Изменить мир, находясь в теле Такемичи Ханагаки

***

      Красивое звёздное небо. Куда ни посмотри — везде звёзды. Они просто заполонили весь небосвод, защищая его от тьмы. Согрели со всех сторон, не жалея своего тепла. Оно больше не одиноко. У него теперь есть друзья.       Мне хотелось бы так же, но друзья так просто не находятся. Есть, конечно, исключения, но, в основном, тебе нужно пройти девять кругов ада, чтобы в твоей жизни появился хоть кто-то.       Хотелось бы верить в сказку, в которой даже у самого тихого и замкнутого существа есть друзья, которые изо всех сил пытаются растормошить его, чтобы он стал наслаждаться жизнью, а не замыкаться в себе. В сказках всё всегда заканчивается хорошо, а вот в реальности… Не всем так везёт.       Вот и я, скорее всего, отношусь ко второму типу людей.       Попасть в отряд к Баджи, который на пустом месте может избить человека… Вот это мне повезло так повезло. Думаю, у него есть опыт в допросах. Поэтому Майки и определил меня туда.       Допрос с пристрастиями — всё, о чем я только могла мечтать, перемещаясь в этот мир. Умереть под звёздами, наверное, классно. А отличным к этому дополнением будет храм.       Так сказать, лишиться жизни на глазах у миллионной публики под одобрительный кивок правителя. И, уже будучи на пути в ад или рай, вахтеру передадут на меня досье, в котором черном по белому будет написано «ад». И я буду полностью согласна с этим решением, ведь никто меня не заставлял портить судьбу упрямого мальчишки, который хотел просто в одиночку спасти целый мир и больше.       Внезапно вокруг меня зашелестела трава, а за стволами деревьев показалось бесчисленное количество теней. Они постепенно начали приближаться ко мне. Всё ближе и ближе.       Такое ощущение, что я сейчас нахожусь в каком-то кошмаре или фильме ужасов. И совсем скоро оно сожрёт меня. Сожрёт без остатка, не дав даже пискнуть. Захватит меня в свою тьму и больше никогда не отпустит. Будет медленно, явно наслаждаясь этим, издеваться надо мной, постепенно лишая рассудка.       А когда я окончательно сойду с ума, оно посмеётся мне прямо в лицо и выбросит обратно в социум, будто надоевшую игрушку. И я буду лежать в темноте, в полном одиночестве. Никто больше обо мне не вспомнит, не утешит, не протянет руку помощи. Обо мне все забудут, и я растворюсь во мраке, став одной из звёзд.       Тени всё ближе и ближе подходили, протягивая свои длинные руки прямо ко мне.       Я готова умереть. Моя жизнь всё равно была никчёмной.       Так думает каждый подросток в моём возрасте, впадая в депрессию. Переходный возраст — страшная штука. Сколько подростков ушло из жизни, так и не познав её истинный смысл? А сколько планируют уйти?       Изменить их настрой поможет какая-то внезапно появившиеся искра в жизни. Быть может, такой искрой для меня станет это путешествие? Спасти какой-то неведомый мир, а потом со спокойной душой вернутся домой.       Но примут ли меня обратно? Ведь я могу здесь провести долгие года, и за это время мой мир может измениться: родители — поседеть, лишившись своего единственного чада, которое они не смогли уберечь; Лиза — подрасти, завести новых друзей и совсем забыть обо мне.       А больше мне и нечего вспомнить. Друзей, как таковых, у меня не было. Я всегда с завистью смотрела на большие компании людей, которые часто собирались вместе и наслаждались обществом друг друга. Я пробовала как-то гулять в большой компании, но такого тепла там не было. Обязательно находился человек, которого выставляли грушей для битья, унижая всем вместе. И именно этим человеком была я. Почему?       Я не назвала бы себя слабохарактерной, но и ответить на их оскорбления просто не могла. Их слишком было много.       Почему меня так ненавидят? Что я сделала не так?!       Тени наконец-то вышли на свет, показав свои настоящие лица. Это мне ничего особо путного не дало, но чувствовать я себя стала немного лучше. У них хотя были нормальные человеческие лица, а не изуродованные и страшные, так и жаждущие съесть меня живьём. Это были люди. Настоящие люди, а не кошмар. Даже от сердца отлегло.       Толпа внезапно расступилась, и в глубь круга вышел Баджи, а за ним и Чифую.       Смотреть на живого Баджи было немного непривычно. Ведь он… Даже не хочу вспоминать этот печальный эпизод манги. Злостный автор лишил его жизни, позволив умереть прямо на руках своего близкого человека. Как же это… печально.       — Ну что, Такемичи, — то ли обратился, то ли просто начал сразу издеваться надо мной Баджи. Ты хочешь уже наконец-то начать допрос? Ну же… Я устала ждать неизвестности. Ну как неизвестности, скорее своей смерти. — Расскажешь, что ты скрываешь? — Его клыки хищно блеснули, отражая в них Луну.       Жуть какая. Он сейчас похож на дикого зверя, который загнал в угол свою добычу. Он наслаждается её страхом, жадно поглощая все эмоции. А когда ему этого станет мало, он начнет постепенно подходить к ней всё ближе и ближе, заставив сжиматься от страха в стенку.       Мне отступать некуда, ведь меня окружили. Все были одеты в черную форму «Тосвы», прямо-таки сливающуюся со всепоглощающей тьмой ночи. На мне же был белый худи, который ощущался полной их противоположностью. Я скорее была единственным лучиком света, который изо всех сил боролся за своё существование. Я словно маленькая овечка среди разъярённых волков. Ещё чуть-чуть и меня разорвут на части.       Этого не избежать, но, кажется, моё молчание уже затянулось. Баджи не менее проницателен, чем Майки. Врать ему бесполезно, но вот так вот раскрывать свою главную тайну страшно. Мало ли, что со мной могут сделать, узнав об этом.       — Ну же! Или ты боишься меня? — нахально спросил он, видя меня насквозь. От такого напора я невольно сглотнула и сделала шаг назад. — Тебе некуда бежать. Ты окружён! — продолжал давить он.       Да я это и без тебя знаю… Но мне нужно что-нибудь ответить, иначе меня полностью поглотит страх. Он лишит дара речи, захватит власть над моим телом, и я перестану принадлежать себе.       Эта ухмылка Баджи будто доказывает то, что против него я вообще не могу ничего предпринять. Моё тело уже не слушается, но… Разве я могу прямо здесь умереть? Разве у меня есть на это право? Раз я посмела отобрать тело у Такемичи, то и должна вести себя подобающе, а не как какая-нибудь размазня, которая по духу слабее Ханагаки. Нет! Я не такая!       Наконец-то разобравшись в себе, я отбросила все сомнения, выпрямилась и гордо посмотрела в глаза Баджи. В моём взгляде больше не было тех страха и неуверенности, там были твёрдость и решимость. Я не отступлю! Я всё сделаю, чтобы спасти этот мир, не раскрыв никому свой главный секрет! Я ни за что не сдамся!       — Я тебя не боюсь! — твёрдо заявила я, не переставая поддерживать с ним зрительный контакт. — И разве тебе не всё ли равно, какие тайны кроются в моей душе? — Я решила идти прямо в лоб. — У каждого есть свои секреты, которые они не хотят никому говорить, правда, Баджи? — продолжала настаивать я, не допуская и мысли о страхе.       Всё. Побоялась и хватит. Время бороться за своё право существовать в этом мире, а не сопли размазывать.       Не знаю, на какие секреты я намекала ему, но он явно что-то понял и немного сменился в лице. Нет, я всё ещё чувствую себя бедной овечкой, окружённой стаей волков, но почему-то тревога немного пропала. Как будто эти волки не сожрать меня живьём хотят, а обнять и принять к себе, чтобы я не была больше одинока. Странное чувство.       — Верно, но мои секреты не мешают работе Майки, в отличие от твоих, — без единой тени лжи сказал Баджи. Чего? В каком месте мои секреты мешают работе Майки? Если он только ночами обо мне не думает…       Звучит как бред. Майки же не мог в меня влюбиться? Что за глупые вопросы! Майки явно не гей. Хотя и я не мужчина в душе, но мой облик говорит об обратном. Кажись, я кукухой начинаю ехать.       — Скажи мне, как такой щуплый пацан смог уделать шайку Киёмасы, не умея даже раньше драться? Человек не способен получить такие навыкы за один вечер или неделю. Это тяжёлые годы тренировок. По тебе можно сразу сказать, что ты ничем таким не занимался. Как тогда ты смог остановить коронный удар Майки?       И вот как мне на это ответить? Ясное же дело, что Майки узнает о том, что какой-то мелкий пацан побьёт Киёмасу. Тогда возникнет очень резонный вопрос: «Как?». Он начнет рыть на этого пацана информацию. И вот как выходит, что ныне некий Такемичи Ханагаки, никогда не умевший драться и всегда получавший побои, взял и победил в одиночку пять человек во главе с Киёмасой. Этот мальчик никогда не выделялся особо бойким характером, был хлюпиком и нытиком, играющим в гопников вместе со своими друзьями-неудачниками. Что же такое произошло с ним, отчего он вдруг стал таким борзым и сильным? Быть может, он всегда был таким, но скрывал? Или, как в фильмах, внезапно получил какую-то суперспособность? Но в нашем-то мире такое невозможно. И что выходит, он всегда был гением, но притворялся?       