Восхитительная ложь

      На землях, куда боится ступить даже самый отважный рыцарь в дневное время, стоит непроглядная тьма. Ветки деревьев сплетаются в одно целое, создавая ужасающие образы. Холодный ветер морозит кожу, пробирая до мурашек. Яркая луна исчезает, убегает или же прячется за плавными чёрными облаками. Сухая, малоплодородная земля словно болото тянет в глубь. Туда, где нет конца крикам и безумию. Главное поместье семьи Агриче–единственное место, откуда шипилявыми взвизгами все ещё доносятся голоса людей. Роскошно с наружи и ещё более величественно внутри. Идеальный сад с огромным количеством кустов роз. Розы–красивые,с огромными бутонами и опьяняющим запахом цветы. Но их так много здесь далеко не из-за этого. Шипы на их стеблях так приятно колятся, если к ним притронуться без перчаток голой кожей. И все же таким зрелищем Джереми не спешил насладиться. Плутая по тёмному особняку, представитель Агриче надменно думал о недавно привезенной игрушки, что отец упоминал на ежемесячном собрании. Жалкий отпрыск из не менее жалкой семьи Феделиан. Мерзость. Само его существование приводило к рвотным позывам. Эта семейка всегда была простой и до потери сознания правильной. Аа.. У него же есть сестра. Тупая овца, что даёт каждому встречному за любую каплю доброты в её сторону. Он тоже над ней потешался. Шептал, как любит её и никогда не бросит, а потом кинул, опозорив её перед всеми. Но эта шлюха все равно его любила и плакала ему в плечо, клянясь в вечной любви. Не удивительно, что отцу на столько наскучило что-то из этого рода, что он решил отдать этого паршивца кому-нибудь так скоро. –Блять... Но какого черта именно Роксане?! Этот сукин сын посмел предложить его сестре столь опроменчивую и низкосортную херню. Так и ещё она, та, которую не заботила не одна челюдь, что появлялась в стенах темниц радушно откликнулась на передачу прав. Да, возможно она хотела посмотреть на то, что "папочка" заприметил, но если бы она попросила, то он бы открыл любую дверь, на которую она указала пальцем. Даже если бы этот мерзавец не был его рабом, то Джереми с лёгкостью управился бы с помехами, что мешали его Роксане пройти и кинуть свой взгляд, что сам Агриче ловил с особым вожделением и мелохнолией в ребрах, на эту белобрысую крысу. Но Сана взяла его под свою опеку. И совсем не удивительно, что он, под "четким" руководством с помощью Диона сбежал. Любимчик отца посмел отдавать приказы от имени сестры. —"Бесит"–подумал тогда синеглазый, совсем не подозревая, что совсем скоро в нем будет бурлить кровь от настолько сильной злости, что он никогда не испытывал. Вспоминая это сейчас, вены до сих пор на его руках и висках пульсирут, а глаза перекрывет чёрная пелена. До срежетов зубов он начал ненавидить этого ублюдка. На его груди, ключицах и плечах в тот день он увидел алые, немного с фиолетовым отливом засосы, что походили на синяки-это были отметины Саны. Он не пожалел и выпустил на эту, как назвали эту тварь "течную сучку" демона, чтобы тот отгрыз каждую его конечность с особым наслаждением и пиршеством. Джереми смотрел бы на эту картину с широкой улыбкой, ведь тем, кто стонет под Роксаной,сжимая её золотистый клок волос, пока та немного прикусывая кожу, сладко целует, чтобы была явно видна работа её чудного ротика-может быть лишь он один. Как-то эта чёртова девка заглянула и к нему в комнату. Это было слишком давно. Сестренка тогда только училась "обольщать" мужчин по приказу отцу. И честно той ночью Джереми был ему благодарен единственный раз в жизни, ведь засосы на шее ещё долго красовались перед всеми членами семьи,давая понять, кем он овладел, а через чур смущенное детское лицо Саны он вспоминает до сих пор. А. К сожалению тот монстр не разорвал эту тупую собаку. Да и Дион, мразь, что посмела кинуть на тётушки Сиеру-мать Роксаны, того паука ни капли не сожалел о содеяном. Если бы сестра из-за него начала плакать, он бы прикончил его. И неважно, что сказал бы отец. Наверно, Рант запретил ему посещать "особенный" ужин. Да и к черту. Он ходил на него только ради Саны. Джереми не смог бы стать выше сестры и занять её второе место. Всегда он допускал ошибки, чтобы сестра была не опущена из-за него на третью ступень. Особо не задумываясь о направление своего пути, парень совсем и не заметил как зашёл в западное крыло и стоял рядом с чуть приоткрытой дверью. И как радостно заметил Агриче, дверь в комнату принадлежала его любимой и восхитительной девушке с той же фамилией и кровью, что и он. Джереми уже хотел, наплевав на все нормы этикета, ворваться за деревянную пригаду и прижаться к сестре, утопая в её объятиях, словно истосковавшийся по теплоте рук котенок. Но неожиданно он услышал приглушенный мужской голос. Резко застыв, парень шокирующе начал пятиться назад. Пока в спину, вместо тёплых ладоний, нежно поглаживающих выпирающий позвоночник, не впились мелкие иголки, прикреплённые к холодной каменной стене. —Сана, все это слишком сложно. Я не смогу не рассказать нашему дорогому папочке о том, что ты замышляешь–с явной издевкой говорил Дион. Только у него во всем особняке был хрипловатый низкий голос. Джереми не мог игнорировать, что к его сестре настолько наглым образом пришёл этот мудак. Да и к тому же называет её Саной. Это бесило больше всего. Никто не смеет называть её Саной,особенно этот чертила. Младший Агриче давно заметил, как полная копия отца смотрит на Рокси из тени. Он прекрасно понимал, что ублюдок вроде этого ни за что не достоен даже её павшей ресницы,а он хочет её полностью. Хотеть то, что пренадлежит Джереми-непростительная оплошность, за которую можно и сдохнуть под забором. Отходя от шока, единственный Агриче, находящийся в коридоре уже готов был распохнуть двери и выгнать чертового брата, а потом сидеть на кровати сестры и наблюдать, как та, с трепетом берет вату и мочет в спирте, чтобы потом преложить к его рассеченной брови, из которой хлыснет кровь. Но то, что он услышал дальше, после долгой паузы, Джереми не мог просто пропустить мимо ушей. —Ха... Дион, я прекрасно знаю, что ты желаешь, и если ты будешь послушный мальчиком, то так уж и быть,в конце тебя будет ждать награда, которую ты так хочешь. —Какого.... дьявола?.... –прошипев про себя, парень с ненавистью всматривался в черную макушку через расщелку в двери. Сильная дрожь пробивала все тело юноши, не давая собраться с мыслями. Как же отвратительно. Сама мысль, что этот уебок будет стоять рядом с его Роксаной- выводила из себя не хуже крепкого коньяка.

