family means no one gets left behind or forgotten

Ему нравится проводить вечера в закусочной Сэла в компании книг по истории. Он читает все, что может, желая наверстать то, что упустил. Иногда он читает книги и статьи о самом себе, просто чтобы узнать, что люди говорят о нем. Они очень многое упускают. Сэл работает за стойкой каждый вечер. Он прекрасно знает, кто такой Стив, и ему плевать. Это одна из многих вещей, которые Стив так любит в Бруклине. Никто не говорит о том, кем он является. Никого не волнует, если он Капитан Америка, пока он не ведет себя как засранец. Сэл знает его привычный заказ. У него всегда наготове очередная чашка кофе. И всегда через десять минут он приносит тарелку с домашней картошкой фри и яичницей-болтуньей. Это хорошая рутина. Иногда он просто наблюдает за людьми. Поздно вечером в закусочной можно увидеть самых разных людей, и они почти никогда не повторяются. За исключением одного. Каждый вечер сюда приходит ребенок в потрепанной и грязной одежде. Ему не может быть больше шестнадцати. Его черные волосы всегда спутаны и грязны, стянуты в сальный хвост, а под усталыми карими глазами, глубоко посаженными на коричневой коже, темные и тяжелые мешки. На нем всегда серая толстовка с капюшоном, и он сидит на табурете у барной стойки. Сэл знает и его привычный заказ, он ставит перед ним маленький стакан воды и одну яичницу-болтунью. Парень с жадностью проглатывает её. Иногда он ненадолго задерживается, сгорбившись над прилавком. Большую часть времени он шарит по карманам, выискивая несколько смятых купюр. Он пытается дать Сэлу чаевые, и тот каждый раз молча возвращает деньги. Парень забирает отвергнутые чаевые, сует их в карман и уходит своей дорогой. Стив может не знать этого парня. Но он узнаёт. Он прекрасно знает, какой становится твоя походка, когда удача тебе изменяет, как напряженно ты держишься, когда тебе перестает хватать сна. Выражение твоих глаз, когда ты уже не можешь вспомнить, когда в последний раз нормально ел. Его одежда другая, но история та же. В один из вечеров, когда он набрасывает в скетчбуке жетоны Баки (по памяти — оригиналы висят на шее, с тех пор как он обнаружил, что все это время они хранились в Смитсоновском музее), ребенок начинает возиться с деньгами, и его рука замирает, а затем начинает дрожать. Он начинает кропотливо отсчитывать купюры, снова и снова, будто надеясь, что в этот раз сложится нужная сумма. — Эй, парень, — хрипло говорит Сэл. — Не беспокойся о… — Нет. — Голос у парня хриплый, но решительный. — Нет. Просто… просто дай мне еще раз пересчитать. Не позволяй мне есть бесплатно. Это нечестно. — Сэл, — Стив даже не знал, что планировал что-то сказать, пока слово не слетело с губ. Но как только это происходит, он понимает, что другого выхода и не было. Сел машет ему рукой. — Я занят. — Сэл. Запиши на мой счет. И Сэл, и парень оборачиваются на него. Сэл выглядит лишь слегка удивленным, а парень — шокированным. — Ты уверен, Роджерс? — Спрашивает Сэл, и его тон ясно говорит о том, что он спрашивает просто для галочки. — Да, я уверен. — Понял. — Сэл поворачивается к подростку. — Твой счет оплачен, парень. Все в порядке. Мальчик все еще смотрит на Стива. Стив поднимает брови. — Хочешь присесть? — спрашивает он, указывая на пустое место за столом напротив него. Парень быстро качает головой и спрыгивает с табурета. Он отрывисто кивает Стиву и выбегает из дома. Стив пожимает плечами и возвращается к своему наброску, полагая, что на этом все и закончится.

***

Но это не так. Парень не приходит в закусочную следующие две недели, но он буквально везде. Он прячется в продуктовом магазине, пока Стив изучает коробки с хлопьями, и сидит за углом, когда Стив бегает трусцой по кварталу. Он сидит на скамейке через дорогу от дома Стива, и всякий раз, когда взгляд Стива медленно падает на него, натягивает толстовку на лицо и отводит взгляд. Стив, конечно же, всегда в курсе, что ребенок рядом. Пацан далеко не так хорош, как он думает. Наконец, когда он заканчивает обедать в закусочной, а малыш отдыхает у уличного фонаря, Стив ловит Сэла за рукав рубашки, когда тот убирает тарелки. — Эй, Сэл. Тот ребенок, который постоянно сюда приходит? — Ты о том, который пытается за тобой следить, но у него дерьмово выходит? Стив улыбается. — Да, об этом. Что с ним случилось? — Понятия не имею. Зовут Элай. И жизнь у него дерьмовая. Стив задумчиво кивает. — Спасибо. — Конечно. Убедись, что он все еще хоть что-нибудь ест. — Понял. — Стив оставляет деньги на столе. — До встречи. — Бывай. На улице идет дождь, поэтому Стив достает зонтик из кармана куртки. Он идет домой и садится на ступеньки у своей квартиры. Элай резко останавливается, неуверенный. Это не похоже на обычную рутину Стива. Стив достает еще один зонтик и протягивает его Элаю. — Хочешь? — спрашивает он. — Скоро дождь усилится. Ты можешь намокнуть лишь слегка или промокнуть до нитки. Элай настороженно смотрит на него, а затем делает несколько шагов и хватает зонт. Он открывает его и встает под ним, стараясь выглядеть как можно меньше. Стив указывает на ступеньки. — Ты можешь сесть, если хочешь. Я даже пододвину ноги. Элай садится на нижние ступени. — Я не знал, что ты меня заметил, — бормочет он. — Я бы заметил тебя даже из космоса. Элай, верно? Элай кивает. — Я Стив. — Я так и подумал. Стив ухмыляется. — Думаю, это несложно понять. — Не особо. — Так почему ты следишь за мной, Элай? Элай слегка ерзает. — Ты заплатил за мою еду. — Да. — Зачем? — Я знаю, как выглядит дерьмовая жизнь, сынок. Ты выглядел так, будто тебе не помешает помощь, и я не думал, что ты позволишь заплатить за свою еду в любой другой раз. Элай искоса смотрит на него. — Ты Капитан Америка. — Это правда. — Тебе не должны нравиться такие люди, как я. Стив хмурится. — Как ты? — Ну, знаешь. — Элай натягивает рукав толстовки на пальцы. — Такие, как я. — Дети? Элай прикусывает губу. — Геи. Оу. — Почему ты решил, что я буду ненавидеть тебя за то, что ты гей? — мягко спрашивает Стив. — Ты Капитан Америка. — Элай стискивает зубы и решительно смотрит вперед. — Ты выступаешь за правду, за справедливость и жизнь по-американски. Ты стоишь за Американскую Нравственность. Ты стоишь за… — он неловко пожимает плечами. — За людей, которые на меня не похожи. Стив медленно выдыхает воздух сквозь зубы, пытаясь понять, как скрыть злость и гнев, чтобы Элай не подумал, что он злится на него. — Капитан Америка действительно выступает за правду и справедливость, — медленно произносит он. — И правда в том, что ЛГБТ-люди тоже существуют. И справедливость заключается в том, что они заслуживают, чтобы с ними обращались по-человечески. Но я не… — он на мгновение замолкает. — Я не Капитан Америка. Не совсем. Капитаном Америкой может быть кто угодно. Капитан Америка — просто костюм, который я иногда надеваю. Я Стив Роджерс. — Он смотрит на Элая, который теперь смотрит на него снизу вверх. — Капитан Америка стоит за тебя, Элай. И Стив Роджерс тоже. Элай сглатывает и шепчет тихое «оу». — Кто сказал тебе обратное? — Эм, — он неловко пожимает плечами. — Фокс Ньюс. Мои родители. Общество? — Все они ошибаются. Очень, очень сильно ошибаются. — Ты, э-э-э, ты из 40-х. Разве ты не должен быть… менее толерантным? — Некоторые из нас были такими. Другие — нет. — Например, кто? — Умные люди и квиры. — И к кому из них относишься ты? — У него слегка дрожат губы, как будто он пытается выдавить шутку, чтобы смягчить происходящее. Стив на долю секунды задумывается о том, чтобы солгать. Решение не делать это можно описать лишь одной фразой: о, да к черту все это. — Ну, — он криво улыбается. — Я точно не похож на умного человека. — О, — глаза Элая расширяются. — О. — Ммм. — В учебниках по истории о таком не говорят. Губы Стива кривятся в горькой ухмылке. — Я заметил. — Эм... Там много говорили о Пегги Картер. Э... В книжках. — Элай выглядит так, будто пытается быть как можно более вежливым, и Стив жалеет ребенка. — Кажется, теперь это называют бисексуальностью. — О. Это, эм… — Элай внезапно расплывается в широкой улыбке. — Это действительно очень круто, Мистер Роджерс. — Просто Стив. И, спасибо? — Нет, просто… — Элай ухмыляется. Все его лицо буквально светится и это впервые с тех пор, как Стив его встретил. — Вы один из самых известных людей в истории Америки. И вы один из нас. Это просто… странно жизнеутверждающе, наверное. Стив улыбается ему. — Рад, что смог помочь. Ты собираешься сейчас пойти к Сэлу? Думаю, он хочет убедиться, что ты не голодаешь. — Да. Думаю, я пойду. — Хорошо. Ты всегда можешь прийти и посидеть вместе со мной, если хочешь. — Наверное, не так много людей подходит к тебе поболтать, потому что ты, типа, размером с гору, ходячая легенда и все такое. Это заставляет Стива рассмеяться. — Не совсем, нет. — Внезапная мысль приходит ему в голову. — Тебе есть где переночевать сегодня вечером? Элай пожимает плечами. — Всегда можно найти место для сна. — И у этого места есть крыша? — Я теперь не из богатых. — Ты хочешь остаться у меня? Я имею в виду… — Стив внезапно начинает суетиться, осознавая, что только что сказал подростку, что его привлекают оба пола, а потом пригласил его в свою квартиру. — Я не… это не похоже на… Я просто… Ты ребенок. — Слабо заканчивает он. Элай фыркает. — Не волнуйтесь, Мистер Роджерс. Все равно вы не мой тип. — Это не то, что я… — Я знаю. — Ладно. Хорошо. — И спасибо, но, я справлюсь. — Элай встает, протягивая Стиву одолженный зонт. Стив качает головой. — Оставь себе. У меня есть друг, который считает что это забавно, посылать мне их каждую неделю. Она говорит: «Если пойдет дождь, и я замерзну и промокну, я больше не превращусь в кубик льда. — Стив давно смирился с тем, что у Наташи странный и непонятный юмор. — Спасибо, Мистер Роджерс. — Просто Стив. — Как скажешь. — Элай слегка отдает ему честь. — Увидимся. И трусцой скрывается в ночи.

