Часть 8
Утро добрым не бывает…
Тэхён с трудом разлепил глаза. Голова была невыносимо тяжёлой, в висках стучало так, что хотелось выть в голос. Вот это они с Чимином "отдохнули"! Он приподнял голову от подушки и увидел рядом мирно спящего друга, который сопел в две дырочки.
— Чимин-а… — тихо позвал он, но голос был хриплым.
— Ммм… — мычание в ответ.
— Мы как вчера в гостиницу попали? — спросил Тэ, чувствуя, как волна тошноты подкатывает к горлу.
— Не знаю, наверное, на такси, — Чимин произнёс это, не открывая глаз, и лишь сильнее зарылся в подушку.
— Ага, наверное… Я что-то вообще ничего не помню, — Тэхён с трудом поднялся с кровати. Тело ломило, а каждый шаг отдавался пульсирующей болью. — Чима, вставай, надо на работу собираться! Может, на ресепшн позвонить, попросить таблетки от похмелья? До аптеки я точно не дойду… Бля-я, как стыдно-то…
Ким вышел из спальни, сгорбившись, и направился в сторону ванной. Проходя мимо гостиной, боковым зрением уловил какое-то движение. Он резко повернул голову. На диване, подложив руки под щеку, спал… ЧОНГУК!
Кима моментально бросило в жар. Сердце заколотилось как сумасшедшее, а румянец стыда залил лицо. Он начал быстро соображать, пытаясь склеить обрывки воспоминаний, но его похмельная голова вообще отказывалась помогать в пояснении этой абсурдной ситуации. Осторожно, ступая по полу, словно по минному полю, чтобы не разбудить Чона, Тэ двинулся в сторону ванной и с тихим щелчком закрыл дверь.
Зайдя в ванную комнату, Тэхён огляделся. На полу валялась их с Чимином одежда. Их дорогущие костюмы от Gucci были скомканы и брошены, как ненужный мусор. Но и это было не главное! Венцом этого "мусора" были их с Паком трусы, небрежно валявшиеся рядом. "Сука-а… трусы!" — пронеслось в голове Тэ, и тут до него дошло, что он сам стоит в пижаме на голое тело. А кто это тело в пижаму одевал, было страшно даже представить.
В этот момент в дверь ванной комнаты тихо постучали. Голос Чимина, полный паники, зашептал: — Тэхён-а, открой, это я.
Ким дёрнулся, как от удара током, но всё же открыл, и Чимин, проскользнул в щель, тут же приваливаясь к двери.
— Скажи, что это нам не снится! — прошептал он, кивая в сторону гостиной, где спал Чонгук. — Как он вообще сюда попал?!
— Чима, спроси что-нибудь полегче! — Ким провёл рукой по лицу, застонав от головной боли. — Я сам, как увидел, охренел. Смотри! — Он указал на кучу одежды на полу, а затем на свои пижамные штаны.
— Ты думаешь, это он нас переодевал?
Чимин округлил глаза, и на его бледном лице отразился неподдельный ужас.
— Надеюсь, что нет… но никаких гарантий, — сглотнул Пак.
— Слушай, Тэ, — Чимин вдруг подался ближе, его шепот стал ещё тише и заговорщицким.
— А он не мог нас… ну это… ну моментом воспользоваться?
Тэхён закатил глаза, поперхнувшись воздухом.
— Чима, ты совсем дурак, что ли?! — Он чуть не засмеялся, несмотря на головную боль.
— Я думаю, что нормальному человеку это даже в голову не может прийти — трахать безжизненные тела!
— Ну знаешь, то нормальному… а этот-то Монстр! — Оба парня не выдержали, прыснули со смеху, прикрывая рты руками, чтобы не разбудить "Монстра".
— Вы там долго шушукаться будете? — Донеслось из-за двери. Голос Чонгука был хриплым, но совершенно не сонным, и в нём ясно слышалось нетерпение.
— Дайте умыться.
Парни переглянулись, их смех тут же стих. Чимин сглотнул и шепнул Тэхёну: — Я пойду к себе в номер, а вы поговорите. Вам давно пора.
— Нет, не уходи! — запаниковал Тэхён, хватая друга за рукав пижамы.
— Чима, не бросай меня! Друг, блин, называется!
Пак посмотрел на Кима подбадривающим взглядом. В его глазах читалась явная решимость. Он высвободил руку и вышел за дверь, оставив Тэхёна один на один с неизбежным.
Тэхён не успел даже перевести дыхание, как на пороге ванной комнаты, словно воплощение его кошмара, появился Чонгук. Он стоял, скрестив руки на груди, с абсолютно нечитаемым выражением лица.
— Привет! — тихо выдавил Тэхён, чувствуя, как его сердце колотится о рёбра.
