерал. Тихими шагами Кокоми подходит ближе к Горо и приседает на колени. Девушка слегка наклоняет голову и видит, как у парня играет лучезарная улыбка, и будь он котом, точно бы замурлыкал. Его ушки мило подрагивают, из-за чего стратег сопротивления нежно улыбается. Внезапно она оглядывается по сторонам, и не заметив никого, кто бы мог придти, кладет голову рыжика на свои коленки. Сангономия гладит голову юноши, напевая что-то тихое и смотрит на лицо генерала. Его улыбка становится все шире, а щеки краснеют, отчего Кокоми немного удивляется. И через несколько секунд слышит то, чего совсем не ожидала: — Кокоми… я… тебя… — отрывками произносит Горо сквозь сон, но так и не договорив последнего, начинает посапывать дальше. Щеки розоволосой краснеют цветом огня. Она же не ослышалась? Он назвал ее просто по имени? Когда же она думала об этом и краснела, то тысяча вопросов образовалась в ее голове. Однако самый важный вопрос пришел в ее голову, когда Горо сказал не только «Кокоми», но и «я», «тебя». Запаниковав, она приложила руки к красным щечками и пыталась перевести дух. «Что он пытался сказать?..» Девушка даже хотела разбудить своего генерала, но быстро передумала, когда вспомнила, как давно он не отдыхал. Хоть Кокоми и так была немало шокированна его словами, то следующие действия парня завели еще больше в тупик. Горо перевернулся на другой бок и обнял свою госпожу. — люблю… — тихим шепотом произнес юноша, но он все еще находился во сне и думал, что сказал это именно там. А вот сама главнокомандующая не услышала последних слов, не знаю куда себя деть еще после того, как он прижался к ней. Она решилась посмотреть ему в лицо и сказать, что так шутить совсем не смешно, однако ушастик все еще спал. Волна краски вновь поступила к лицу Кокоми, после чего она спросила: — Да что тебе такое там снится? Но ответа не послышалась, как она и ожидала. Немного успокоив свое сердце, Сангономия посмотрела на небо и подумала, что точно поговорит с ним после того, как Горо проснется. А рыжик продолжал смущенно улыбаться и находится в своем сне, не желая просыпаться.