***

На следующий вечер, когда Стив сидит у Сэла, Элай входит в закусочную. Он нерешительно стоит в дверях. Стив улыбается ему и возвращается к рисунку. Он не собирается давить на парня. Элай садится напротив, и Стив откладывает альбом для рисования. — Могу я задать пару вопросов? — Спрашивает Элай, и Стив слегка откидывается на спинку стула. — Если это не слишком личное. — Могу я задавать вопросы в ответ? — Да, конечно. — Тогда договорились. — Он протягивает руку, и Элай пожимает её. — Итак, эм. Когда ты узнал? — Когда был ребенком. Не намного моложе тебя. Думаю, мне было лет тринадцать. Может, двенадцать. Это было не совсем… — Он задумывается. — Был конкретный момент, но я, правда, не помню возраст. И дело было не в том, сколько мне было, это просто… случилось. — Да. — Элай кладет подбородок на руки. — Я понимаю. Сэл ставит перед ними еду. — Что насчет тебя? — Да. Примерно то же самое. — Элай делает глоток воды. — Кто это был? Кто заставил тебя понять? — Кларк Гейбл. А у тебя? — Джозеф Гордон-Левитт. — Боже, ты такой юный. — Тебе, типа, сто двадцать пять, для тебя все юные. Стив смеется. — Я родился в 1918 году. — Все еще стар, как мир. — Элай проглатывает яичницу, нанизанную на вилку. — На что это было похоже тогда, в старые добрые времена? — Довольно живо, если ты знал, куда идти. — А ты знал? Стив ухмыляется. — Сынок, я вместо парков аттракционов шатался по полицейским участкам. — Срань господня. Серьезно? — Мм-хм. Во многих «квировских» местах собиралась большая толпа. Там крутились хорошие деньги. Так что, большое скопление квиров плюс связи с мафией, и в итоге — частые набеги полиции. — Ухмылка Стива становится шире. — И приводов становится еще больше, если ты бьешь копов в ответ. — Ты бил копов? —Справедливости ради, они были еще теми придурками. — Твою ж мать. — Элай выглядит впечатленным. — Нигде не говорят о том, что у тебя есть приводы в полицию. — Да, они удалили все записи после того, как я стал вдвое больше. Будет не очень красиво, если в архиве Капитана Америки обнаружится запись об аресте за «посещение мест встречи гомосексуалистов». Однако, мне удалось получить копию. Я очень ею гордился. — И что с ней случилось? — Пегги сохранила её. Она знала, что в другом случае они бы уничтожили запись. Она вернула её мне, когда я проснулся. — Значит, агент Картер знала? — Да. — Во всех учебниках говорится, что ты был в нее влюблен. Стив грустно улыбается. — Так и было. — Ты когда-нибудь… когда-нибудь был влюблен в парня? Он вздыхает. — Да. — О. — Элай водит вилкой по пустой тарелке. Стив может сказать, что он пытается сформулировать свою мысль как можно более точно. Он ждет. — Твоя семья знала? — Тихо спрашивает Элай. — У меня была небольшая семья. Ни братьев, ни сестер. Мой отец умер, когда я был совсем еще ребенком. Были только мама и Баки. — Они знали? — Да. — Как они это восприняли? — Баки узнал, когда застал меня, когда я пытался ускользнуть в местный андерграундный бар. Он сказал мне не быть идиотом, и если я собирался куда-то идти, то он должен пойти со мной, чтобы меня не избили до полусмерти когда я снова нарвусь на очередную драку. — Он так хорошо к этому отнесся? Губы Стива подергиваются. — Мы жили в довольно прогрессивном районе. — Настолько прогрессивном? — Ну, на самом деле, это был район, в котором в основном жили квиры. — О. А твоя мама? — Ма… — Стив проводит рукой по волосам. — Мама узнала об этом, когда копы привезли меня домой после очередного налета. Я пришел с подбитым глазом, разорванной губой и порванной одеждой. Она еще никогда так сильно на меня не злилась. Я сидел на стуле на кухне и чуть ли не плакал, когда она кричала на меня. Я думал, что теперь она меня ненавидит. — Он улыбается немного задумчиво. — Наконец, примерно через час, она остановилась, намочила тряпку и вытерла кровь с моей губы. Она сказала, что ей все равно, с кем я общаюсь и чем занимаюсь, пока я могу дать сдачи и ничего от нее не скрываю. — Это… — Элай сглатывает. — Это действительно впечатляет. — Это было… непривычно. Элай опускает глаза. — Я так понимаю, твои родители не восприняли новость хорошо, — тихо говорит Стив. Элай фыркает. — Нет. Они, э-э-э… — Он теребит подол рукава. — Они выгнали меня. Стив пристально смотрит на него. — Из дома? Элай вытягивает нитку из манжета. — Они сказали, что мне можно будет вернуться, когда я перестану быть педиком. — И они все еще так думают? — Да. — Но… — Стив просто не понимает. — Но нам теперь даже можно жениться и выходить замуж за людей своего пола. У нас есть права. Это. Это же будущее. Губы Элая горько кривятся. — Будущее не всегда такое, каким должно быть, Мистер Роджерс. — Ты их сын. — Не для них. Стив качает головой. — Это неправильно. Элай пожимает плечами. — Но это произошло. — Наверное, он замечает, что Стив все еще возмущен. — Не все меняется, Мистер Роджерс. — А ты… Ты скучаешь по ним? Элай выдыхает весь воздух из легких. — Ну, иногда, наверное. Я больше по мягкому матрасу скучаю. — Ты всегда можешь остановиться в моей квартире, ты же знаешь. Его улыбка становится не такой грустной. — Спасибо. — Он начинает рыться в кармане толстовки. — Мне нужно идти. Стив поднимает руку. — Ты можешь выбрать одно из двух: либо я заплачу за твою еду, либо дам тебе наличку, — говорит он Элаю. — Выбирай. Элай пристально смотрит на него с минуту. Стив выдерживает его взгляд. — Второе, — наконец говорит Элай. — Я сам плачу за свою еду. — Сколько мне можно тебе дать? — Стив помнит, как спорил с Баки в первые дни совместного проживания, еще до того, как они сдались и решили делить расходы поровну. Элай прищуривается. — Зависит от того, какую сумасшедшую сумму ты собирался предложить изначально. Стиву удается заставить Элая неохотно взять двадцать баксов. Это больше, чем пять, которые изначально планировал взять парень, и меньше пятидесяти, которые предлагал Стив. Элай кладет деньги поглубже в карман. — Спасибо, Мистер Роджерс. — Просто Стив, я же уже говорил. Элай слегка усмехается. — Тебе повезло, что я не называю тебя Капитаном. — Он встает. — Еще увидимся. Он выскальзывает из закусочной, оставляя Стива с легкой улыбкой на губах.