Как же я была наивна, когда думала о том, что никто таких глобальных изменений не заметит. Майки ведь очень проницателен. Он смог по одному только взгляду (В аниме) на Такемичи понять, что он явно старше, чем есть на самом деле.       Вот так и сейчас. Моё положение в этом обществе становится всё хуже и хуже. Надо что-то срочно предпринять, иначе… Будет уже поздно. Если я сейчас не смогу заполучить хоть крупицу доверия Баджи, то это приведёт к провалу.       — А что изменится от того, что я расскажу все свои секреты? — время действовать. Всё или ничего!       — Майки, как минимум, будет спать по ночам, — невозмутимо ответил Баджи.       — А какое мне есть дело до сна Майки? — Действительно, какое? Баджи сейчас напоминает мне слишком заботливую мамочку, которая сильно печётся о состоянии своего чада.       — Если глава «Тосвы» будет чувствовать себя плохо, то и нормально руководить не сможет, — сделал вполне логичный он вывод. Почему Баджи так привязался к этому Майки? Мне-то какое дело до его психического состояния.       — На этот случай у него есть подчинённые, которые смогут его защитить. — Я знаю, как Баджи дорожит своими товарищами и сам считает себя сильным. Надо немного надавить на гордость, и наш разговор почти подойдёт к завершающему этапу. — Или ты сомневаешься в своих товарищах? — Вот тут-то Баджи перестал так самонадеянно улыбаться. Я явно тяну за правильные нитки. Как бы мне не переборщить…       — Ты хочешь сказать, что я не доверяю своим товарищам? — Он явно потемнел.       Хоть бы этим всё и закончилось.       Хоть бы.       Хоть бы.       — Нет, я просто говорю, что от моих секретов «Тосва» не зависит, — твёрдо и ясно. Надеюсь, им не видно, как сильно я дрожу. — Получается, ничего не изменится от того, что я сохраню всё в секрете. Я — хороший боец, а это главное.       — Так уже ты хорош? — скептически изогнул бровь Баджи.       — Вполне. Поэтому предлагаю поединок с тобой, — вот и финальная стадия. Верю всей душой, что всё пройдёт гладко, и я не улечу в беспамятство с первого же удара. — Если я выиграю, то ты окончательно примешь меня в «Тосву» и свой коллектив. Я подчиняюсь тебе, но буду иметь право голоса и смогу иногда своевольничать. Но если я проиграю, то… — не успела я закончить, как меня нагло перебил снова ухмыляющийся Баджи, уже завязывающий свои длинные волосы в хвост.       Он готов драться.       Что-то, а такого момента он точно не упустит.       Показать высокомерному новичку своё место он всегда рад, да ещё и получить за это желанные острые ощущения от адреналина, так сладко будоражащего его кровь.        — …то ты всё равно становишься частью банды, но находишься под моим тотальным наблюдением. Отчитываешься о своём местонахождении и роду деятельности, а по первому зову приходишь туда, куда позову. Согласен или струсил?       Решил меня на слабо взять? Меня таким условием не напугать. Хотя будет крайне неудобно, если я проиграю. Но меня же не будут проверять. Можно как-нибудь и соврать, но только для общего блага.       Боже, неужели я настолько не уверена в своих силах, что уже планирую свою жизнь после поражения?       На самом деле, драться с Баджи один на один — это сплошное самоубийство. Он же меня изобьёт до потери пульса и даже не заметит.       Ну, мне ничего другого и не остаётся. Думаю, он сам хотел перевоспитать нахального новичка. Вот я и сделала то, о чём он давно мечтал.       — Согласен, — твёрдо ответила я, сохраняя невозмутимое и серьезное выражение лица, пока внутри бушевал ураган страха и сомнений. Но нельзя давать этим эмоциям вырваться наружу, иначе я не смогу нормально сконцентрироваться на бое.       — Проигрывает тот, кто первым отключится, — подытожил он и сразу с молниеносной скоростью ударил правой рукой.       Я немного отвлеклась на свои мысли, поэтому не успела среагировать как надо. Можно было просто увернуться, но мне пришлось сложить руки крестом, чтобы хоть как-то смягчить удар. Ух, ударил он явно не со всей силы, но я ощутила этот импульс боли, который прошёлся по всему моему телу. Чертовски больно! Хотя я просто заблокировала удар.       Что будет, если он перестанет играться и начнет вкладывать в атаку всю свою силу? Явно одним переломом всё не кончится. Почему нельзя было вызвать на бой Чифую… Он же явно послабее Баджи будет. Язык мой — враг мой.       