Михаил - путь к искуплению

      Ангел проснулся от острой ноюще-режущей боли на спине. Место, где ещё недавно красовались крылья, заживало очень медленно и болезненно. Мало того, что каждый день на земле давался Михаилу как очередное испытание и борьба с самим собой, так ещё эта периодически сочащаяся рана не давала и шанса забыть поражение, которое он потерпел перед своим братом. Дьявольски унизительное поражение. Та битва оставила глубокий след на каждом её участнике. Физически и морально абсолютно каждый получил раны, которые теперь останутся шрамами, напоминающими день, когда всё окончательно и бесповоротно изменилось. Как раньше уже не будет ни для кого и нигде. Ни на небесах, ни на земле.       Лучи горячего солнца ЛА упрямо пробивались сквозь плотно закрытые жалюзи нового жилища Михаила. На полке рядом с постелью, как улики на месте преступления, играли отблески солнца на бокалах, в которых ещё остались капли распиваемых накануне напитков. Немного тлеющий окурок в забитой пепельнице выдавал тот факт, что вечеринка была до самого утра и уснули в этой комнате совсем недавно.       На самом деле, Михаил уже которую ночь не мог нормально спать. Ни одной ночи после той самой битвы, если быть абсолютно точным. Ему приходилось привыкать к новой жизни, новым обстоятельствам и свыкаться с его теперешним статусом. Это было совсем не похоже на первые визиты на землю, когда он точно знал, что не задержится здесь. Тогда ему не было никакой нужды приспосабливаться и адаптироваться к земным законам, он был одним из самых могущественных ангелов, а во время длительного отсутствия на небесах брата-близнеца и вовсе претендовал на роль самого главного ангела. И вот теперь он здесь, в серых и угрюмых апартаментах близ города, который будто каждой своей жилкой предательски напоминал, что теперь нужно учиться жить по правилам, которые так сильно злили и пугали Михаила. Теперь для него всё было иначе.       Тишину прервал стук в дверь, раскатившийся эхом по всему дому. Михаил явно не ожидал видеть у себя гостей в такое раннее утро, да и вообще не ожидал видеть гостей. Потому просто поднялся с постели и направился к бару, который к этому моменту был уже на исходе своих запасов. Найдя чистый стакан, он неспешно принялся наливать в него очередную порцию водки, игнорируя продолжающийся стук в дверь. Видимо, по ту сторону устали ждать ответа, стук прекратился лишь на мгновение, но следом дверь открылась без каких либо усилий.        — Видит Бог, то есть я, — Люцифер сделал паузу и в свойственной ему манере ухмыльнулся, но в этой ухмылке что-то ещё выдавало тот факт, что он сам до конца не осознал кем стал, — я пытался послушать Линду и соблюдать твои границы. Но ты сам не дал мне шанса.       Михаил, будто совсем не замечая вломившегося брата, надпил из бокала и направился в сторону спальни, пытаясь скрыть, что каждый шаг ему даётся с трудом от той самой ноющей боли отрезанных крыльев.        — Я бы сейчас пошутил, что игнорировать меня не самое праведное решение, но вижу, что ты и без моих превосходных шуток прекрасно себя наказываешь. — Люцифер брезгливо осмотрел апартаменты ангела. Всё напоминало давно запущенное холостяцкое жильё, где не осталось места ничему, кроме густой пелены из едкого дыма сигарет и стойкого запаха затяжного похмелья. — Если ты так решил покончить с собой, то лучше бы спросил пару вариантов у меня. В крайнем случае, попросил бы последнее одолжение у Мейз, она с удовольствием помогла бы тебе. Но это? Знаешь ли, я всегда не верил, что мы братья, но теперь захотелось набрать Отца по межвселенской линии и потребовать анализ ДНК. Михаил подошёл к огромным панорамным окнам и нажал на кнопку открытия жалюзи, впуская в комнату яркий свет, от чего сначала сам прищурился, будто этот свет тоже приносил ему физическую боль. Апартаменты находились на холмах, рядом с городом, так что из окна открылся красивый вид на ЛА. Не оборачиваясь, чтобы не смотреть на брата, ангел продолжал игнорировать гостя и снова медленно надпил содержимое бокала. Если не знать всего, могло показаться, что он наслаждается этим видом из окна, аристократично разглядывая прекрасную картину, открывшуюся перед ним.        — Это что, водка? Очередное доказательство дурного вкуса. Это конец, я звоню отцу. Мы точно не братья. — Люцифер подошёл ближе к Михаилу, по дороге небрежно расталкивая ногами пустые бутылки и разбросанные вещи.        — Надо сказать, я удивлён, что ты вообще пришёл. За что такая честь, разве у тебя нет каких-то более важных насущных задач, по типу следить за людишками или охранять свою возлюбленную Хлою, вдруг на неё ещё раз кто-то посягнёт? — последние слова Михаил протянул хладнокровно и в то же время резко, будто отбивая каждое слово в голове брата.       Люцифер замялся, а лицо его исказилось в болезненной гримасе, выдавая, что воспоминания того вечера всё ещё слишком свежие, но он быстро натянул саркастическую улыбку, чтобы Михаил не заметил, что сказанное попало в цель. Брат-близнец лишь сделал ещё один глоток водки, безразлично вглядываясь вдаль.        — Я знаю, что ты пытаешься сделать. Точнее я не знал, но меня подготовили к этому разговору, так что теперь знаю и ты можешь пытаться сколько угодно, но тебе придётся собраться и поехать со мной, как мы и договаривались. Сомневаюсь, что у тебя есть нормальная одежда, так что пару моих комплектов сможешь найти в комнате второго этажа. Подозреваю, что ты за все эти дни даже не оценил, какой отличный дом я тебе дал в пользование. А мог бы поселить где-то в фавелах округи — Дом, в котором всё это время жил Михаил, это тот самый дом, в который Люцифер и сам когда-то сбегал, прячась от Хлои, когда та на долю секунды успела заподозрить его причастности к делу убийства. Один из бонусов быть владельцем Люкса и просто харизматичным парнем — у тебя есть много недвижимости в окрестностях города и тебе не составило труда заточить в одном из таких домов своего брата-близнеца. — И прими душ, я не хочу, чтобы в участке подумали, что я притащил с собой бомж-версию себя.       Диалог закончился, не успев начаться и пока Михаил фыркнув на последнюю фразу брата и удивительно покорно, но отрешенно отправился приводить себя в порядок, скучающий Люцифер успел снова осмотреть некогда свой участок. После битвы братья заключили соглашение, условиями которого стало нахождение Михаила в черте города. Именно поэтому Люцифер благородно поделился своим домом. Такие меры были предприняты для того, чтобы бунтарю не пришло в голову преподнести ещё какой-то сюрприз. Михаил пытался избежать перспективы заключения под присмотром своего близнеца и хотел покинуть ЛА как можно скорее, но не имел в рукаве ни одного козыря и всё, что ему оставалось это смириться, приняв новые правила игры. Следующим требованием Люцифера было нахождение Михаила не только поблизости в городе, но и временная работа в участке. Новоиспечённому Богу показалось отличной идеей поставить брата на тот путь, который когда-то прошёл он сам. Но, конечно, по большей части это было сделано для того, чтобы Михаил был как можно ближе в поле зрения, а так как пока Хлоя с Люцифером решили не отходить от дел в полиции, то и Михаила поставили перед фактом, а проигравшие правил не диктуют, поэтому именно сегодня братьям предстоял первый совместный визит в участок.       