Как Хомяк любовь спасал

      Абсолютный Механик Казуичи Сода работает в обычной шиномонтажке. Его не интересует слава за свои навыки. Он просто чинит и собирает автомобили для людей. Его подруга Соня — известная принцесса соседнего королевства. Она много раз звала Казуичи к себе во дворец, но он отказался. Из-за одного момента в жизни, Сода завел много друзей, один из которых живёт здесь же. Парня зовут Гандам Танака, он Абсолютный Животновод. В целом загадочный и странный, но очень хороший и добрый. Гандам хорошо общается только с Содой, поэтому иногда наведывается к нему в шиномонтажку. Вместе они выпивают по чашке кофе и болтают о жизни друг друга. Казуичи постоянно жалуется на то, что Соня отшивает его. Гандам либо молчит либо смеётся, говоря, что Соня никогда и никого не полюбит.       Так произошло и сегодня. Вечером, закрыв ветлечебницу, Танака сел в машину и поехал в известное нам место. Четыре Тёмных Ангела Разрушения сидели рядом на сидении. Уже подъезжая к зданию шиномонтажки, колесо напоролось на что-то и с быстрой скоростью стало спускать. Гандам вылез из машины, проклял спустившую шину и зашагал к зданию. — Казуичи!       Ответа не последовало. Но дверь открыта, значит он всё ещё там. Зайдя внутрь, Гандам увидел парня с розовыми волосами, который что-то пытался впихнуть в кладовку. Животновод прошёл к нему и громко кашлянул. Казуичи дёрнулся и коробка выпала из его рук. — Кто блять тут кашляет? — Здравствуй, смертный. — Аа, приветик, Гандам Запретный.       Сода ещё раз попытался затолкать коробку внутрь до отвала забитой кладовки, и ему это удалось. Резким движением он захлопнул дверь и, отряхнув руки, позвал за стол. — Постой, у меня колесо проколото. — Ну тогда пошли подгоним твою машину сюда.       Парни вышли из здания и вместе начали толкать автомобиль ближе. Спустя пару минут всё было сделано. Казуичи сходил за инструментами и принялся снимать колесо. — Сходи пока чайник включи для кофе.       Демонстративно закатив глаза, Гандам пошёл выполнять просьбу. В дальней комнате, которая являлась местом отдыха для Казуичи, обстановка была скудной. Небольшой стол, два кресла и шкаф с телевизором. Никаких картин или цветов. На столе помимо чайника, документов и разбросанных ручек лежала сумка Соды. " Сделана из кожи, ужас!» — подумал Танака и, нажав кнопку на чайнике, пошёл обратно.       Казуичи уже поменял колесо и с улыбкой смотрел на результат. — Гандам, принимай результат! — Не ори, я уже здесь. Сколько с меня? — Ой, ну что ты, я это по дружбе сделал. — Ну тогда спасибо.       Парни зашли в комнату и заварили себе кофе. Усевшись друг напротив друга они начали разговор. — Ну что, Казуичи, до сих пор сохнешь по Соне? — Да-а, Мисс Соня такая очаровашка, никак не могу погасить свои чувства. — Смотри, так до старости не женишься. — Женюсь, женюсь. А ты что? — Я останусь со своими Четырьмя Тёмными Ангелами Разрушения до самой смерти. Любовь к людям ненадёжна.       Казуичи хотел что-то сказать, но услышав последнюю фразу поник. Танака этого не заметил, ибо отвлёкся на одного из хомяков. Допив кофе в молчании, Гандам поспешил уехать, объяснившись расписанием кормления своих животных. Казуичи закрыл шиномонтажку, с грустью посмотрел на удаляющийся автомобиль и ушёл домой. ****       Парни не встречались четыре дня. Гандам пропадал в ветлечебнице и не находил времени вырваться к другу. Наступила суббота и Танака поехал на шиномонтажку. Он был в весёлом настроении и даже напевал услышанную из рекламу мелодию. Зайдя в здание, где работал Сода, Животновод сразу прошёл в комнату отдыха, надеясь там застать парня. И да, тот сидел в комнате, держа в руках чью-то фотографию и глупо улыбаясь. — Казуичи       Сода вздрогнул и, поспешно спрятав фотку в сумку, поздоровался. Танака бросил взгляд в попытке рассмотреть лицо человека на фотографии, но ничего не разглядел. Парни как обычно сели пить кофе, попутно разговаривая на разные темы. Казуичи вдруг вспомнил, что у него припрятаны конфеты, и достал их. Сначала Гандам отказывался, но в итоге согласился попробовать одну. Помимо шоколада чувствовалось что-то ещё, но парень не понимал что. Медленно глаза его закрывались, словно наливались свинцом. Язык заплетался, губы отказывались