— Привет! — ответил Чонгук, его голос был сухим, без намёка на вчерашнее веселье или утреннюю неловкость.
— Я хотел умыться, зубы почистить, не оставишь меня на минуту? — бормотал Тэхён.
— Нет, не оставлю, умывайся, а я пока душ приму, — говорит Гук, начиная раздеваться.
У Тэхёна челюсть отвисла, чуть ли не до пола. Он смотрел, как Чонгук расстёгивает рубашку, а затем ремень на брюках.
— Ты при мне душ собрался принимать?! — выдавил он, чувствуя, как его лицо заливает краска.
Чонгук сделал удивлённые глаза, словно и не понимал, что такого он делает.
— А что тут такого? Ты что мужиков голых не видел? Уверяю тебя, у меня всё тоже самое.
Тэхён резко отвернулся к зеркалу, его щёки горели огнём. Стараясь не смотреть в сторону Чонгука, он принялся лихорадочно искать тюбик с зубной пастой и щётку. Тем временем Гук разделся догола и зашёл в душевую кабину.
Душевая кабина была сделана из полупрозрачного материала, и при желании, а Тэхён очень сильно не хотел, но желание брало верх над здравым смыслом, можно было рассмотреть много чего интересного. Тэхён чистил зубы, а сам исподтишка поглядывал на обнажённое тело, просвечивающее сквозь матовое стекло, и заливался краской по самые уши.
— Тэхён-а, ты можешь присоединиться ко мне, — донёсся из кабинки игривый голос Чонгука, который, кажется, отлично видел через стекло, как Тэхён за ним наблюдает. — Отсюда тебе будет гораздо удобнее рассмотреть меня во всех подробностях.
Ким подавился собственной слюной от неожиданности, чуть не выплюнув зубную пасту. Закончив свои дела с рекордной скоростью, он пробкой выскочил из ванной. А Чонгук, довольный тем, что смутил парня, лыбился и продолжал намыливать голову, наслаждаясь водными процедурами.
Тэхён чуть ли не бегом залетел в гостиную и рухнул на диван, тяжело дыша.
«Господи, до чего же красив Чонгук. Тело такое рельефное, как у Аполлона, а татуировка на всю руку, а этот пресс, как хочется всё это потрогать, погладить…» Воображение Тэхёна, разыгравшееся не на шутку, рисовало такие картинки, что у парня, казалось, корни волос покраснели.
Внизу живота немного потягивало и разливалось приятное тепло. Ким понял, что начинает возбуждаться. Он вскочил с дивана и, делая глубокие вдохи-выдохи, подошёл к кофейному столику, на котором стоял графин с водой. Не удосужившись налить воду в стакан, он пил прямо из горла, стараясь погасить внутренний пожар.
— Приличные и воспитанные люди пользуются стаканами, — послышалось сзади.
Ким резко обернулся. «Да блять, он решил меня добить! Так, Тэхён, успокойся. Главное — не смотри в его сторону», — успокаивал сам себя парень, но его взгляд предательски скользнул по Чонгуку.
Чонгук стоял в дверном проёме, в одном лишь полотенце, повязанном на бёдрах, и улыбался белоснежной, дьявольски привлекательной улыбкой. Вода стекала по его волосам и рельефным плечам.
«Ну прям, блять, не человек, а глянцевая, сука, картинка», — подумал Тэхён, чувствуя, как его сердце снова пропускает удары.
— Ты извини, что я в таком виде, — продолжая улыбаться, говорит Чон, — грязное одевать не хочется, а сменной одежды нет, как ты понимаешь. Сейчас Юнги подъедет и привезёт мне вещи. Голова болит? Подожди, я таблетки купил, сейчас принесу.
Гук вышел из комнаты в прихожую и через пару минут вернулся с пачкой пилюль.
— На, сразу две выпей, должно полегчать, мне помогает.
— И часто ты ими пользуешься? — не поднимая глаз, интересуется Ким, протягивая руку за таблетками.
— Да как придётся, — отвечает Чонгук, наливая воду в бокал и протягивая Тэхёну.
После этого он присаживается на диван, рядом с Тэ. От тела Чона пахнет вкусным медовым гелем для душа, любимым ароматом Кима, и парень забывает, что нужно дышать…
Ситуацию спасает так вовремя подъехавший Юнги. Раздался стук в дверь, и через мгновение вошёл Мин, держа в руках пакет с одеждой. Взяв одежду у хёна, Чон пошёл в спальню переодеваться.
— Привет, Тэхён-а! Как самочувствие? — улыбается Мин, глядя на покрасневшего Кима.
— Спасибо, уже получше, — отвечает Ким, стараясь выглядеть как можно более невозмутимо.