Битва произошла, казалось, вечность назад, но на самом деле прошло всего две недели с тех событий. Достаточно ли это для того, чтобы забыть всё? Конечно для такого и вечности может быть недостаточно, но все участники битвы, преклонив колено перед новым главнокомандующим, подписались под необходимостью беспрекословного подчинения. Люцифер же либо от того, что буквально прошел через райские испытания, либо от потрясения теми событиями, вернулся к жизни будто сам не свой. Да, он был всё тем же Люцифером, выдающим саркастические словечки и выводы на всё, что его окружает, но к этому добавилось какое-то умиротворение со шлейфом могущественности и статности. И это не проявлялось в его внешнем виде, который и без того всегда был безупречен. Это исходило откуда-то изнутри. И, казалось, это пугало даже самого Люцифера.       Михаил вышел к брату в совершенно другом облике. На нём был тёмно-синий строгий костюм с белоснежной рубашкой, издали его даже можно было спутать с Люцифером, но небрежная причёска после душа и неаккуратно сложенный платок в кармане пиджака сразу выдавали близнеца, как и всегда. Но если ещё 20 минут назад он смахивал на городского сумасшедшего с километровым шлейфом перегара, то сейчас вполне мог сойти за местного бизнесмена или важную персону. И только выражение его лица давало понять, что он скорее заложник ситуации и поверженный пленник после войны, чем успешный бизнесмен, излучающий уверенность.        — Не могу сказать, что ты стал выглядеть намного лучше, но должен признать, что этого уже достаточно, чтобы не позорить меня перед коллегами.        — Твои коллеги работали с тобой не один год, больше чем ты сам уже невозможно опозориться, — обмен колкостями закончился как только братья сели в машину.       В участке кипела жизнь. Каждый был занят своим делом: детектив Мэрил сновал от стола к столу, перенося и перекладывая бумаги; детектив Корбет в комнате допросов проводил разговор с подозреваем, пытаясь выудить ценную для следствия информацию; Каккуза неспешно раскладывала улики по полкам, изучая каждую маленькую деталь; Элла всматривалась в глазок микроскопа, очевидно, изучая материалы дела.       Всё в участке кипело и бурлило жизнью: кто-то смеялся, оценивая шутку коллеги, кто-то вдумчиво разгадывал загадки дела. И только стол, раньше принадлежавший детективу Эспинозе, сейчас пустовал. Он был как бледное пятно на фоне кишащего жизнью отдела полиции. Никто не осмелился убрать оттуда мотивирующие плакаты и цитаты, которыми Дэн пытался наполнить свою жизнь. Пустующая несколько недель чашка с надписью «Лучший папа» уже успела припасть слоем пыли, напоминая о том, что её владелец больше никогда не вернётся. Его фото возвышалось над мелкими вещичками, которые каждый из работников участка оставил на столе детектива, после его похорон. Так не должно было быть, чтобы в участке был своего рода мемориал памяти в виде отдельного стола, но пока ещё никто не осмелился убрать эти вещи, видимо, не желая расставаться с памятью.       Люцифер с Михаилом вошли бесшумно, пытаясь не привлекать лишнего внимания, но появление двух идентичных для постороннего взгляда людей, не оставило равнодушным никого. Все, кто краем глаза успел заметить братьев — перевели свой взгляд на них, даже не скрывая праздного любопытства. Свет солнца, которым был залит участок в это время, будто придал появлению этих двух какой-то божественности. Люцифер кратко улыбнулся и прокашлявшись, чтобы официально привлечь внимание коллег, представил всем присутствующим своего близнеца:        — Дамы и господа, хочу представить вам моего родственника, какое-то время он будет помогать нам в участке. — Ангел сделал паузу, наблюдая за ошеломлёнными вздохами коллег.        — Это же копия Люцифера! — Каккуза, казалось, сама удивилась тому, что произнесла это так громко.        — От тебя я такого оскорбления не ожидал! Менее харизматичная, красивая и притягательная версия меня, давайте сойдёмся на этом! — говоря это, Люцифер по привычке немного покосил плечом, как бы указывая окружающим на очевидную для него разницу с братом.       