***

Элай возвращается каждый вечер. Они со Стивом болтают, и Стив дает ему двадцатку. Стив всегда предлагает ему переночевать в его квартире, но он всегда отказывается. Стив задается вопросом, сколько времени потребуется, чтобы гордость Элая ушла на второй план. — Это сержант Барнс? — спрашивает Элай примерно через неделю, когда видит, как Стив рисует Баки таким, каким он был в тот вечер на выставке Старка, в своей новой униформе, веселый и молодой. — Да, это Баки. — Ты хороший художник, Мистер Роджерс. — Элай садится рядом. — Ты когда-нибудь думал о том, чтобы вернуться в школу? Стив слегка улыбается. — Хочешь верь, хочешь нет, но постоянное участие в миссиях Мстителей не совместимо с посещением лекций. — Для этого и существует онлайн-обучение. Ты знаешь, как пользоваться интернетом? — Что б ты знал, я очень хорошо разбираюсь в технологиях. — Конечно, любитель пластинок. — Стив фыркает, когда Элай кладет подбородок на руки, ладонями на стол. — Каким был сержант? Стив вертит в руках карандаш. — Капризным. У него была нулевая терпимость к моему дерьму. Но он был храбрым, добрым и хорошим. Лучший мужчина, которого я когда-либо знал. Элай слегка склоняет голову. — Можно задать личный вопрос? — Конечно. — Ты его любишь? Стив вздыхает. — Это сложно. — Не нужно мне ничего рассказывать. Просто любопытство. Стив прерывисто пожимает плечами. — Он понимал меня. Больше никто не понимал. Вернее, никто, кроме Пегги, и не пытался понять. Но… Я не знаю. Думаю, ответ «да», но, как я уже сказал. Это сложно. — Отстой. — Сэл приносит им еду, и Элай садится ровно. — И все же, я рад узнать, что он был и правда, хорошим парнем. Хотел убедиться, что книги по истории не лгут мне и об этом тоже.

***

В один день Элай шаркающей походкой заходит в закусочную, на его щеке красуется глубокий порез. Стив поднимает бровь. — Свежий? Элай пожимает плечами. — Типа того. Стив встает из-за стола. — Сэл, можешь собрать нам с собой? Стив отводит Элая в свою квартиру и достает аптечку. Он говорит Элаю сесть на стул за обеденным столом. — Тут как-то пусто, Мистер Роджерс. Стив слегка пожимает плечами, очищая порез. — Я чувствую себя неловко в магазинах. Расскажешь, что случилось? — Вопреки распространенному мнению, чернокожие бездомные дети-геи не пользуются особой популярностью. — Элай морщится от антисептика. — Тебе нужна помощь? — Неа. Но спасибо. На мгновение они замолкают. — Эй, насколько секретна информация под грифом «секретно». Стив выгибает бровь. — Тебе придется объяснить. — Что тебе нельзя мне рассказывать? — Зависит от того, что ты у меня спросишь. Элай на секунду замолкает. — Зимний Солдат это сержант Барнс? — спрашивает он наконец. Стив застывает. — Это действительно секретно, — тихо говорит он. — Ладно. Стив убирает руки. — Как ты догадался? — шепотом спрашивает он. Элай слегка ерзает. — У меня есть друг, который обожает историю. Фотографии Солдата были повсюду. Она просто сложила два и два. Стив фыркает. — Это не утешает. — Я никому не скажу, — быстро говорит Элай. — Я даже не скажу ей, что её догадки верны. Я просто… — Он слегка откашливается. — Ты, эм… Ты справляешься? С этим. У тебя все нормально? Стив моргает. — Что? — Он ожидал вопросов о предательстве и лояльности Баки. — Ну, — Элай ерзает, — он пытался убить тебя, разве нет? И я так понимаю, ты не знал, что он все еще жив. Поэтому…. Ты с кем-нибудь говорил об этом? Ты же не просто варишься во всем этом дерьме в одиночку, да? Стив пристально смотрит на ребенка. — Ты… Ты не беспокоишься о том, что он предатель, или о том, что он Баки или что-то в этом роде? — Я думаю, что если Капитан Америка не беспокоится, то и мне не стоит. Просто… хотел убедиться, что у тебя все в порядке. — Элай неловко пожимает плечами. — Может, ты тут грустишь или что-то типа того. — Типа того, — ухмыляется Стив. — О, замолчи, — Элай нерешительно улыбается. — Я справляюсь. — Стив заканчивает с порезом Элая. — Жаль, что ты не позволил мне разобраться с этими хулиганами. — Со мной все будет в порядке. Стив слегка наклоняется вперед. — Я хочу, чтобы на эту ночь ты остался здесь. Элай энергично качает головой. — Нет. — Элай… — Я не могу. — Он умоляюще смотрит на Стива. — Я не могу, Мистер Роджерс, правда, я просто не могу. Он смотрит на Элая и видит что-то почти отчаянное в его взгляде. Стив вздыхает. — Следи за порезом, — инструктирует он. — И возьми лишние десять баксов. Элай вздыхает с облегчением. — Хорошо.

***

Три дня спустя, около полуночи, в дверь Стива звонят. Он слегка подпрыгивает. Наташа никогда не звонит, а Сэм не приходит в гости так поздно. Он нерешительно нажимает на кнопку интеркома. — Алло? — Мистер Роджерс, — сквозь треск доносится голос Элая. — Это Элай. — Поднимайся. Несколько минут спустя в дверь раздается нерешительный стук. Стив открывает её. Элай поддерживает девочку-подростка с полотенцем, неловко обернутым вокруг её головы, как хиджаб, её рука безвольно свисает сбоку. За ними стоят два мальчика и еще одна девочка. Все они выглядят грязными, бледными и усталыми, и Стив понимает, что вовсе не гордость не давала Элаю согласиться на его предложение переночевать на диване, а верность. — Мне очень жаль, — говорит Элай. — Но я не знал, куда еще пойти. — Все в порядке. — Стив жестом приглашает их внутрь. — Что случилось? — У нас была стычка с теми парнями, о которых я говорил. — Элай осторожно усаживает девушку на диван Стива. — Расисты, да еще и гомофобы, — бормочет она. — Йееей! Стив опускается на колени напротив девушки. — Что конкретно случилось? — Они пытались сдернуть хиджаб с моей головы. Мне это не понравилось. — Ладно. — Стив коротко изучает её, внимательно осматривая. — Ладно. Как тебя зовут? — Маджида. — Привет, Маджида. Я Стив. Похоже, у тебя вывих руки. — Я же говорил, — бормочет мальчик с растрепанными рыжими волосами. Элай шикает на него. — Я собираюсь вставить сустав на место, но это будет очень, очень больно. Можешь, пожалуйста, держаться за что-нибудь? Если нужно, можешь кричать, это совершенно нормально. Маджида сжимает челюсть и кивает. Мальчик с татуировками в виде виноградных лоз, обвивающих его руку, тянется к ней, и они переплетают пальцы. — Готова? Она снова кивает. Стив делает глубокий вдох и вправляет руку обратно. Она не кричит, но сквозь её плотно сжатые губы доносится пронзительный звук. — Ты молодец. Ты хорошо справилась, — ласково говорит ей Стив, кладя руку на её плечо. — Ты проделала божественную работу. Она вытирает пару слезинок из уголка глаза. — Спасибо. Стив поднимает взгляд. — Привет, ребята. Я Стив. Девушка с растрепанными фиолетовыми прядями в волосах слегка машет рукой. — Привет, — шепчет она. — Я Венди. — Джейсон, — говорит рыжий. — Бенджи, — парень с татуировкой. — Кто-нибудь из вас еще пострадал? Они все наигранно беспечно пожимают плечами, и Стив вздыхает. — Хорошо, позвольте мне перефразировать. Кто-нибудь из вас еще хочет мне врать? Они виновато переглядываются. — Это не ложь, — бормочет Венди, — просто небольшие синяки и порезы. Нам не так больно, как Маджиде. Стив потирает лоб. — Садитесь. Элай, ты в порядке? — Да, Мистер Роджерс, они меня не достали. — Тогда принеси аптечку первой помощи.

***

Стив многое узнает о маленькой банде Элая, пока латает их. Венди предпочитает, чтобы ее называли Гвендолин, и застенчиво говорит Стиву, что в детстве прочитала это имя в книжке и всегда знала, что когда сделает переход, то выберет именно это имя. Бенджи просит, чтобы к ним обращались они\их, если необходимо использовать местоимения. Маджиду выгнали, потому что застукали её целующейся с молодой леди. Джейсона вышвырнули, потому что он пансексуал, и после лагеря «изгони гея молитвой» (Элаю приходится объяснить Стиву, что это значит и боже, это бесит Стива, потому что он помнит «лечение» своей юности, и ничего так и не изменилось) он не смирился с решением родителей, и те поняли, что больше нет смысла пытаться. После того, как Стив заканчивает лечить их, Элай немного тушуется. — Ты уверен, что все нормально? — Спрашивает он. — Я просто не знал, куда еще… — Я рад, что ты пришел ко мне, Элай. Это было верное решение. — Стив роется в своем шкафу, пока не находит шарф с рисунком, похожим на американский флаг, который Наташа нашла после мисси в Техасе и подарила его Стиву. По ее словам, он «представляет истинную душу Стива». Он поднимает его так, что Маджида могла увидеть. — Он подойдет? Полотенце выглядит не очень удобным. Маджида моргает. — Да. Спасибо. — Всегда пожалуйста. — Он протягивает шарф, и она убегает в ванную, чтобы завязать его. Когда она возвращается, то сворачивается калачиком на диване рядом с Беджи, которые обнимают её за плечи. Стив смотрит на маленькую разношерстную компанию и принимает решение. — К счастью, у меня достаточно подушек и одеял для всех вас, — говорит он. — Двое могут лечь на диван. Кресло можно разложить. И двое на полу. Они все пялятся на него. — Прости, что? — Спрашивает Элай, первый, к кому возвращается дар речи. — Вы все останетесь здесь. Так что поделите спальные места, пока я принесу одеяла и подушки. Все они смотрят на Элая, который, похоже, является фактическим лидером группы. Элай медленно улыбается. — Хорошо, — говорит он. — Но если ты попытаешься уступить нам свою кровать, я попытаюсь треснуть тебя по голове. Тебе тоже нужно где-то спать, чувак. Стив улыбается в ответ. — Понял.

