Помоги дышать

2012

Рей никогда бы не подумала, что однажды этот день настанет. Да, такое происходит сплошь и рядом абсолютно с каждой парой, но не с ними. Ведь они — Рей и Кейске. Они прошли вместе через ад и любят больше жизни. Однако вот и они здесь. Ссорятся до хрипоты в голосе второй час подряд, не замечая ничего вокруг и не слыша друг друга. И что-то в глубине души подсказывает, что это не просто бытовая ссора (коих, к слову, в последнее время тоже стало больше), которую можно разрешить смазанными поцелуями и бурным примирительным сексом у стены. В этот раз все серьезно. В этот раз никто не собирается уступать. И злость — именно она — ядовитой повесой парит между ними, не позволяя видеть четко, не позволяя слышать и трезво думать. Рей не может понять точно, когда все началось. Возможно, их медленно затягивал в свою пучину быт, возможно, отношения слишком приелись, возможно, у них настала очередная черная полоса в жизни, которую вместе преодолеть больше не казалось возможным. Но, должно быть, точку невозврата, после которой все накопленное напряжение дало о себе знать в полной мере, они прошли сегодня утром, когда Рей снова проснулась в холодной постели одна. Баджи начал все реже ночевать дома — их агентство расширялось со стремительной силой, заключало новые контракты и вот-вот собиралось выходить на мировой уровень, так что они с ребятами сутками пропадали в офисе, на выездах и в командировках. Рей ничего не оставалось, кроме как терпеливо ждать, когда это закончится, и завистливо поглядывать на Эмму, пребывающую на седьмом небе от того, что Доракен окончательно завязал с охранными делами, полностью посвятив себя магазину байков. Баджи о смене деятельности пока даже не задумывался, а в последнее время и вовсе начал слишком резко реагировать, если Рей заводила разговор на эту тему. Работа и правда выжимала из него все соки — это можно было сказать даже по залегшим кругам под глазами, осунувшейся худобе и вечной раздражительности, сквозившей меж подрагивающих пальцев и нахмуренных бровей. Рей все это видела и медленно погибала от осознания беспомощности, потому что не знала, как ей все исправить, как подарить ему комфорт и забрать половину груза на себя. Потому что Баджи этого не позволял. И все же, наверное, спусковым крючком послужило не очередное одинокое пробуждение Рей, а то, что случилось позже. Это был выходной день, и она могла позволить себе понежиться в кровати чуть дольше положенного, но без Баджи рядом, если честно, не особо-то и хотелось. Поэтому Рей без особого энтузиазма встала с постели и принялась заниматься субботней рутиной, параллельно названивая ему, чтобы проверить, как он. Баджи трубку ожидаемо не брал — либо все еще находился на патруле, либо сдавал отчет по нему, так что Рей, уже даже не испытывая разочарования, а лишь легкую усталость, продолжила заниматься своими делами, включив телевизор жужжать на фоне. И в какой-то момент ее слух выхватил из общего потока вещания те самые слова, которые она вот уже столько лет боялась услышать. «…прошедшей ночью группа злоумышленников совершила вооруженное ограбление головного офиса компании Resona Holdings, являющейся холдинговой компанией банковской группы Resona Group. На место проишествия тут же выехала полиция, но когда наряд прибыл, здание банка уже было оцеплено патрульной группой охранной службы «Токийская Свастика», услугами которой Resona Group пользуется вот уже несколько лет. Все предупреждения полиции преступники игнорировали, заперевшись с деньгами в лобби банка. Согласно показаниям очевидцев, к четырем часам ночи началась перестрелка. Нашим корреспондентам пока не удалось добыть больше сведений, но полиция подтвердила факт преступления, как и то, что по итогу перестрелки было задержано семь человек. Также на месте преступления были замечены машины скорой помощи — по предварительным данным, погиб один человек, и еще двое — ранено. Наша редакция продолжает следить за развитием событий