Клевер без листьев 0.5

      Боруто рос, как цветок. С каждым годом он становился всё ярче. Он был такой общительный, трудолюбивый и талантливый. Одной лишь успокаивающей фразой в комбинации с тёплой улыбкой мог снять любой стресс с собеседника. Готов был помочь в любом, даже самом пустяковом деле, и умудрялся делать это так не навязчиво, что не могло бы вызвать лишь раздражение и недоверие. Ярче ребёнка, казалось, не найти во всех Покинутых Землях. Шутили иногда, что и во всём Клевере. И никто не сомневался, что из мальчика вырастет отличный маг…       Но когда мальчику исполнилось четыре, открылась страшная правда. Боруто не владел маной. Её не было в нём ни капли. Казалось, это конец. Многие, разочаровавшись в нём, сразу отвернулись от него. От некогда яркого ребёнка не осталось ни следа. Однако данная драма продлилась не долго. Потому что вместо магии, мальчик приобрёл нечто другое.       — Стихия Ветра! Прорыв! — Воскликнул Боруто, сделав какой-то жест пальцами, и так дунул на лопасти мельницы, что те тут-же завертелись, как под настоящим ветром!       — Обалдеть! — Воскликнул Нэш, созерцая данную сцену. — Да твой трюк с чакрой ни чуть не уступает самой мане! Напомни, как ты это называешь?       — Нинджуцу, — с улыбкой ответил Узумаки. — И это не трюк. Я это называю Техники. Манипулируя чакрой с использованием Ручных Печатей, я и создаю технику.       — Потрясающе! — Поразилась Рекка. — Ты можешь вызывать порывы ветра, создавать водяные потоки и бить молниями из рук! А что-нибудь связанное с огнём и землёй?       Боруто застенчиво засмеялся, почёсывая репу.       — Ну, до данных стихий я ещё не добрался.       — А что, кстати, на счёт этого? — Уточнил Нэш и выпустил в старшего брата огненное заклинание. Блондин быстро смекнул, что к чему, и встретил его вытянутой правой рукой, куда вся магия и поглотилась. Он посмотрел на свою ладонь, где у него ещё с рождения красовалась маленькая татуировка в виде ромбика.       — Вот уж с чем, а с Кармой я никак не могу разобраться, — объяснил он. — Зато! Я выяснил, что она может ещё и так!       Он вытянул руку с Кармой, направив её на Нэша и выпустил из неё всё то пламя, которое мальчик некогда выпустил в него! Нэш завопил и пригнулся, прикрыв голову, пропуская пламя над собой. Боруто засмеялся.       — Извини! Печь прямо за тобой стояла.       Нэш обернулся и увидел за собой зажённую печку. Размер огня очень расстроил мальчика:       — И это всё, на что моей магии хватило.       — Это точно, — согласился Боруто. — Твоё заклинание не причинило бы мне большого вреда, даже если бы попало в меня.       — Отделался бы лишь незначительными ожогами, которые ты бы всё равно залечил, — проворчал Нэш. — Как ты называешь эту технику, которой лечишь?       — Ирьёнинджуцу, Медицинское нинджуцу, — объяснил Боруто. — Я наношу свою чакру на повреждённый участок тела, этим давая ему исцеление, подобно рейки…       — Братик! — Заныл подбежавший к нему Аруру весь в слезах.       — Что случилось? — Обеспокоенно спросил тот мальчика, и он указал на разбитую губу. — Опять пытался дров наколоть и саданул себя рукояткой по губе, да?! — Тут-же принял Боруто серьёзный тон, и Аруру сжался, коротко кивнув. — Не успокоишься, пока окончательно не рубанёшь себя по лицу? Ох, горе моё луковое. Иди сюда.       Он приложил концы пальцев к пострадавшей губе младшего приёмыша, и вокруг руки заиграла светящаяся зеленоватым цветом аура.       — Чакра может быть и глазу видной? — Удивилась Рекка.       Так Боруто и зажил, как прежде, и даже, казалось, ещё лучше. Никто до тех пор ещё даже не знал, что можно вытворять подобные вещи, используя саму чакру, и при этом не быть привязанным к одной природе преобразования.       Так прошло пятнадцать лет.