***
Вальяжной походкой, Чонгук подходит к бывшим друзьям, что стояли линеечкой, ожидая своего хозяина. От него исходил только негатив, вызывая мурашки у подчиненных, заставляя коленки подгибаться от ауры, излучающей от самого дьявола. Никто не представляет на сколько сейчас раздражен и зол парень, пришедший по их души. Никто не смеет догадываться, что сегодня последний день их счастливой и безмятежный жизни. Чон предупреждал – не предавать. Его наставления не послушали, теперь его очередь наказывать за неподчинение. Кровь закипает в жилах, как только он представляет, как Мими будет рада сегодняшнему пиру, как глаза ее будут светится счастьем только лишь для хозяина. Разрывая людскую плоть, забрызгивая новый костюм мафии кровью, она будет радостно рычать, заставляя хозяина гордиться ею. Чтобы все знали, кто ее воспитал. — Все здесь, JK, — тихо подходит Хосок к другу. — Тогда приступим. Чонгук в последний раз спокойно оглядывает около десятка мужчин, пока выражение лица его не меняется на хищное, совсем как у своей кошки. Та, сидит возле ног любимого человека, облизывая свою мордочку, не отрывая взгляда от впереди стоящих людей. Сегодня она будет полностью присутствовать на мероприятии, представленное в честь справедливости и чести. — Дорогие друзья, — начинает глава мафии. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы кое-что прояснить для тех, кто не усвоил мои слова, наставления и уроки. Если вы не усваиваете на слух, то мы будем показывать вам наглядно. Предупрежу сразу, малейшее движение, которое покажется мне или моим ребятам, — он рукой указывает на так называемую свою охрану с оружием в руках, что окружила их по территории. — Вас пристрелят, глазом не моргнув. Поэтому будьте осторожны, когда решите дать деру. — Но зачем нам нужно давать деру? — вдруг задает вопрос парень из толпы. — С такой охраной мы точно в безопасности. — Вот и увидим, — незамедлительно отвечает Чонгук, развернувшись к другу. — Принеси мне его. Хосок понимает, о чем говорит его босс, поэтому сразу же отходит от него к сзади стоящим машинам, открывая багажник. Возвращается он уже с коробкой в руках, закрывая нос от отвращения. Еще живые на данный момент люди совсем не понимают, что происходит на их глазах, но задавать вопросов не решаются. Попрощаться раньше с жизнью они не желают. — Какая прелесть, — хмыкает Чон, расплываясь в ухмылке. — Покажи нашим друзьям это сокровище. — Ну нахуй, JK, — визжит рыжеволосый. — Я эту хуятину в руки не возьму, это отвратительно. Ты посмотри, она же уже гниет… А запах…! — Что за нытик, — ворчит мафия, сузив глаза. — Все самому приходится делать. Парень, не на секунду не струсив, засовывает руку в коробку, слыша тревожные вздохи вокруг себя. Когда содержимое оказывается за пределами недосягаемости, сзади слышатся первые рвотные позывы; пару парней упали в обморок, а другие просто тихо скулят, пытаясь выглядеть в глазах мафии самыми стойкими и непричастными к злым замыслам. — Думаю, вы все догадываетесь кто это, — улыбается Чонгук. В его руках отрубленная голова Убина, что покрылась синим цветом и ужасным запахом гниения. Глаза, кажется, вот-вот выпадут, а волосы готовы отделится от головы. Ужас и страх на лице парней сложно было не заметить – этого и добивалась мафия. — Зачем вы это сделали? — кричит кто-то из парней, Чон так и не увидел, кто это был. — Не нужно играть в эту дешевую игру, — парень кривит лицо от разочарования. — Вас сдали с потрохами, ребят. Убин сам лично перед смертью написал мне записку, где указал ваши имена. Поэтому нет смысла пытаться прикрыть свою задницу, вы уже и так расставили свои ноги по ширине плеч, раскинув булки в сторону. —Шеф, вы нас неправильно поняли! — Все было совсем не так! — Он нас просто подставил, пытаясь спасти свою шкуру! Каждый из стоящих на поле людей отчаянно кричали, пытаясь заглушить крик друг друга, у некоторых это выходило чуть ли не до драки, пока кто-нибудь рядом из стоящих не разнимал их. — Прекратить, иначе умрете раньше времени, — растеряв терпение, рычит брюнет. Кажется, его слова не особо повлияли на подчиненных: пара из них решили, что они супергерои, ринувшись к машинам, на которых приехали, только