Часть 48
5 января 2026 г., 09:27
Хосу после Стэйна был неприятным городом.
Не разрушенным — именно неприятным. Слишком много людей, которые начали считать себя правыми. Слишком много взглядов, задерживающихся дольше обычного. Слишком много разговоров на полтона тише.
Я шла по улице без спешки. Маска была на месте, но я больше не пряталась в закоулках. Просто шла — как человек, которому надо дойти из точки А в точку Б.
— Эй.
Я остановилась не сразу. Только когда шаги за спиной приблизились слишком уверенно.
— Ты та самая, — сказал мужчина. — В маске.
Я обернулась.
Он был один. Лет тридцать, может больше. Никакой формы, никакого пафоса. Только взгляд — цепкий, неприятный.
— Ты мешаешь, — продолжил он. — Такие, как ты, всё портят.
— Я просто иду, — ответила я.
Он усмехнулся.
— Вот именно.
Он напал без предупреждения. Не красиво, не эффектно — грубо. Его причуда усиливала тело, но работала через боль. Я это поняла почти сразу: он специально резал себя, не чувствуя страха.
Лёд вырвался рефлекторно. Не стена — просто скользкий участок. Он пошатнулся, но удержался и рванул вперёд.
Я ответила лавой — коротко, сдержанно. Не взрыв. Удар.
— Он бы не одобрил тебя! — выкрикнул он. — Ты не выбираешь!
— Я никого не выбираю, — сказала я, уворачиваясь. — И не собираюсь.
Мы сцепились в переулке. Асфальт треснул. Воздух стал тяжёлым. Я чувствовала, как контроль держится на тонкой грани — но он был.
Я сбила его с ног. Прижала льдом. Лава прошла по краю — не обжигая, а удерживая.
Он тяжело дышал, смотря на меня снизу вверх.
— Ты думаешь, что можешь просто ходить и вмешиваться? — хрипло сказал он. — Мир так не работает.
— Знаю, — ответила я. — Но и ты его не чинишь.
Я ушла, не добивая и не объясняя. Пусть полиция разбирается. Если приедет.
На выходе из переулка я почувствовала странное — будто воздух стал плотнее. Неприятно. Как перед грозой.
Я подняла взгляд.
Вдалеке, на границе света, что-то исказилось. Секунда — и ничего. Но ощущение осталось.
Меня заметили.
— Она действует без идеи, — сказал Курогири спокойно. — Без лозунгов. Без целей.
Томура щёлкнул пальцами.
— Вот поэтому и раздражает.
— Приказать убрать?
— Нет. — Он наклонил голову. — Пусть ходит. Пусть привыкает, что на неё смотрят. Такие обычно ломаются сами.
Курогири промолчал.
Я дошла до моста и остановилась. Город шумел, жил, спорил — как будто ничего не произошло.
Я не собиралась становиться символом.
И уж точно — ничьей идеей.
Мне просто надо было идти дальше.
А если для этого придётся больше не прятаться — значит, так и будет.