***

Когда Стив просыпается утром, Элай слегка похрапывает на полу, Венди свернулась калачиком, уткнувшись лицом ему в спину. Голова Бенджи покоится на груди Джейсона на диване, а Маджида завернулась в одеяло в кресле. Стив тихонько пробирается на кухню, чтобы взять банан. — Ты милый, — слышит он тихое бормотание. Он оглядывает и видит Венди, сонно смотрящую на него с пола. — Спасибо. — Мне здесь нравится. Спасибо, что разрешил остаться. — Не за что. Она что-то бормочет и, кажется, снова засыпает. Стив принимает решение.

***

— Вы должны остаться здесь, — говорит он Элаю, пока все остальные смотрят мультфильмы. (Мультфильмы, твердо сказал ему Джейсон, являются конституционным правом, и если это не так, то должно стать правдой, и они были лишены этого слишком долго.) — Мы уже остались. — Элай жует тосты. — Я не жалуюсь или типа того. — Нет, я имею в виду на больший срок. Столько, сколько захотите. Вам решать. Элай изумленно смотрит на него. — Правда? — Да. Я хочу сказать, что… Слушай. — Стив неловко ерзает. — Вы все еще дети. И вам не следует жить на улице. А еще у меня настолько много денег, что я понятия не имею, куда их потратить. У меня нет кучи спален, и нам, наверное, придется купить диван со спальным местом, и он, наверное, все еще будет тесноват. Но я думаю, вам, ребята, это пойдет на пользу. Да и мне тоже. Элай смотрит на него так, словно никогда раньше не видел людей. Стив снова ерзает. — Я поговорю с ними, — наконец говорит Элай. — Но я думаю, что, возможно, это хорошее решение. — Ладно. — Стив прочищает горло. — Дай мне знать, когда примете решение, нам нужно будет запланировать поход в магазин.

***

Примерно через час ребята подходят к Стиву, с Элаем во главе, пока он читает книгу. — Я думаю, мы можем поехать в магазин, — застенчиво говорит Элай. Стив расплывается в широкой улыбке. — Тогда вперед.

***

Диван-кровать, который они выбирают, просто гигантский. — Серьезно, — говорит Джейсон, слегка подпрыгивая на светло-голубом диване. — Если бы он плавал в океане то Роза и, как минимум, четыре Джека смогли бы уместиться на этой штуке. — Я не понимаю отсылки. — Стив проводит рукой по подушкам. Они очень мягкие и приятные. — Титаник. — Моя подруга Наташа сказала, что я должен держаться как можно дальше от этого фильма. — Твоя подруга Наташа не понимает очарования самого ужасного кинематографического шедевра.

***

— У НИХ ЕСТЬ ПОДУШКИ С ПЕРСОНАЖАМИ «ЗВЕЗДНЫХ ВОЙН», — яростно кричит Бенджи, хватая подушку R2-D2. — ПЕСОНАЖИ. ЗВЕЗДНЫХ. ВОЙН. Стиву удается уговорить Бенджи ограничиться всего лишь тремя подушками, и считает, что этим можно гордиться.

***

Венди неловко шаркает ногами. — Я не знаю, какая женская одежда мне подойдет, — бормочет она, когда они направляются в «Kohl's». Маджида и Бенджи мгновенно подхватывают её под руки. — Зато мы знаем, — авторитетно говорит Маджида. — Вы идите, а мы задержимся. Они ведут удивленную, но в то же время обрадованную Венди в секцию для девочек, оставляя Стива, Элая и Джейсона в одиночестве. — Они станут силой, с которой придется считаться, — замечает Стив. — Определенно, — соглашается Элай.

***

— Знаете, когда я был ребенком, у нас не было столько видов шампуня, — говорит им Стив, пытаясь найти разницу между муссом для вьющихся волос и пенкой для вьющихся волос. — Да, а поход в кино стоил всего двадцать пять центов? — Сухо спрашивает Джейсон. Стив закатывает глаза и бросает оба продукта в тележку. Они попробуют оба, а потом решат, какой лучше.

***

В ту ночь они все прыгают на диван, который разложили в массивную кровать, одетые в новую пижаму, а Бенджи прижимает к груди подушку с Принцессой Леей, чтобы посмотреть Титаник по настоянию Джейсона. — Это худший фильм, который я когда-либо видел, — говорит Стив примерно через полчаса. — Да, — отвечает Джейсон. — Но это величайший худший фильм, который ты когда-либо видел. — Он исторически неточен. — Я думал, ты родился в 1918, — бормочет Элай. — Да, но это не значит, что я понятия не имею, в какое время жила моя ма.

***

Стив проводит настоящее исследование в области домашнего обучения. — Тебе не нужно это делать, — говорит Элай, когда Стив решительно корпит над книгами. — Вы — дети. Дети должны учиться. В итоге, Стив устраивает их в Академию Хана. Они смотрят много документальных фильмов и образовательных каналов на Ютуб, и Стив много рассказывает о Второй мировой войне. Венди, которая, как догадывается Стив, и была той самой подругой, которая догадалась кем является Баки, быстро поглощает любые исторические материалы и всевозможную художественную литературу из библиотеки. Из того, что Стив узнает в Интернете, это называется внешкольным образованием, и хотя эта терминология кажется ему немного странной, она им подходит.

***

Стив быстро узнает интересы каждого из детей. Венди, если бы могла, утонула бы в море истории и научной литературы, но у нее так же есть слабость к научной фантастике и фэнтези. Они со Стивом вместе читают Жюля Верна, научную фантастику его детства. Она также заинтересована в макияже и уходе за собой, о чем Стив практически ничего не знает, но он позволяет ей накрасить ему ногти, и находит уроки макияжа на Ютуб, которые они вместе смотрят. Бенджи любит космос. «Как можно его не любить?» Они охотно говорят об этом, когда смотрят документальный фильм о черных дырах. «Космос — самая крутая вещь на свете. Особенно теперь, когда мы знаем, что чертовы инопланетяне существуют. Космос просто невероятен.» Их энтузиазм немного напоминает Стиву о днях, когда они с Баки были еще детьми и забирались на крышу многоквартирного дома и часами смотрели на звезды. Поэтому они со Стивом часто смотрят документальные фильмы и просто фильмы о космосе. Они также любят рисовать, и Стив много знает о рисовании, поэтому часто помогает им с практикой. Джейсон любит писать, и вскоре заполняет крошечные записные книжки и огромные папки стихами и рассказами. Он застенчиво просит Стива вычитывать написанное и давать замечания, хотя сначала Стив убеждает его, что у него нет абсолютно никакого опыта в писательстве, и только потом с радостью помогает парню, указывая на мелочи, которые, по его мнению, можно было бы изменить или улучшить. Рассказы и стихи Джейсона переходят о повседневных к приключенческим, от закусочной в городе к замку в стране фантазий. Они прекрасны, и Стив думает, что, может быть, через несколько месяцев он предложит Джейсону опубликовать их. Маджида гениальна, умнее любого из них. Она погружается в последние новости науки и техники, читает так много учебников по инженерии, что у него голова кружится от одних лишь названий. Она восторженно рассказывает Стиву, как работают ракеты, какие обновления Тони должен внести в костюм Железного Человека, и почему машины никогда не смогут летать. Стив не понимает ни слова, но он слушает её и рассматривает диаграммы, которые она составляет, пока её недавно купленные очки медленно спадают на кончик носа. Элай читает книги о социальной справедливости, о законах, в правах человека и страданиях меньшинств. Смотрит документальные фильмы о джентрификации, бедности и бездомных. Стив уже представляет, как он будет работать в области социологии или станет адвокатом — честно говоря, ему подойдет все. Элай так же талантлив в вязании, и прямо сейчас работает над пушистым светло-розовым свитером для Бенджи, который им очень нравится. «Он отлично подойдет к моим армейским ботинкам», говорят они, и все соглашаются.