вот пули, вонзившиеся в тела, остановили их на пол пути. — Так будет с каждым, кто решит покинуть свое кладбище. Через два часа половина людей уже бездыханно лежала на холодной земле, а их друзья оплакивали их тела, огорченно склонившись над ними. Запах крови витал по всему огромному полю, заполняя легкие и рот железным привкусом. Кого-то это пугало до чертиков, вызывая тошноту, а такого как Чонгука это лишь забавляло – ему нравился этот запах и вкус на языке, а автомат в руках, перепачканный в крови добавлял ему устрашения. Костюм ему все же придется выкинуть, но он нисколечко не печален из-за этого. Самосуд происходит прямо на его глазах, а это лучше любых наркотиков и секса – глава уверен в этом. — Осталось немного, друзья, скоро мы закончим и вам не придется мучатся, — благосклонно успокаивает Чон. — Иди нахуй, — шипит один из парней, прижимая к себе окровавленное и холодное тело друга. — Вот и новый кандидат, — глаза Чонгука в миг загораются. Кошка, насытившись человеческой кровью и мясом спокойно отдыхала возле ног хозяина, показывая, что сил у нее на продолжение пира не осталось. В этот раз ее хозяин не только доволен ею – он и сам в некоторые моменты боялся ее. Почувствовав свободу и вседозволенность на пиру Мими включила все свои инстинкты и силу, чуть не задев брюнета. В таких случаях он никогда не лезет к ней, зная, что в таком состоянии его девочка ничего и никого не видит перед собой. Для нее абсолютно все – это добыча. Но как только голод был утолен, ее зрачки вернулись в привычную форму и извиняясь она подкралась к ногам своего любимого человека, мурча. После такого поведения – Мими всегда получала прощения, как и в этот раз. —Выведите его вперед, — хмыкает брюнет. Услышав слова мафии, парень поднимается на ноги, чтобы сбежать, вот только крепкие руки его хватают быстрее, чем он делает первые шаги к отступлению. Его вновь сажают на колени, только на этот раз уже у ног Чонгука. Голова вниз опущена, знает – провинился. — Ну что ж, кандидат номер один, вы удостоились чести лишится головы первым, — ухмыляется. — Подайте мне что-нибудь острое. Голова парня взлетает вверх так быстро, что казалось шея сломается, только вот глаза, которыми он смотрит на своего палача полны слез и жалости. — Господин JK, — он слезы свои глотает, кашляя. — У меня дети, пожалейте… Где же ваша совесть? — Ты сейчас о совести решил поговорить? — хмыкает. — Где была твоя совесть, когда ты предал всю свою команду, крал у меня товар и врал в лицо? Где была твоя ебанная честь и клятва мне быть верным до конца, ублюдок? — Меня заставили, — на одном выдохе, проговаривает парень. — Меня не ебет. Эти слова были последними, прежде чем длинная катана оказалась в руках главы мафии. Крики заполнили поле, а рыдания парня, что сидел на холодной земле, доходили до леса, пугая птиц с деревьев. Остальные затаив дыхания, смотрели на происходящие: пугающе кровожадного босса и на испуганного парня, который вот-вот лишится своей головы. Подчиненного пришлось держать охране, потому что он вырывался и не давал спокойно закончить дело Чона, но его так же быстро скрутили, как и отрубили голову. Брызги крови долетали до всех, пачкая одежду, заставляя кричать их от отвращения. Голова упала на пол с большим грохотом, перекатываясь она добралась до ног своего палача, изливаясь вонючей кровью. Кажется, мафия сегодня полностью искупалась в ней и теперь будет пахнуть гнилью своих бывших друзей вечно. — Смотрю, вы даже наглядно не понимаете, — оглядывая мертвое тело, покоившееся на полу, скептически проговаривает брюнет. — Чья следующая очередь? — хихикает Хосок, выборочно тыкая пальцем в следующего мальца.***
