После фильма

Теперь быть твоим лучшим другом достаточно смешно Но, возможно, мой долг сегодня – предложить вино

      Сергея немного трясет. Он понимает, что сегодня его шанс. Сессия успешно закрыта, прохладный летний вечер располагает на отдых в хорошей компании. Компании Игоря Грома. Разумовский давно хотел и сильно стеснялся пригласить Игоря к себе в блок, не смотря на то, что они знакомы с первого курса и довольно неплохо общаются. Сережа объясняет свое волнение и неуверенность нелюдимостью. По крайней мере себе. Он думает, что Гром слишком крут для него и его «бессмысленных» посиделок. Игорю среди друзей Разумовского тесно, но так интересно. Он же наоборот чувствует себя лишним, особенно рядом с Олегом. Поэтому с энтузиазмом соглашается на предложение.       По совету Разумовского они выбирают «Гаттаку». Игорь поначалу думает, что это какой-то очередной высокий и сопливый фильм, вполне в духе Сережи, ценителя искусства и сложной философии. И возможно он его совершенно не поймет, но сейчас Игорю откровенно все равно что смотреть, главное — с кем. Не то что бы у Грома были какие-то интимные чувства к давнему знакомому, но его сегодняшнее настроение волне можно было бы описать как спертый влажный воздух перед грозой, и надежда, что тактильный голод не возьмет верх крайне мала.       Игорь с точностью мог сказать, что скучал по Сереже. Они не виделись уже прилично (потому что стеснялись оба), думали, что доставляют Олегу дискомфорт. Волков не скрывает того, что Гром ему кажется странным и, откровенно говоря, совсем ему не нравится, так что последнее время никто не решал испытывать судьбу. — Спасибо, что позвал меня, — негромко произносит Игорь и аккуратно садится на койку Разумовского. Они с Олегом жили вместе, в скромной комнате с двумя деревянными кроватями. Большая часть пространства была, как в обычном общежитии, заполнена тетрадями и мусором, но было заметно, что Сергей попытался немного убраться перед приходом гостя. Из беспорядка у него на столе была только пара банок от энергетиков и блокнот с карандашами. Гром обратил на это внимание, когда заходил в чужую комнату, и невольно улыбнулся, это показалось ему очень по-разумовски.       Ноутбук с фильмом уже стоит поодаль, на табурете, и ждет своего часа. Сережа мягко улыбается, неловко разминая рукава поношенной кофты: — Всегда пожалуйста, — он отводит взгляд с Игоря на ноутбук, — может чаю или кофе? — Нет, спасибо... у меня тут, если честно, с собой кое-что есть. Я правда не уверен, будешь ли ты такое...              Гром с кряхтением тянется к рюкзаку, который ранее небрежно кинул под кровать, и достает оттуда две бутылки вина, — Не знаю, какое ты предпочитаешь, поэтому взял красное и белое. Стипендия пока что позволяет, плюс, сегодня вроде как праздник, мы отмечаем зачеты, — Игорь аккуратно крутит в руках две стеклянные бутылки, рассматривая будто в первый раз. На обоих написано «полусладкое». Сергей ухмыляется, он такое не особо любит. — Давай с красного. — он притягивает Грому две кружки. Одна, судя по глупому принту с пацанской цитатой, принадлежит Олегу. Понятно, студенты люди не богатые, вряд ли кто-то держит у себя в общежитии сервиз. Сережа думает, что парню будет неприятно, поэтому решает оставить ее себе.       Игорь достает из кармана швейцарский нож и ловко вытаскивает им пробку. Разумовский внимательно наблюдает за ним с трясущимися в руках кружками. У Сергея тремор и Игорь знает об этом. Разумовский тщательно пытается скрыть свое волнение, но Гром все равно спрашивает позже, когда они уже выпьют за успешно сданную сессию, и мирно сидят на кровати, уткнувшись в экран.

Стрельба внутри экрана – «Круто!» говоришь

Я же рядом, а, значит, все другие – мудаки

— У тебя все еще трясутся руки, все нормально? — Да вроде... нет, стой, ты что, смотришь на меня? — Сергей растерянно поворачивается к Игорю. Естественно, тот заметил его неровное дыхание. — Мы с Олегом немного повздорили, и он ушел к своим друзьям с секции по борьбе. Я сказал ему, что хотел бы позвать тебя с нами отметить и посмотреть какой-нибудь фильм. Он вспылил и сказал, что у него тоже были планы. Звучало не очень правдоподобно, но мне кажется, он скоро вернётся и не в самом трезвом виде...       Окей, вот сейчас Разумовский натурально нервничает и пугает Игоря, но только своим состоянием. — Пожалуйста, не волнуйся, — Гром аккуратно поглаживает Сережу по плечу, чтобы попытаться его успокоить. — Мы разберемся, как только он придет, а пока можем спокойно посмотреть кино.       У Сережи забегали глаза. Он явно не ожидал прикосновений к себе и почему-то от этого было немного не хорошо, но явно не в плохом смысле. Фильм смотреть выходит не очень успешно, потому что парни еще как минимум полминуты неловко пялятся друг на друга, пока Игорь не нарушает тишину.

Надень это платье — белый цвет тебе идёт

Я знаю, ты знаешь, на что всё это тянет

— Помнишь, на первом курсе, когда проходило посвящение, ты был в той большой белой рубашке, она еще так смешно висела на тебе? — Да, ты подошел тогда, потому что решил, что я школьник и случайно забрел не туда, — Сергей отпускает взгляд и неловко смеется, — она все еще висит у меня в шкафу. — Надень ту рубашку, белый цвет тебе идет.       Это заявление прозвучало бы дико нагло, если бы не пол бутылки вина в Разумовском на голодный желудок. Игорь смотрит на него так мягко, как только позволяют его пышные брови и затуманенный взгляд. Сережа покорно встает и двигается в сторону шкафа. Он отворачивается к шкафу и снимает свою кофту, обнажая угловатую спину. Игорь делает вид, что заинтересованно смотрит в экран, чтобы не смущать парня. И с фильмом на паузе это чувствуется очень неловко. Сергей жмется к углу и шуршит тканью светлой рубахи, а потом вальяжно поворачивается к Грому и немного шатаясь, садится на место. Еще глоток вина, Разумовский включает фильм.       Игорю все еще глубоко пофиг, ему в голову вдарил алкоголь, и он упорно изучает приятеля замутненным взглядом. Сережа иногда вставляет свои комментарии, кино он смотрит не в первый раз. Не сразу замечая чужого взгляда, парень немного вздрагивает, когда Игорь легонько касается его кожи за ухом. — Тебе очень идет эта рубашка... хоть она и висит мешком, — Игорь невнятно хихикает в плечо Разумовского. — Спасибо? — Сергей пытается плавно выползти из-под внезапных объятий Грома. Ему, конечно, очень приятно, но нетрезвые люди нагоняют панику. — Игорь, извини, мне кажется, тебе не стоит больше пить. — Пожалуйста, — Гром нежно гладит Разумовского по волосам, — я хочу остаться еще немного...       На фоне глухо звучат голоса из прикрытого ноутбука, в ушах Сережи эхом отдается шум собственной крови и сбитого дыхания. Игорь Гром нежно убирает лишние рыжие пряди за ухо и, навалившись всем весом, влажно целует сережину шею. Разумовский тянется к пуговицам рубашки, от жара чужого тела становится тяжело дышать.       Дверь комнаты открывается со скрипом.

Ему отвечу прямо, что я с тобой не сплю

Надеюсь, всё будет, как было до момента

Как он своим неловким шагом внёс смуту в наш покой