...
24 июля 2021 г., 21:20
Белое, неестественно белое лицо вновь появляется на подкорке сознания, когда Эдди закрывает глаза, как будто этот жуткий образ был вытатуирован на внутренней стороне его век. Эдди снова не может заснуть, ворочаясь в кровати до самого рассвета. А что ему ещё остаётся, если он только и может, что крутиться с бока на бок, пытаясь скрыться от жуткого взгляда ярких жёлтых глаз?
Эдди снова страшно, как тогда, в первый раз, когда он столкнулся с «образом» того самого жуткого клоуна на Нейболт-стрит. Он не знает, куда себя деть только от одной мысли о том, что им придётся вернуться в тот ужасный дом. И Каспбрак не знает, чего боится сильнее: умереть или потерять кого-то из близких друзей?
В свои неполные шестнадцать он давно понял, что в этом мире есть только шесть человек, на которых он может рассчитывать, которых он действительно может считать близкими друзьями. Неудачники — люди, готовые отдать жизнь друг за друга. Готов ли Эдди отдать свою жизнь за них? Безусловно.
Он вновь прикрывает глаза, в надежде вздремнуть хоть пару часов, потому что сейчас, мать вашу, лето, а они дети, которым стоит отдыхать, а не шляться по заброшенным домам и коллекторам. Эдди уже не знает, как донести до Билла, что Джорджи не вернуть. Он, правда, не знает, но он, действительно, хочет забрать всю боль своего товарища, хочет увидеть его улыбку — искреннюю как тогда, год назад, когда Джорджи был жив.
Конечно, у Билла есть друзья, есть Беверли, заменившая ему старшую/младшую сестру. Они с ней познакомились в начале лета, когда случайно столкнулись в аптеке, сгребая с полок бинты и антисептики, когда пытались «заштопать» живот Бена.
У Билла есть Стэн, пожалуй, самый тихий, но от этого не менее острый на язык, парень в их компании. Стэн. От одного взгляда из-под пушистых ресниц было достаточно, чтобы у Денбро начали подкашиваться ноги. И Эдди прекрасно знал, как эти двое относятся друг к друг, и для него это чувство казалось недосягаемым, настолько далёким, будто из другой вселенной.
Он искренне радовался за друзей, у которых было что-то ещё, кроме их клуба и совместного времяпровождения. У него была лишь неопределённость, которая с каждым днём лишь росла, пуская корни на самом сердце, чтоб наверняка. Чтобы невозможно было вырвать этот сорняк, не причинив боли. Чтобы в груди, в том самом месте, где билось маленькое сердце, осталась зияющая пустотой дыра, медленно, но верно убивающая мальчишку.
***
— И-так, ч-что мы имеем на д-даный момент? — Билл оглядывал друзей с надеждой, ему так хотелось услышать хоть одно предположение о том, как можно убить грёбанного клоуна. Ричи закатил глаза, закидывая ноги на колени Эдди, отчего тот мгновенно вспыхнул и попытался скинуть конечности Тозиера с угрожающим «я засуну твои очки тебе в задницу, если ты не прекратишь». Ричи не прекратил, лишь пододвинулся ближе и перестал ёрзать. — Я думаю, для начала нам нужно узнать, что это вообще за херня, и почему она обитает именно в Дерри, — не то чтобы Беверли знала, что нужно делать, но ей просто хотелось прекратить перепалку Ричи и Эдди, а также заставить ребят, наконец, осознать всю опасность ситуации. — Бен? Парень оживился, ведь именно он первый раз поведал ребятам странную историю о том, как всё население Дерри в одну ночь просто исчезло. Он был уверен, что дело не обошлось без жуткого монстра, преследующего их уже продолжительное время. Сейчас у Бена была новая идея, которой ему не терпелось поделиться с неудачниками. — Мне кажется, он знает, чего мы боимся, — пожал плечами подросток, — и появляется перед нами именно в том обличии. — Прокажённый, — прошептал Эдди, когда вспомнил тот ужас, с которым столкнулся у дома на Нейболт-стрит. — Вот, — согласно кивнул Бен, — видите, Эдди боится подхватить какую-нибудь смертельную заразу, именно поэтому он увидел того чахоточного. Эдди хотел было возразить, мол, не только этого, но ещё и кучи микробов, окружающих их со всех сторон, но промолчал. Видимо, не хотел прерывать мыслительный процесс в голове друга. Хоть кто-то же должен решать проблемы, которые одна за другой сваливались на их несчастные головы. — Стэнли, чего боишься ты? — посмотрела на друга Бев, видимо, понимая, к чему клонит Хэнском. — Картины, что висит в кабинете моего отца, — отрешённо