Воспоминания

От лица Драко В мои планы не входило навязываться к Грейнджер на выставку, да и в принципе находиться в ее обществе больше положенного, но снова и снова тянуло назад, особенно после того, как увидел её в клубе Блейза. Мозги вырубило нахрен и перед глазами была только она в тот вечер. Мерлин, как же она была сексуальна?! А как двигалась? В голове даже стали возникать картинки, где она могла бы ещё так двигаться, но я остановил себя. И так был возбужден до предела. Ещё и эта блондинка-пиявка, напросившаяся со мной потанцевать. В любом случае мои глаза весь вечер следили только за одной девушкой. Удивительно было видеть её такой, после стольких лет знакомства. Удивительно было видеть её такой легкой, после всего, что на неё навалилось. После выпитых мной стаканов виски, я подумал, что нужно её хотя бы прижать во время танца, иначе мысли начинали сводить с ума, и тело мне не подчинялось. И действительно, мозг был отключен, так как в какой-то момент я просто бросил незнакомого парня на пол. Не совсем в моем изящном стиле, но я как истинный Малфой в любом случае показал свои права даже на ту, на которую я и не имел. Сам себе придумал и сам после ещё долго был недоволен собой. Вспоминал свою некую заботу о том, чтобы она не напилась и заявил, что ревную. Какой идиот! А после того, как она прошептала «Драко» на прощание, мне снились горячие сны с её стоном, произносящем моё имя.  С чего все это почувствовал тогда я не знаю, может просто с непривычки, что она может быть такой, или потому что секса приличного не было у меня давно. Поэтому, чтобы увидеть её ещё раз до встречи во Франции, я оделся в один из своих элегантных костюмов и был готов к выходу. Будучи уже трезвым я знал, точнее надеялся, что таких эмоций у меня уже не будет. Найти где будет выставка было не сложно, используя магию, так что в обеденное время я уже был готов аппарировать к самой ближайшей от места назначения точки. Я оказался в толпе прилично одетых маглов, которым уже не терпелось посмотреть, что же за картины представлены. Наверняка есть пара-тройка коллекционеров. Как рисует Грейнджер я не видел и не мог сказать насколько удачным будет аукцион, о котором она объявила на презентации. Выглядела она очень необычно в костюме. Так по-деловому и в тоже время привлекательно, если не заострять внимание на других прилагательных. Музыка в выставочном зале окутывала и успокаивала. Классика. Это было идеальное решение, чтобы не отвлекать гостей и в то же время настроить их на нужный лад. Поймать настроение. Картины были разнообразны: где-то яркий пейзаж, где-то здания, где-то силуэты людей. Портретов не было, но и без них живости хватало, взгляд не успевал замылиться. Грейнджер говорила, что это будет отражением разных этапов её жизни: прошлое, настоящее, будущее. То как она воспринимает эти слова. Судя по стрелочкам я находился недалеко от начала. Судя по нарисованному детство было счастливым. Мое тоже не сказать, чтобы сильно отличалось, но краски для себя я бы сразу взял приглушенного оттенка. Чем дальше я двигался, тем больше серых оттенков добавлялось к картинам, пока я буквально не замер перед изображением сожженного дома. Война. Я сразу понял, что тут изображен совсем не дом, а скорее все те, кто пережил тот ужас. Я понимал, что в таком прожженном доме я жил еще до начала военных событий, а после запах смерти лишил любого желания находится на территории поместья. Глубоко вдохнув, я продолжил экскурс. На моменте победы картина сочилась яркими образами и казалось даже переливалась, но тут же можно было на заднем фоне увидеть полную пустоту и серость. В каждой картине дальше было то больше серого, то больше черного, то снова краски перебивали друг друга, борясь за