и…» Монотонный голос диктора начал медленно перекрываться звоном в ушах. Рей и сама не заметила, как обессиленно осела на пол, продолжая до побелевших пальцев сжимать пульт от телевизора. Тревога забурлила вместе с кровью. Когда перед глазами все более или менее прояснилось, Рей резко подорвалась с места, побежала за телефоном и принялась названивать всем подряд — Баджи, Чифую, Майки, Казуторе… Никто не брал трубку, и Рей уже была на грани отчаяния, собираясь самостоятельно ехать в офис и обзванивать по пути все больницы, когда на звонок, наконец, ответил Коко. — Рей? — удивленно переспросил он, услышав ее перепуганный голос на той стороне провода. — Ты, должно быть, уже слышала новости? — Что с Баджи? И с остальными? Все в порядке? — воскликнула она, останавливаясь у порога и запуская пальцы в волосы. Сердце готово было вот-вот прорвать грудную клетку, но относительно ровный голос Коко заставил ее немного успокоиться. — Не переживай, никто из наших не пострадал. Они сейчас в полиции, возбуждают следствие. Скоро должны уже разойтись. На глазах у Рей от облегчения выступили слезы. Гул сердца начал постепенно стихать. Громко выдохнув, она искренне произнесла: — Спасибо, Коко, — и повесила трубку. Когда через час домой вернулся Баджи, тревога и страх давно успели отступить, оставляя вместо себя только злость и возмущение, что подпитывались ядовитыми мыслями все это время. Так что, услышав хлопок входной двери, Рей даже не подорвалась привычно с места, чтобы встретить любимого. Лишь осталась сидеть за обеденным столом, свесив голову меж рук и пытаясь не дать волю переполнявшим эмоциям. — Малыш, я дома, — раздался в гостиной уставший голос Баджи. Скинув куртку на диван, он, еле переставляя ноги, направился на запах свежего кофе и жаренных тостов. Прошел мимо сгорбившейся Рей, мимолетом поцеловав ее в макушку, и уже было добрался до кухонного островка, как вдруг удивленно обернулся. — Эй, все в порядке? Рей подняла на него взгляд заплаканных глаз. — Так сложно было взять трубку, когда я звонила? — едва слышно спросила, безуспешно пытаясь скрыть сквозящую в голосе дрожь. Баджи, уловив ее настроение, тут же нахмурился и растерянно похлопал себя по карманам. — Мобильник забыл в офисе, — едва различимо пробормотал, старательно уводя взгляд уставших глаз в сторону. — Что-то серьезное случилось? Натянутая струна терпения с треском лопнула. Рей, опьяненная коктейлем эмоций, резко поднялась с места, отчего стул, на котором она сидела, издал противный скрежет. — Ты у меня спрашиваешь? — воскликнула она, в миг возвращая к себе внимание Баджи. Голос жалобно надломился, но она продолжала повышать его, не задумываясь о последствиях. — Я просыпаюсь утром — в очередной раз одна, между прочим, — включаю телевизор и вижу новость о том, что ваш патруль попал в перестрелку, есть раненные и пострадавшие. Ты хоть понимаешь, что я испытала в тот момент? Представляешь, какие только мысли мне не лезли в голову, пока я безуспешно пыталась дозвониться до тебя? Реакция Баджи долго ждать себя не заставила. На долю секунды прикрыв устало веки, он вновь распахнул их и сердито выпалил: — А ты? Ты хоть понимаешь, какой ад творился у нас всю ночь и утро? Я не то что позвонить — я в туалет поссать сходить не успевал. Честно, вообще не до этого было! — Да, спасибо, я уже поняла, что тебе давно не до меня! — Почему ты всегда переиначиваешь мои слова? — Потому что я вижу это по твоему отношению! Пока ты обо мне даже не вспоминал, я думала, что ты умер, Кейске! — отчаянно воскликнула Рей, срывая голос. На глазах выступили свежие слезы. — Гребаные двадцать минут, которые я пыталась дозвониться хоть до кого-нибудь, я думала, что это ты оказался тем самым «летальным случаем»! Обескураженный льющимся из нее отчаянием, Баджи растерянно замер на месте, потихоньку умеряя свой пыл. — Малыш, но мы ведь с тобой уже сотню раз обсуждали это… — горько протянул он, хмуря брови. — У меня такая работа, и от рисков никуда не деться. Рей