Как кошка с собакой

Тук. Тук. Тук. Гулкий звук бьющегося сердца отдавался эхом сначала в ушах, а потом в сознании Чу Ваньнина. Прижавшись щекой к широкой груди Мо Жаня, он не мог сдержать улыбки. Мягко покачиваясь из стороны в сторону в такт негромкой музыке, они держались за руки в абсолютной темноте зимнего вечера. За окном стоял одинокий фонарь, еле-еле попадавший своим оранжевым светом в незашторенное окно. Где-то в глубине комнаты все ещё горел незатушенный фильтр сигареты, совсем немного дымившийся. Прикрыв глаза, Чу Ваньнин крепче переплел их с Мо Жанем пальцы и аккуратно, со всей нежностью, что была в его совсем недавно обретшем покой сердце, поцеловал ключицу мужчины напротив. - Я так люблю тебя, - прошептал Ваньнин. Никого, кроме тебя. Вечно, до самой смерти и после неё. Сильнее, чем самого себя и жизнь. Сквозь густую мглу ночи он не видел ничего, кроме своей самой большой радости. Только его темные глаза, отливающие фиолетовым, только его волосы, струящиеся по плечам, только его крепкие руки, ровное дыхание. В мире больше не было ничего, кроме этого образа для Ваньнина. Ответа не последовало. Лишь грудь, на которой так удобно расположился мужчина, слегка задрожала, и сердце забилось чаще. И это было гораздо красноречивее всех слов на свете.