***

Однажды ночью Стив засыпает на диване вместе с детьми (иногда они все еще чувствуют себя немного неуверенно и одиноко, и Стив остается с ними в гостиной, смотря ужасные научно-фантастические фильмы 1960-х годов), и когда он просыпается то замечает, что Венди свернулась калачиком у него под боком, рука Бенджи лежит у него на груди, и Наташа прислонилась к окну, оценивая ситуацию с поднятыми бровями. — Ты обзавелся отрядом очаровательных оборванцев, — замечает она. Губы Стива кривятся. — Ты не ошиблась, — Стив осторожно убирает руку ребенка и слезает с кровати. — Кофе? — Да, пожалуйста. Полет из Пакистана был просто ужасным. Стив тихо объясняет Наташе произошедшее, пока готовит им кофе. Она молчит, ожидая, когда он закончит. — Ты пытался связаться с их родителями? — Спрашивает Наташа. — Дети не хотят с ними разговаривать, и я это уважаю. — Хм. — Наташа отхлебывает кофе. Сливки и три кусочка сахара. — В любом случае, по твоим словам они настоящие придурки. Стив фыркает. — Так и есть. — Срань господня. Стив и Наташа оборачиваются и видят, как Бенджи по-совиному моргают, глядя на них с дивана. Остальные дети тоже встают, и, сонно пошатываясь, подходят к обеденному столу. — Ты — Черная Вдова. — Да, — говорит Наташа с необычной мягкостью во взгляде. Стив не удивлен — он знает, что в прошлом Наташа встречала гораздо больше детей-солдат и убийц, чем он, и всегда питала слабость к детям. — Привет. — Привет. Я Бенджи. — Бенджи слегка зевают. — Это Венди, Элай, Маджида и Джейсон. — Всем привет. Я ваша тетушка Нат. Стив стонет. — Наташа- — Нет, нет, нет. — Джейсон немного выпрямляется. — Я думаю, что все здесь считают, что Черная Вдова в качестве тетушки была бы просто охренительно крутой. Дети энергично кивают, и Наташа смеется. В итоге она остается на весь день, учит Венди, как заплетать волосы («в Советской России волосы обычно заплетают тебе», — серьезно сообщает она Венди, которая торжественно кивает) и рассказывает им несколько забавных историй о Мстителях. — Мне нравится иметь тетю, которая не говорит мне, что я должен гореть в аду, — слышит Стив небрежные слова Джейсона. Его сердце разрывается, и когда он смотрит на Наташу, на ее лице выражение я буду самой, черт возьми, лучшей тетей на этой планете, и, возможно, на других тоже.

***

В первый раз, когда Стиву приходится отправляться на задание, он считает, что ведет себя довольно разумно и не пытается никого гипер-опекать. — Номер, по которому вы сможете дозвониться до меня в случае экстренной ситуации, висит на холодильнике, лежит на столе, а еще приклеен к телевизору, — говорит он в седьмой раз. — Вы можете звонить мне в любое время, не беспокойтесь о том, что помешаете. — Мы знаем, Стив, — терпеливо отвечает Элай. — Вы знаете, что означает 911, верно? Взгляд, который они на него бросают, настолько невероятно скептический, что он вздыхает. — Ладно, ладно, я уже ухожу. — Как поживает стайка? — спрашивает Наташа, когда он садится в квинжет. — У Кэпа теперь есть стайка? — Спрашивает Тони от пульта управления. — Это твои фанатки? Черт, я тоже так хочу. А, погодите, у меня уже есть стайки фанаток. Стив закатывает глаза. — В чем суть миссии? Когда они на полпути к месту назначения, у Стива звонит телефон, и его сердце падает в пятки. — Что случилось? — У нас закончился бекон, — невозмутимо заявляет Джейсон. — Мы подумали, что это достаточно важно, и ты должен узнать. Он слышит, как остальные ребята смеются на другом конце провода. Наташа веселится, и он понимает, что она прекрасно знала, что происходит. В следующий раз, когда Стив отправляется на задание, он не так серьезен в желании защитить.

***

— Мне кажется, что Зимний Солдат приносит нам пироги, — говорит Элай без предисловий, когда Стив берет трубку во время одной из его более длинных миссий. Он, Сэм, и они на задании уже больше трех дней. Стив моргает и трет глаза. — Ладно, — устало говорит он. Конечно. Почему бы и нет. — С чего ты это взял? — Пироги продолжают появляться под дверью с записками, в которых говорится «Стив одобрил бы, если бы я вас накормил. Продолжайте есть.» Я не знаю, с чего он решил, что пироги — хорошая пища для кучки подростков, но мы не жалуемся. — Они… — Стив прочищает горло. — Это яблочные пироги с решеткой? — Э-э, вообще-то, да. Его ма делала такие же. — Это Баки. — Так, эм. Мы не поощряем такое поведение? Стив на секунду задумывается. — Пусть Наташа побудет с вами, ребята. На всякий случай. Он не думает, что Баки нападет на детей, но… Сейчас, они — самое ценное, что у него есть.

***

— Пироги были очень вкусными, — говорит Венди Стиву, когда тот возвращается. — Наверное, он использует рецепт моей ма, — рассеянно говорит Стив. — Моя ма пекла лучшие яблочные пироги. — Общее волнение в комнате резко прекращается, и он осознает, что только что сказал. — Оу. Он так сильно доверяет детям, что забыл, что некоторые вещи не следует говорить. Венди пристально смотрит, а затем на её лице расцветает улыбка. — Я так и знала, — шепчет она. Стив указывает на детей. — Вы никому не должны об этом рассказывать. — Мы обещаем, — хором отвечают они. — Так, он все еще очень милый? — Спрашивает Элай. — Я интересуюсь для своего высокого блондинистого друга. Стив вскидывает руки, уходя в комнату, чтобы переодеться. — Я не буду отвечать на этот вопрос. — Давай же, Стив! Закрой глаза и думай об Америке. — Заткнись, Бенджи! — кричит Стив в ответ. Бенджи громко хихикают.

***

Стив слушает, как Маджида увлеченно рассказывает о жидких технологиях и костюмах Железного Человека, и спрашивает, может ли он передать Мистеру Старку листочек с вопросами, ответы на которые она хотела бы узнать. Стив принимает решение.

***

Маджида читает книгу по инженерии 1800-го года, когда к ней подходит Стив. — У меня есть для тебя подарок. Маджида хмурится. — Но не для других? — Скоро они получат свои собственные подарки. — И так и будет. Стив был твердо уверен, что скоро все изменится. — Вот. Он протягивает ей плоский, прямоугольный и тонкий конверт. Она открывает его и вытаскивает подарок. Она смотрит на него, не отрывая глаз. — Это два VIP-пропуска в лабораторию Старка. — Да, — подтверждает Стив. — Откуда? — Тони мне задолжал услугу. На самом деле это было так: «Я не скажу Наташе, что это ты случайно поджег её пояс, если ты дашь мне два самых высоких пропуска в свою лабораторию». Возможно, это был шантаж. — Ты попросил Мистера Старка, — она проводит пальцем по пропускам с удивленным выражением лица. — Один для тебя, другой — для меня. Я знаю, что не особо разбираюсь в этом, но подумал, что тебе понадобится компаньон и, наверное, будет круто если мы вдвоем сходим куда-нибудь вместе… — Маджида бросается вперед и обнимает Стива так крепко, что он слегка шатается. Он улыбается и обнимает её в ответ.

***

— Это потрясающе. — Маджида оглядывается вокруг, как ребенок в кондитерской, поворачиваясь в разные стороны. Повсюду разные ученые изучают какие-то штуки и проводят эксперименты, и Стив не совсем понимает, что они делают, но Маджида светится от счастья. Она одета как на праздник: белый хиджаб с синими цветами, черная блузка и расклешенная голубая юбка. — Мне здесь нравится. Стив улыбается, глядя на нее сверху вниз. — Рад, что смог угодить. — Я просто… — Она обнимает Стива. В последнее время это происходит все чаще. — Спасибо, Стив. — Не за что. — Ладно, покажите мне второго человека, которому Роджерс шантажом выпросил у меня пропуск. Стив отпускает Маджиду и оборачивается В лабораторию входит Тони Старк, одетый в один из своих безупречно сидящих костюмов. — Боже, — шепчет Маджида, слегка отступая назад. Стив успокаивающе берет ее за руку. — Привет, Тони. — Как дела, Спандекс? Добро пожаловать в Дом веселья Старка. — Тони наклоняет голову. — Кто это у тебя там? Маджида осторожно выходит из-за спины Стива. — Здравствуйте, сэр. Внезапно она выглядит намного меньше своих пятнадцати лет. — Просто Тони. Кто ты такая? — Меня зовут Маджида. — Маджида. Мне нравится. Как тебе лаборатория? Она прикусывает губу и смотрит на Стива, который ободряюще кивает. — Ваши репульсоры на ботинках костюма Железного Человека неисправны, — выпаливает она. — Я знаю, как их улучшить. Она меняется в лице, выглядя испуганной, будто думает, что её сейчас вышвырнут отсюда. Тони поднимает бровь. — Правда что ли? На какое-то ужасное мгновение Стиву кажется, что он посмеется над Маджидой. Но он начинает оглядывается, и как только находит доску, которую, очевидно, искал, подтаскивает её ближе и бросает Маджиде маркер. — Покажи. Маджида начинает писать какое-то уравнение с торопливыми каракулями сбоку, чтобы объяснить, что она имеет в виду. Для Стива написанное — полная чушь, но Тони подходит ближе, и Стив видит как его глаза, скрытые линзами очков, расширяются. Маджида закрывает маркер и нервно смотрит на Тони. Тони выпрямляется. — Ну что? — спрашивает Стив, нервничая. — Маджида, верно? Она кивает. — Тебе нужна работа, Маджида? Она изумленно смотрит на него. — Что? — Работа. Будешь моим личным лаборантом. Ты могла бы приходить ну, я не знаю, каждую среду и пятницу, например? Стив, что думаешь насчет сред и пятниц? — Звучит неплохо. — Значит, в среду и пятницу ты будешь приходить сюда и работать со мной, пока я буду копаться в костюмах Железного Человека. Если ты не захочешь, то все в порядке, я пойму. Можешь просто приходить и заниматься другими штуками. В какую школу ты ходишь? Маджида выглядит ошеломленной. — Стив обучает меня. Тони приподнимает бровь, но ничего не говорит. — Ну, я уверен, Стив будет считать это дополнительным уроком. Маджида смотрит на Стива, который улыбается в ответ. Затем она расправляет плечи и смотрит на Тони. — Да, Мистер Старк, думаю, это мне подойдет. — Прекрасно. Только не называй меня Мистером Старком, это нелепо и странно. Просто Тони. Давай, нам нужно найти тебе один из тех бэйджиков, которые нужны, чтобы попасть в здание. У Хэппи пунктик на бэйджи.