в ответ лишь покачала головой, пряча заплаканное лицо в ладонях. Плечи ее мелко затряслись — у Баджи внутри что-то неприятно надломилось. Неуверенно сделав шаг вперед, он подошел ближе к ней, осторожно кладя ладонь на плечо, но Рей тут же скинула ее с себя одним резким движением. — И что ты теперь мне предлагаешь? — приглушенно процедила она, отрывая руки от лица и упрямо отворачиваясь от сочувственного взгляда Баджи. — Продолжать так жить? Просыпаться по утрам одной, включать новостной канал и с замиранием сердца ждать, пока на экране не высветится твое фото в списке погибших или пока мне не позвонит Коко и не сообщит, что ты не вернулся с очередного ночного патруля? — Ты драматизируешь, — скривился, словно от зубной боли, Баджи, дергая головой в сторону. — Действительно опасные патрули у нас случаются раз в месяц, если не реже. Все остальное время относительно спокойно. Рей резко развернулась на месте, награждая его возмущенным взглядом, и взмахнула руками. — Ох, так я должна тебя поблагодарить, что ты подвергаешь свою жизнь опасности не каждый день, а всего лишь раз в месяц? Баджи в ответ на это тяжело закатил глаза, нервным жестом зачесывая назад падающие на лицо черные пряди, и воскликнул: — Хорошо, что тогда ты мне предлагаешь? Это моя работа, мои обязанности, и я не могу так просто от них отказаться! — Я тебе сотню раз предлагала уволиться! Сменить место работы! На этом агентстве свет клином не сошелся, но нет же, ты без этого не можешь! Ты ведь чертов адреналиновый маньяк, и не дай боже, чтобы хоть один день прошел так же скучно, как у твоей занудной девушки! С губ Баджи сорвался нервный смешок. — Да что ты, черт возьми, несешь? — отрезал он, неверующе качая головой. — Не надо сейчас проецировать на меня свои комплексы! Брови Рей возмущенно взлетели вверх. — Мои комплексы? Да как ты… Но Баджи не дал ей договорить, продолжая наступать: — Да, ты мне сотню раз предлагала сменить род деятельности! И на что? Открыть ебучий зоомагазин! Воплотить мечту из детства! Ты правда такая наивная, Акира? — Послушай себя! Ты даже не воспринимаешь эту затею всерьез, конечно, для тебя она будет звучать как бред! Но если бы ты только задумался… — Единственное, о чем я сейчас думаю — это как заработать денег, и побольше. — Четко выговаривая слово за словом, Баджи принялся расхаживать взад-вперед по комнате, активно жестикулируя: — Я совсем недавно купил маме дом, взял машину, а все мои мысли заняты тем, как бы обеспечить нам с тобой беззаботное будущее, так что поверь, родная, открытие какого-то там зоомагазина, который даже не факт, что будет приносить прибыль хоть когда-нибудь, совершенно не вписывается в мои планы! — Да сдалось мне это беззаботное будущее, если рядом не будет тебя! — Рей обреченно схватилась пальцами за виски, принимаясь нервно потирать их в попытке успокоить разросшуюся головную боль. — И к тому же… «обеспечить»? Серьезно? Я уже несколько лет как официально работаю и получаю стабильную зарплату, но ты по-прежнему смотришь на меня как на кого-то, кто и шага не сможет ступить без твоей опеки! — Ты снова все переиначиваешь! Да, я хочу обеспечить свою девушку, разве это плохо? И если кто уж тут и занимается излишней опекой — так это ты! — Хорошо, можешь называть это опекой, если тебе так нравится! Но все, чего хочу я, это чтобы ты наконец оказался в безопасности и занялся тем, что тебе по душе! Баджи снова издал нервный смешок, так, словно услышал что-то невероятно глупое и наивное, и ядовито процедил: — Я тоже много чего хочу, но мы уже давно не дети, чтобы верить в подобные сказки. Прости, что я со своими амбициями и реализмом не вписываюсь в твою идеальную жизнь! Рей вдруг резко отняла руки от лица и вскинула на него полный боли взгляд. — Идеальную жизнь? — переспросила она едва слышно подрагивающим голосом. — Ты считаешь, я живу идеальной жизнью? Выражение лица Баджи с разъяренного сменилось на растерянное. Казалось, он и сам понял, что ляпнул лишнего. — Я не