ответит тот, не отнимая взгляда от земли. — Там женщина, с жутким перекошенным лицом. Каждый раз, когда я захожу туда, я чувствую, как она смотрит на меня, будто следит за мной. И так, один за другим, ребята признавались в своих страхах, ведь, кажется, это был их единственный шанс на спасение. — Ричи, а чего боишься ты? Тозиер был единственным, кто отмолчался, мысленно молясь, чтобы о нём просто не вспомнили. Его будто вырвали из собственного мира и швыранули о землю со всей дури, настолько вопрос Беверли оказался неожиданным для него. Ричи оглянулся и, заметив на сцене какого-то уродливого клоуна, произнёс: — Клоунов. Никто из друзей, кажется, не заметил ничего странного в этом ответе, лишь Эдди обратил внимание на то, как резко балабол оглянулся, как будто хотел найти свой страх в окружающих его вещах. Это показалось ему очень странным, возможно, Ричи хотел скрыть свой настоящий страх. Догадка Эдди подтвердилась через несколько дней, когда его друг, сидя на грязном полу в убежище чёртового Пеннивайза, держал его лицо в ладонях и буквально умолял до чёртиков напуганного Эдди смотреть на него. Он совершенно не обращал внимания на приближающегося к ним клоуна, он то и дело поворачивал лицо Каспбрака к себе и шептал: «смотри на меня, Эдди, смотри только на меня». Именно тогда Эдди понял, что Ричи совершенно не боится клоунов.***
Врать о своих чувствах уже стало такой привычкой, что Ричи сам порой начинал сомневаться — действительно ли он любит Эдди, или же это всего лишь иллюзия, созданная его подростковым сознанием. Он настолько волновался каждый раз, когда Каспбрак оказывался к нему слишком близко, что не мог выдать ничего вразумительного кроме шутки о том, в какой позе он трахал его мать. Эдди в такие моменты привычно закатывал глаза, а перед лицом Ричи тут же начинали маячить два средних пальца. Ричи боялся. Ему казалось, что если хоть одна живая душа узнает о его чувствах, то он до конца жизни не сможет избавиться от ненавистного «грязный педик», которым одарил его Бауэрс ещё в тринадцать лет, когда неправильно понял ситуацию с собственным кузеном. Не то чтобы Тозиер боялся быть тем самым «грязным педиком», наверное, он просто не хотел, чтобы из-за его глупых чувств начало попадать ещё и Эдди. Этому милому, доброму мальчику, способному разнести Дерри по кирпичику, если его как следует разозлить. Ричи было тяжело осознавать свою привязанность к этому мальчишке, искренне верящему в тысячу и одну болезнь, навязанную его больной мамашей. Но ещё тяжелее было смириться с мыслью о том, что предмет его воздыхания никогда не сможет ответить на его чувства взаимностью. Кто вообще сможет влюбиться с Ричи Тозиера, в человека с помойной ямой вместо рта, в человека, постоянно шутящего про чужих мамаш? Вот и Ричи был уверен, что такой, как он, никогда не будет нужен такому донельзя правильному и чистому Эдди. Именно поэтому он никогда не признается не только в своих чувствах, но в своём главном страхе — лишиться самого главного человека в своей жизни, лишиться Эдди. И, конечно, он догадывался, что проклятый клоун Пеннивайз, наверняка, использует эту слабость против него, но самым главным было то, чтобы никто из его друзей не узнал об этом маленьком гадком секрете.***
Клуб неудачников в очередной раз собрался на пустоши, чтобы обсудить дальнейший план действий. После их прошлой попытки победить клоуна они не виделись несколько недель, отходя от произошедшего. Каждый из них в тот момент был погружён в свои мысли, стараясь привести в порядок свою психику, хотя бы для того, чтобы банально не сойти с ума от всего того безумия, творившегося в их жизни. Бен засел в библиотеке, пытаясь найти хоть какую-то новую информацию, касающуюся череды странных событий, повторяющихся каждые двадцать семь лет. Только вот в книгах было описано лишь то, что он и без этого уже знал. О чём-то другом люди, столкнувшиеся с этим дерьмом в той или ной степени, либо не писали, дабы не навести на жителей Дерри ещё больше страху, либо не знали. Что вообще-то тоже было логично, хотя бы потому что знать всего в этом мире просто невозможно. Беверли ни на минуту не отходила от своего парня, таскаясь с ним от стеллажа к стеллажу по всей библиотеке, видимо, боялась оставаться одна. А с Беном