Михаил стоял, не выдавая никаких эмоций. На его лице не дрогнуло ни единого мускула, и создавалось впечатление, что он вообще не здесь. Он уже был в этом участке, играя роль брата, но сейчас всё казалось ещё более чужим, чем в первый раз. Люди вокруг по очереди подходили и приветствовали новичка, явно удивляясь, что он не так приветлив, как его брат. Михаил же равнодушно принимал краткие знаки внимания коллег, периодически закатывая глаза, демонстрируя, что ему эта церемония совсем не по душе. В конце концов, Люцифер потянул близнеца за локоть в освободившуюся комнату допросов.        — Мог бы проявить чуть больше энтузиазма. Я тоже не в восторге от твоего присутствия, но тебе стоило бы не так сильно показывать своё возмущение. — Михаил расплылся в саркастической улыбке, выдавая брату очередной невербальный протест. Со стороны они напоминали ссорящихся братьев — подростков, которые не могут даже смотреть друг на друга без приторного вкуса неприязни, хотя отчаянно пытаются сохранять рамки холодной войны.        — По соглашению, я должен только быть здесь, а не улыбаться всем, кому ты прикажешь.        — Это не значит, что нужно всем показывать своё недовольное лицо, которое и без того не вызывает восхищений!        — Только ты у нас живёшь ради восхищений, не так ли, брат?       Напряжение в комнате могло разрушить стены, но внезапно вошёл детектив Корбет. Это новый детектив в участке, который пришёл сюда практически сразу после убийства Дэна, который был его другом. Его перевели сюда на вакантное место. Дэн уже раньше зазывал друга в свой отдел, но мест тогда не было. И вот судьба сыграла настолько злую шутку с этими двумя, что оно освободилось только благодаря Дэну.        — Извините, помешал? Люцифер, нам нужно поговорить. У нас новое дело, а я помню, что ты предлагал обращаться к тебе со специфическими вопросами. Но я могу подойти позже.- Кэрол неловко улыбнулся, как бы извиняясь за прерванный разговор.        — Да, без проблем, видишь ли, занимаюсь воспитанием неприветливых родственников. — От былого напряжения не осталось и следа, ангел по привычке усмехнулся, очевидно, с облегчением вздохнув, когда в комнате стало на одного человека больше. Он деловито сложил руки и кивнул детективу присесть за стол напротив. Всё его внимание теперь было направленно на Кэрола.       Михаил тем временем, всё так же не излучая ни малейшего проявления эмоций, направился в сторону выхода.        — Не хочу выглядеть как школьная учительница, но ты куда? — Люцифер с недоумением посмотрел на брата, — Рабочий день только начался.        — Попью воды, может поможет справиться с желанием ещё кого-то убить. — Михаил явно намекал на причину его нахождения здесь. Эта затея с полицейским участком напоминала ему исправительные работы. Люцифер лишь издал краткий смешок и покачал головой, стараясь разрядить обстановку в глазах непонимающего шутку детектива, который стал невольным свидетелей братской недомолвки.       Михаилу не составило труда найти зону отведённую под кухню, он уже был здесь и такие вещи точно запомнил, хотя сейчас, вероятнее всего, мечтал бы забыть всё. Он окинул взглядом пару стоящих на полке чашек и взял ту, на которой написано «Победитель». Победителем он себя явно не считал и не чувствовал, но ситуация ему показалась более чем комичной, от чего он даже впервые усмехнулся сам себе.        — Люцифер! Наконец-то и ты вернулся в участок! — Элла подкралась будто-бы из ниоткуда и крепко со спины обняла ангела. Она, конечно, пока даже не подозревала, что ангел не тот, за кого она его приняла. Когда Люцифер представлял брата, Элла была увлечена чем-то в лаборатории с коллегой и не смогла присоединиться к знакомству. По забавному стечению обстоятельств, всезнающая Лопез именно сейчас пропустила самое интересное. — Я так рада, что вы с Хлоей остаётесь!       