это имел в виду… — принялся было оправдываться он, но Рей его перебила: — Тогда что ты имел в виду? Ты ведь даже не задумываешься, да? Даже не думаешь о том, через что я прохожу в последнее время! Ты живешь этой своей работой, совершенно забыв про меня! Мы отдаляемся, Кейске, неужели ты не понимаешь этого? — Думаешь, тебе одной тяжело? Мне тоже, блять, плохо! Я изнеможен, я заебался, у меня не хватает ни сил, ни времени, но я понимаю, что иного выхода нет! — Так почему ты не делишься со мной всем этим? Я — часть твоей жизни, мы через столько всего прошли, но даже спустя столько лет ты снова возвращаешься к тому, что пытаешься тащить на себе весь груз в одиночку! Я не заслуживаю твоего доверия? Не заслуживаю быть в курсе того, что с тобой происходит? Ты считаешь, я не справлюсь с этим? Эмоции лились через край, разбавленные отчаянием и непониманием. Стены квартиры в очередной раз были свидетелями едких криков и хлестких обвинений. Баджи и Рей продолжали ссориться до звона в ушах, срывая голоса, вышагивая по замкнутому кругу недосказанностей и обид. Оба не понимали, когда в их жизни наступил этот переломный момент, и не понимали, как дальше справляться. Отступать никому не хотелось — каждый верил только в свою правду, хоть и самыми глубокими фибрами души понимал, что стоит остановиться, стоит сделать шаг назад и попытаться успокоиться, пока не стало слишком поздно. Но костер скопившейся злости продолжал подпитывать их и без того разошедшиеся распри, не позволяя вздохнуть ни на секунду. И первым все же сдался Баджи. Выкрикнув очередную резкую реплику он, не в силах больше это терпеть, развернулся на месте и вылетел из кухни, по пути выплескивая весь свой гнев на ни в чем неповинную вазу, что тут же осколками разлетелась по полу, вторя разбитым хрустом их сердцам. Грязно выругавшись и раздраженно дернув травмированной рукой, Баджи схватил с дивана куртку и направился в сторону выхода. Оглушительно хлопнула входная дверь. Рей испуганно дернулась на месте. Спрятав лицо в ладонях, она обессилено упала на стул, топя в себе глухие рыдания. На столе так и остался стыть нетронутый кофе.

***

Рей аккуратно водила по полу веником, собирая осколки разбитой вазы, когда вдруг услышала за спиной легкий скрип, который вот уже давно не слышала. Скрип повторился чуть громче, по полу потянуло сквозняком. Рей обернулась к окну ровно в тот момент, когда Чифую аккуратно спрыгнул с подоконника, вороша светлые волосы пятерней и неловко улыбаясь. Она невольно улыбнулась ему в ответ, поджимая губы, лишь бы снова не дать волю эмоциям и не разреветься. — Ничего, что я через окно? — спросил он, закрывая за собой форточку. — Просто подумал, что… — Нет, все в порядке. Я даже успела соскучиться по этому. — Пройдя на кухню, Рей высыпала остатки мусора в ведро и отставила веник с совком в привычный угол. В последнее время Чифую не то что стал заглядывать к ним в квартиру через дверь, но и вообще стал все реже появляться. Это было нормально — в конце концов, они взрослели, заводили новые знакомства, имели в запасе уже не так много свободного времени. Однако эта его маленькая выходка нахлынула на Рей потоком ностальгии. Она невольно вспомнила те деньки, когда у них с Баджи все только начиналось, когда они только-только влюблялись друг в друга, когда будущее казалось одновременно захватывающим и пугающим, когда жилось только одним днем. — Я слышал ваши крики, — разрезал тишину обеспокоенный голос Чифую. — Это было настолько громко? — горько усмехнулась Рей, возвращаясь в гостиную и занимая место на диване напротив него. Чифую неловко отвел взгляд в сторону, принимаясь пальцем корябать обивку кресла. — Что случилось? — наконец спросил он чуть хрипло и тут же поспешил прочистить горло. — Это из-за того, что произошло ночью? Рей ничего не ответила — лишь сдержанно покивала, пряча лицо в ладонях. Послышался легкий шорох, а через секунду диван около нее прогнулся под весом Чифую. Не говоря ни слова, он мягко