— Сегодня я нажрусь, как свинья! — радостно визжит Чимин. — Тогда тебе и утруждаться не нужно, — хмыкает Юнги, пытаясь усадить своего неугомонного парня обратно на стул. Тэхен переводит взгляд с Юнги на своего друга, обреченно мотая головой. Эти ребята никогда не изменятся, да и Ким не хочет этого: его друзья самые верные и лучшие и ни на каких других он бы никогда не поменял. Чего только стоит пьяный Юнги, пытающий унести на своем горбу такого же пьяного Чимина с тусовки. Да любой бы коньки отбросил от смеха, вот и он в тот вечер чуть этого не сделал. — Малыш, прошу, только без твоих концертов, хорошо? — Мин слегка улыбается. — Хочу добраться домой спокойно. — В смысле? — удивляется, все же присаживаясь поближе к своему парню. — Ты хочешь сказать, что я мешаю тебе? — Началось, — Тэхен, наблюдающий за парочкой, недовольно закатывает глаза на начинающий концерт, подтягивая к себе ноги. — Нет, я просто выразил свое желание, что в этом плохого? — блондин пытается сгладить острые углы и мягко треплет рыжеволосого по голове. — Не выражай его, когда тебя не просят, — хмыкает Пак, разворачиваясь от него, надувая свои и так пухлые щечки. Тэхен понимает, чего добивается его друг: ранее он рассказывал ему, как горяч секс после примирения и без разницы на каком основании возникла ссора. А, как мы все знаем, горячий секс хорош для здоровья. — В любом случае, — прерывает их Ким. — Вечером мы встречаемся все в клубе и отдыхаем. Мне нужна разрядка после тяжелой недели. Она была адской. — И огнестрельной, да, Тэхен-ни? — саркастически тянет друг. Офицер сразу понимает о ком и о чем глаголет его друг, поэтому убийственно тяжелый взгляд тут же падает на него. Чимин даже немного ежится, но продолжает смотреть на него со смешинкой. — Не понимаю, о чем ты, говно, — в итоге сдается блондин, отвлекаясь на свой телефон. — Фу, как грубо, — разочарованно тянет, тоже теряя интерес к своей выдуманной игре. Прохладный ветерок ночного города проникает сквозь одежду, провоцируя мурашки и небольшую дрожь, но даже холод не способен остановить лучших друзей от алкоголя и музыки. Уже внутри они пытаются пробраться сквозь толпу людей на танцполе, что скачут везде, подпевая музыке, не попадая в ритм и слова, но получая от этого нереальное удовлетворение. Чимин с Тэхеном такое любят: в университетское время они отрывались каждый вечер в клубе, возвращаясь домой под утро. — Сначала займем диванчики, — оборачивается к Киму Чимин, пытаясь перекричать музыку. Тэхен лишь кивает, следуя за другом и его парнем попятам, не отпуская его руку. Они занимают места на первом этаже, у стены, где их никто не сможет потревожить и можно будет поговорить. Усаживаясь, они заказали несколько коктейлей, чтобы с чего-то начать. После виски с колой и тэкилы они отправляются на танцпол, немного путаясь в шагах, но все еще сохраняя ясность ума. Как они добрались до середины танцпола – парни, так и не поняли, но их это особо и не волновало. Двигая своими телами, они создавали изящную волну, вызывая восхищенные отклики. Почувствовав, что горло начинает пересыхать, друзья возвращались вновь к своим местам, чтобы выпить добавочный коктейль. — Все же возвращаясь к разговору, я настаиваю, чтобы ты послушал меня, — немного пьяно, хмыкает Чимин. — Даже и не стану, — отмахивается Ким, делая глоток горького напитка. — Да что ты потеряешь? — бесится друг, всплёскивая руками. — Ты будешь завидным женихом самого главного, конечно, если сделаешь все правильно, — поспешно добавляет друг. — Будешь себе ни в чем не отказывать, да и он убьет за тебя любого, если тебе кто-то угрожать будет. А самое главное он сам не грохнет тебя за то, что ты вытворил с его плечом. — Вы про кого вообще говорите? —неожиданно вклинивается в разговор Юнги. — И при чем тут плечо? Тэхен, понимая, что весь их разговор слышал друг, тяжелым взглядом убивает своего напарника, замахиваясь рукой, чтобы ударить, но лишь вздыхает, опуская руку в знак поражения. Не может он бить своих друзей от злости, только в шутку и лишь, когда есть веский повод. — Милый, ты не принесешь нам еще коктейля? — сладко щебечет он своему парню на ушко. Юнги лишь остается с подозрением кивнуть и скрыться в толпе. Оба парня наблюдают за ним до конца, пока его фигура полностью не исчезает, чтобы продолжить. — В последний раз говорю, я не стану делать ничего подобного из того, что ты перечислил. Даже если это спасет мою жизнь, — фыркает блондин, складывая руки на груди. — Я лучше денег ему заплачу, да и отдам все свои материалы, которые у меня есть против него. — Насрешь на свое же дело, над которым ты работал столько времени? Это разве не одно и тоже: наступать на свое горло? — Пак выгибает бровь в