она, похоже, чувствовала себя в безопасности. Тот к шестнадцати годам из нелепого куска сала, коим он был в тринадцать, вырос в крепкого красивого парня, за которым не бегала разве что самая ленивая девчонка Дерри. Но сердце Бена окончательно и бесповоротно принадлежало Беверли Марш — рыжеволосой бестии, главной заводиле их негласного клуба. Она ходила за ним по пятам и отказалась оставаться одна тёплыми августовскими ночами, отчего Хэнскому приходилось ночевать в комнате девушки, боясь лишний раз вдохнуть, когда отец Беверли был дома. Заика Билл целыми днями торчал дома, мастеря кораблики из старых газет и лишь иногда ходил в гости к Стэну, потому что Урис большую часть суток был в гостях у семьи Денбро. Он рассказывал Биллу о птицах и говорил о том, что мечтает однажды, подобно птенцу покидавшему родное гнездо, уехать из Дерри и навсегда забыть тот ужас, что они переживали день за днём. Билл был с ним согласен, он вообще очень часто был согласен со своим парнем, потому как считал его невероятно умным и рассудительным человеком. И несмотря на то, что Стэн был ещё той занозой в заднице, отчётливее всех это ощущал, естественно, Ричи, он был любимчиком клуба неудачников. Такой весь из себя правильный и добрый Стэнли Урис, способный заткнуть самого Генри Бауэрса. Майк Хэнлон всё время проводил со своей девушкой, милой и отзывчивой Джессикой, чья семья недавно поселилась в соседнем с фермой семьи Майка доме. Ребята почти сразу же нашли общий язык, а спустя несколько недель начали встречаться, ведь оказалось, что их чувства совершенно не подходили под описание слова «дружба». Майкл показывал девушке окрестности, несколько раз водил Джессику на пустошь и даже успел познакомить её со своими друзьями, правда она так и не прижилась в их клубе, зато ребятам она понравилась и они, порой, были не против, чтобы Хэнлон приводил её гулять вместе с ними. Сейчас же, когда все неудачники были заняты своими делами, парень имел возможность не оставлять Джессику одну ни на секунду, чем он, по правде говоря, и пользовался. Эдди Каспбрак воевал с родной матерью, потому что эта женщина, кажется, в очередной раз сошла с ума и пыталась доказать своему сыну подростку, что все беды от его друзей. На что он закатывал глаза так сильно, что мог лицезреть собственный затылок, и уходил в свою комнату, громко хлопая дверью, искренне надеясь, что на голову Соне шлёпнется какой-нибудь особо крупный кусок штукатурки. И хотя она продолжала вопить с первого этажа: «Эдичка, ты ещё слишком мал, ты ещё ничего не понимаешь», Эдди понимал всё. Он понимал, что не смог бы выбраться из того жуткого логова монстра, если бы не его друзья, он бы мог сойти с ума, если бы не тщетные попытки Ричи заставить его смотреть на себя, его мог бы сожрать Пеннивайз, если бы не вовремя подоспевшие Беверли с Биллом, он мог бы остаться без руки совсем, а не отделаться обычными переломом, если бы не Тозиер, чёрт его дери, что вправил ему руку, несмотря на протесты всех неудачников. Он прекрасно понимал, что давно бы валялся мёртвым, покрытым толстым слоем пыли в этом домике на Нейболт-стрит, если бы был один. Ричи Тозиер все дни проводил, играя в автоматы в перестроенном «Алладине». И не то чтобы ему это доставляло хотя бы часть того удовольствия, какое он испытывал ещё года четыре назад, но это было единственным делом, что могло его хоть как-то отвлечь от грёбанной мысли о том, что Эдди чуть не убили. Этот маньяк-клоун чуть не сожрал его. И кто знает, чем бы всё это закончилось, если бы они с Билли не забежали в комнатушку в ту же секунду, переключая внимание на себя. Ричи не хотел думать, что взаправду мог лишиться Эдди. Он действительно не хотел думать, что во всём виноват Билл, но он не мог отогнать от себя мысли, что именно Денбро потащил их сначала в коллектор, а затем и в этот полуразвалившийся дом, ставший пристанищем какого-то космического монстра. И Тозиер не хотел обвинять во всём Билла, потому что он, чёрт возьми, не виноват. Он не виноват в том, что его брата убило это чудище из канализации, он не виноват в том, что захотел восстановить справедливость. И видит Бог, Ричи не хотел говорить ему всего того, что наговорил тогда, после посещения колодезного домика, но время нельзя обернуть вспять. Нельзя забрать обратно слова, случайно