двигаться. Гандам попытался встать с кресла но в бессилии рухнул и окончательно уснул. Казуичи встревоженно посмотрел на друга и подошёл к нему. «Точно спит» — подумал Сода и, приспустив шарф Танаки, замер в нерешительности. Он посмотрел на хомячков, беспокойно вертевшихся рядом с хозяином. Казуичи приблизился к лицу Гандама. Сердце бешено стучало, в глазах темнело. «Нет, так нельзя!» — прозвучал голос в голове Соды и парень отстранился. Единственное что он сделал, так это обнял своего друга и обратился к хомячкам. — Прошу, не говорите Гандаму о том, что я сделал. Он мне очень дорог как друг, даже больше. Поэтому не рассказывайте ему, пожалуйста.       Хомяки внимательно слушали парня и, казалось, кивали в знак согласия. Казуичи упал в кресло и закрыл лицо руками. Зачем он говорил с хомяками?       Минут через десять Танака очнулся. Казуичи поспешил спросить всё ли с ним хорошо, ведь он отключился прямо посреди разговора. Гандам списал всё на переутомление и продолжил беседовать. Казуичи вёл себя как обычно, смеялся и шутил. Пока Сода мыл чашки, Чам-Пи стащил фотографию и спрятал её в машине, а после переложил в сумку Гандама. Как стемнело парни разъехались по домам. — Завтра день рождения у этого смертного, нужно что-то подарить.       Размышляя о подарке, Танака быстро доехал до своего дома. Ничего не придумав, он решил отложить выбор до завтра. ***       15 июля. Воскресенье. Казуичи сидит дома и в панике ищет фотку. В сумке нет, но и на работе он её забыть не мог. А что если её нашёл Гандам? Тогда всё очень плохо. Хотя он не догадается он её предназначении. Просто фотография друга, ничего более. А вдруг всё же догадается?!       Такие мысли одолевали Соду на протяжение всего утра. Он беспокойно бродил по квартире, пытаясь себя отвлечь. Сегодня ему исполняется 23 года. Он позвал всех друзей, до которых смог дозвониться, но никто не может приехать. Кроме двух людей: Гандама и Сони. Они приглашены к шести часам вечера, до этого Казуичи должен убраться и заказать еду из кафе, ибо готовить он особо не умеет. Отбросив лишние мысли, парень принялся за уборку.       На часах 17:53. Еду из кафе до сих пор не привезли. Казуичи сидел в беспокойном ожидании и то и дело поглядывал на часы. Вдруг зазвучала трубка домофона. Сода поспешил нажать на кнопку и впустить гостей. Минуты через две в дверь постучали. Механик отворил её и увидел стоящих на пороге парня и девушку. На девушке было пышное цвета бирюзы платье, подвязанное сзади бантом. Её длинные волосы словно жидкое золото стекали по плечам и обрывались у пояса. На лице лёгкий макияж. В руках она держала подарочный пакет. Парень же был одет в белый костюм. На удивление отсутствовал шарф. Казуичи про себя подумал, что в этот раз поцеловать будет легче, но тут же обругал себя за подобные мысли. Все трое прошли внутрь квартиры и сели на диван. Казуичи объяснился, что не решился готовить и заказал еду, которую всё то не привезли. Соня посмеялась и вручила свой подарок. В пакете лежали билет на курорт, набор инструментов для ремонта и новый ноутбук. Сода от радости потянулся обнять девушку, и та, к его удивлению, ответила на этот жест благодарности. «Мисс Соня ведь никогда до этого не разрешала себя трогать?!» — подумал Сода но вслух ничего не сказал. Гандам подарил деньги. Просто деньги. Если из его речи убрать весь пафос, то в объяснение он сказал, что ничего не смог придумать и решил дарить деньги. Но Казуичи и этому был рад. Его делал счастливым каждый раз, когда Танака обращал на него внимание. Забрав еду и расплатившись с курьером, Казуичи позвал всех за стол. ****       За окном уже стемнело. Сода по хозяйски развалился на кресле, Соня легла на диван, а Гандам сидел на полу, играя со своими хомяками. Опьяненый разум Казуичи рисовал самые извращённые картины с Гандамом. Чтобы держать себя в руках, Сода смотрел в телевизор, однако это было бессмысленно. Покрасневший от алкоголя Танака прерывисто дышал и постоянно поправлял мешающий локон. Соня кажется задремала. С каждой секундой рассудок казалось покидал Казуичи, и тот уже готов был соскочить с кресла и повалить Животновода на пол, прижать всем телом и поцеловать. Рука парня вцепилась в обивку и сжала её.       