усмешке, замечая, как он замешкался. — Нет, — в ужасе мотает головой. — В этом ты прав, — Тэхен замечает, как тот расплывается в довольной улыбке, поэтому спешит добавить: — Но только лишь в этом. Юнги возвращается с двумя бокалами мохито, чем и затыкает парней на время. Они концентрируют свое внимание на обычных мелочах: обсуждение музыки, что играет сегодня в клубе – поясняя, какое дерьмо сейчас включили. Как только включается знакомая им музыка, Чимин хватает своего друга за руку, вытаскивая на тацпол. Они смеются, прыгая в бит музыки, трогая себя руками там, где стыдно себя трогать, так, чтобы голодные взгляды не выпускали их с поля зрения. И им это нравится, они знают, что хороши, поэтому продолжают, даже когда воздух в легких почти закончился – они не уходят, продолжая двигать бедрами, пытаясь попасть в ритм музыки. В итоге они разделяются, увлеченные музыкой, не замечая того, как отделились друг от друга в толпе. Алкоголь уже заполнил разум обоих, а громкие биты, горячее дыхание со всех сторон только дополнили пьяное состояние Тэхена, что у того перед глазами немного плыло, но он улыбался лишь на это пьяно, принимая очередное приглашение потанцевать вместе. Горячее тело прижимается сзади, опаляя ухо быстрым выдохом. Ким чувствует, как человек, что прижимается к нему сзади до безумия напряжен и только лишь из-за него. Самооценка его взлетает до небес, и он решает, что имеет право немного поиграться с этим мужчиной, которого и лица толком не видел. Он трется своей задницей о пах парня, пританцовывая, чувствуя, как отчетливо выпирает бугорок из-под его джинс. Он кидает беглый взгляд через плечо, пытаясь увидеть парня, которого смог возбудить, но в глазах так плывет, что увидеть он смог только родинку под губой этого парня и безумно довольную ухмылку на его лице. Блондин улыбается в ответ, отворачиваясь назад, чувствуя, как рука мужчины скользит по его животу, резко прижимая его к себе. У Тэхена, кажется, воздух из лег выбивается, когда от всех движений парня у него кровь приливает к щекам, а внизу живота слегка тянет. — Вкусно пахнешь, детка, — горячее дыхание ощущается на щеке и ухе, в которое ему сладким голосом говорят. Ким лишь смазано кивает, таким способом благодаря за комплимент. Хватка с каждым движением все усиливалась и ему казалось, что еще немного и они станут одним целом в буквальном смысле. Но ему только нравилось, чувствуя, как широкая и сильная спина прижималась к нему сзади, двигаясь с ним в один и тот же ритм. Закрыв глаза, он откинул свою голову на плечо мужчины, что тут же прижался губами к его лбу, вдыхая аромат волос. Они танцуют еще некоторое время, пока блондину не надоедает находится в таком положение, пытаясь перевернуться лицом к парню, который не вызывает у него отвращения от близкого контакта. Только развернувшись, не убирая руки с плеч парня, тот притягивает его к себе за талию настолько близко, что от их лиц лишь чертовы миллиметры; Тэхен понимает, что он кажется, попал окончательно. Перед ним стоит глава мафии, сам JK, улыбается ему ядовито, а глаза так и горят огнем; руки, что сладко притягивали к себе ощущаются сейчас, как огонь, что прижигает бархатную кожу блондина. — Какая встреча, правда? — саркастично тянет Чонгук. Тэхен, понимая, что это начало апокалипсиса, пытается как-нибудь отстранится, выставив руки вперед – на плечи своего врача их уложив, только за талию его хватают ближе, припечатав к груди мафии намертво. — Мне нужно идти, меня там ждут, — немного заикается. — Думаю это вряд ли, — хмыкает Чон, указывая головой на их столик, где Чимин, сидя на коленях у своего парня засунул свой язык ему рот, ни капельки, не обращая внимания на окружающих. — Все равно отпусти, — уже рычит Ким, пытаясь силой вырваться. История лишь повторяется: обнимают двумя руками, прижимая голову к груди, никуда не выпуская. — Какого хера? — Думаю, что моего, если ты хорошо попросишь, куколка. Тэхен немного успокаивается в железной хватке мафии, прекращая попытки на побег. JK отпускает его немного, продолжая держать в своих руках, но так чтобы они могли видеть друг друга при разговоре. Взгляд блондина невольно падает на губы его врага, где он замечает