первенство. Но пустоты появлялись почти везде. Последняя картина представляла собой снова-таки дом, с деревьями, с небольшим садом, с силуэтом девушки в окне. Тут не было пустот, но цветы в саду были серыми. В этот момент я просто хотел найти взглядом художницу и наткнулся на неё в самом начале выставки. Она озадаченно смотрела на меня, не веря, что я все-таки пришёл. А я лишь переводил взгляд с картины на неё и пытался понять, сколько ещё серости осталось в её душе и пройдет ли она когда-нибудь? - Это впечатляет, Грейнджер, - подходя к ней похлопал я. - Прекрати, - закатила она глаза и поправила прядь волос. Засмущалась и это заставило губы растянуться в полуулыбке. - Вообще-то я серьезно и как никто понимаю смысл всего этого. - Даже и не поспоришь. Как думаешь, кому-то может это понравится? - Гермиона нервно кусала губу и бегала глазами от одного человека к другому. Переживание было ей не к лицу. - Что-то я тебя не узнаю, гриффиндорка,- усмехнулся я и слегка толкнул локтем, на что получил недовольное шипение. - Не кусайся только. Думаю вон тот мужчина явно заинтересован работой, а ещё у тебя есть друзья и при желании могут создать ажиотаж на аукционе,- девушка глянула на меня заинтересованным, но настороженным взглядом. - Слизеринские замашки? - Не туда тебя понесло что-то. Всего лишь знания, приобретенные на практике. - Ладно, я подумаю. Начало торгов выставили с 50 долларов. Не смотри на меня так, - я лишь удивился, что цена была небольшой, а в голове уже родился план, который вновь выбьет почву из под ног кудрявой девушки. Её замешательство и благодарный взгляд в тот раз возымел некий удовлетворительный эффект. Сейчас же даже интересно насколько это стало приятнее. Люди стали стекаться вновь в соседний зал и можно было услышать, как некоторые шушукаются о том, за сколько и какие картины приобрели бы. Я решил не вникать в эти разговоры и расположился у боковой стены, краем глаза заметив Поттера, Паркинсон и Уизли с какой-то девушкой. «Почему Уизли с Грейнджер все-таки расстались»? - прозвучал вопрос в голове. К этому надо вернуться позже. Когда гости расселись, на сцену вышла Пэнси и дала старт аукциону. Хотя я бы назвал это распродажей. Скрестив руки, я слегка прикрыл глаза, так как ночью не смог нормально отдохнуть и издалека слышал как голос Паркинсон объявлял растущие цены. Иногда я посматривал на сцену, чтобы понять какую картину продают и периодически поглядывал на Грейнджер, которая была озадаченной, но глаза блестели счастьем. Полуулыбка растягивалась каждый раз, когда я видел это. Когда поставили на стенд картину с домом и серыми цветами я перешёл в режим ожидания. - Пятьсот долларов раз, пятьсот долларов два, пятьсот долларов…. - Тысяча - громко произнёс я, выставляя вверх руку. - Тысяча сто, - какая-то полная дама была серьёзно настроена, даже стало жаль, что она совсем не знала с кем имеет дело. Азарт начал разливаться по венам и горячить кровь. - Тысяча пятьсот, поберегите свои деньги, - сразу же выдал я совет. - Ну уж нет, молодой человек, две тысячи долларов, - женщина даже поднялась с места, чтобы не я один стоял. Зачем же так лезть. - Пять тысяч, - с прежним спокойствием ответил я. - Я и за десять её возьму, и за сто тысяч долларов. Я не против шоу, но не в таком месте, - мой корпус полностью повернулся к ней и взглядом просто пытался смягчить и усадить её на место. Уж не знаю что на неё подействовало, но дама села, недовольно чертыхаясь. - Эм, я так понимаю мы остановились на пяти тысячах, - замялась Пэнси. - Пять тысяч долларов раз, пять тысяч долларов два, пять тысяч долларов три. Картина продана мистеру Малфою. Не забудьте свой выигрыш! Когда я осмелился взглянуть на гриффиндорку, её взгляд выражал злость и