Живое напоминание

Приоткрытое окно кабинета покачивалось от холодного ветра, раздражающе звучали жалостливые скрипы ржавых петель. Тонкие невидимые руки заплетали шелковые иссиня-черные волосы, аккуратно гладили серебряные пряди, проводили эфирными пальцами по пыльным книжным полкам, почти иссохшим листьям растений, мягко приоткрывали незапертую дверь и скрывались в пустоте коридора. На последок они прозвенели тихим колокольчиком, предупреждая о незваном госте. Капитан отложил заполняемые документы в сторону, и, подперев голову рукой, ожидал. Через несколько мгновений в окно влетела феечка. - Принц Кэйа, добрый день, у меня есть письмо для Вас. - Добрый день, мисс Паймон, давно не виделись. - Очень давно... Я могу начать читать? - Конечно. Фея пролетела в середину кабинета. - Разрешите перевоплотится, я уже отвыкла от этой формы. - Паймон, иногда я скучаю по старой тебе. - Я тоже при.. кхм... Кэйа, просто Кэйа. - Спасибо. Небольшой кабинет озарился мягким светом, легкий туман окутал маленькую девочку, стал плотнее. Рассеявшись бело-золотой пеленой, он легкой, невесомой шалью опустился на плечи представшей девушки. Платиновые волосы аккуратными локонами облаков расплывались по округлым плечам. Свет тысячи звезд блестел в её темных глазах. Небольшая корона все так же левитировала над макушкой девушки. забавный наряд превратился в летящее платье с изображением трикветра. Аристократичная осанка, проницательный взгляд - ничего общего с шумной феечкой, образ которой по-прежнему оставался живым в сознании Альбериха. Лёгким движением руки Паймон призвала сверток бумаги.Спокойным голосом, начала читать письмо. - Подожди, - отозвался Кэйа, - это же от Дайна? - Да, - ответила девушка, отведя взгляд от письма. - Ты можешь передать мне основную суть без подробностей? - Он лично попросил меня прочитать его от начала и до конца. Капитан тяжело вздохнул: Дайнслейф всегда был слишком щепетилен и педантичен, когда дело касалось королевской династии. Порой его письма Кэйа откладывал ещё до прочтения основной части. Паймон, будто прочитав мысли Альбериха, ответила: - Хорошо, я сокращу его обращения к тебе в некоторых местах. - Ты окажешь мне большую услугу. Фея еле заметно улыбнулась. Все еще было непривычно видеть столь скупые эмоции, ведь раньше малейший восторг, раздражение или беспокойство сразу отражались на ее округлом, будто детском лице. Хотя, в свету прошедших событий... такие перемены имели смысл. После того, как близнецы покинули этот мир... и после возвращения памяти... Будто невидимый но тяжелый, непосильный груз взвалился на плечи этого хрупкого создания. Но можно ли назвать одну из трех лунных богинь - хрупким созданием? О, еще как. Её слезы превратились в капли драгоценного жемчуга, в россыпь звезд, из-за которых истинное небо Тейвата стало сиять еще ярче. Когда Луна плачет, землю переполняют воды морей и океанов. Но что произойдет, когда Луна захочет покинуть небосвод? Последовать за кометами? Мир будет обречен на смерть. И Луна осталась. Её укутали атласные ленты звездных дорог, облака впитали горькие слезы, песни бездны успокоили затуманившееся сознание. Красным маревом прошлось по земле её горе, и только слабая надежда снова увидеть звездопад спасла измученную душу. - Ваше Высочество, ярчайшая звезда Кхаэнри'ах ... - Девушка пробежалась глазами по листу, - Что ж, Дайнслейву действительно не помешает научиться писать коротко, - вздохнула Паймон, - королевство нуждается в своем правителе. Последний раз Вы появлялись много лун тому назад, Ваши подданные негодуют, ведь престол долгое время находится без наследника и... - Паймон ещё раз взглянула на письмо, - ты был прав, это действительно невозможно читать. Белые брови недовольно изогнулись, девушка невольно, неосознанно слегка надула изящные губы. Все-таки, та, детски-наивная часть её души никогда не пропадет. Кэйа усмехнулся. Вот он, еще один отголосок из прошлого, царапинка на его каменном сердце. - Кэйа, ты слушаешь? - недовольно спросила Паймон, - это очень важное письмо! - Прости-прости, - неловко улыбнулся Альберих, - я отвлёкся, можешь повторить, пожалуйста? - Народ не доволен вашим с Рубедо... - Альбедо, - серьезно перебил Альберих, - он Альбедо. - холодно, точно лезвием ножа отрезал Кэйа, смотря Паймон прямо в глаза. - ...