Smart psycho

В ходе исследований я пытался думать так, как думал Мин. Идя по улицам Сеула, я представлял себе, как бы воспринимал окружающее он. Увиденное опечалило меня. В какой-то момент мне даже стало трудно наблюдать за людьми, так как они представлялись мне безмозглыми машинами. Словно стадо, все брели по намеченной линии из-за страха потерять иллюзорный комфорт. Мир глазами Мина был довольно грязным, депрессивным местом, и вскоре я перестал экспериментировать с восприятием. И всё же, часть Юнги осталось со мной. Это было похоже на одну из тех «секретных» картинок, где поначалу ты видишь лишь скопление ничего не значащих точек, а потом из этих точек вырисовается лицо Иисуса. Увидев его, ты уже не можешь видеть просто точки. Зло. Город был полон зла, и не только стараниями Мина. Помимо высокого уровня преступности, были ещё другие минусы. Казалось, город дышал безразличием и отчаянием. Люди избегали смотреть в глаза друг другу. Они не жили. Они работали, если, спали встречались с друзьями…и всё это было совершенно бессмысленно. Не в первый раз за последние пару месяцев я задумывался о том, правильную ли я выбрал профессию. Может в мире было для меня что-то получше? Что представляет из себя терапию для маньяков? Они проходили терапию, принимали таблетки, выписывались из больнице, совершали очередное преступление, и снова попадали к нам. Какая отрезвляющая мысль. Но, Чимин, небольшая часть этих преступников всё-таки излечиваются... Ну, да. Наверное. С тех пор как меня отстранили от дела Мина, прошло около двух недель. Я всё ещё плохо спал по ночам, но твёрдо решил не высовываться, наслаждаться компанией немногочисленных друзей, и принести во всё, что я делаю, хоть немного энтузиазма. Самовнушение работало. В каком-то смысле. В конце концов мне попалась относительно интересная пациентка-женщина, которая убила своего бывшего парня. И в тоже время, у меня начиналось депрессия в связи с отъездом Тэ в США. Я решил перестать думать о Мине. Представите себе моё удивление, когда Джун появился в дверях моего офиса. Он окинул меня мрачным взглядом, и сказал: Джун: -Пойдём со мной. Мы поднялись на второй этаж. Моё сердце едва не выпрыгнуло из груди. Неужели он действительно…? Мы остановились около комнаты допроса, и Намджун повернулся ко мне. Джун: -Не трогай его, -ровно сказал он. –Оставайся по свою сторону стола. Если он дерниться, выходи оттуда. Пак: -Вы что… вы правда…? Джун: -Просто поговори с ним, -прервал он меня. –Вытащи из него хоть одно слово. Всё, что угодно. Затем Джун развернулся и ушёл. Я взялся за ручку двери, и понял, что дрожу. Я сделал глубокий вдох и вошёл в комнату. *** В глаза сразу бросились предпринятые охраной меры предосторожности. Наручники на запястьях пациента выгляди более тугими. Его лодыжки были пристёгнуты к ножкам стула. На его пострадавшем запястье не было повязки-скорее всего он сам сорвал её. Моим глазам предстали неровные швы, въевшиеся в раздражённую кожу. Под глазами Мина были тёмные круги. Он выглядел так, будто его избили. К тому же, он был гораздо более худым… Пугающе худым. Неужели он совсем не спал? И не ел? Как хорошо снова увидеть его. Эта мысль удивила меня. Я тихо закрыл дверь и занял своё место за столом. Довольно долго в комнате царила тишина. Мин смотрел на меня. В конце концов, всё ещё глядя на поверхность стола, он сказал Мин: -Привет… Чимин. Его голос был чуть хриплым и очень тихим. Пак: -Здравствуй, мистер Мин, -сказал я, радуясь тому, что мой голос был спокоен. Это внешнее спокойствие никак не отражало творящий внутренний хаос. Я радовался тому, что он всё ещё был здесь… боялся находиться с ним в одной комнате… злился, вспоминая его атаку… и… И ещё ко всему этому перемешивались влечение, и совершенно иррациональная волна счастья. Мин: -Давно не виделись. Ты успел насладиться своим…отпускам? Пак: -Можно и так сказать. Наконец он