***

Первой из детей, кто обращается к нему «папа», становится Венди. Он достает для нее банку из-под печенья (она такая маленькая, что Стив все еще лелеет надежду на то, что если она просто будет больше есть, то вырастет), и она лучезарно улыбается, говорит «спасибо, пап» и убегает, оставив Стива в шоке. Следующий — Джейсон, когда Стив дает ему конструктивную критику по недавнему рассказу, дополненную небольшими заметками о том, что конкретно ему понравилось, и небольшими рисунками того, о чем он прочитал. Джейсон посылает ему улыбку и убегает, весело крича «спасибо, папа!», чтобы отредактировать свою историю. — Итак, — спрашивает Стив Элая, когда они вместе моют посуду. — Почему они продолжают называть меня папой? Элай роняет вилку в раковину и чертыхается. — Прости. Э-э, мы вроде как, называем тебя так между собой. Я не знал, что они говорят тебе это лично. Я могу попросить их прекратить, если хочешь? — Нет! — Стив прочищает горло. — Нет. Это… Стив никогда не думал о том, чтобы завести детей. Его жизнь была простой чередой миссий. Он никогда не думал, что это изменится, и все же это случилось. — Это хорошо.

***

Стив ненавидит пресс-конференции. Это одна из его наименее любимых вещей на свете. Даже ГИДРА не настолько ужасна. Он сидит, наполовину склонившись над столом, пока Тони легкомысленно отвечает на вопросы. Тони лучше всех справляется с прессой, потому что занимался этим всю жизнь. — Капитан Роджерс? Стив тупо смотрит на репортера. — Да? — Сэр, как вы относитесь к новому законопроекту о том, чтобы запретить трансгендерным людям пользоваться туалетами по своему выбору? Стив слегка выпрямляется. — Это вообще настоящий вопрос? — Сэр… — Отрицательно, — решительно говорит он. — Трансгендерные люди могут пользоваться любым туалетом, каким захотят. Следующий вопрос. Это, что неудивительно, вызывает рост числа поднятых рук. Стив указывает на одного из репортеров. — Капитан, означает ли это, что вы поддерживаете трансгендерных людей? — Да. Однозначно. И прежде чем вы спросите, — добавляет Стив, чувствуя, что должен прекратить споры. — Я поддерживаю все сексуальные или гендерные ориентации. Еще один репортер встает. Стив видит плашку «Фокс Ньюс» и сразу же испытывает неприязнь. — Сэр, — говорит он, и его голос сочится снисхождением. — Я знаю, что вы из другого времени, и возможно, для вас это слегка запутанно. Но сейчас продвижение ЛГБТ-движения рассматривается как отход от американских ценностей. Возможно, вы захотите пересмотреть свою позицию. Стив вспоминает, как Элай, стоя под дождем, сказал, Ты стоишь за Американскую Нравственность. Ты стоишь за… За людей, которые на меня не похожи. Он вспоминает своих детей, стоящих у двери, избитых, запуганный и одиноких, и глаза застилает красная пелена. — Хотите верьте, хотите нет, сэр, — рычит Стив, позволяя каждому дюйму яда, который он чувствует в своем теле, просочиться сквозь голос. В комнате внезапно становится тихо, за исключением вспышек фотоаппаратов. — Люди с другой ориентацией существовали еще в середине 1900-х годов. И хотите верьте, хотите нет, но я один из них. Комната внезапно наполняется криками. Стив оглядывает сидящих за столом. — Мы закончили? Все кивают, и Тони подтверждает это вслух. — Хорошо. — Стив встает и уходит. Остальные Мстители присоединяются к нему. — Это, — громко говорит Тони, — была самая шикарная вещь, которую я когда-либо видел в своей жизни. — Клинт, ты должен мне тринадцать долларов, — говорит Наташа. Сэм хлопает его по спине. — Я горжусь тобой, чувак. — Спасибо, Сэм. — Не мог подождать до Рождества? — Спрашивает Клинт. — Целых тринадцать долларов, чувак. Ну правда. Пошел ты. — Прости, Клинт. — Ухмыляется Стив. — А, неважно. — Клинт одаривает его косой улыбкой. — У меня все еще есть, как минимум, двадцать шесть. Тор поднимает Стива. Это обычное явление, и единственная причина, по которой Стив пугается, заключается в том, что он обнимает его сзади. — ПОЗДРАВЛЯЮ, СТИВЕН. ТЫ ВЕЛИЧЕСТВЕННО ВЫСТУПИЛ ПЕРЕД СВОИМ НАРОДОМ КАК НЕ ГЕТЕРОСЕКСУАЛ! Стив слегка вздрагивает от громогласного Тора, кричащего ему в самое ухо. — Спасибо, Тор. — Мои поздравления чуть тише, — говорит Брюс, кривя губы. — Но они не менее искренни. — Я знаю. — Итак, теперь нам нужно устроить вечеринку или типа того? — Тони достает свои солнцезащитные очки и надевает их. — Вечеринка «Поздравляем, Роджерс, что ты бросил на сцену метафорический микрофон своей сексуальной ориентации». — Можно мы просто поужинаем в Бруклине? — Ты не умеешь устраивать вечеринки, Кэп. — Но закусочная в Бруклине прекрасна, — говорит Брюс, бросая на Тони строгий взгляд. — Не могли бы мы, эм. Можно я кое-кому позвоню? Хочу пригласить еще кое-кого. — У тебя есть друзья кроме нас? — спрашивает Клинт. — Ты ранил меня, Роджерс. Тони задумчиво наклоняет голову.  — Это как-то связано с моей новой ассистенткой и братьями и сестрой, о которых она иногда упоминает? Стив ухмыляется. — Возможно. — Вперед. Стив достает сотовый телефон и набирает домашний номер. Он настаивал на стационарном телефоне, к большому замешательству и огорчению детей. — Алло? — Элай, кажется, слегка запыхался. — Привет, Элай. — ТВОЮ Ж МАТЬ. — Элай нажимает пару кнопок, прежде чем включить громкую связь. На него обрушивается целый хор криков. — ПАПА, ЭТО БЫЛА САМАЯ КРУТАЯ ВЕЩЬ, КОТОРУЮ Я КОГДА-ЛИБО ВИДЕЛ ЗА ВСЮ СВОЮ ЖИЗНЬ. Стив ухмыляется. — Ты еще ребенок, Элай. Ты видел не так уж и много. — ДА, НО МЫ ВСЕ СОГЛАСНЫ С НИМ. — Нехарактерно кричит Венди. — И В СУММЕ МЫ ПРОЖИЛИ ДОВОЛЬНО ДОЛГУЮ ЖИЗНЬ. Стив смеется. — Итак, мы с Мстителями собираемся к Сэлу. — Мы будем держать оборону, пока тебя не будет, — говорит Джейсон. — И лайкать лучшие ответы в Твиттер и Вайн, — добавляет Бенджи. — Тут есть одно видео, где камера просто трясется, а на фоне визжит птеродактиль, — вставляет Маджида. — Это довольно смешно. Стив закатывает глаза. — Я хочу, чтобы вы тоже пришли. — Оу, — Элай кажется удивленным. — Эм. Да. Конечно, мы придем. К Сэлу? — Да. Мы уже скоро будем там. — Пока, пап. И, э-э, эй. Поздравляю. Ты хорошо поработал. Все остальные разделяют похожие чувства. Стив улыбается. — Спасибо, ребята. Скоро увидимся. Он вешает трубку и оборачивается, чтобы увидеть, как все Мстители пялятся на него. — Итак, — говорит Сэм. — Что все это значит? — Стив усыновил кучку бездомных ЛГБТ-детей, — говорит Наташа, надевая солнцезащитные очки. Стив абсолютно уверен, что она делает это только ради драматического эффекта. — Они называют его папой, а меня — тетушкой Нат. — Она их очень балует. Наташа выгибает бровь. — Они заслуживают того, чтобы их баловали.

