Второй шанс

16.07.21. —ТЫ!!! —ТЫ!!! —Так ты ж сдох? —Так же как и ты! —Выметайся! —Не уж, Совочек! Пока не расскажешь, никуда я не уйду! —Иди на хуй, Рейх! —Это что ещё за лексика?!!—раздался голос папы за моей спиной. —РИ? Вы тоже живы?—прифигел фашист. —Я живее всех живых! Союз, думаю, я был прав на счёт подарка! —Нет, папа, эта собака—не подарок! —Что у те в записке было, Рейх?—спросил папа. —Вы откуда знаете про записку? У Вас тоже записка есть? —Да, у тебя был указан адрес моего сына? —Да. Мне стало интересно, что ж за подарок такой. И я решил поехать по адресу. —Узнал, кто здесь живёт? Вот теперь проваливай!—рявкнул я и попытался выкинуть Фрица из дома, но эта мелкая дрянь уворачивалась. —Союз! Прекрати! Давайте узнаем, что же за сила такая нас вернула. Проще будет если Рейх тоже будет участвовать в "расследовании",—папа сказал это и отвёл Рейха в кухню. Я в этом дому вообще не хозяин! Дворнягу эту в дом потащил! Мы говорили про это всё. Я пытался игнорировать колкости немца, чтобы не заматериться. Фашист рассказал про то, что у него болезнь исчезла, и он сам это чувствует. Я поверил, но всё-таки сказал, что не верю. Не буду же я себя показывать наивным простодушным дурачком? Рейх с папой легко общались, точнее как раньше. Я невольно вспомнил один из дней, когда Рейх опять сбежал из дома и остался у нас. —Может быть, вы помиритесь? —Ни за что! Из-за него мой сын умер! —Он жил у меня в достатке! А умер он из-за болезни! —Прекратите! Из-за одной ошибки грызётесь! —Эта ошибка много стоила! —Совок, я же осознал всю вину и дал себя застрелить! Но нет! Ты же у нас обижаться любишь! Иди и выноси мозги америкашке! —Иди в жопу, псина! —Так! Прекратите! И не надо никого оскорблять!—папа не на шутку разозлился,—Бегом заткнулись! Повисла тишина. Никто не хотел прерывать её первым. Я заметил, что немец сидит с каким-то странным взглядом. Это что? Грусть? Ему грустно? Серьёзно? —Кстати, что вы там про Америку говорили?—спросил папа, и я вспомнил, что я не упоминал ему про наши с ним отношения. —Да он постоянно на собраниях только и делали что собачились!—высказался Рейх. —А потом у нас была Холодная война,—сказал я, будто это нормально. —Всмысле? Вы же с ним ладили!—всполошился папа. —Раньше да, но после твоей смерти он меня возненавидел, а я не стал терпеть это. Тем более у нас идеология разная. Он даже хотел меня убить и возродить тебя. Думал, что если территории, идеология, правительство и т.п. будут как при тебе, то ты воскреснешь…—отец явно был недоволен. И я понимаю его. Он же дружил с ним. Да и я считал его членом нашей семьи. До последнего думал, что он либо брат моего отца, либо…кхем-кхем… любовник… Уж очень многое позволял себе США. —Российская империя, не расстраивайтесь. Этот поганец всего лишь дорожил Вами больше, чем Вашим сыном. Тем более, если Вы всё объяснили бы Америке про свой план передачи престола Союзу, то Америка, возможно, принял бы всё легче,—сказал Рейх с неестественной для него добротой. Хотя он раньше был таким. Никому не мог дать сдачи, пропускал через себя все оскорбления. Но зато был добрым. Изменился он из-за болезни. Думаю, мы сможем стать хотя бы друзьями. Болезнь исчезла, предать меня он повторно не сможет по нескольким причинам: он не может начать войну и в случае банального предательства останется один. Начну налаживать с ним отношения. Но только когда ОН станет пытаться это делать. Я сначала поломаюсь, потом сделаю ему отдолжение и буду с ним общаться, но с опаской и недоверием. Посмотрю, на сколько сильно он хочет помириться. *** Вот так поговорили ещё о политике. Без ссор. Но я всё равно показывал недовольство Рейхом, а он в свою очередь язвил, но опять-таки модно было уловить нотки грусти, которые он сразу же подавлял. Затем Рейх ушёл, и мы с папой остались одни. Говорили про семью. Строили догадки о личной жизни моих детей. Папа часто подкалывал меня тем, что в детстве(ещё и в отрочестве, когда нам с Рейхом было уже по 15-16 лет) мы с Рейхом могли заснуть в омнимку… Позор. *** Вечером папа уехал. И я остался один. Опять. End of POV СССР POV Третий Рейх Не ожидал я, конечно, что Совок жив, да ещё и Империя! Но я рад! Рад, что Империя жив! Он мне был как отец. Ну, ладно, признаюсь. Я рад, что и коммунига жив… Я же любил его. Хочется с ним помириться. Он меня простит. Я уверен. Он же не глупый и понимает, что я ему вреда не принесу больше. Да и я осознал ошибку. Идиотская болезнь. Взбрело в бошку править Союзом, предложил правительству, а они согласились. Опомнился лишь в 44-ом. Но решил продолжить, ведь понимал, что Союз так и так убьёт меня. Думаю, он тоже хочет помириться. Наверняка, он хочет этого. Я слишком хорошо его знаю. Но он никогда не сделает первый шаг. Да и ладно. Я буду первым! Пусть упрямится сколько влезет! Но он будет моим!.. То есть… моим ДРУГОМ!!! Да! Он будет моим другом! И не больше, чем другом. End of POV Третий Рейх