Кагуя. В поисках тихого счастья

— Доброе утро. — поздоровалась со мной Хината. Спросонья она была ещё более милой. — Доброе. Садись есть. — Благодарю, Кагуя-са… Кагуя.       Мы ели неспешно и молча. Белые принесли и приготовили дичь, а также свежие овощи и вкусный чай. Я откровенно наслаждалась трапезой. В своей прошлой жизни я не сильно уделяла внимание питанию и внешнему виду — все мои мысли занимало предательство человека, которому я верила, а также пришествие Ооцуцуки. Сейчас же, начав жизнь сначала, я искренне наслаждаюсь такими простыми вещами, как еда, восходы и закаты, ветер в моих волосах. — Было очень вкусно. — Я рада, что тебе понравилось. — Ты очень хорошо готовишь. — Боюсь, это не моя заслуга. У меня есть помощники, которые этим занимаются. — Мне казалось, ты тут одна живёшь. — Так и есть. Белый!       Хината невольно вскрикнула, когда один из них появился из земли рядом с нами. По-началу, она испытывала страх, но скоро он сменился любопытством. — Это — клон. Его создал мой знакомый для помощи мне. — Ух ты. — Белый ушел, а меж нами повисло неловкое молчание. К сожалению, Хината решилась его нарушить. — Расскажешь мне о себе?       Я не спала этой ночью. В моей голове роилось множество мыслей о том, как построить разговор о моем прошлом и вести ли его вообще. В итоге я решила, что не буду от неё ничего скрывать. Если соврать или о чём-то умолчать, в будущем это все равно вскроется и испортит отношения между нами. Да и стоит посмотреть на её реакцию. В любом случае, я смогу стереть ей память, если что-то пойдет не так. — Я предупреждала вчера, что моё прошлое может тебе очень не понравиться. Ты действительно хочешь это услышать? — Да. Я хочу узнать тебя. Ты… Мне интересна… — Вот как. — собравшись с духом, я приступила.       О жизни в своём клане я почти не говорила, упомянув лишь, что я бежала от чудовищных клановых традиций, что не давали мне и полшанса на счастье. Основной упор я делала на то время, когда прибыла в этот мир. — Не может быть… — её лицо было бледным и удивлённым. — Я предупреждала… — Нет-нет-нет, не подумай! Я… Я не считаю тебя плохой, честно… На самом деле, если подумать, то ты была просто одинокой, беременной женщиной, любимую которой убил отец твоих детей, предавший тебя… Это так ужасно… — У неё в глазах стояли слезы. — Когда отец потерял своего брата и свою жену, мою маму, он тоже изменился.       Со дня похищения он мне больше не улыбался и постоянно был во мне разочарован. — И ты не считаешь меня чудовищем? — Нет. — Она покачала головой. — Но и оправдать твои методы я не могу. Это слишком жестоко. И ты сама видишь, к чему это привело. — А как я должна была поступить? — Я… Мне кажется, сыновья могли бы помочь тебе. Они были очень сильны, раз до сих пор Хагоромо считают Богом Шиноби. А если бы ты поделилась чакрой и с другими… — Но у других появилась чакра. И ты видишь, к чему это привело. Уже тогда люди мне показали свою суть. За тысячелетие это не изменилось. Есть лишь некоторые исключения, вроде тебя, но таких слишком мало на фоне огромного количества тех, кого я презираю всей душой. — Но… — она хотела что-то сказать, но запнулась, потупив взгляд. — За примером не нужно далеко ходить. Твоё похищение. Им было плевать на твою семью, чувства, свободу. На первом месте у них стояли их потребности. Для них ты — лишь носительница клановой силы, которой они желали обладать. А ещё, уж прости — роженица для их шиноби. И твой пример не единственный, а есть и похуже. И я была в этой ситуации. Хоть всё и было чинно, но Тенджи не заботился о моих чувствах и даже не допускал мысли, что я люблю девушек. Он просто взял меня, потому что хотел. А потом попытался убить, потому что так было нужно ему. Если бы тебя доставили по назначению, у тебя было бы два пути. Смириться и умереть, или бороться. Но ты бы, как и я, утратила веру в людей. — Я понимаю… — На её глаза навернулись слёзы, а мое сердце сжалось в груди. — Ты очень добрая, Хината. — Я погладила ладонью её щеку, большим пальцем стерев слезы. — У тебя доброе сердце, но именно таких людей мир не терпит. Нельзя быть доброй среди убийц. Ты избрала путь шиноби, а он несёт смерть всем вокруг… и тебе тоже. — И что же мне делать? — Если перед тобой встанет выбор: спасти дорогого тебе человека или незнакомого, но оказавшегося в беде вместе с ним, что ты выберешь? — Я… — Ты выберешь дорогого тебе человека. И это правильно. Знаешь, за то время, которое я провела в этом времени, я пришла к определённым мыслям. — И каким? — Я сильно отошла от своей основной цели — тихого счастья. Я хочу любить, и быть любимой. Я не хочу больше испытывать предательство. Это ведь немного, верно? — Да. — И что плохого в том, что я хочу защитить этот мир, в котором собралась найти своё счастье, от его полного уничтожения? — Ничего… Но мне всё равно тяжело согласиться с твоими методами. — Давай договоримся так. — Я улыбнулась и взяла её лицо в свои руки. — Ты поможешь мне найти альтернативный выход из ситуации, а я помогу тебе стать сильнее, чтобы ты могла защитить себя и дорогих тебе людей. Хорошо? — Я обязательно придумаю что-нибудь, даю слово! — Я верю тебе. — Она так залилась краской и смутилась… Я еле сдержала себя от того, чтобы поцеловать ее.       В течение следующего месяца мы ещё не раз говорили с ней на эту тему. Она смогла принять мои мотивы, при этом продолжая отрицать то, что я — чудовище. В её обществе мне было так легко и спокойно, что я приняла её вариант решения проблемы. Он был прост: собрать сильнейших личностей, описать им проблему и вместе отразить нашествие. В принципе, может сработать. Зецу говорил, что в Акацуки состоят очень сильные личности, включая обладателя глаз Учиха Мадары с риннеганом, а также двоих Учих. Помимо этого, Хината рассказала о легендарных саннинах Конохи: Цунаде Сэнджу, Джирайе и Орочимару. Не стоит забывать о пяти каге и девяти джинчурики. Если они будут упорно тренироваться до самого пришествия, есть шанс.       Также, мы не сидели просто так. Я помогала Хинате в тренировке глаз. Что удивительно, у неё бьякуган гораздо чище, чем у её дяди, да и её чакра… В ней сильна кровь Ооцуцуки, что удивительно. Ее дети станут ещё сильнее и даже, будут способны вместить в себя Карму. Не каждый подходит для этой техники — нужны очень сильные и выносливые. Это напоминает джинчурики, на эту роль тоже подойдет не каждый.       Результатом наших занятий стал меньший расход на использование додзюцу, и частичное возвращение цвета и остроты. К сожалению, её глаза «не чисты» и на многое не способны. Без пересадки ей будет многое недоступно. Лучше бы было, конечно, поглощение, но поглощать некого, да и сама она не согласится на такое. С пересадкой тоже есть сложности: нет смысла менять одни «нечистые» глаза на другие. Нужен более чистый бьякуган. Я дала сама себе обещание, что найду такие глаза, либо отдам ей свои, когда верну тело.       Так мы и дождались Зецу, который обещал сопровождать нас в Коноху. Хината очень волновалась, как её встретят в деревне и как отреагируют на меня. Я тоже волновалась, но не сильно.