Вашим с Альбедо отсутствием. Если так и продолжите отсиживаться в Монде, по прибытии в Кхаэнри’ах Вас будет ждать не праздничный пир, а революция. - отбросив осторожность, продолжила фея. - Неужели все настолько плохо? - сделав вид, будто ничего не произошло, Кэйа устало вздохнул , запрокинув голову и уставясь в потолок, - Почему нельзя обойтись без меня? Ты и Дайн неплохо справляетесь. - У меня совершенно другая роль. - ровно ответила девушка. - Допустим, я снова спущусь в Кхаэнри’ах, но за Альбедо я не ручаюсь. Мы толком не виделись несколько месяцев, я даже не уверен, где он сейчас. - Это очень безответственно с твоей стороны, Кэйа, ты должен следить за своими подданны… - Он не мой подданный, мисс Паймон, Альбедо вполне самостоятельный, я не обязан следить за ним. - Вы действительно не подходите на роль правителя, - сухо добавила богиня. - Наконец-то до Вас дошло. - в свою очередь съязвил Кэйа, победно улыбаясь. Паймон медленно вздохнула и расформировала письмо. - Я не хочу с тобой ссориться, я прекрасно понимаю, почему Альбедо… я… Но наши чувства не так важны, как важна наша нация, наш народ. Прошу, не заставляй их идти на грех, возвращайся, желательно, навсегда. - Паймон, я воспитан не Бездной, я воспитан Мондом и его свободным духом. Я никогда не останусь жить в Кхаэнри’ах. - Тогда у Вас остаётся не так много вариантов. - Я что-нибудь придумаю. - Уже сто лет думаете. Паймон взглянула на настенные часы, висящие в комнате, хотя ей это ничего не сказало - время в Тейвате и в Кхаэнри’ах текло по-разному - она откланялась Альбериху, и, превратившись в лёгкий эфир, растворилась в воздухе. Небольшой свёрток мягко приземлился на письменный стол. Кэйа, тяжело вздохнув, взял бумагу и отнёс ее к небольшому ящику шкафа, сложив к остальным недочитанным письмам Дайна. Предзакатное небо уже пестрило оранжево-розовыми облаками, плывущими в путешествия по семи королевствам. Время до пяти ещё оставалось. Кэйа, собравшись заранее, от нечего делать полез к старым отчётам Альбедо, хотя, отчётами это было назвать сложно. Скорее короткими письмами, целью которых был не доклад о своих действиях, а скорее подтверждение, что «жив, здоров и т.п., не мешайте». Альберих открыл последнее из них, пылившееся в ящике вот уже два месяца: Продолжаю эксперименты с кровью дурина. Его Тело номер 4 сгнило, я допустил ошибку, над которой сейчас работаю. Я попросил Рейн отправить тебе некоторые письмена. Пусть пока полежат у тебя, я приду за ними позже. Передай Кли, что я скучаю. Кэйа взглянул на верхние полки шкафа, на которых валялись несколько пожелтевших свёртков. - Если ты не вернёшься за ними, я брошу их в камин Рагнвиндров, - пригрозил пустоте капитан. На самом деле эти слова не имели никакого веса, с Рагнвиндрами он не общался очень давно, даже слишком. Хотя это было неудивительно, потому что красная нить на мизинце была разорвана вот уже как почти сто лет. Кэйа снова перевёл взгляд на письмо: - Я обязательно вытащу тебя.

***

- Кэй, - осторожно позвала девушка. - Да, Джинн? -потирая виски, поднял взгляд капитан. - Нам не стоит называть его, как раньше, это… будет неуважительно. Альберих молчал. Рой мыслей жужжал у него в голове, кровь кипела от ненависти, на руках выступали чуть синие жилы. - Я не приму его, - сдерживаясь, процедил сквозь зубы Альберих. -Кэй… - Я не собираюсь с этим мириться. - повысил голос капитан, - Я хоть голыми руками вырою Золото из-под земли, но одно тело они делить не будут. Я этого не допущу. - Мы уже допустили, и мы ничего не можем сделать, Кэйа. Видимо, так было нужно… - Кому это было нужно, Джинн?! - размахивая руками, Кэйа подорвался со стула, - Он в отключке уже дня три!