слетевшие с языка. — А где Ричи? — Эдди приехал самым последним и теперь с интересом разглядывал друзей, которых не видел несколько недель, прячась от всего мира дома, под одной крышей с шизанутой матерью. Беверли пожала плечами и обняла его, будто говоря, что с Ричи всё в порядке, что он просто занят или играет в «Стрит Файтер», что не успел надоесть ему за долгие годы. Остальные неудачники тактично промолчали, понимая, что Билл и Ричи сильно поссорились тогда, в июле, и до сих пор не помирились. И даже Стэн, частенько занимавший в спорах сторону Денбро, убеждал Билли поговорить с Ричи, но это не дало никаких результатов. — Ладно, хорошо, — кашлянул Бен, привлекая внимание ребят, — мы расскажем ему об этом потом, сейчас я хочу узнать, если ли у вас какие-нибудь идеи? Что нам делать? Эдди совершенно не нравилась мысль о том, что они расскажут все Ричи «потом». Зачем говорить потом, если можно сказать сейчас? Можно же просто засунуть гордость себе в задницу и всем вместе поехать к дому Тозиеров, чтобы выудить Ричи из собственной комнаты, если он, конечно, дома. Его воображение моментально нарисовало картину, как он закидывает гигантскую удочку в окно тозиеровской комнаты и ловит Ричи крючком. — Мы знаем, что Оно питается страхом, — подал голос Майк, кидая в реку камушки и наслаждаясь протяжным «бульк», с каким они уходили на дно, — но мы не знаем, как это убить. — А что если, мы пойдём обратным путём? — В сторону Эдди повернулось пять голов. — Ну, знаете, как в геометрии. Хочешь доказать теорему, прими за основу совершенно обратное ей. — А это логично, — согласно кивнула Бев, видимо, посчитав гипотезу Эдди любопытной, — похищенные дети, наверняка, его боялись. Поэтому он так легко смог поймать их. — И ты не боялась его, когда смогла ударить! — Воодушевлённо произнёс Билл, начиная понимать, к чему ведут его друзья. — Другими словами, нам нужно победить наши страхи, тогда он не сможет навредить нам. — Поддержал ребят Стэн, разглядывая необычную птицу, выискивающую что-то в коре дерева. — Только как это сделать? — Водя пальцем по трещинкам на гипсе, поинтересовался Эдди. — Хочешь победить страх — посмотри ему в глаза. — Сказал Бен, а Эдди ощутил, как его кожа покрывается мурашками. Конечно, Каспбрак не собирался ждать следующего дня, чтобы сообщить Ричи о принятом соглашении. Как только ребята начали расходиться по домам, договорившись встретиться на пустоши в это же время, он, оседлав велосипед, поехал к дому Ричи, надеясь застать этого непоседу дома. Он бы не удивился, если бы миссис Тозиер сообщила ему, что Ричи целый день провёл в зале с автоматами, но он пришёл в недоумение, когда женщина сообщила ему, что парень весь день не выходил из своей комнаты. Эдди бы не удивился, если бы Ричи втайне от родителей смылся куда-нибудь, но его велосипед был припаркован на заднем дворе. Но то, что этот помойный рот целый день просидел в своей комнате, было делом очень странным. Неужели у него что-то случилось? — Миссис Тозиер, могу я зайти к нему? — Потупив взгляд, поинтересовался Эдди. — Конечно, Эдди, — улыбнулась женщина, указывая рукой на лестницу, — и передай ему, чтобы спустился хотя бы к ужину. Нечего желудок портить. Стремглав поднявшись на второй этаж, Каспбрак замер около двери, ведущей в комнату Ричи. Он столько раз был в комнате друга, но каждый раз его сердце предательски билось, отчего в одно время он думал, что у него развилась тахикардия. — Эй, Рич, ты почему сидишь дома букой? — Он замер на пороге, не смея и шага сделать в захламлённую комнату товарища. Ричи в комнате не было. — Тозиер, тупая твоя башка, — повысил голос Эдди, прикрывая дверь и осторожно ступая на скрипящие половицы, — если ты так меня разыгрываешь, то это не смешно. Слышишь меня? Ответом ему стала тишина. Оглушающая, давящая на уши тишина. Она была настолько громкой, что Эдди даже не слышал биения собственного сердца. Или оно правда остановилось? Ричи не нашёлся и в ванной, соседствующей с комнатой Тозиера, и во второй ванной, в которую он ворвался, наплевав на все нормы приличия. В этот момент его сердце на секунду и правда перестало биться. Он беспомощно осел на пол в Ричиной комнате, прижимаясь спиной к двери, судорожно соображая куда мог деться его друг, если он не выходил из дома. Паника змеёй расползалась по всему телу, мешая разумно мыслить. Эдди чувствовал себя беспомощным, потому что сейчас он никак не мог помочь Ричи, а ведь тот, находясь в дюймах от собственного страха, думал лишь о нём, Эдди. Чёрт возьми, что ему делать? Телефон, нужно позвонить Биллу! Отыскав в Ричином бардаке телефон, он принялся набирать номер Денбро, считая секунды до заветного «алло», раздавшегося на том конце провода. — Билли, это Эдди, — затараторил Эдди, судорожно сжимая в руке телефонный провод, — Ричи пропал! Оно, кажется, забрало его…***
