там, где хорошо

             — Марк, мне надо домой, — Чон уже охмелевший все думал о найденной зацепке по делу.       — Ну, Чонгук, брось, я знаю куда ты собрался: собираешься искать эту женщину? Давай лучше я вызову тебе такси. Ты же понимаешь, что уже ночь и никто не станет тебе помогать в её поисках. Я тебя прошу, — говорит напарник и сажает Чонгука обратно за стол. — Давай, я вызову тебе такси. Сам заплачу, ты только езжай домой и отоспись. Приедешь утром на работу и мы обязательно этим займёмся. Ну никто сейчас не в состоянии работать. Рассадить бы их всех в такси и по домам, — он кивает в сторону коллег.       Чонгук с ним согласен, все изрядно напились и вряд ли способны здраво мыслить. — На дворе почти два часа ночи, давай домой, а завтра со свежей головой на работу? — продолжает Марк и Чонгук на этот раз не отказывается от предложения поехать домой за счёт коллеги.              В машине такси оказалось уютно. Ему повезло, что в салоне не было музыки, а водитель молчал. Выпитый алкоголь постепенно давал о себе знать и Чонгук расслабился, прокручивая события минувшего вечера. Он все думал о фотографиях на стене бара. Определённо, сегодня он не сможет просто вернуться домой и лечь спать, понимая, что за стенкой находится человек, вероятно, знающий людей на фотографии: женщину и недавно убитого молодого человека.       В квартире так тихо, что Чону приходится какое-то время привыкать к режущей уши тишине, ведь всего полчаса назад он покинул шумный караоке-бар.              Приоткрывая дверь комнаты, в которой спал Чимин, он лишь хотел удостовериться, что тот на месте. Чимин спал тревожно, лунный свет освещал кровать и было видно как его лицо нахмуренно, а из носа слышится тяжелое сопение. Он не спит.              — Ты что пьян?       — У тебя было соджу в холодильнике. Я не мог заснуть. Теперь болит голова.       — У меня есть таблетки, сейчас принесу.              На самом деле, ему самому нужно было бы хоть что-то выпить, чтобы протрезветь и вернуть ясность ума, перед тем как задавать вопросы. Пак не заметил, что офицер подшофе, так как сам пьян, а Чонгук был рад, что он не спал и можно поскорее все у него разузнать, несмотря на его состояние.              — Чимин, я должен тебя спросить.       — Это что, снова допрос?       — Официально нет, но… я должен тебя спросить.              И Чонгук начинает, потому что знает, что если он отложит это на завтра, то не сможет спокойно заснуть. Сначала спрашивает о фото в баре, где они с Тэхёном вместе. Потом о той женщине на фото, показывая его на экране телефона. Перед уходом Чонгук успел запечатлеть эти снимки. В ответ Чимин лишь мотает головой. Они действительно были с Тэхёном в караоке-баре. Праздновали его день рождения. Он сам выбрал это место. Чонгук указывает дату второго фото. На что Чимин пожимает плечами, он правда не знает. Как правило, когда Тэхён куда-то уходил, то не ставил в известность Чимина. Но пьяным домой он не возвращался, только пару раз в виде исключения и это было давно, несколько лет тому назад. Он тогда с кем-то ругался по телефону, ходил по комнате туда-сюда, а потом выбежал из квартиры и спустя время вернулся сильно пьяным. Ничего не сказав, он пошёл в душ и лёг спать. Чимин тогда заботливо приготовил ему на завтрак похмельный суп и долго не попадался на глаза, потому что обычно Тэхён был очень раздражён по утрам и кстати поэтому, Чимин боялся его будить. В тот день он не увидел в поведении друга ничего необычного.              И Чонгук выдыхает. Он ожидал большего, но и это его устроило. Он попытался.              — Ты хочешь поговорить о Тэхёне?              Чонгук какое-то время не смотрит на него, потому что Чимин наверняка догадывается, что ему нужен предлог, чтобы остаться.        Sleeping At Last — Neptune       — Могу я о таком спрашивать?       — Смотря для чего. Думаешь что-то от тебя скрываю или хочешь по-человечески поинтересоваться как я. Хотя не думаю, что тебе это интересно, — Чимин подтягивает одеяло и садится на кровать, облокачиваясь на её спинку.       — Я… мне… ты же теперь не чужой человек. Ты живёшь в моем доме. Ты спишь в кровати моего брата.       — Чонгук, тебе просто интересно и ты одержим идеей поймать убийцу, а не стать моим другом. Если бы мы встретились при других обстоятельствах, я бы заинтересовал тебя? — усмехнулся Чимин. — Это вряд ли. Я не девушка, у нас нет общих интересов и не так красив. Я богат? Если считать деньги Тэхёна теперь моим богатством…       — Прекрати.       — Что? Разве я не прав? — смеётся Чимин. — Посмотри на меня. Посмотри на меня! — повышает тон Чимин. Чонгук поднимает свой взгляд на него и видит как он плачет.       — Чимин…       — Ты ошибаешься. Я это вижу. Я знаю…       — Ты не можешь знать, что я чувствую! — громко говорит Чонгук, пытаясь сдерживать эмоции. Чимин не прав.       — А что ты испытываешь ко мне? Симпатию? Нет, не смеши меня.       — Ты спрашиваешь меня и сам отвечаешь на свои вопросы. Послушай, я…       — Что? Не можешь сказать? Не знаешь? Не знаешь ведь, правда? Скажи, что я тебе нравлюсь. Прямо сейчас. Скажи мне, если это так. Скажи! — вскрикивает он.              Но Чонгук молчит открыв рот. Он не может.              — Что не так? Не можешь? Можешь соврать мне. Я поверю. Я слышал столько лживых признаний, — уже спокойно шепчет Чимин. Но Чонгук не может поверить его словам. — Я поверю, если ты скажешь, что это все было не просто так. Ты ведь не привёз бы меня к себе… Ты же не поцеловал бы меня просто так. Да я даже не уверен, что тебе парни нравятся. О чем я тебя вообще прошу? — смеётся Чимин и привстаёт с кровати, чтобы достать со стола джул.              Чонгук же падает на кровать, прикрыв глаза.              — Ты много чего хочешь от меня, — выдыхает Чонгук.       — Всего лишь услышать правду, чтобы потом мне не было больно, — говорит Чимин, но его голос дрожит.       — Я не собираюсь делать тебе больно.       — Нет, Чонгук. Ты не можешь быть так уверен в своих словах.       — Чимин, ты буквально хочешь от меня признаний, которых у меня к тебе нет! — Чонгук не понимает чего от него ждёт Чимин, если ему и правда нечего сказать. — Что ты хочешь услышать?       — Я всего лишь хочу понять: зачем?! Зачем ты возишься со мной? Зачем привёз сюда? — Чимин встаёт с кровати и смотрит на него, Чонгук отворачивается. Он не хочет смотреть ему в глаза. Чимин же пытается спокойно продолжить. — Если тебе нечего мне сказать, то не надо приходить ко мне по ночам, смотреть как я сплю и спрашивать все ли со мной хорошо. Мне не нужна жалость и не надо чтобы ты сидел со мной, и запрещал куда-либо выходить.              Чонгук встаёт с кровати и пытается окликнуть Чимина, но к сожалению, он не собирается заканчивать.              — Разве я не прав? Почему ты молчишь? Скажи что-нибудь! Ты не сможешь защитить меня, ты не сможешь спасти меня. Для чего ты стараешься? Они все равно убьют меня, если понадобится, — Пак подходит к нему и бьёт в грудь, привлекая к себе внимание. — Ты думаешь такой крутой, да? Черта с два! Нет. Ты…              Чимин продолжает бить ему в грудь, пока Чонгук пытается сдерживать его, схватив за руки. Он понимает, что в состоянии опьянения Чимин не понимает о чем говорит.              — Ты никто, ясно. Ты не сможешь стать моим другом, не сможешь влюбить в себя, понятно? Никто никогда не будет лучше него.       — О ком ты говоришь? — в недоумении спрашивает Чон. Почему Чимин думает, что он ему нужен?       — Ты знаешь. Ты знаешь. Я говорил тебе. Ты же догадываешься.       — Нет, Чимин.       — Ты же хотел узнать правду, так чего же прикидываешься, что не понимаешь? Не любишь симпатичных мальчиков? Тебе противно? Противно было целовать меня, да?              