восхищение, от чего меня просто прибило на месте. Щеки были неестественно розовые, а руки то сжимались в кулаки, то разжимались. Ну, перешёл я черту. Не убьёт же она меня. Мать твою, почему она даже в гневе хороша и почему я на это обращаю внимание. Я не мог вот так за каких-то пару месяцев увлечься ей. А что будет дальше... Глубокий вдох и выдох помог взять себя в руки и остановить свои мысли на картине, которая стала моей. Аукцион подходил к концу и вот уже в скором времени, я смогу всё объяснить Гер... Грейнджер. Ну вот, осталось перейти на имя и я полностью буду понимать, что начал что-то чувствовать. Надо позвонить той блондинке и проверить свою теорию насчёт неудовлетворенности. Засунув руки в карманы брюк, я как можно вальяжнее дошёл до Поттера с Уизли, которые выдавали картины. Они убирали их в специальные коробки, сделанные под каждую картину, а рядом стояла урна, которая служила сбором денег. Никаких передач из рук в руки. - Парни, вы молодцы, - похвалил я их и получил оценивающий взгляд Уизли. - Не удивительно, что даже тут ты решил выделиться, - конечно же, для Уизли и для многих других, знающих меня, этот жест был ничем иным как показушничеством и обелением своей репутации. Но опять-таки не в этом месте. - Рон, - Поттер пихнул друга в бок, на что получил недовольный взгляд друга. - Драко Малфой, ну ты сделал сегодняшний аукцион. Даже увеличил цены на следующие картины. Гермиона в шоке, - парни одновременно глянули на девушку, говорящую заключительные слова благодарности. Казалось все мы немного застыли, следя за ней, пока кашель рядом стоящего покупателя не отвлек нас. - Скоро узнаем в хорошем или плохом, - тихо сказал я, но Уизли уже снова смотрел на меня с прищуром. - Твоя самодеятельность ей точно не по нраву, но эти все деньги во благо, так что в итоге смириться с этим, - они закончили с картинами, и Драко взял в руки свою, которая была уже запечатана. - Спасибо, Рон, - чётко произнес я каждую букву, - мне даже стало легче от твоих слов. Думаю в Шамони она совсем забудет об этом, так как там уже будет наседать моя дорогая матушка. - Ну нет! - взревел Уизли. - Только не говори, что из выставки ты собираешься всё превратить в цирк в угоду богатым? - Рон! - снова Гарри прикрикнул на него. - Объясни, что происходит, Малфой? Пришлось в двух словах поведать незатейливую историю об изменённых планах и встретить неодобрение со стороны двух гриффиндорцев. - А Гермиона знает? - О да, ей я первой сообщил. Как-никак это её детище. Я всего лишь помогаю. - Почему-то это выглядит немного по-другому, - Уизли явно был не в духе, и всё недовольство направлял на меня. Гости подходили и забирали свои картины, и зал вскоре опустел. - Драко, милый, - Пэнси прыгнула ко мне в объятия и меня окутал её плотный аромат персика и жасмина. - Ну ты и даёшь! Я, конечно, привыкла к такому, но не ожидала всё равно. Гермиона точно будет благодарна, но сначала как следует отругает. Так что готовься, - подмигнула мне подруга. - Я всегда готов, ты же знаешь, - Пэнси с Гарри попрощались с Грейнджер и со мной, и потянули за собой Уизли. Так мы и остались вдвоём. Тишина почти не грузила и оставляла простор для фантазии, что же последует за ней. - Драко, - неожиданно негромко начала Грейнджер. - Я не знаю, что сказать, - она спустилась со сцены со своими вещами и остановилась возле меня и картины, которая стояла у стены. - Годрик, я безмерно тебе благодарна за всё, но это слишком, - она смотрела прямо мне в глаза, в то время как я слегка понурив голову рассматривал свои туфли. Мне было неловко, что я поставил её в такое положение, но в ту же секунду решил, что хватит с меня этого. Я мужчина и это мой поступок, а то, что для неё это слишком, что ж. Пусть привыкает. Я готов