ту самую небольшую родинку под губой, из-за чего слегка ухмыляется. Чонгук, заметив это, облизывает в миг пересохшие губы, в ответ уставившись на чужие. Бугор в штанах, который вызвал его преследовавший офицер, не давал забыть, что они буквально пару минут вытворяли на танцполе: как их тела терлись друг от друга, горячее дыхание в область затылка и грязные словечки на ушко. Алкоголя в организме Тэхена было настолько много, что инстинкт самосохранения отсутствовал чуть ли не напрочь, в ушах бил бит лишь музыки, а в глазах летали звездочки вокруг силуэта JK. Им бы разойтись, вонзив в друг друга ненавистные взгляды, да матерные слова, пообещав друг другу убить быстрее, чем тот успеет хоть слово произнести. Но вместо этого они смотрят друг на друга, не сводив глаз и, кажется, не дыша, пока не плюют у себя в голове на все, сливаясь в страстном поцелуе. Язык Чонгука напористо ворвался в его рот, быстро преодолев зубы, начав ласкать язык блондина мягко, но яростно. И Ким поддался его напору, отдавшись во власть греховного искупления, позволяя вылизывать его рот, по шире открыв его. Хоть в голове блондина и был один лишь туман – он понимал, что делал, а самое ужасное для него: он и сам этого хотел - поцелуя с мужчиной, и не с левым, которого видит впервые, либо же знаком очень давно, а именно с парнем, которого больше всех в жизни ненавидит; с парнем, которого убить хотел, чуть не пристрелив; с парнем, который в сердце вызывает лишь гнев, отчаяние и слезы; с парнем, что главой мафии приходится. Их лица прижимались друг к другу, вылизывая от зубов до окончания языка, немного присасывая его. Поцелуй, выбивая из них окончательный воздух – прерывался, а на место ему приходил новый, еще более ненасытный. С поцелуем приходили и руки, что касались туда, куда могли достать, то сжимая округлые ягодицы Кима, то слегка поглаживая большим пальцем хрупкую талию. Иногда Чон просто рычал в поцелуй, жалуясь на то, что ему мало, углубляя поцелуй, сжимая руки на заднице блондина еще сильнее, уверенный, что после там останутся красные отметины, которые превратятся в синяки. Они не считали времени, когда не могли оторваться друг о друга, пытаясь поглотить, как у обоих в штанах становилась до невозможности тесно, больно, но так крыше сносно. И когда воздуха вообще не осталось, и они уже даже взяли в долг, им пришлось оторваться, прислонившись лбами друг к другу, тяжело дыша. — Я… — хрипит Ким, своими блядски опухшими от поцелуев губами. — Нужен воздух… Я хочу подышать воздухом… мне не хорошо. — Я провожу, — немного растеряно, но быстро отвечает Чон. — Нет, мне… нужен друг, — он испуганно убирает свои руки с груди брюнета, будто до него только дошло, что они здесь устроили. — Хорошо, — задумчиво тянет. — Я лишь отведу тебя к нему. Тэхен и возразить не успевает, как его за локоть хватают, потянув за собой в сторону его друзей. Он бы попытался вырываться, понимая, что произойдет, если их вместе увидит Чимин. Ким уверен, что их опухшие губы и растрепанные волосы даже слепой увидит, что уж говорить о его друге. Подходя к ним, первый их замечает Юнги, который хлопает по бедру своего парня, привлекая его внимание. — Тэ? — удивленный Чимин, как отдельное искусство: глаза по пять копеек, бегают с блондина на брюнета. — Господин JK? Что случилось, почему вы его привели? Он опять залез на стол, пытаясь станцевать? — К сожалению, нет, я бы на это посмотрел, — ухмыляется Чон, кашляя в кулак, дабы скрыть ее. — Вашему другу плохо, попросил привести к Чимину. — Ах, — вздыхает Юнги, ухмыляясь, когда смотрит на зацелованные губы обоих. — По нем очень видно, что ему плохо. Не переживайте, мы ему поможем. — Хорошо, я тогда пойду, — Чонгук кланяется на прощание, разворачиваясь, но не отпуская руку блондина: он сжимает ее слегка, заставляя посмотреть на него, а когда глаза встречаются, ухмыляется, как кажется Тэхену, слишком сексуально, прикусывая нижнюю губу, прежде чем отпустить руку и скрыться в толпе. И нет, Тэхен не смотрел в его сторону до последнего момента, пока его не будет видно. И уж ни в коем случае не облизывал свои губы, в надежде почувствовать тот ягодный вкус бальзама для губ, каким пользуется мафия.