Чонгук отпускает его и отходит на несколько шагов назад. Поведение Пака пугало.              — Так тебе противно, да? — движения Чонгука не остались незамеченными.       — Чимин, прекрати. Успокойся.              Чимин не слушает, лишь подходит к нему вплотную и притягивая к себе целует. Чонгук мычит и пытается оттолкнуть его. Чимин не понимает что делает, он слишком пьян и к сожалению, а может и к счастью, завтра он этого помнить не будет, в отличие от Чонгука. Чонгук ясно будет видеть перед собой безумный взгляд Чимина и то как он безостановочно непроизвольно плакал.              — Успокойся, я прошу тебя.       — Нет! Не успокаивай меня.              Чонгук делает несколько отточенных приёмов, заламывая руки Чимина за спину и вдавливает его тело в кровать коленом.              — Я прошу тебя. Я не хочу причинить тебе никакого вреда, просто послушай меня. У тебя истерика. Ты не понимаешь, что творишь. То что я говорю сейчас — правда. Постарайся успокоиться и слушай мой голос. Все будет хорошо, все пройдёт. Нужно успокоиться и заснуть. Поверь, завтра утром тебе станет лучше. Только прошу тебя, как только я отпущу твои руки, ты не будешь драться. Я отпущу насчёт три. Раз, два…              И отпускает руки, хотя мысленно готовится снова схватить его. Ждёт какое-то время, а потом расслабляется. Чимин не шевелится. В какой-то момент Чонгук пугается, что причинил ему физическую боль и думает что тот специально молчит, но слышит плачь.              — Чимин? — встревоженно шепчет Чонгук, переворачивая его на спину.              У того опухли глаза от слез. На лице нет той странной улыбки и бешеных глаз, только усталость.              — Разве я могу кому-то доверять? В твоих словах нет искренности, Чонгук. Ты запутался и не знаешь что чувствуешь. Не мучай меня своей неопределённостью, мне хватает и Юнги, который вспоминает обо мне только ночью после работы.       — Но я не…       — Вся твоя забота от сердца, я понимаю. Может ты просто пытаешься помочь мне и быть рядом. Но мне больше никто не нужен.       — Если ты действительно хочешь, чтобы я тебя оставил, ты можешь просто сказать.       Теперь Чонгук уверен, что Чимин потихоньку возвращает ясность ума и решает, что пора уходить. Вся эта драма его утомила.       — Я так хочу домой…              Чимин утыкается лицом в подушку истощённый от слез.              — Я могу тебя…       — Я так хочу вернуться домой. Почувствовать запах его парфюма и лечь спать, обнимая его. Проснуться и понять, что это все было лишь кошмаром.       — Я могу лечь рядом.       — Вот видишь, — снова усмехается Чимин. — Ты опять пытаешься мне помочь. Я ведь даже не просил…       — Я пытаюсь быть дружелюбней. Мы ведь друзья?              Приподнимая голову, Чимин пытается разглядеть силуэт Чонгука. Разве они друзья? Он уже почти не помнит о чем с ним ругался, но обещает себе, что в обязательном порядке спросит, лишь только немного отдохнёт. А позже обязательно встанет, чтобы расспросить его.              Когда Чонгук по тихому сопению понимает что Пак уснул, то осторожно, стараясь его не разбудить, уходит в свою комнату. Включает ночник в виде луны и подключает телефон к наушникам. Как же он хочет обо всем поговорить, обсудить это с кем-нибудь. Он понимает, что Хосока тревожить не стоит, время уже позднее, да и он сейчас должен отдыхать. А ещё, зная как он умеет реагировать, хочется промолчать и проглотить.              Чонгук догадывается, что у Чимина есть прекрасный друг Намджун, с которым он может все обсудить, у него был Тэхён. Он уверен, что у того ещё половина его группы в запасе, которая с радостью выслушает и поможет ему. А что делать ему? Ему кому звонить? Он с неохотой, но все же поднимает телефон с груди и ищет контакт.              На часах три часа ночи.              — Джису? Ты ведь сейчас не занята? Можно с тобой поговорить?              