***

—Правда?–все ещё в своём тоне говорил придурок с красными глазами-единственное сходство с сестрой–ради той игрушки ты готова на все, как я посмотрю–усмешка читалась даже в его голосе–это потому что он так похож на... —Лучше бы тебе заткнуться, Дион–стоявшая до этого в углу, Сана подходила к алому креслу, в котором расположилась гадкая псина–меня жутко раздражает даже факт твоего существования, но то, что ты, как и Касиас с Джереми считаете себя хоть капли похожим на Асиля-вызывает во мне такую ненависть к тебе, что хочется разадрать твою глотку и смотреть, как ты подыхая, умоляешь меня на коленях,как какая-то сука. —Роксана.....,Ты правда меня ненавидишь.......?–раздался из-за двери глухой звук, а потом кто-то побежал прочь,разбивая по пути старинные вазы, которые любила коллекцианировать тётушка Мария.

***

Бежать по лабиринту из лестниц в доме, где по всюду расставлены ловушки и впиваться в ладони когтями до крови-бессмысленные занятия. Она ненавидит то, о чем, как думал Джереми, скучает. Он–не её любимый старший брат, который не видел в ней собственность и не потыкал её чудовищным прихотям. Джереми Агриче–замена, фальшивка настоящего любимчика сестры. И он был не против играть роль, надевая маску и вспоминать фразы, что говорил её старший братец, будучи живым. Парень сам хотел стать для неё центром мира. Поселится в её сердце, вместо того блондина, что презирал отец. А оказалось, что Роксана не хочет видеть подле себя фальшивок, даже тех, что лелеют её, словно демонических бабочек. Хотя сравнение не очень. Ведь он сам не так давно разбил огромное темно-лиловое яйцо после того, как увидел на руке сестры уродливый длинный порез, что испачкал все её платье в алой жидкости. Она не ненавидит его, но и никогда и не любила так же, как Асиля. Сколько бы он не целовал её руки, умоляя забросить все дела и не пить яд, что так вредит её здоровью,не пытался больше времени провести с ней и понять её чувства, кукла-марионетка ей не нужна.