Все вопросы к следователю

      Припарковав машину около отделения, останавливаюсь, беру и поджигаю сигарету. Первая затяжка — стало легче воспринимать себя и окружающий меня мир. Медленным шагом иду ко входу, без энтузиазма, но с какой-никакой, а всё же энергией. Здороваюсь со знакомыми. Все спешат, у каждого своё дело, но на меня поглядывают с сочувствием и с, кто бы мог подумать, жалостью. Несмотря на обстоятельства, не люблю эти жалостливые взгляды; смотрят, как на щенка в коробке. Тем временем я уже дошел до кабинета моего шефа. На лице сама собой появилась лёгкая улыбка — неизменный спутник, сопровождающий меня уже второй год. Стук в дверь, а затем молчание. Странно, а где же обычное «входите» или «не сейчас»? Да что угодно, кроме этой гнетущей тишины, — сейчас и так проблем хватает. Тем не менее, на свой страх и риск, захожу в кабинет Джуффина. Внутри — приятный полумрак, а на кресле виден профиль моего начальника. — Эй, Земля вызывает мистера Халли, — решаю заговорить первым, надо хоть как-то разбавить это молчание.— А, Макс, входи, поболтаем. — Голос вроде спокойный, но настораживает именно это.— Слушай, я всё понимаю. Прежде чем ты начнешь орать, дай объяснить. Телефон остался в машине, а я — в парке, надо было обо всем подумать. Звучит по-идиотски, да я и сам знаю, что не нужно было подвергать себя напрасному риску, но всё было под контролем, это я тебе гарантирую. Говорю сбивчиво, стараясь уместить больше смысла в одном предложении. Да и я прекрасно понимаю, что чувствовал Джуффин все то время, пока я не отвечал на звонки. Теперь остается только ждать ответа и надеяться на то, что из кабинета я выползу живым. Мой начальник молча встал из-за стола, прошел через весь кабинет и остановился прямо напротив меня. Я обратил внимание на выражение его лица; то, что я увидел, мягко говоря, не соответствовало моим ожиданиям. Мне казалось, я увижу злость, разочарование, да что угодно, но никак не боль, которую сложно передать словами. Помимо этого, в глазах была бесконечная любовь и теплота. Джуффин сделал ещё один шаг навстречу и обнял меня. Даже не так — он как будто пытался удержать меня около себя, почувствовать, что я нахожусь здесь, рядом с ним. — Не делай так больше, пожалуйста. Я всё понимаю, но постарайся услышать меня сейчас. Тебя всегда было сложно понять; даже сейчас мне сложно представить, о чем ты думаешь, — за твоими мыслями просто не угнаться, ты просто невероятный человек. Но, тем не менее, помни, что безопасность свою ты должен ставить превыше всего, особенно после покушения на Шурфа. Мой шеф — достаточно суровый по своей природе человек; понять его истинную природу дано не каждому, но со мной он становился абсолютно другим. Да, он любит меня, а я — его, но даже наедине мне редко выпадала честь видеть грозу бандитского Петербурга таким. Даже не знаю, что нужно говорить или делать в таких ситуациях, поэтому делаю то, что велит сердце: прижимаюсь к Кетаррийскому охотнику еще крепче, хотя, казалось бы, куда ещё, и утыкаюсь носом в шею. Стою так еще минут пять, но затем последствия бессонной ночи берут верх: ноги начинают дрожать, голова кружится. Твою мать, это что, обморок? Пытаюсь сделать дыхательную гимнастику по методике Шурфа, но, вспомнив о нем, в горле образуется ком, а легкие как будто сжимаются и вообще отказываются работать. Через секунду темнеет в глазах и наступает темнота. Просто ничто, чем-то напоминает сон, но так быстро отключаться не в моих правилах. По моим личным ощущениям, прошло секунды две, поэтому я сразу же подскакиваю. Как будто вынырнул откуда-то из глубины. Поворачиваю голову и вижу напуганное лицо Джуффина. — Спокойно, я же всего на две секунды отключился, ничего страшного, с кем не бывает. Пытаюсь как-то отшутиться, но возвращение в реальность происходит медленнее, чем я рассчитывал: язык почти не слушается, голос какой-то слишком тихий. — Макс, твою же мать, какие к черту две секунды! Ты минут пять без сознания лежал, вообще без каких-либо признаков жизни! — Голос шефа дрожит. Постепенно чувство реальности все же приходит. Я понимаю, что нахожусь на мягком диване, в кабинете — все тот же полумрак. — Ну, хорошо, может, чуть дольше, но я в норме, правда. Что стало известно про Шурфа и тех, кто на него покушался? Не могу же я просто без дела валяться, у меня вообще-то чуть лучшего друга не убили.— Я понимаю твое нетерпение, но сначала мы идем тебя кормить, раз уж положить спать точно не представляется возможным. Тем не менее, дай мне слово, что сегодня вечером ты ляжешь спать. Не заставляй меня укладывать тебя аки младенца. Вот, теперь я узнаю прежнего Джуффина и его приказной, но все еще заботливый тон. Следы волнения еще есть, если вглядываться в глаза, но сил у меня и правда не так уж и много, поэтому придется угомонить этого невероятного человека и сделать так, как он хочет. Не отвяжется ведь, того и гляди правда привяжет к кровати и колыбельные петь начнет. Картина, которую сразу же подкинул мне мой донельзя креативный мозг, показалась мне очень смешной, и я, не в силах сдерживать этот порыв, тихо засмеялся. — Макс, я ведь не шучу, отнесись к моей просьбе серьезно, я правда за тебя волнуюсь, — сказало это рыжее чудо, но уже через секунду мы вместе ржали как кони. Ситуация получилась бы очень комичная, с какой стороны ни посмотри.— Мне так с тобой повезло, ты бы зна… Закончить свою благодарственную речь я не успел, потому что Джуф поднял меня на руки, закинул себе на плечо и понес в сторону выхода. — Времени у нас немного, поэтому рассказывать все, что удалось накопать, буду непосредственно во время твоего завтрака, — сказал как отрезал. Добавить было нечего, а для сопротивления я был слишком слаб. Пришлось подчиниться и покорно висеть на плече этого лиса до самой парковки.