***

Hildur Guðnadóttir — Frá             Утро Чимина встречает головной болью и бурчанием в животе. Но есть совсем не хочется. Открывая дверь ванной, Чимин какое-то время стоит перед зеркалом, после приподнимает футболку и осматривает свое тело. Кажется, он немного похудел. Пальцами оглаживая черты рёбер, он отворачивается от зеркала и заставляет себя взять в руку зубную щётку.              — Говнюк. Тупой говнюк.              Он отбрасывает щётку в сторону и полоскает рот.              Завтрак. Он не достоин завтрака. Или нет, ему нужно поесть.              — Господи, просто, блять, поешь, Чимин.              Уже на кухне он находит открытую пачку печенья и пересиливает себя, чтобы поесть. «Просто позавтракай. Нет, ты не нуждаешься в этом, ты стал таким жирным. Боже, неужели ты съел ещё одну». Отпихнув от себя пачку, после съеденных всего лишь пары штучек, Чимин решает принять душ, чтобы привести мысли в порядок.              Но как только он включает воду, играя с температурой, то понимает, что его не отпускает. Что-то вчера произошло и он напрочь забыл что именно.              — Тупой кусок дерьма. Какой же ты придурок, как можно было так нажраться?              Но после рычания на самого себя, все равно ни капли не легче. Когда он видит бритву, в голове проскальзывает мысль: «просто вскройся, какая уже разница, всем плевать, если ты умрёшь». Но он отмахивается от этой мысли, понимая, что не достоин такой смерти. Он все ещё не выяснил, кто убил Тэхёна.              По телевизору ничего интересного, в беседе группы тоже. На выходных, как только он вернётся к себе домой, придётся очень долго сидеть за конспектами. Ещё и пару контрольных тестов прибавилось. Но не это волновало его сильнее.              Что случилось ночью?              Для него слишком стыдно это узнавать. Он мог выкинуть что угодно, сказать или сделать. Даже поцеловать. Он так надеется, что из всего что он сейчас подумал, этого не было и Чонгук просто разговаривал с ним о чем-то. И о черт, кажется на повышенных тонах. Побеседовал и уложил спать. Руки от чего-то неприятно ныли. Об этом хотелось бы узнать подробнее: паранойя это была или же Чонгук применил силу. За то время, которое они провели вместе, Чимину кажется, что офицер Чон вполне мог это сделать. Но в этом ему явно посодействовал он сам своим поведением. Ему не хочется думать, что он вынудил Чонгука применить по отношению к нему силу. Хотелось думать, что Чонгук все ещё будет с ним дружелюбным.        [давайте сходим в бар, никто же не против?] [да, давайте!] [есть кто за? пишите сюда!] [блин, сегодня работаю, повеселитесь за меня…]              Чимин откладывает телефон в сторону, задумываясь. Может ли он пойти вместе с ними? Чонгук был бы против. Но разве его бы не убили, если бы хотели? Разве это не кажется логичным? Почему он сидит на одном месте, полностью изолированный от окружающих?        [я пойду]              Беспокойно вдыхая от неожиданного сообщения, Чимин теперь точно знает, он обязан туда пойти.              