приобнял Рей за плечи, позволяя ей уткнуться носом в свою грудь и дать волю эмоциям. — И самое худшее: я понимаю, что сама перегнула в этот раз, — всхлипывала она минутами позже, выплакав все слезы и чуть успокоившись. — Кидалась какими-то беспочвенными обвинениями, что-то предъявляла ему… Но я не могу ничего с собой поделать. Я устала жить с извечным страхом за его жизнь. Я просто… боюсь. И это сводит меня с ума. Выслушав ее, Чифую задумчиво нахмурился. Чуть пожевал нижнюю губу, отбивая ритм пальцами по подлокотнику. А потом осторожно произнес: — Рей-чан, как ты думаешь, почему Баджи-сан так привязан к этой работе? — Потому что ему нужно постоянно чувствовать адреналин и опасность, — раздраженно повела плечом Рей, закатывая глаза. — И потому что она приносит ему стабильный доход. Чифую как-то неопределенно хмыкнул. — Да, ты права. Отчасти. Но есть еще кое-что. — О чем ты? — Это напоминает ему о былых деньках в Свастонах. Патрули, собрания, совместные обеды… Просто понимаешь, мы все взрослеем, наши пути так или иначе расходятся. Доракен стал уже совсем семейным человеком, пропадает вечно либо дома, либо в своем магазине с Инупи. Хаккай уже полгода колесит по миру с контрактами, Мицуя не вылезает из своей мастерской столько же. Чтобы встретиться и выпить где-нибудь с Па-Чином или Пеяном, нужно планировать за месяц, потому что они сейчас вообще не сидят на месте. Близнецы тоже думают завязывать с агентством после того, как Злюка сильно травмировался на одном из выездов. Хотят открыть раменную или суши-ресторан. Понимаешь, к чему я веду? Рей вскинула на Чифую взволнованный взгляд и покивала головой. Он продолжил: — Ты, Свастоны и Тэруко-сан — самое важное для Баджи-сана. Он пытается балансировать между вами: старается быть рядом с друзьями, обеспечить матери беззаботную старость, а тебе — жизнь, которую ты заслуживаешь, но у него не всегда получается. И я понимаю тебя, понимаю, почему ты злишься и боишься, так что с моей стороны было бы нечестно просить тебя смириться с этим, но… Но просто дай ему время, хорошо? А в ответ я могу тебе пообещать, что всегда буду рядом и не позволю ничему плохому случиться с ним. — Чифую… — растроганно прошептала Рей, снова безуспешно пытаясь справиться с подступившими эмоциями. Слов нужных тоже не находилось — не придумали еще таких, что были бы способны выразить всю ее любовь и благодарность человеку, сидящему напротив. Поэтому, так и не найдя, что ответить, Рей просто-напросто втянула его в крепкие дружеские объятия, принимаясь нежно трепать по светлой макушке. — Спасибо. Чифую так же крепко обнял ее в ответ, успокаивающе поглаживая по спине. — Скажи мне, как так вышло, что ты до сих пор один? — вдруг весело спросила она, разрывая объятия и оценивающе оглядывая его с ног до головы. — Тебе срочно нужна девушка, такой потенциал пропадает. — Ой, Рей-чан, ну не начинай, — смущенно пробухтел Чифую, равномерно заливаясь краской и неловко потирая шею. — Если бы я сам знал, почему у меня не клеится на любовном фронте… Но я не знаю. В седзе-манге о таком не пишут. — Ну так может, стоит немного оторваться от манги и выглянуть в реальный мир? — насмешливо вскинула брови Рей и вдруг нахмурилась чему-то своему. — Слушай, а что ты думаешь об Изуми? — Почему ты спрашиваешь… — Она полгода назад рассталась со своим парнем и сейчас тоже страдает от одиночества. К тому же, она всегда считала тебя хорошеньким. Лицо Чифую удивленно вытянулось: — Рей-чан, и ты только сейчас говоришь об этом?! — возмущенно воскликнул он. Рей весело рассмеялась и вскочила с места, дабы избежать его гнева. — Просто я никогда не знала, нравится ли Изуми тебе! К тому же, она долгое время встречалась с другим парнем. Но теперь, когда вы оба свободны… Можно подумать об этом. — И давно ты в свахи записалась? — насмешливо фыркнул Чифую. Рей в ответ снисходительно закатила глаза: — Да вот, с недавних. Пошли чай попьем, расскажу тебе больше об Изуми, — и потянула его за руку в сторону кухни.