посмотрел на меня. Несмотря на ужасное физическое состояние, его глаза всё ещё горели. Он усмехнулся. Мин: -Значит, большой и страшный Ким Намджун наконец отчаялся найти тебе замену? Пак: -Да. Мин тряхнул головой, смахивая прядь грязных волос. Мне хотелось придвинуться чуть ближе к нему, но я вспомнил об указаниях Джуна. Пак: -Мир изменился за одну ночь, -сказал я. Мин выпрямился и поднял указательный палец, и безмолвно промычал «Ага» Мин: -Мир меняется каждую секунды, -он сжал губы, повернулся в полуоборот, и посмотрел на меня одним глазом, словно спрашивая, «Что скажешь на это?» Пак: -Этот город, -пробормотал я, пытаясь собраться с мыслями. –Посмотри на этих людей. Едва ли не половина совершила более одного преступления. Многие становиться профессиональными преступниками, а остальные… просто не поднимают взгляд от земли. Они не пытаться исправиться ситуацию. Они идут работать в полицию не для того чтобы защищать граждан Сеула-ими движет жажда наживы. Чистый коп в этом городе встречается реже, чем тринадцатое полнолуние… Мин: -Ещё реже, -мягко сказал Мин Пак: -И люди ничего не пред понимают! –я чуть повысил голос. –Что с ними не так? Мин: -Иногда… людям нужна… встряска Пак: -И ты этим занимаешься? Даёшь людям встряску? –требовательно спросил я. Он зашёлся смехом. Я только сейчас осознал, что лежу полулёжа на столе, пытаясь быть ближе к пациенту. Я резко отстранился, и меня охватил страх. Может он просто… пытается повлиять на меня? Промывает мне мозги? Мин: -Это… это обычное явление, -сказал Мин, продолжая хохотать. Я не находил ситуацию смешной. Мне было плохо. Вскоре, его гогот перешёл в лёгкие смешки, и он театрально смахнул набежавшую слезу. Мин: -О, Чимин, -вздохнул он. –Чими, Чими, Чими… Подожди, и ты всё увидишь. Нам будет… очень весело. Пак: -Да? Ловлю тебя на слове, -сказал я без всякого выражения. Он разглядывал меня в упор. Мин: -Улыбайся, -сказал он. –Ты так красив, когда улыбаешься. Не думайте, что комплимент прошёл незамеченным. Я вспомнил его позже, и как следует насладился им. Но в тот момент, в комнате с Юнги, мне было не до улыбок. Пак: -Мне тяжело улыбаться, -сказал я, -когда ты намекаешь на то, что мне будет весело. Мне кажется, мои и твои представления о веселье отличаться друг от друга, так что… Мин: -Не такие уж они и разные, -сказал Мин Его слова заставили меня похолодеть. Как можно было думать, что мы с ним могли наслаждаться чем-то вместе? Он был убийцей. Моя работа заключается в том, чтобы останавливать убийц. Осознание того, что я нечаянно застрял в голове у одного из своих пациентов, никак не добавляло веселья в мою жизнь. Нет. Нет, он не пытается успокоить тебя. Ему плевать на тебя! Он просто играет, манипулирует тобой. Он хочет разрушить тебя. Я встал и задвинул свой стул. Пак: -Я думаю, на сегодня всё. Впервые за последние несколько недель я вышел из комнаты допроса по своей воле, до того, как нас прервали охранники. Его прощанием со мной был внезапный смех, переросший в маниакальное крещендо. Уйти из комнаты допроса было не просто. Ничего не бывало просто, когда в этом участвовал Мин. Если он и правда манипулировал мной, почему его слова казались такими правильными? Почему всё, на что он раскрывал мои глаза, вдруг становилось очевидным? Почему я больше не мог воспринимать мир так, как до встречи с ним? Он лжёт правдой. Когда-то я услышал эту фразу, но не понял её смысла. Она казалась мне совершенно абсурдной. Как можно лгать правдой? –Правда-это правда. Она всегда остаётся таковой, и неважно, от кого ты её слышишь-от сумасшедшего убийцы или от самой чистой души. Если всё, что он говорит-правда, то как он может манипулировать мной? Действительно ли он манипулирует мной? Или он лишь пытается показать мне своё видение мира? Может быть он хочет облегчить душу? Ему необходимо, чтобы я посмотрел на мир его глазами-иначе, мы просто не поймём друг друга.