***

— Привет, Тетушка Нат, — говорит Венди из-за четырех столов, которые они придвинули друг к другу. Стив видит, что Сэл закрыл заведение специально для них. — Папа крутой. Наташа усмехается. — Привет, малютка. Я знаю. Маджида выходит с охапкой столового серебра. Стив хмурится. — Тут есть ножи? Будь аккуратнее. — На прошлой неделе Тони разрешил мне использовать лазеры, папа, все будет в порядке. Стив резко оборачивается, чтобы посмотреть на Тони. — О, Маджида, теперь он смотрит на меня этим своим разочарованным лицом. — Никаких лазеров. — Слишком поздно. На Стива внезапно напрыгивают Бенджи. — Это, — говорят Бенджи, утыкаясь Стиву в рубашку, — была самая крутая вещь в мире. Стив улыбается и одной рукой ерошит волосы Бенджи, а другой обнимает их. — Спасибо, Бендж- уф. Остальные дети лезут обниматься. — Спасибо тебе за то, что ты такой потрясающий, — бормочет Джейсон. — Мы все обнимаем Капитана? — Спрашивает Тор. — Не могу поверить, что наконец-то нашел своих единомышленников. Все отстраняются от Стива. Элай украдкой вытирает глаза. — Итак, ты познакомишь нас с Энни и сиротками? — Спрашивает Клинт. Стив указывает на каждого ребенка. — Бенджи. Джейсон. Маджида. Венди. Элай. Ребята, это Мстители. — Мы знаем, кто вы, — говорят Бенджи. — Кстати, привет, Тетушка Нат. — Привет, Бенджи. Сэл накрывает в закусочной настоящий пир. Тор рисует для Бенджи карту Девяти Миров, и те смотрят на Тора со смесью восхищения и обожания. Маджида и Тони возятся с часами Тони, пытаясь заставить их идти более плавно. Венди заплетает в волосы Наташи разноцветные ленты. Элай дарит Стиву свитер в цвет флага бисексуалов, который они недавно связал и Стив немедленно натягивает его на себя. Клинт и Джейсон пытаются заставить солонки балансировать на уголках столов. В общем, все прекрасно.

***

Неделю спустя Стив находит на пороге футболку с надписью «Самый классный бисексуал в мире» и записку, написанную почерком Баки, которая гласит: Молодец, панк. Стив смеется до тех пор, пока не начинает плакать.

***

— Итак, э-э-э… — Элай сжимает в руках бумагу и нервно смотрит на Стива. Остальные дети суетятся вокруг. — Тони принес это нам, и сказал, что это может быть полезно в будущем, с юридической точки зрения и все такое, и мы хотели бы это сделать, но ты ничего не должен, я понимаю, что нам, наверное, следовало сначала все обсудить с тобой, прежде чем… — Дай посмотреть, — руки Стива замирают, когда он видит, что это за бумага. Документы об усыновлении. — Мы можем сначала все обсудить, — поспешно говорит Элай. — Не нужно, если… Стив достает ручку из стаканчика с канцелярией. — Где я должен подписать? Все они улыбаются так широко, что могут соперничать с солнцем.

***

В ту ночь они устраивают марафон по «Звёздным Войнам», от «Новой надежды» до «Пробуждения силы», потому что, по словам Бенджи, это самые главные фильмы. Стив доверяет Бенджи, когда дело касается «Звездных Войн».

***

Однажды, когда он возвращается с задания, у Стива звонит телефон. — Алло? Наступает потрескивающая тишина, а затем раздается глубокий вдох. — Хей, пап, — дрожащим голосом говорит Элай. — У нас сегодня были гости.

***

Стив не сходит с ума. Он, очень, очень, очень старается не сойти с ума.

***

— Расскажи. — Они сказали, что они из ГИДРЫ. Они хотели взять нас в заложники, чтобы выйти на тебя. — Вы в порядке? — Да, все в порядке, никто не пострадал. Ну… — Элай слабо хихикает. — Венди избила одного из них бейсбольной битой. — Хорошо. — Стив думает, что он прямо сейчас находится на грани панической атаки. Ха, так вот, какая она, паническая атака. Наташа озабоченно смотрит на него, она сидит ближе всех. — Погоди минутку. — Он прикрывает динамик и поворачивается к кабине пилотов. — Клинт, мне нужно, чтобы мы сейчас же развернулись и полетели в Бруклин. На детей напала ГИДРА. Клинт и Сэм громко выругиваются. Тони в ярости вскидывает голову. В глазах Брюса проблёскивает зелень. Наташа сжимает кулаки. Клинт отвечает «понял» напряженным голосом, который предполагает, что он готов набить кому-нибудь лицо. На кончиках пальцев Тора играют молнии. — С ними все в порядке? — Спрашивает Наташа тихим голосом, который подразумевает, что если это не так, то произойдут ужасные вещи. — Да, — он возвращается к телефону. — Мы уже в пути. — Тебе не нужно- — Нет, нужно. Что случилось, как вам удалось избавиться от них? — Э-э, мы ничего не делали. — Он прочищает горло. — Баки. Он. Не. Сойдет. С ума. — Что? — Они готовились напасть на нас. Затем раздался голос, который велел нам закрыть глаза, что мы и сделали. И там были звуки… не очень хорошие, особенно для парней из ГИДРЫ. И когда он сказал, что мы можем снова открыть глаза, там уже никого не было, кроме него. Он сказал, что они снаружи, и что мы можем позвонить в полицию, когда будем готовы. А еще спросил, нужно ли нам что-нибудь? — И он. Эм. — Стиву хочется кого-нибудь ударить или обнять все своих детей. — Он остался? — Ну, Маджида начала плакать. Поэтому он остался, обнял всех нас и… э-э-э… спел нам песню? Он пел «I Only Have Eyes For You». Он сказал, что он пел тебе её, когда- — Когда мне было четырнадцать. И я очень сильно заболел. — Он все кашлял и кашлял, и Баки начал петь ему первую попавшуюся на ум песню. Баки помнит. — Да. Поэтому он остался и приготовил нам жареный сыр, а потом, когда мы решили позвонить в полицию и тебе, он сказал, чтобы ты не делал никаких глупостей, пока он не вернется. — Полиция все еще там? — Да. — Хорошо. — Стив сглатывает. — Могу я поговорить с остальными? — Да. Мы в твоей спальне. Я включу громкую связь. Стив слышит щелчок. — Привет, ребята. Голоса окружают его со всех сторон. — Я слышал, что ты побила одного из парней ГИДРЫ, Венди. Молодец, хорошая работа. — Спасибо. — Маджида, ты в порядке? — Да. — Ее голос все еще сдавленный. — Я просто удивилась. — Все в порядке, милая, такое бывает. Я уже еду, хорошо? — Мы все едем, — кричит Тони. — Черта с два, мы оставим вас одних в покое сегодня вечером. — Слышали? — Да. — Ладно. Все будет хорошо, ладно? Вы все очень хорошо справились. Я люблю вас. — Мы тоже тебя любим, — говорят они в ответ. Стив вешает трубку. — Ребят? — очень спокойно говорит он. — Да? — спрашивает Клинт. — Я собираюсь сойти с ума. — Вперед, приятель.

***

Стив сходит с ума.

***

Стив взлетает вверх по лестнице в свою квартиру и распахивает дверь. — Ребята? Венди врезается в него первой, обхватывая руками. Вскоре все остальные присоединяются к ней. Стив опускается на колени, пытаясь обнять всех сразу. — Вы их отец? Стив поднимает глаза и видит полицейскую, которая выглядит впечатляюще собранной при виде плачущего Капитана Америки, окруженного детьми. — Да, мэм. — Нам нужно, чтобы вы посмотрели кое-какие документы и все такое. — Да, мэм. Можно я просто… Можете дать нам минутку? Лицо офицера смягчается. — Конечно. Я буду в холле. — Она выходит в коридор, где, как догадывается Стив, ждут остальные Мстители. У Венди синяк на щеке. Стив нежно берет её за подбородок. — Что случилось? — Им не особо понравилось, когда я ударила того парня. Стив проглатывает ярость. — Мне очень жаль. Я прошу прощения у всех вас. Это никогда больше не- — Мы все знали, на что подписывались, пап, — тихо говорит Джейсон. — Мы не злимся. Они все кивают. Стив лишь крепче прижимает к себе свою маленькую семью.