***

Занеся тяжелые пакеты на кухню и водрузив их на стол, Эмма тяжело выдохнула, тыльной стороной утирая пот со лба, и устало облокотилась о столешницу. Немного постояв так, позволила себе передохнуть, после чего направилась в сторону плиты, чтобы начать приготовление обеда, как вдруг услышала странные звуки, доносящиеся из глубины додзе. Замерев на месте, прислушалась, различая в них глухие удары и чьи-то крики. — Странно, — пробормотала Эмма себе под нос, вскидывая взгляд янтарных глаз на настенные часы. — Дедушка же говорил, что сегодня у додзе выходной. Может, это Майки? Недолго думая, она вышла из кухни и направилась по узким коридорам в тренировочную зону, подстегнутая любопытством. Дойдя, наконец, до нужного зала, откуда и доносились звуки, Эмма осторожно отодвинула в сторону фусуму и заглянула во внутрь, ожидая увидеть там брата, однако взору ее предстала совсем иная картина. В зале находился Баджи: раздетый по пояс и покрытый сверху до низу потом, он с отчаянной отдачей тренировался на деревянном манекене, нанося по нему четкие удары, сопровождающиеся его утробными, полными злости выкриками. — Ха! Ха! Х-ха! Волосы Баджи были собраны в высокий хвост на затылке, что слегка растрепался и ослаб. На раскрасневшемся лице застыло сосредоточенное выражение. Отойдя от манекена на пару шагов, он разбежался, подпрыгнул на месте, разворачиваясь в воздухе вокруг своей оси, и выставил ногу вперед, нанося манекену хлесткий удар, что отозвался жалобным поскрипыванием древесины. Удар прокатился эхом по залу, а сам Баджи почти невесомо приземлился на колени, вскидывая голову вверх и наконец замечая замершую у входа Эмму. — Эмма-чан? — удивленно переспросил он, выпрямляясь в полный рост. — Что ты тут делаешь? Она сложила руки на груди, опираясь плечом о дверной проем, и протянула: — То же самое хотела спросить и у тебя. Баджи в ответ чуть досадливо покачал головой и прошел в угол зала, устало усаживаясь на подъем. Поднял с пола полотенце, обтирая им мокрое лицо, и потянулся за стоящей в стороне бутылкой воды. Поняв, что ответа от него не дождется, Эмма заговорила первой: — Я пришла, чтобы приготовить дедушке еды на пару дней вперед. А то с тех пор, как я переехала, он начал питаться в раменных по соседству, где все слишком острое и жирное — а ему опасно такое есть, у него и так проблемы с поджелудочной. Теперь твоя очередь. Баджи раздраженно дернул щекой, закинул полотенце на шею и коротко ответил: — Да так, потренироваться немного решил. — И часто ты сюда приходишь? — Заглядываю, бывает, после работы. Выпустить пар. Ты, наверное, уже слышала, что сегодня выдалась тяжелая смена. — Да, слышала, — задумчиво произнесла Эмма, окидывая его недоверчивым взглядом. — Но что-то мне подсказывает, что дело не только в этом. — Вот только давай без этого, — хмуро отрезал Баджи, кривя губы, и со злостью отставил бутылку в сторону. Эмма тяжело вздохнула, отделилась от двери и неспешным шагом прошла в зал, чтобы сесть на пол около Баджи. Тот бросил на нее угрюмый