***

             — Я должен пойти, Чонгук, пожалуйста.       — На тебя напали. Мы ездили с тобой в травмпункт, тебе этого мало было?              Чонгук подходит к холодильнику и задумчиво смотрит на наполнение его холодильника. «Не густо» — думает он.              — Я прошу тебя, я буквально ненадолго. Я буду там всего лишь пару часов и постоянно буду с тобой на связи. Хоть маячок на меня повесь. Но я прошу тебя, Чонгук. Мне очень нужно быть там, — умоляет его Чимин. Он готов хоть на колени встать.       — Зачем? — Чонгук делает паузу. — Какая у тебя причина?       — Я… мне…       — Не можешь сказать действительно весомой причины для…       — Там будет Юнги! — восклицает Чимин. Теперь Чонгук понимает настоящую причину. — А ещё я хочу просто отдохнуть со своими одногруппниками. Я заканчиваю в этом году учёбу и очень хочу провести с ними время. Поэтому прошу тебя, отпусти меня на пару часов. Я возьму туда такси, побуду пару часов и обязательно вернусь. Все время буду с тобой на связи, честно!              Чонгук кусает губы и задумывается. Чимин действительно заканчивает в этом году и его желание провести с ними время понятно. А ещё этот Юнги. Чонгук понимает, что этот парень ему не безразличен. В их отношения он влезать не хочет. С Чимином ведь ничего не случится?              Он просто кивает и Чимин в благодарность обнимает его. Чонгук же удивлённо смотрит в ответ и вспоминает, как приходилось силой удерживать его. Похоже он любит Юнги.              — Будь осторожен.              Последнее, что говорит Чонгук, когда Чимин уходит. Поставить программу для его отслежки все же стоит. Конечно только с его разрешения.              

***

Grizzly Bear — Slow life              — Чимин, привет!              Он быстро замечает его новую подругу. Давон искренне улыбалась и тянула руки для объятий. На ней было прекрасное красное платье, а рядом стоял Юнги.              — Мы вместе с Юнги приехали сразу после учёбы.       — Здорово! Класс!              Он тут же отходит от них в поисках кого-то другого. И Чимину приходится провести весь вечер где угодно, но только не рядом с ними. Эти двое отлично нашли общий язык, что было необычно и непонятно для него. Совсем недавно Давон говорила о том, какой Юнги мудак, что пристаёт к ней и плакала из-за своего бывшего. Но сейчас выглядит совершенно по-другому: общается с ним так, будто её слова в прошлом ничего не значили. Неужели она поменяла свое мнение? Но почему?              — Чимин! Пьём до дна.              Он снова отвлекается на свою компанию на вечер и с радостью продолжает пить, стараясь не смотреть в сторону парочки, что решила уединиться чуть поотдаль ото всех.              Чимин правда старается ни о чем не думать. Не забывает даже изредка отписываться его новой «мамочке» о том, что с ним все в порядке. Чонгук коротко отвечает и намекает на позднее время и обещание Чимина. Тот лишь игнорирует это и продолжает пить дальше. Повод теперь есть всегда.              — Мой хороший, тебе нужно в туалет. Иди умойся, выглядишь паршиво.              В этом его одногруппница права. Голова начала кружиться и подкатывал ком к горлу. Нужно было срочно сходить освежиться.              Отпуская руку одногруппницы, он оставляет ребят у барной стойки и разворачивается в сторону туалета, пытаясь сфокусировать взгляд. Весь вечер Юнги совсем не замечал его.              Куда же испарилась их «дружба»?              — А как же… но…              Его взгляд как по щелчку фокусируется на Давон, которая неожиданно для Пака подсаживается поближе к Юнги и скрепляет их ладони в замок. Он не понимает, что происходит. Юнги же… Давон ведь сказала, что ненавидит его.              — Чонгук? Забери меня, пожалуйста, домой.              