Михаил на долю секунды застыл, не ожидая такого телесного контакта, ведь его никто и никогда не обнимал, за исключением времени, когда он притворялся братом. Затем он резко обернулся, с опаской оглядывая Эллу, явно выжидая, когда та признает подмену. Но она, увлечённая своими эмоциями, продолжала что-то болтать без остановки. Снова обняв ангела, девушка даже не сразу заметила вполне очевидное отличие — шрам на лице, пару месяцев назад оставленный в подарок братом.        — Эээ…- обескураженный Михаил хотел было остановить болтливую девушку, но из комнаты допроса уже вышел Люцифер, направляясь прямиком к обнимающейся парочке.        — Оу, мисс Лопез, я смотрю ты уже познакомилась с Михаилом. Я конечно ожидал от тебя тёплый приём, но чтобы на столько? Я начинаю ревновать.       И только тут Элла резко умолкла, разомкнула крепкие объятия, которыми до этого момента, как в тисках держала Михаила, и медленно повернулась к Люциферу. Её глаза, казалось, расширились настолько, насколько в обычной обстановке их расширить вообще невозможно. Потом она резко оглянулась на Михаила и снова на Люцифера. Повторяя эту процедуру несколько раз, пытаясь осознать, что это реально. Братьев явно забавляла эта ситуация, что отчётливо читалось по их самодовольным ухмылкам и казалось, что в эту самую секунду между ними нет холодной войны, и что все события до этого момента были лишь страшным сном. В эту самую секунду они довольно мило наслаждались недоумением забавной Лопез.        — Вы что одинаковые?! — девушка произнесла это с надрывом, всё ещё осознавая, что ей это не снится, и хотела было продолжить, но Люцифер перебил.        — Ещё один такой комплимент за сегодняшний день и в ЛА начнётся дождь с грозой.        — Элла Лопез — девушка протянула руку, которую Михаил неловко пожал, замявшись всего на секунду.        — Я в шооооке — Элла стояла и оглядывала близнецов как завороженная, периодически тыкая пальцев в воздух, как-бы отмечая для себя черты, которые отличают этих двоих. — Как вы похожи…        — Ну, я рад, что тебе понравился аттракцион под названием «унизь Люцифера ещё больше», но у меня есть просьба, я оставлю с тобой Михаила? Пусть поможет хоть чем-то, он, конечно, ещё бесполезнее меня в худшие годы, но мне нужно к Хлое. Дай ему пробирки всякие попротирать, может поковыряться в анализах.        — Я похож на младшего брата, которому нужна сиделка?        — А ты давно в зеркало смотрел? — Люцифера явно забавляла вся эта ситуация, чего нельзя было сказать о Михаиле, чьё выражение лица снова приобрело скучающий и отрешенный вид.        — Да, я с удовольствием пообщаюсь с твоим братом. Чувствуйте себя как дома, мистер Морнингстар! — всё ещё обескураженная Элла, зажглась ещё больше от перспективы пообщаться с точной копией давнего друга.        — Ты меня точно добить хочешь! — Люцифер отразил на лице всю боль от факта, что кто-то назвал брата его фамилией. Но не стал вдаваться в подробности и поправлять Лопез, так как обрадовался возможности спровадить обузу в чужие руки и быстро направился из участка к Хлое, ожидающей его на очередном деле где-то в районе даунтаун.       Элла тем временем, переполненная энтузиазмом, подхватила обречённого на исправительные работы Михаила и потащила в лабораторию.       С этого момента Михаил окончательно осознал, что путь к искуплению будет долгим и не мог понять, как он вообще на всё это согласился, как он пришёл к этому. Ещё недавно ты один из самых могущественных ангелов, а уже сейчас стоишь в лаборатории полицейского участка ЛА, делая вид, что слушаешь болтливого человека, который не останавливается ни на секунду, сообщая тебе, безусловно, бесполезные для тебя вещи. И понимаешь, что это только начало…