взгляд исподлобья, но ничего против не сказал. — Восемнадцать лет назад… — протянула Эмма, оглядывая комнату широким взглядом. — Мы впервые встретились здесь, помнишь? — Именно в этом зале? — удивленно переспросил Баджи, осматриваясь по сторонам. — Да. Я пряталась там, — она указала пальцем в сторону двери, что выходила в сад, — пока вы тренировались. Потом вы меня заметили, начали дразнить, а я развела сопли. В тот же день ты познакомился и с Майки. Теперь вспоминаешь, Эдвард? Получив легкий тычок в плечо от Эммы, Баджи против воли улыбнулся. — Это что, какой-то психологический трюк, чтобы я тебе вывалил все свои проблемы? Эмма тут же притворно нахмурилась: — Да как ты можешь такое говорить? Я же от всего сердца! Баджи снисходительно покачал головой. Немного помолчал. А потом все же выпалил: — Мы с Рей посрались. Опять. — Из-за чего? — Да из-за всего. Мозги делает мне, хочет, чтобы я уволился. Говорит, что я перестал обращать на нее внимания. Ну и еще хуева туча претензий. — А ты что думаешь по этому поводу? — Думаю, что мы становимся слишком разными. То есть нет, мы всегда были разными: она — Задротка, я — Гопник. Раньше это особо не мешало нам, но сейчас… Сейчас это становится серьезной проблемой. Мне все чаще начинает казаться, что я не тот, кто нужен ей. Не тот, кто сможет подарить ей счастье. — Баджи хмуро смотрел перед собой, не отрывая взгляда от крепко сцепленных кулаков. Эмма смотрела на него, задумчиво склонив голову и подперев щеку ладошкой. — И что, по-твоему, для нее счастье? — Стабильная работа, дети, кошка, какой-нибудь домик на окраине. И муж, который не подвергает свою жизнь опасности каждый день. — То есть, ты считаешь, что Рей будет счастлива в домике на окраине, но без тебя? — А разве со мной она сейчас счастлива? Это какой-то ебучий парадокс: я хочу сделать ее счастливой, но вместе с этим продолжаю причинять боль. В зале на какое-то время повисло грузное молчание. Каждый думал о чем-то своем, пока, наконец, не подала голос Эмма. — Помнишь тот день, два года назад, когда ты попал в больницу после аварии? Баджи непонимающе нахмурился, поворачиваясь к ней: — К чему ты это вспомнила? — Я была там, пока ты лежал на операционном столе и боролся за жизнь. Была рядом с Рей. Никогда не забуду выражение ее лица. Она выглядела так, словно… Словно сама умерла бы, если бы с тобой что-то случилось. Но она бы никогда не оставила тебя. — Я не совсем понимаю, к чему ты ведешь, — упрямо дернул плечом Баджи, отводя взгляд в сторону. Однако Эмма видела, что он все понимал. Просто пока не хотел принимать это. Поэтому, тяжело вздохнув, она начала разъяснять: — Ты говоришь, что хочешь обеспечить ей счастье. И счастье по-твоему — это стабильность, безопасность и так далее. Но в том-то и дело, что по-твоему. Ты сам решил, что именно это необходимо Рей, потому что хочешь защитить ее от всего, когда на самом деле ей нужно совсем другое. — И что это? Эмма посмотрела на Баджи открытым взглядом, твердо заглядывая ему в глаза, и легонько улыбнулась. — Ты.