Вдруг Соня поднялась с дивана, кивнула Гандаму и подошла к Соде. Тот опешил и словно в миг протрезвел. Гандам тоже встал с пола и с интересом ребёнка начал смотреть на происходящее. Мисс Соня взяла своими тонкими изящными пальцами подбородок парня и…поцеловала! Мягкие абсолютно розовые губы девушки соприкоснулись с губами Казуичи. — С днём рождения!       Это крикнул Танака, смотревший со стороны. Соня, отстранившись от Соды, тоже закричала. На их лицах были полупьяные улыбки счастья за друга и веселья. — Я попросил Соню сегодня поцеловать тебя. Ты ведь уже несколько лет об этом мечтал!       Танака смеялся и бурно поздравлял с исполнением мечты. Соню, казалось, вообще не смутил это поцелуй.       А что же Казуичи? Знаете звук разбившегося стекла? Так вот такой же звук услышал парень. Только в реальности ничего не разбилось. Может отчасти Сода понял это, но всё равно закрутил головой в поиске разбитой вещи. Ноющая боль в левой части груди ясно дала понять — то, что ты ищешь, внутри тебя. Многие говорят, что нельзя почувствовать душевную боль физически. А я скажу можно, причём очень даже сильно. Ваше сердце словно объяло пламя, медленно сжигая чувства и создавая непроницаемую корку. В такие моменты ты будто теряешь способность слышать и видеть. Некогда сверкающие глаза Соды померкли, оставив лишь помутневшее от времени стекло. И под ними, подобно каплям дождя, появились крупные слёзы. Стоило Казуичи моргнуть, и они потекли по щекам. Слух и зрение вернулись так же резко, как и исчезли. Сода посмотрел на Танаку и через силу улыбнулся. Ему было так тяжело это сделать, но он смог. — Спасибо большое.       Вечеринка подошла к концу. Гандам и Соня уехали, оставив Соду одного. Парень лёг на кровать в своей комнате и приготовился реветь. Слёзы снова потекли из глаз, раздражая кожу лица. Но кричать или издавать какие либо звуки совершенно не хотелось. Не было сил. Засыпая, Казуичи подумал, что неплохо было бы уехать завтра на курорт. Надолго. ****       Гандам проснулся с лёгкой головной болью. Вокруг него спали хомяки, мирно посапывая. События вчерашнего дня он помнил очень отчётливо: поцелуй Сони и счастливого Казуичи. Тот был настолько счастлив, что аж заплакал. «Какой же я молодец, что уговорил Соню поцеловать Соду» — думал про себя Животновод и ухмылялся. Поднявшись с кровати, он пошёл на кухню сварить себе кофе. Четыре Тёмных Ангела Разрушения проснулись от шагов хозяина и побежали за ним. За завтраком Танака разговаривал со своими питомцами и ненароком заговорил о Казуичи. — Надеюсь, теперь он признается ей в чувствах без всяких шуток.       Самый большой хомяк Чам-Пи внимательно посмотрел на Танаку и закрутил головой. Другие люди могли бы счесть это за игру, но Животновод сразу понял, что тот не согласен. — С чем ты не согласен, Чам-Пи?       Хомячок пару секунд смотрел на Гандама а потом вдруг побежал в прихожую. Танака разволновался и пошёл вслед за питомцем. Чам-Пи открыл замок сумки и теперь вытаскивал из неё фотографию. Заметив подошедшего хозяина, хомяк демонстративно махнул на край фотки и сел рядом. Танака достал фотографию и удивлённо взглянул на неё. Изображение его самого. Поразмыслив, Гандам понял, что ни у кого не брал и тем более не просил этот снимок. — Откуда?       Чам-Пи повертелся на месте и покрутил головой. — Ты взял её у Казуичи?! Значит ли это что…       Танака поднял на руки хомяка и продолжил фразу: — мы действительно лучшие друзья! А как лучший друг, я должен устроить ему свидание с …аааа       Хомяк, сидевший на ладони, укусил до крови своего хозяина и злобно посмотрел на него. Он закричал как мог и снова укусил, но уже слабее. Танака непонимающе смотрел на поведение Чам-Пи. На фотографии не было никаких надписей или знаков, на которые можно было бы опереться. Гандам начал думать, вспоминая события ближайших дней. В разговоре с Казуичи всё было в порядке, на дне рождении тоже. Но позавчера, когда Танака приехал в шиномонтажку, он застал Соду за просмотром какой-то фотографии. Парень, заметив Животновода, поспешно убрал фотку. И это при том, что между ними никогда не было секретов. Если Казуичи с такой глупой улыбкой смотрел на фотографию Танаки, и прятал её, может ли он ЛЮБИТЬ Гандама? Да нет, бред какой то. Но почему тогда Чам-Пи так взбесился?       