Он еле сдерживает слезы, когда быстрым шагом выходит на улицу из бара, подсознательно радуясь, что никто не заметил его отсутствия.              Чонгук приезжает не так быстро как хотелось. Он помогает Чимину лечь на задние сиденья и даёт газу. И только когда они заходят в квартиру, решается спросить…              — Чимин, случилось что-то?       — Кажется мне очень плохо.              Он бросает в сторону пальто и босиком добегает до ванной, склоняясь лицом к унитазу.              Чонгук устало выдыхает и собирает его раскиданные кроссовки и пальто. Заходить в ванную он не спешит. Ему кажется, что Чимину и так плохо, вряд ли он обрадуется, если его еще и в таком состоянии увидят, но в голове вновь и вновь: «а вдруг ему станет хуже и он ударится головой?»              Когда он заходит, Чимин уже умывает лицо, сплевывая.              — Тебе лучше?              Но Чимин решает промолчать и садится облокачиваясь спиной об ванну, прижимает ноги к себе и прячет лицо в своих острых коленках. Чон решает просто подсесть к нему.              — Во-первых, я захотел напиться. Во-вторых, я увидел как подруга, которая так яростно говорила о том, какой Юнги мудила, решает… Не знаю как даже объяснить. Мне казалось ещё немного и они готовы будут поцеловаться. А в-третьих, второе никак не связано с первым.       — Хорошо, я тебя понял.              Но не успевает он договорить свое предложение, как Чимина снова тошнит.              — Как же это позорно.       — Чимин, все в порядке.              Тот снова умывает лицо и садится. Чонгук вытягивает свою руку, ожидая от Чимина такого же действия.              — Ты серьёзно думаешь, что я возьму тебя за руку, после того как увидел как это делают Юнги с Давон?       — Хочу всего лишь поддержать тебя.              Не дожидаясь от него ответного жеста, Чон берет его за руку и поднимает с пола.              — Не стоит все же, сидеть на полу. Очень прошу тебя лечь спать. В случае чего, я поставлю тебе тазик и стакан воды. Ничего страшного, если ты разбудишь меня, когда тебе будет плохо или просто… И Чимин, — тот поднимает на него голову и смотрит прямо в глаза. — В этом нет ничего постыдного.              Отпуская его руку, Чон направляет его в сторону комнаты, а сам остаётся в ванной.              Укладываясь поудобнее, он накрывает себя с головой. За дверью слышит шаги и как открывается дверь. То ли он трезвеет, то ли ему становится стыдно перед Чонгуком. Он слышит, как рядом ставят тазик и стакан. Но Чонгук не уходит.              Перед тем как раскрыться, Чимин задумывается. Чонгук действительно искренен в своих действиях или это какой-то план? В любом случае, чтобы он не скрывал, полицейский узнает об этом. Да и что ему скрывать? Он перед ним честен.              Когда он смотрит на офицера, то замечает, что тот оказывается с ним рядом: сидит напротив него, на полу, положив голову на матрас. А когда он открывает глаза, поднимая голову, Чимин замирает. В сердце что-то ёкает. Медленно вытаскивая свою руку из-под одеяла, он следит за его реакцией.              — Хочешь подержаться за ручки? — спрашивает Чонгук, на что он кивает. Почему-то Чимину очень хочется. А причину он знать пока не хочет.       — Почему ты тут? — Чонгук делает вид что не понимает вопроса и скрепляет их руки. — Чонгук, почему ты не идёшь спать?       — Не думаю что есть смысл.       — Тебе нужно поспать. Хотя бы немного.       — А ты? Вдруг тебе станет хуже?       — Ты можешь остаться здесь, но… прошу тебя, ложись спать. Со мной все будет нормально.       — Хорошо.              Чонгук отпускает его руку и идёт к двери. Не закрывая двери, он оборачивается, чтобы в последний раз взглянуть на него и радуется, что этот день наконец закончился.       А Чимин в конце концов даёт волю своим эмоциям.              — Это не честно…