***

Рей услышала поворачивающийся в замочной скважине ключ сквозь сон. С трудом разлепила запекшиеся глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. Гостиная утопала в пасмурном сумраке — время близилось к вечеру. Рей и сама не заметила, как уснула на диване после ухода Чифую. Из коридора долгое время ничего не было слышно, и она уже было подумала, что ей все приснилось, как вдруг в гостиной, мягко ступая, появился Баджи. Тут же забыв о сонливости, Рей резко вскочила с места, даже не успев осознать свои действия, и уже было кинулась к нему, как вдруг неуверенно затормозила на месте. Баджи ее смятение заметил и сам сделал шаг навстречу, по пути доставая из-за спины яркий букет подсолнухов в крафтовой обертке. Через секунду Рей оказалась в его объятиях. — Прости меня, малыш, — с придыханием шептал он, со сквозящей во взгляде теплотой и любовью оглядывая ее сонное, слегка опухшее лицо. Рей в ответ мягко ластилась к нему, подобно кошке, и оставляла нежные поцелуи на губах, скулах, носу и лбу. Зарывалась пальцами в его волосы, привставала на носочки, прижималась всем телом. — Нет, это ты прости меня, — пылко выдохнула она, соприкасаясь с ним лбами и прикрывая глаза. Баджи подался вперед, ловя ее губы своими губами и отчаянно сцеловывая с них всю соль слез и горечь обид. — Занимайся чем угодно, только, пожалуйста, будь рядом, хорошо? Больше не оставляй меня, прошу, — продолжала сбивчиво шептать Рей между поцелуями, очерчивая пальцами его линию челюсти. С трудом заставив себя оторваться от ее губ, Баджи слегка отстранился, откладывая букет в сторону и беря ее лицо в ладони. — Я поговорил с Майки. Мы договорились, что я больше не буду выезжать на патрули — буду проводить мониторинг из офиса. — Нет-нет-нет, — замотала головой из стороны в сторону Рей. — Это ведь сделает тебя несчастным, Кейске. Ты должен быть там, в гуще событий, со своими друзьями. И я смирюсь с этим, обещаю. Я найду способ, как обуздать свой страх. Ведь ты — мой самый близкий человек. — Меня делает несчастным то, что причиняет тебе боль, а без патрулей я как-нибудь проживу. К тому же, может, мне действительно стоит подумать о том, чтобы открыть свой магазинчик? Услышав это, Рей вдруг широко распахнула глаза, чуть отстранилась от Баджи и удивленно посмотрела на него: — Что… что случилось? Почему ты передумал? — Не знаю, — как-то неопределённо дернул плечом он. — Просто осознал, что противился этой идее, потому что боялся проебаться. Но потом понял, что пока ты рядом — мне ничего не страшно. Рей пару секунд потрясённо молчала, словно до конца не верила в произошедшее. Баджи все это время наблюдал за ней с легкой улыбкой. — Ну чего зависла? В ответ Рей с визгом кинулась ему обратно на шею, крепко целуя.

***

— Слушай, малыш, — протянул Баджи часом позже, когда они, завернувшись в теплый плед и устроившись на диване, смотрели какую-то вечернюю передачу по телевизору. — А не хочешь как-нибудь пригласить на ужин Эмму и Доракена? — М? — вопросительно хмыкнула Рей, не отрывая взгляда от экрана. — С чего это ты? — Ну, не знаю. Просто. Давно не общались. Двойное свидание для парочек или как там это у вас называется, — еле слышно под нос пробормотал Баджи, едва заметно краснея. — Давай тогда уж позовем Хину с Такемичи, Коко с Инупи и Юзуху с Мицуей, посидим все вместе. — О, я уже слышу, как Улыбашка зовет нас всех предателями. Рей негромко засмеялась, поворачивая голову к Баджи. — Ничего, думаю, переживет. Это ему за тот допрос на свадьбе. — Да, точно, — коварно оскалился он, мимолетом целуя ее в макушку. — Тогда, напишу ребятам завтра. — Хорошо, — ответила Рей, снова поворачиваясь к экрану и поудобнее кутаясь в объятия Баджи, но секунду спустя лицо ее озарилось новой идеей. — А давай еще позовем Чифую и Изуми? — А их еще зачем? — непонимающе нахмурился Баджи. Рей в ответ лишь хитро улыбнулась: — Ну, просто.