— Быть того не может, чтобы его похитили, — покачал головой Майк, стоя за забором дома на Нейбол-стоит, — да этот размалёванный придурок и близко бы не подошёл к Ричи. — М-может быть, Оно с-смогло, потому что Ричи не с-смог победить свой с-страх? — Я поехал к нему, чтобы рассказать о том, к чему мы пришли, — пожал плечами Эдди, теребя здоровой рукой руль своего велосипеда, — но его мама сказала, что он не выходил из комнаты целый день. Это показалось мне странным, а потом я не нашёл Ричи дома. — В уголках глаз начали собираться слёзы, Эдди не хотел верить в то, что с Тозиером могло случиться что-то страшное. — Тогда всё сходится, — кивнул Бен, ставя велосипед на подножку, — он единственный, кто не знал о нашей теории, и он единственный, кто боится клоунов. — Но… — Эдди запнулся, думая, стоит ли озвучивать сейчас друзьям свою догадку, которая ничем не могла им сейчас помочь. — Ричи не боится клоунов. — Что? — Воскликнула Беверли, всем телом поворачиваясь к Эдди. — О чём ты говоришь? — Билл. — Как это не боится, Эдди? Он же сам нам сказал! — Эдди готов был покляться, что Бен бы в данный момент тряс его за плечи, если бы не гипс. Его карие глаза неуверенно бегали по лицам друзей, что сейчас поражённо на него глядели. Каспбрак не знал, на кого из ребят смотреть, чтобы проще было объяснить свою мысль. — Я думаю, что Ричи совершенно не пугают клоуны, — закусив губу, пробормотал он, — помните, как в прошлый раз он успокаивал меня, когда Пеннивайз был буквально в пяти дюймах от нас. Ричи даже не смотрел на него, понимаете? Он заставлял меня смотреть на себя, и всё. Он даже не вздрогнул, когда увидел это чудище рядом со мной. Разве так вёл бы себя человек, который боится клоунов? Стал бы он думать о других в тот момент, когда лицом к лицу сталкивается с собственным страхом? Эдди прохаживался перед друзьями, заламывая пальцы на здоровой руке и периодически кусая израненные губы. — Я хочу сказать, — он помолчал, подумав, — возможно, он боится чего-то другого, потому что я почти уверен, Ричи равнодушен к клоунам. — Или мы просчитались, и дело совсем не в страхе. — Подытожил Бен, обводя неудачников взглядом. — Что ты имеешь в виду, Бен? — Стэнли Урис не выглядел особо счастливым, когда задавал Хэнскому вопрос. Ему совершенно не нравилась идея о том, что они могли сделать неверный вывод. К тому же, он совершенно не хотел вновь заходить в этот жуткий дом, возраст которого определялся не одним столетием. — Может, дело в чём-то другом, может, мы упустили что-то важное. Не обратили внимания на какую-нибудь делать. — Чёрт, Бен, хватит говорить загадками, — не выдержал Эдди, чьё сердце готово было выскочить из груди в любую секунду, потому что он, чёрт возьми, не знал, что сейчас происходит с Ричи. Жив ли он вообще? Нет, Эдди не переживёт, если с балаболом что-то случится, — если хочешь сказать что-то дельное, то не ходи вокруг, да около. У меня сейчас аневризма начнётся! — Он начинал терять терпение. Пока они тут болтают, Ричи там один на один с этим жутким чудищем, и неизвестно, не сожрало ли оно его ещё. — Ладно, — вздохнул Бен, — ох, возможно, это лишь теория, хорошо? — Да не тяни ты, твою мать! — Поторопил его Стэн, нетерпеливо дёргая ногой. И как бы сильно он не задирал Ричи постоянно, он сильно переживал за друга, боясь, что они сейчас теряют драгоценные секунды. Билл терпеливо молчал. — Может, Оно забрало Ричи, потому что у него нет пары? — В лоб спросил Бен, потому что уже не знал, как подойти к этому щепетильному вопросу. — Что? И как это связано, профессор? — Вытаращился на него Майк, что всё это время заряжал пистолет для оглушения скота. — В смысле, что нас всех защищала наша любовь. — Поддержала своего парня Беверли. — Н-но