сделать для неё слишком. - Грейнджер, я не хочу это слушать, я сделал то, что хотел. Хотел эту картину и получил. Разве тут я в чём-то виноват? Женщина оказалась напориста, не мог же я позволить ей забрать то, что уже практически моё. - Узнаю Малфоя, с которым когда-то была знакома. Это даже радует, - улыбнулась она и уже готова была идти к выходу. Хм, она думает, что всё знает обо мне? Посмотрим. - Не знал, что скучаешь, но раз так то, малышка, ты сегодня выглядишь очень сексуально, - убрал локон самым нежным образом за ухо и самым оценивающим взглядом прошёлся по её фигуре. С таким Драко-то она не была знакома, в Хогвартсе я не пробовал флиртовать с ней. Грейнджер тут же зарделась, прикусила губу и глубже задышала. Твою ж. Действительно сексуально. Если так пойдёт, то флиртовать ей даже не придётся, я итак буду думать о ней слишком часто. Тем более её запах, такой лёгкий и чистый как сам воздух уже проник в меня. Корица с лимоном, в сочетании с какой-то ягодой. Был бы ближе я бы точно могу сказать чем она пахнет, но до меня долетали лишь приятные отголоски. - Драко, что ты делаешь? - прошептала она, вырывая меня из мыслей, но в глазах полыхал огонек. Хороший знак. - Я тебе не малышка, мы же друзья, можно сказать. - Прости, перешёл границу, ты не всё про меня знаешь, всего лишь напоминаю. А насчёт моих слов, я всегда говорю правду. Тебе очень идёт, - слова про друзей стали такими новыми, что я даже не знал стоит ли комментировать этот момент и ждут ли от меня ответа, так что оставил их на потом. - Комплимент принимается, спасибо. Девушка направилась к выходу, а я подхватил картину и побрёл вслед за ней. Перед тем как выйти, Грейнджер пару раз взмахнула палочкой, и в залах моментально все пропало. - Неожиданно, я уже думал, что ты и магией то не пользуешься,- немного съехидничал я. - Смешно, я как-никак пока ещё ведьма. И весьма неплохая,- нашелся ответ у неё, и мы вместе уже шагали по тротуару. - Вообще все прошло даже слишком хорошо, деньги помогут приюту для животных, в который я периодически заглядываю. - Я так и думал, что это будет приют. Что ж, очень достойное вложение, и чтобы ты знала. Картина мне действительно понравилась. Хочу чтоб в комнате моей висела, - позже я подумал, что зря ей это сказал, но слова рядом с ней вылетали быстрее, чем я обдумывал их. Вечер закончился почти привычным способом, она аппарировала к себе домой, я к себе, при этом видя теплый взгляд шоколадных глаз. Он преследовал меня, когда я повесил картину с противоположной стороны кровати, так же как и образ самой девушки, чей силуэт я видел в доме. От лица Гермионы Выставка, которая сегодня прошла была действительно потрясающей. Работа была проделана не просто так, хоть и в итоге в голове крутился всего один образ. Драко Малфой. Имя, которое я могла произнести в конце того дня, и оно бы объяснило всё. И спокойствие от его поддержки и радость от того, что он оценил моё творчество. Шок от того, что он купил картину за огромную цену и тем самым поднял ставки на последующие. Благодарность и злость, что снова он помогает. Желание обнять его и тут же оттолкнуть, чтобы не интересоваться им так сильно. Такое чувство, что с каждым днём он проникает в мысли и под кожу всё сильнее. Так странно неожиданно почувствовать лёгкое прикосновение к своей руке и тут же испытать жгучее желание не одёргивать её, а лишь продолжать чувствовать. А запах апельсина, мускуса и хвои до сих пор оставался в легких, наполняя их и обжигая одновременно. Живоглот мурчал под боком, создавая приятную вибрацию, а мои мысли витали далеко от этой комнаты представляя то место, где мог бы жить Драко и где сейчас висит картина. Пока мозг рисовал его комнаты, глаза незаметно прикрылись, и я уснула.