Smart psycho

Он приподнял брови и покачал головой. Его губы двигались, словно он пытался найти нужные слова, и наконец он спросил: Мин: -Чьё это утверждения? Пак: -Моё. Я психотерапевт. Я-не более ем восковая таблеточка, на которой ты оставляешь свои опечатки пальцев. Мин: -Значит… ты здесь чтобы помочь мне? –сказал он, опуская глаза. Что сделает хищник через секунду? Продолжит нежиться на диване, или захочет «поиграть»? Мин: -Ну? –мягко поторопил он. Я тряхнул волосами. На меня накатило ощущение абсолютной потерянности. Пак: -В общем так: тебя считают сумасшедшим, а я здесь, чтоб проверить, правда ли это. Он плотно закрыл глаза, сжал губы, и потряс головой, будто мои слова ранили его. Пак: -Ты не согласен с тем, что ты-сумасшедший? Мин: -Ярлыки! –воскликнул он, резко открывая глаза. Его руки жестикулировали настолько яростно, насколько позволяли наручники и цепь, соединяющая их с кандалами. –Ярлыки, ярлыки. Мы снова вернулись к этому! Пак: -Людям нравятся их ярлыки, -сказал я. Его длинные пальце сгибались так, будто он жаждал вцепиться в чьё-нибудь горло. В моё, например. Мин: -Знаешь, людям пора научиться жить без них, -твёрдо сказал он. –Именно из-за ярлыков им кажется, что я сумасшедший. Они боятся. Боятся того, что я ясно вижу всё, что они не в состоянии осмыслить и разложить по полочкам. Пак: -Тебе не кажется, что подобный заявления несколько высокомерны? Он покосил на меня с саркастичной усмешкой. Мин: -Ложная скромность, Чимин~и… Она никому не идёт. Наконец наша дискуссия потекла в верном направлении. Мне хотелось разговорить его на тему скромности и высокомерия, но Мин поднял указательный палец, останавливая меня на полуслове. Мин: -Давай вернёмся к моему первому вопросу. Я вздохнул. С ним было невозможно сладить. Если я буду гнуть свою линию, он просто перестанет говорить. Мин облизал губы и продолжил: Мин: -Этот эгоизм… которое ты наблюдаешь в окружающих… так ли он плох? Я снова уставился на стену над его плечом. Пак: -Нет, если люди не заходят слишком далеко. Мы должны быть относительно эгоистичны для того, чтоб выжить. Если бы каждый человек не заботился о собственном благополучии, мы бы уже вымерли. Но когда люди начинают причинять вред окружающим из эгоистичных побуждений… Я думаю, это неправильно. Мин: -Почему? –мягко спросил он. –Они бы сделали бы с тобой тоже самое. Наши взгляды встретились. Пак: -Но это не значит, что причинять людям боль–правильно. Мин: -Позволь мне не согласиться. Он уставился на потолок, словно ожидая, что кто-то там, наверху, скажет, кто из нас всё-токи прав. Мин: -Кто решает, что хорошо, и что-плохо? Видя куда он клонит, покачал головой. Пак: -Ты исходишь из заключения, что «хорошо» и «плохо» субъективно. Неужели ты не веришь в универсальное добро и универсальное зло? Конечно не верит. Посмотри с кем ты разговариваешь, Чимин. Мин: -Я верю, -неторопливо проговорил Мин, — что мораль –не более чем выдумка. Он думает, что мораль- не более чем форс, используемый верхами для того чтобы держать жалких людишек в подчинение. Пак: -Да, мораль нужна большинству. Не будет морали, и человечество вымрет, уничтожив само себя. Во всяком случае, именно так думают люди. Он склонил голову вдохнул, закрыл глава, и подпёр вески указательным пальцем. Пак: -Ты не согласен? –спросил я, чтоб вернуть давно потерянный контроль над слишком затянувшееся беседе. Мин глубоко вздохнул, закрыл глаза, и выпрямился. Мин: -Анархия-единственный выход, –сказал он. –Человечество… Его глаза распахнулись, и он потряс головой, выражая неодобрение. Мин: -…Хмм… Человечество пытается оттянуть неизбежное. Создаёт правительство, наклеивает ярлыки, запирает под замок людей, которых считают угрозой… -он провёл рукой, чтобы не оставались сомнений в том, о какой комнате и о каком человеке идёт речь. Мин: -Но всё это не является естественным порядком вещей, -продолжал он, глядя на меня в упор. –Современное поколение заботится лишь о своей безопасности. Им плевать, что случится, когда всё покатится к чертям, а их дети… и дети их детей… Он откинулся на спинку и удовлетворённо скрестил руки. Я ждал продолжение, но он молчал, и тогда я подался вперёд, спрашивая: Пак: -И?.. Мин: -Что? –блуждающий взгляд пациента вернулся ко мне. –Ах, да… они обречены. Пак: -Я не согласен, — сказал я, собираясь с мыслями. Мин: -Неужели? Пак: -Да, я думая что мир катится к чертям, потому что хаос-естественный порядок вещей. Мне кажется мир становиться хуже, потом что люди становятся хуже. Но теоретически… они могут стать и лучше тоже. Это сложно. По природе свой человек эгоистичен, и всё-таки есть множество людей, которые стараются сделать, изменить мир к лучшему. Мин громко хмыкнул, и я уставился на него в ожидании. Он невнятно забормотал что-то себе под нос. Я не знал, начнёт ли он спорить. Внезапно он перестал бормотать, и сфокусировался на мне. Мин: -Подумай хорошо. Если этот маленький мир… -он сделала посторонний жест, -…наш мир… Если он должен быть чем-то вроде райского сада… почему так трудно сделать его лучше? Почему человечество деградирует вместо того, чтобы развиваться? Пак: -Никто не говорит, что сделать мир лучше-простая задача, -сказал я. Мин: -Но теоретически это возможно, -он наморщил нос. –Ох уж эта мораль… Спать хочу. Он был неправ. Он был неправ, и я хочу ему это доказать. Я хотел напомнить Мину о тех моментах в истории, когда человечность превосходила собственную порочность, когда вершили великие и прекрасные дела, когда добро побеждало низость… Но прежде чем я сумел сформулировать рациональный аргумент, дверь распахнулась, и вошли двое охранников. О: -Время истекло, -сказал один из них. Я раздражённо вздохнул и недовольно скрестил руки. Мин встал и отвесил мне лёгкий поклон. Несмотря на наручники и цепи, он провёл это с завидной грацией. Мин: -До встречи, -сказал он, зайдясь истеричным смехом. Пациента вывели из комнаты, а я продолжал сидеть, уставившись на стол, пока напротив меня не уселся доктор Ким Намджун. Он сложил пальцы в замок, некоторое время разглядывая свои руки, а затем спросил: Джун: -Пак… что это было? Пак: -Что вы имеете ввиду? –спросил я. Он был рассержен, и я прекрасно понимал почему. Он указал на дверь, за которой только что скрылся наш знаменитый злодей. Джун: -Это, -сказал он, повышая голос. –Вы что… У вас теперь друг для друга уменьшительно-ласкательные прозвища?! Вы сидите тут, и как ни в чём ни бывало обсуждаете положение человечества? Пак: -Да. И что?