Д-д-жорджи тоже л-любили. — Подал голос Билл, что, кажется, начал заикаться ещё сильнее. — Возможно, братская или материнская любовь не в счёт. Типа, речь идёт именно о любовных отношениях между людьми, поэтому Оно жрёт именно детей. У них ведь нет пары. — Ладно, это тоже логично. — Поддержал ребят Урис, положив руку на плечо Биллу, успокаивая. — Погодите, — Эдди, наконец, нарушил тишину, — но я у меня нет пары. Значит, ваша теория не работает. — Блядь. — Выругался Стэн, садясь на землю. — Давайте тогда уже спустимся и убьём его. Какая разница, почему жертвой оказался именно Ричи, если нам всем суждено снова зайти туда и сразиться с ним? Мы всё равно не знаем, как победить это что-то. И вместо того, чтобы спасать тозиеровскую задницу, мы столько времени строим теории. Чем это поможет Ричи? — Ты прав, Стэнли, — Эдди сделал первый шаг в сторону дома, — пора убить этого грёбанного клоуна. И если хоть один волос упал с головы Ричи, я лично выпущу тебе кишки, слышишь, космическая ты хрень? Все неудачники удивлённо уставились на распалившегося Эдди, но промолчали. В это время глубоко под Дерри Пеннивайз отшатнулся от Ричи, не понимая, почему не может сожрать этого парнишку.***
— Балабол! — Ричи! — Отзовись, чувак! — Эй, помойный рот, мы пришли за тобой! — Я оторву тебе голову, Ричи, если это тупая шутка! Эдди был зол, но он не понимал, на кого злился сильнее. На Ричи, что решил поиграть в «обиженного» и не пришёл на встречу, из-за чего его похитил какой-то межгалактический ублюдок. На Билли, который отказывался мириться первым с Тозиером, находя какие-то нелепые отговорки. Или на себя, потому что не смог защитить этого придурка и позволил оказаться в этом месте, где пахло грязью, мусором и, что самое ужасное, смертью. Под ногами неприятно плескались сточные воды, отчего Каспбрака чуть ли не выворачивало, но от отчаянно сдерживал рвотные позывы, убеждая себя в том, что они найдут Ричи, свалят отсюда и больше никогда сюда не вернутся. А потом он придёт домой и примет душ раз эдак десять. Сейчас его совершенно не волновало, что время близилось к ночи, а его мать не знала, что её либимый сыночек по уши в дерьме. Во всех смыслах этого слова. С каждой секундой Эдди всё сильнее ощущал себя этим самым дерьмом, и пахло от него соответствуще. И неизвестно сколько времени они бы ещё плутали по запутанной сети канализаций Дерри, если бы не истошное «отвали от меня, жалкий кусок космического мусора, я твою мамку…» — Ричи! Эдди бросился к источнику шума, позабыв о фонарике, мусоре, плавающем под ногами и собственных страхах. Всё, о чём он сейчас мечтал, находилось совсем рядом, в лапах мерзкого клоуна, на которого Ричи смотрел… с отвращением? Каспбрак не видел и капли страха в неестественно больших глазах балабола, в разы увеличенных толстыми линзами очков. — Эдди?! — Ричи, наконец, увидел его, и именно в этот момент его лицо исказила гримаса ужаса. «Нет, нет, нет. Только не Эдди, его здесь не должно быть», — как заклинание повторял про себя Ричи, пока видел, как Каспбрак аккуратно подбирается к нему. — Эдди-спагетти, уходи, пожалуйста. — Одними губами шептал Тозиер, отчаянно хватаясь за руку держащего его клоуна. Казалось, что в коллекторе больше никого не было. Ни Пеннивайза, что не мог съесть Ричи уже достаточно долгое время, ни остальных неудачников, поражённо наблюдавших за разворачивающейся картиной. Пеннивайз резко отпустил его, отчего Тозиер шлёпнулся в какую-то вонючую жижу с протяжным «ой», и бросился к Каспбраку. Эдди замер, не имея сил даже сдвинуться с места — страх парализовал его, заставляя пялиться на приближающееся чудовище. — Что такое? — он вдруг замер, водя носом вокруг дрожащего подростка. — Какой вкусный страх, — протянуло чудовище, — как жаль, что я не могу съесть тебя. — Вы слышали это? — шепнул друзьям Бен. — Что-то защищает Эдди, что-то защищает всех нас. — Рич не боится клоунов, — Беверли распахнула глаза, — он боится потерять Эдди, потому что… — Он любит его. — Закончил за неё и Стэн и перевёл взгляд на бессознательно лежащего друга. — Его любовь защищает Эдди, но его некому защитить, поэтому Оно схватило его. — Нужно что-то делать, — прошептал Билл, посильнее перехватывая в руке железный штырь. — Но что? Мы не можем помочь ему. — Нет, но мы можем, по