***

— Мы правда можем переехать сюда? — спрашивают Бенджи, когда они развешивают плакаты в своей комнате. — Типа, я знаю, ты говоришь, что это нормально, это все еще кажется нереальным. Стив ухмыляется. — Тони был довольно настойчив. Тони предоставил им отдельный этаж в Башне. Он намного больше, чем квартира, которую они когда-то делили, размером со средний дом. У каждого есть своя спальня. На их этаже даже есть собственная кухня. Это очень странно, но в то же время замечательно. Тони ясно дал понять, что после того, что случилось с агентами ГИДРЫ, он хочет, чтобы они были в безопасности. — По большей части я просто создал себе больше возможностей, чтобы красть Маджиду для проектов, Роджерс, — сказал Тони, когда Стив горячо поблагодарил его. — У меня нет таких чувств, как у вас, люди. Эти чувства отвратительны, и я им не потворствую. Стив ухмыляется. — Я понимаю. Дети проводят весь день, бегая по этажу и выкрикивая такие вещи, как «СТАРК ПОДАРИЛ НАМ ВСЕМ АЙПАДЫ» и «СВЯТОЕ ДЕРЬМО, ВИД ИЗ ОКНА ПРОСТО НЕРЕАЛЬНЫЙ». Стив чувствует себя настолько довольным, что вот-вот лопнет.

***

Стива подстреливают на задании. Он недостаточно быстро поднимает щит, бросив его в солдата. Выстрел из инопланетного пистолета попадает ему в бок, и он падает на колени, задыхаясь. Он прикладывает руку к ране, и она окрашивается красным. — Блять, — бормочет он в смутном удивлении. — Кэп сматерился! — Тони восхищенно кричит ему на ухо, еще ничего не понимая. — Он в одиночку заполнил банку «не матерись». Бартон, ты отстаешь. — Пошел нахуй, — торжественно отвечает Клинт. — Тони, — бормочет Стив, стараясь оставаться в сознании, хотя перед глазами все плывет. — Я ранен. Ты за главного. — Подожди, что? Стив не слышит, что говорят остальные, заваливаясь вперед.

***

Когда он просыпается, он находится в медицинском отсеке Башни, и его дети спят на полу. — Нет, — бормочет он. — Не пол… — Он не выглядит удобным. Бенджи шевелится и поднимается к Стиву. Они дают ему немного воды, которую Стив с благодарностью принимает. — Привет, — шепчут они. — Как ты себя чувствуешь? — Я в порядке, наверное. Бок болит. — Тони привел врача ЩИТа. Она сказала, что твои ребра немного повреждены, но они заживут. — Это хорошо. Бенджи немного оглядываются, а затем наклоняются ближе. — Баки здесь, — шепчут они. Стив моргает. — Правда? — Да. Он приехал почти сразу за тобой. Я думаю, он следил за тобой. Стив слабо улыбается. — Меня это не удивляет. — Мы подумали, что ты захочешь, чтобы он был здесь. — Я хочу. Бенджи серьезно смотрят на него. — У нас теперь будет еще один папа? Стив фыркает и тычет в них вместо того, чтобы слегка толкнуть. Бенджи хихикает. Дверь в медицинский отсек открывается, и внутрь входит Баки с двумя подносами кофе. Он тихо кладет их на стол. — Я принес твой мокко, Бенджи, — говорит он, затем замечает, что Стив проснулся, когда Бенджи тихо проходят мимо своих братьев и сестер, чтобы взять кофе. Баки на цыпочках обходит их и садится рядом со Стивом. — Как дела, сопляк? — Вроде жив, придурок. Баки слегка усмехается. Он в мешковатом свитере с флагом пансексуала на нем, который подозрительно похож на работу Элая. Его волосы собраны сзади в конский хвост. — Выглядишь чистым, Бак. — Тони сказал, что если я хочу остаться в Башне, то должен принять душ. — Похоже на него. — Стив вздыхает. — Нам нужно будет поговорить. — Да. — Рука Баки скользит в его руку. — Но не сейчас. — Нет, — соглашается Стив, сжимая его руку в ответ. — Не сейчас.

***

Он проводит много времени, читая письма, пока прикован к постели. Они приносят ему старомодные почтовые мешки, набитые письмами подростков. Слава Богу, ты сказал это, говорят они. Слава Богу, это не только про нас. Слава Богу, мы не одни. — У меня есть идея, — говорит он Баки, который читает книгу по истории науки со времен Второй мировой войны. Баки не поднимает взгляда. — Это хорошая идея или идея типа «врезаться в арктическую льдину самолетом»? Стив хмурится. — Я уже извинился. — Я уже сказал, что этого недостаточно. — Нет. Не такая идея. Хорошая, наверное. Но мне понадобится помощь Тони. И, может быть, Сэма. На самом деле, может даже всех. Баки поднимает глаза. — В чем её суть?

***

Пять лет спустя. — Посоли суп, — говорит Стив. Баки бросает на него резкий взгляд, пока они суетятся на кухне. — Ты еще даже не попробовал. Стив берет ложку и пробует суп. — Нужна соль. Баки пробует суп. — Черт возьми, Роджерс, я ненавижу, когда ты оказываешься прав. Стив солнечно улыбается. — Всегда пожалуйста. Баки легонько целует его. — Спасибо. Стив и Баки начали встречаться вскоре после того, как Баки вернулся. Все вокруг все еще устают от них, Сэм говорит, что у него нет времени на их «любовь-морковь», и все Мстители соглашаются, даже Тор. Лифт звенит, и Стив оборачивается, когда входит Элай. — Что за дерьмо у тебя на лице, сынок? — спрашивает Баки, притягивая его в объятия. Элай закатывает глаза. — Как будто твоя борода выглядела на пять с плюсом, когда ты начал её отращивать в подростковом возрасте, папа. — Нет, не выглядела, — говорит Стив, обнимая его, когда Баки отходит в строну. — Было похоже, будто он упал в грязь. — Ладно, хватит об этом, Роджерс. — Я первый? — Элай только недавно получил степень магистра по социологии. — Да, но я второй, и что круче? — Влетают Бенджи. Бенджи занимаются наукой с Джейн Фостер, изучая космос и аномалии. — Точно не ты, — говорит Элай. — Так что неважно. Бенджи хлопают его по плечу. — Неправильно. — Эй, хватит драться. — Дети, ведите себя хорошо, — рассеянно говорит Стив, помешивая суп. — И прямо сейчас вы можете услышать, как ваш отец превращается в 95-летнего старика, каким он и является. — Баки величественно жестикулирует в сторону Стива. — Отъебись, Бак. — И это первое, что я услышал, когда пришел домой, — бормочет Джейсон. — Удивлен ли я? Нет. Он бросает свою спортивную сумку на диван. У него за ухом карандаш. Стив догадывается, что он редактировал свою книгу. Это был его дополнительный проект, пока он учился для получения квалификации учителя английского языка. Маджида держит его за руку, поправляя очки на носу. Тони повысил её до главы отдела исследований и разработок, и она переехала в другую квартиру. — Как продвигается работа у нашей Большой Шишки? — Спрашивает её Элай, ухмыляясь. — Восхитительно, — сухо отвечает она. — А как твоя жизнь ботаника? — Почему вы все такие злые? — Венди закрывает учебник по Второй мировой войне, выходя из лифта. — У вас проблемы. Баки прищуривается, глядя в учебник. — Ты приносишь эту вещь в мой дом, хотя я могу рассказать тебе все от первого лица? — Ну, «мои папы сказали, что вы не правы», немного не подходит для цитирования. — И, технически, это дом Тони, — добавляет Стив, разливая суп по тарелкам. — Мы просто тут живем. — Как ты смеешь напоминать мне об этом.

***

Все собрались в гостиной, подзадоривая Баки и Бенджи, пока они играют в LEGO Star Wars: The Complete Saga. Стив отводит Элая в сторону. — Итак, у меня есть для тебя работа. Элай приподнимает бровь. — Да? — Я хочу, чтобы ты работал в Приюте. «Приют» — это та самая идея, которая пришла Стиву в голову пять лет назад. Приют Сары Роджерс для ЛГБТ-молодежи. Это место для подростков, в основном из города, но на самом деле со всей страны, предназначенное, чтобы подарить им безопасное место, если они сталкиваются с дискриминацией. Они выкупили огромное здание, и комнаты заполняются довольно быстро. Это то, чем он гордится больше всего в своей жизни, не считая воспитания детей. — Ладно. Я буду работать как секретарь или типа того? — Помощник управляющего. Элая изумленно смотрит на него. — Прошу прощения? — Ты хорошо поработал в том приюте для бездомных, когда проходил стажировку. Я думаю, что тебя прекрасно получится. — Я. Да. Да, конечно, мне бы этого хотелось. Спасибо, папа. — Элай обнимает его, и Стив улыбается. — Не за что, Элай. — УНИЧТОЖЬ ЕГО ЧЕРТ ВОЗЬМИ! — кричит Маджида. Она увлечена видеоигрой. Элай смеется. — Пойду удостоверюсь, что никто из них не попытается задушить друг друга. — Хорошая идея. Стив наблюдает, как Элай присоединяется к своим братьям и сестрам. Баки отчаянно нажимает на кнопки Xbox. — ПРЕКРАТИ В МЕНЯ СТРЕЛЯТЬ! — Кричит он на Бенджи. — ПЕРЕСТАНЬ БЫТЬ ТАКИМ МЕТКИМ! — Рявкают Бенджи в ответ, из их голоса сочится смех. Элай смеется, доставая спицы. Джейсон рисует происходящее, а Венди дремлет на плече у Маджиды, пока та набрасывает в блокноте уравнения. Стивен Роджерс смотрит на свою семью и улыбается.