И опять я пропала из реальности, снова зависнув в своих мыслях. Пора прекращать это!       Вот Баджи и прекратил, ударив меня ногой в живот, пока мои руки были заняты. Этот удар выбил из меня весь воздух, заставив беспомощно скрючится. Но я знаю, что будет дальше. Сейчас он воспользуется положением и ударит мою голову об своё колено. Ну уж нет! Это вообще мой приём! Я не собираюсь быть побежденной своим же приёмом. Поэтому отскакиваю всем телом вправо, уклоняясь от его загребущих рук, и ударяю со всех сил своей левой ногой по его правой. Он немного покачивается, ощутив какое-то неприятное ощущение, но стоит прямо. Как об стенку горох… Будто его комарик укусил.       Раз он заметно сильнее меня, то моим преимуществом будет скорость. Пока он не особо очухался, я стремительно направила свою правую ногу в его висок. Я уже хотела было победно улыбнуться, отправив его в тьму, но внезапно почувствовала на своей ноге чью-то руку.       Меня пробрал диких страх, который сразу отразился на лице, сердце начало бешенно билось о ребра, будто желая их выломать, а по лицу скатилось несколько капелек пота. У Баджи была дикая ухмылка, так и показывающая свои клыки, которые с лёгкостью могли вонзиться в мою кожу. Он будто вампир, который жаждет попробовать кровь своей жертвы. Насладиться ей до последней капли, совсем лишив бедняжку права на выживание.       Его хватка заметно усилилась, и я почувствовала, как скоро мои кости не выдержат этого напряжения. Надо срочно это предотвратить. Сломанная нога мне ни к чему.       У меня свободны обе руки, значит, нужно их как-то рационально использовать. Он явно выше, но не настолько, чтобы этот приём не был осуществим. Я быстро закидываю обе руки за его шею, чуть-чуть наклоняя её вниз, и делаю прыжок, ударая его голову об моё колено. Сработало! Вот только ожидаемого хруста не послышалось, а вместо этого в мою левую часть лица врезается его кулак.       Я сплёвываю кровь и наношу ответный удар в живот. И… моё руку ловят, а в опорную ногу бьют, лишая всякой устойчивости и равновесия. И в этот момент он отпускает мою ногу, а я лечу прямо на землю, в нескольких местах усеянною камнями, стеклами и окурками.       Это мой конец? Вот так вот я и умру? Просто разобью насмерть затылок об камень? Получается, что я даже никого не спасла в этом мире. Жизнь прожита зря…       «Нет! Борись! Ты всё ещё можешь двигаться! Не сдавайся!»       Что это за голос в моей голове? Шизофрения началась? Как знала, что это путешествие хорошенько отразится на моей психике. Но… голос прав! Я же ещё не упала, а значит, могу изменить своё будущее! Да, нельзя сдаваться так рано!       Поэтому я слегка наклоняю голову вперёд, принимая весь удар на спину, и тут же встаю обратно на ноги, мчась со своей скорости на Баджи, тараня его головой. Он немного прифигел от таких наглости и упрямства, поэтому замешкался совсем на мгновение. Этого мгновения мне и хватит.       Я вкладываю все силы в левую ногу и делаю подсечку, роняя теперь его на эту грязную землю. В глазах Баджи вспыхивает огонь, и они наливаются кровью… Мне пиздец… Но я хотя бы сяду на его ноги, лишив возможности двигаться и начну наносить удары в голову.       Так… Заносим правую руку — свист — вмятина на его лице. Хотела бы я так сказать, но вместо этого мою руку поймали в тиски, тут же меня перекатив и сменив позиции. Теперь уже я лежу на грязной земле, а надо мной возвышается Баджи. Его лицо олицетворяет безумие, а в глазах отражается свет Луны. Сейчас он больше всего похож на дикого зверя, наконец поймавшего свою добычу.       Он начинает лихорадочно наносить удары по моему лицу, а я от некоторых стараюсь уворачиваться. Пытаюсь закрыться руками, но только травмирую их. Вкладываю все силы в толчок, чтобы попытаться высвободиться, но всё тщетно.       В таком положении мне остаётся только собрать последние силы, чтобы попробовать его задушить. И вот, мои руки, будто тиски, хватаются за его аккуратную шею и начинают давить изо всех сил.       На мои жалкие попытки Баджи лишь засмеялся и продолжил превращать моё лицо в кровавое месиво. Сил остаётся всё меньше и меньше…

«Умереть под звёздами, наверное, классно. А отличным к этому дополнением будет храм. Так сказать, лишиться жизни на глазах у миллионной публики, под одобрительный кивок правителя»

      Окружение потихоньку начинает расплываться, а звуки доносятся словно через большой слой ваты. И правда, будет классно умереть под миллионами звёзд…