крайней мере, вытащить его из лужи, пока это занято Эдди. — Майкл бросился к Ричи, за ним кинулись остальные. — Какое же дерьмо, мне не нравится, что мы бросаем наших друзей самим разбираться с таким дерьмом. — Шептал Стэнли, пока хлестал Тозиера по щекам, чтобы тот пришёл в себя. — Оу, а вот и мой обед, — протянуло Оно, поворачиваясь к неудачникам, держащих Ричи под руки, чтобы тот снова не свалился. Эдди вновь остался один. Он стоял и будто в замедленной съёмке видел, как в данный момент Пеннивайз снова подбирался к Ричи, намереваясь отобедать им. Но он не может этого допустить. «Думай, Эдди, думай, ты не можешь потерять его», — Каспбрак зажмурился, пытаясь найти выход. — «А что, если Бен был прав, от него защищает любовь, тогда, получается, что меня кто-то любит, раз он не смог съесть меня… А что, если…» Дикая идея захватила все его мысли. Что, если все эти прикосновения были не случайными? Что, если все глупые шутки, что генерировал мозг Ричи, были способом привлечения его, Эдди, внимания? Что, если на самом деле Ричи боялся, что с ним что-нибудь случится, поэтому соврал? Что, если главный страх Ричи — это он? Что, если Ричи был влюблён? Влюблён в Эдди… — Влюблён в меня, — прошептал Каспбрак, будто пробовал эту мысль на вкус. Странно, но приятно, — вот почему Пеннивайз не смог убить меня, любовь Ричи не позволила ему этого сделать. Теперь, эта теория не звучала так бредово, как наверху. Но теперь было и то, что не давало подростку спокойно выдохнуть, осознав, что ему ничего не угрожает. Он не смог защитить Ричи. Не смог, твою мать! Это проклятое мерзкое нечто забрало его Ричи, потому что Эдди трус. Потому что Эдди боится собственных чувств. Потому что Эдди боится быть тем, кем он по сути является. Он боится любить Ричи Тозиера. Именно его глупый страх позволил этому клоуну пробраться в дом Тозиеров и вытащить Ричи из постели, притащить его сюда и измываться над ним. А всё потому, что Эдди Каспбрак не может признаться даже самому себе, что он любит Ричи Тозиера. Любит сильнее всего на свете. Любит и боится потерять. И для того, чтобы Эдди, наконец, в полной мере осознал свои чувства, которые он несколько лет оправдывал заботой, Ричи стоило оказаться на волосок от гибели. Ну уж нет, Эдди не позволит какому-то там непонятно чему отобрать у него Ричи. Не тогда, когда он готов был признаться ему. Не тогда, когда он только осознал свою любовь. — Эй! — Эдди крикнул так громко, как не кричал никогда в жизни. — Не смей приближаться к нему, урод. — Что он делает? — Беверли поражённо смотрела на Эдди, чьи глаза горели решимостью. — Он не боится, — прошептал Бен ей в ответ, — он знает, что Ричи больше ничего не угрожает. — Что? — Ребята посмотрели на него требующим пояснения взглядом. — Ричи в безопасности, Эдди, наконец, осознал свои чувства. — Так значит, что теперь Оно не может навредить всем нам? — Стэн согласно кивнул. — Пора убить этого мерзавца! — Ричи неожиданно пришёл в себя, чем заставил друзей подскочить на месте. — Что?! — взвыл Пеннивайз, превращаясь в огромного паука. — Думаете, что вы в безопасности? Глупые детишки, я знаю ваши слабости. — Нет! Ты ничего не знаешь о нас, ты всего лишь клоун, глупый страшный клоун. — И тебе пора вернуться туда, откуда ты пришёл! — Билл больше не заикался, он бы полон решимости. Он был готов отомстить за брата. — Добро пожаловать в клуб неудачников, сука. — Ричи первым бросил в Пеннивайза железный штырь, найденный на земле. Завязался бой, в котором принимали участие все ребята. Даже Стэн, что поначалу боялся приближаться к чудищу, под конец, не стесняясь, наносил удары, не скупясь на крепкое словцо. С каждым ударом Оно становилось слабее, тогда как неудачники будто бы набирались силы — они оберегали друг друга, не позволяя монстру прикоснуться к кому-то из них. — Л ю б о в ь. — Последнее, что произнёс Пеннивайз прежде, чем провалиться в бездну.***