— Ну вы, конечно, с другом вчера дали жару, — смеется парень, покачивая головой.
Тэ краснеет ещё сильнее.
— Да, немного недооценили свои возможности.
— Ну ничего, бывает! — успокаивает Юн.
Из спальни выходит Чон. Тэхён инстинктивно поднимает глаза, и его дыхание снова перехватывает.
Гук теперь в идеально сидящих тёмных джинсах, которые облегали его бёдра и сильные ноги, словно были сшиты по его фигуре, выгодно подчеркивая каждый мускул и рельеф накачанного тела,а свободная белая футболка лишь подчёркивала широкие плечи и пресс, проступающий под тканью. Он выглядел непринуждённо, но до невозможности сексуально.
Когда Тэхён понимает, что без зазрения совести пялится на парня, то быстро отводит глаза. Но уже поздно, Чонгук увидел в этом взгляде всё, что ему нужно. На его губах скользнула едва заметная, самодовольная улыбка.
— Парни, спасибо за вчерашнее, — не поднимая глаз, бормочет Тэхён, чувствуя себя неловко под пристальным взглядом Чонгука.
— Я, наверное, сегодня останусь в номере и посплю.
Чон усмехнулся, его взгляд скользнул по покрасневшему лицу Кима.
— Отличная идея, Тэхён. С вашими ночными... *марафонами* от спальни до туалета и обратно, боюсь, не выспался сегодня никто. Я-то ещё как-то продержался, но вам с Чимином нужно хорошенько отоспаться.
Лицо парня мгновенно вспыхнуло, заливаясь предательским румянцем от шеи до самых кончиков ушей. Он почувствовал, как кожа горит.
— А-ага, — пробормотал Тэхён, отводя взгляд и стараясь спрятать пылающие щёки. Он был готов провалиться сквозь землю.
Парни выходят из номера и оставляют Кима наедине со своими мыслями. Дверь тихо закрывается за ними.
Тэхён медленно опустился на диван. Воздух вокруг всё ещё был пропитан тонким, свежим ароматом медового геля для душа. Он откинул голову назад, прикрыв глаза.
"Господи, за что мне это всё?" — пронеслось в его голове. Похмелье, кажется, только усилилось от всех этих переживаний. Голова болела так, словно по ней проехал каток. Но помимо физической боли, его терзало жуткое чувство стыда и неловкости. Он только что, в буквальном смысле, нагло пялился на полуголого Чонгука.
"А он ведь заметил, да? — пронеслось в голове Тэхёна.
— Конечно, заметил. Эти его глаза, когда он выходил… Он видел всё. Мой взгляд, моё возбуждение. Сука!" Жар снова накатил, но теперь это был жар смущения и обиды на самого себя. Какой позор! Он, Ким Тэхён, известный своей сдержанностью и профессионализмом, превратился в слюнявого подростка, который не мог оторвать глаз от красивого тела.
Внизу живота продолжало сладко тянуть, и Тэхён был вынужден признать: Чонгук, был чертовски привлекателен. Слишком привлекателен. Его рельефное тело, татуировка, пресс — всё это было воплощением некой дикой, первобытной силы, которая пугала и притягивала одновременно. "Глянцевая картинка, сука", — опять всплыла мысль. Но эта "картинка" была до одури реальна, с ней можно было разговаривать, её можно было трогать…
Он резко одёрнул себя от этих мыслей, чувствуя, что ещё чуть-чуть, и он просто загорится.
Тэхён медленно встал с дивана. Он вспомнил, как Чимин покинул его, пожелав им "поговорить". "Друг, блин, называется, бросил меня на растерзание", — подумал он, но тут же усмехнулся. Чимин был прав. Им двоим действительно давно пора было поговорить. Но не сейчас. Не в таком состоянии.
Он подошёл к кофейному столику, где стоял графин с водой, и снова, забыв про стакан, выпил прямо из горла, пытаясь остудить внутренний жар. Вкус воды был пресным, но немного успокаивал. Тэхён почувствовал, как начинает действовать таблетка, данная Чонгуком – пульсирующая боль в висках стала отступать.
Медленно, всё ещё переваривая произошедшее, Тэхён направился обратно в спальню. Он послушно лёг в кровать, укрывшись одеялом. Тело всё ещё ныло, но мозг, хоть и похмельный, уже начинал работать. Он заставил себя закрыть глаза, пытаясь уснуть, как велел Чонгук. Но образы, запахи и ощущения последних часов намертво застряли в его памяти.
Эта ночь была полным провалом, но в то же время… она открыла что-то новое, что-то, от чего сердце Тэхёна начинало биться быстрее. И это пугало его гораздо больше, чем любое похмелье.