После долгих раздумий Танака решил, что спросит напрямую, любит ли его Казуичи. — Я спрошу его, только не злись.       Хомяк посмотрел в глаза хозяина и, удостоверившись в правдивости слов, перестал беситься. Допив кофе и доев печеньки, Гандам побежал на парковку за своей машиной, чтобы ехать к другу. ***       В это время Казуичи собирал вещи на курорт. Он узнал у Сони, что может сегодня же поехать туда, ибо это частный участок. Такси до аэропорта прибудет в 11:45, сейчас же была уже половина двенадцатого. Одежда, гаджеты и кроссворды. Что ещё нужно отдыхающему человеку? Быстро перекусив, парень выбежал из квартиры, едва не забыв запереть дверь. Такси подъехало к самому подъезду, и водитель помог погрузить сумки. Казуичи сел в салон автомобиля и радостно посмотрел на билет курорта, на котором было написано «2 МЕСЯЦА В ПОЛНОМ КОМФОРТЕ».       11:50. Машина Гандама подъехала к дому Соды. Парень идёт к домофону и набирает код квартиры. Длинные, как сама вечность, гудки. Танака выхватывает телефон и набирает Соне. Та, берёт трубку и говорит, что Казуичи уехал в аэропорт, чтобы улететь на курорт. Танака бегом бросается к машине и, сев за руль, срывается с места. Игра со временем начинается.       Дороги не слишком заполнены автомобилями, что является большим плюсом. Ближайший рейс отправляется в 12:40. По навигатору Гандам будет там через 23 минуты. Он очень переживает, ведь разговор нужен лицом к лицу а не через телефон.       В это время Казуичи оставалось совсем немного до аэропорта. Он скучающе смотрел в окно автомобиля и придумывал себе занятия на отдыхе. Время 12:13.        Гандам наконец выехал на пустынную магистраль и набрал большую скорость, чтобы успеть вовремя. Часы показывают 12:17. Расплатившись с таксистом, Сода отправился на посадку. Через четыре минуты подъезжает Гандам и, бросая машину прямо у входа, бежит к табло, чтобы узнать в какую сторону идти к самолёту. Направо потом снова направо и прямо, вот и весь маршрут. За то время, пока Гандам бежал, он обдумал все чувства к Казуичи. Лучший друг, нет, нечто большее чем лучший друг. Однако любви к парню как таковой нет. В общем недопарень — передруг. В любом случае это поправимо.       Танака бежит последний прямой коридор. Ноги болят от такой внезапной пробежки, лёгкие горят изнутри, в горле пересохло. Впереди он замечает знакомую розовую шевелюру, которая приближается к выходу из здания. В миг вся боль будто превратилась в энергию. Гандам едва не растерял хомячков по дороге, вот насколько быстро он бежал. Парней разделяет буквально пара метров. — Казуичи!       Фигура остановилась и обернулась на голос. Сомнений нет, это точно Казуичи. — Гандам?       Парни остановились в паре метров друг от друга. Запыхавшийся Танака восстанавливал дыхание, жестом показывая подождать немного. Казуичи с любопытством разглядывал того и не скрывал переживания. Когда Животновод наконец отдышался, то тут же выпалил: — Ты меня любишь как парня?       Сода отшагнул и побледнел от такого вопроса. Глаза забегали в поисках помощи или ответа. Не придумав ничего, он тихо ответил: — Нет — Как нет, у меня есть фотография меня, на которую ты пялился! Прошу ответь мне, ты меня любишь?       Из шарфа вылезли два хомяка и один из них перепрыгнул на Казуичи. Он нежно потёрся о шею парня и что-то пропищал. Сода хотел заплакать, но всеми силами сдерживал слёзы. Хомяк, сидевший на Гандаме, укусил его за ухо, и парень подошёл к Соде. Тот опустил от волнения голову. Танака осторожно положил руки на плечи парня и прижал того к себе. Тихонько поглаживая по спине Соду, он проговорил: — Я останусь рядом, чтобы ты не сказал. — Тогда…да.       Казуичи поднял своё лицо и встретился взглядом с Гандамом. И тут случилось нечто. Танака опустил свой шарф и прислонился губами к губам Соды. Приоткрыв челюсть парня, Гандам проник своим языком внутрь, полностью доминируя процессом. Казуичи в его руках задрожал и сильнее прижался к парню. Однако страстный поцелуй закончился также быстро, как и начался. Танака отстранился и хрипловатым голосом сказал: — Прости, что твой первый поцелуй забрал не я.       Казуичи ничего не ответил и снова потянулся к желанным губам. — Сода, самолёт! — Полечу завтра. Мы вместе полетим.