Друзья встречали рассвет на пустоши, прижимаясь друг к другу словно воробушки морозной зимой. Ветер заставлял колыхаться траву и деревья, и ребята вновь ёжились от дуновения ветерка. — Вы думаете, мы смогли победить его? — спросил Стэн друзей, поглядывая на окрашивающиеся в розовый облака. — Не знаю, но если Оно вернётся через двадцать семь лет, мы все будем далеко отсюда. — П-поклянёмся, что, если Оно не сдохло, если Оно вернётся, мы тоже вернёмся. Стэн разбил горлышко бутылки из-под кока-колы, выпитой ранее. И поднялся вслед за Биллом. — Клянусь, Билл. Одному за другим Стэн проводил осколком бутылки по ладоням, друг за другом неудачники клялись вернуться, чтобы закончить начатое. Где бы они ни были, они должны будут вернуться. Обязательно. — Так это ты спас меня, Спагетти? Эдди и Ричи остались вдвоём на пустоши, все неудачники разбежались по своим «делам», прекрасно понимая, что этим двоим необходимо поговорить. — Что? — Каспбрак посмотрел на Ричи своими оленьими глазами, пытаясь понять, к чему тот клонил. — Это ведь ты не дал этому клоуну убить меня. Я слышал, — Ричи снял очки и потёр глаза, — как ты кричал ему, чтобы он не подходил ко мне. — Я… Я не знаю, Ричи, — Эдди вздохнул, — Бен говорил что-то о том, что он боится любви, типа, нас защищают наши чувства, а не победа над своими страхами. — Но… — Когда я думал о том, что ты там с ним один на один, я чуть не умер от страха, Ричи. Я боялся, что не смог защитить тебя. И я думал, что никогда не смогу простить себя, если этот клоун сожрёт тебя. — Ребята вдруг сказали, что мне ничего не угрожает. О чём они говорили? — О том, что человек, влюблённый в тебя, осознал свои чувства, Ричи. Тебя спасла любовь, балабол. — И кто же этот человек, Эдс? Неужели, твоя мамаша? — Он соблазнительно поиграл бровями, чем вызвал возмущённый смешок Эдди. — Не называй меня так. — Возмутился Каспбрак. — Хочешь знать, кто этот человек, Ричи? — Боже, неужели это ты, мой маленький Спагетти? — Ричи придвинулся ближе и потрепал смущённого парня по щеке. Эдди вспыхнул, он и не думал, что Тозиер так быстро доберётся до правды. — Ты покраснел, Эдди. Неужели я был прав? — Уши Каспбрака стали краснее, и Ричи хохотнул, не сдержавшись. — Бог мой, Эдс, так я прав! — Зачем ты соврал, Рич? — Что? Эдди повернулся и укоризненно посмотрел на вмиг стушевавшегося Тозиера: — Зачем ты соврал о своём страхе? Ты ведь не боишься клоунов. И без того огромные глаза Ричи стали ещё больше. — Откуда ты… — Я просто знаю это, Ричи. — Перебил его Эдди. — Скажи мне, чего ты боишься на самом деле. Пожалуйста. — Я боюсь, — Ричи вздрогнул, — я боюсь остаться без тебя. Боюсь, что ты вдруг исчезнешь из моей жизни. Боюсь, что кто-нибудь отберёт тебя у меня. В тот день, когда ты сломал руку, — он специально не произнёс устрашающее «дом на Нейболт-стрит», — я столкнулся со своим страхом. Он показал мне его. — Что ты видел? — Эдди положил свою ладонь на сомкнутые в замок руки Ричи. — Тебя, Эдди. Ты был мёртв. Господи, я так испугался, когда увидел этого клоуна, нависающего над тобой. — Он всхлипнул и вытер скатившуюся по щеке слезу. — Я думал, что откинусь прямо там, если он сделает ещё шаг. А потом я увидел твою сломанную руку, и мне будто голову снесло. Сидящий рядом Эдди даже забыл, как дышать. Ещё мгновение, и он бы начал задыхаться как тогда, когда у него случались приступы психосоматической астмы. — Почему ты не сказал мне об этом? — Эдди пристроил подбород на плече Тозиера и провёл пальцем по мокрой щеке. — Потому что я не хотел, чтобы ты тоже стал «грязным педиком». Бауэрс не дал бы тебе прохода, если бы узнал о моих чувствах. Я боялся, что ты не поймёшь Эдди. Думал, что ты уйдёшь, узнав мой секрет. — А мне всего лишь нужно было увидеть тебя в лапах монстра, чтобы понять что то, что я чувствую к тебе, это нихрена не забота. — Улыбнулся Эдди, пряча улыбку в сгибе шеи Ричи. Он него пахло чем-то невероятно сладким и сигаретным дымом. — Ты так и не бросил курить? — У меня стресс, Эдс. — Ричи запустил руку в Эддину шевелюру, взлохматив волосы на затылке. — Теперь мы можем поцеловаться? Господи, Ричи не был бы Ричи, если бы не испортил момент. — Думаю, да. — Смущённо улыбнулся Эдди, переводя взгляд с ричиных глаз на него губы. — Наконец-то, — прошептал Ричи, притягивая Каспбрака к себе за шею, — я мечтал об этом с тринадцати лет. — Произнёс он прямо Эдди в губы. — Ты такой придурок, Ричи, — ответил ему Эдди, накрывая его губы своими. Пожалуй, это лучшее завершение этого ужасного лета. И, пожалуй, это лучшее начало новой истории, которую они только начинают писать и не закончат ещё очень долго. У них впереди вся жизнь, и они прекрасно это понимают.
