Противоречие

В наушниках играют песни, которые он когда-то слушал с Соу. «Лишь одну минуту, и я выключу. Обязательно. Всё равно я не сильно люблю эти песни.» Но проходит час, и плейлист заканчивается. Шин не скучает. Ни капельки. А шарф Соу это так. Безделушка. Просто он никак не может найти свой потрёпанный синий на верхней полке. «Этот шарф такой тёплый, мягкий и уютный, даже всё ещё приятно пахнет дорогим одеколоном и самим Хиёри. Ни за что не сниму и не отдам. Никому.» — Исчезни. Шин открывает фоторедактор, чтобы чёрным цветом вычеркнуть лицо Соу на фотографии, которую он когда-то сделал украдкой. И даже перечеркнуть, сжечь и развеять пепел от рисунков, сделанных на тетрадном листе во время занятий или в ночную смену. «Но рука вместо того, чтобы вычёркивать, пишет лишь несколько слов в углу изображения.» Шин закрывает фоторедактор, не сохраняя изменения, а рисунки просматривает, после чего прячет их обратно в шкаф. «Не хочу забывать твоё лицо и твою улыбку. Даже если взгляд и пугал меня до ужаса. Мне не хватает этого.» — Я не скучаю. Не возвращайся н и к о г д а, Хиёри. «Лжец. Очевидный лжец.» Нет-нет, что вы. Очевидно, Шин не лжёт. Он действительно испытывает именно это. Его не грызут противоречия как других. Он выше всего этого! — Ненавижу, — срывается с губ. Но почему же так быстро бьётся сердце и ощущается что-то неправильное после этих слов? Почему от мыслей об объятиях и поцелуях с Соу становится тепло на душе, сердце снова отбивает бешенный ритм, а лицо краснеет. «Я всё ещё люблю тебя, Хиёри…» Нет. Это в комнате просто жарко, поэтому так и происходит. Ещё и вторая выпитая банка энергетика и чашка кофе в ночную смену дают о себе знать. Нужно просто немного отдохнуть и поспать, и тогда всё пройдёт. Верно? Шин мотает головой, вытирая слёзы после очередного ночного кошмара, где Соу исчезает с доброй улыбкой и хищным взглядом, тенью ускользает, словно мираж в летнюю жару. Шин сильный. Он не зависим и не привязан к Соу. Теперь он свободен и может двигаться дальше. Соу Хиёри исчез навсегда из его жизни. То, что он преследует и пытается ухватить чужой образ во сне — ничего не значит. «Прошу, пожалуйста, вернись, Хиёри… Я скучаю. Я всё ещё жду тебя. Я люблю тебя.» По щекам вновь катятся слезы от этой мысли. Шарф, словно петля затягивается на шее. Эмоциональная привязанность его проклятье.