важна не ты, а твоя важность.

Электричество пошло по телу, задевая органы и распространяясь по нервным частичкам со скоростью звука, принося дикую мучительную боль. Я с трудом выкашливала кровь, собравшуюся во рту после избиений в живот и грудь. Вкус железа уже был настолько привычен, что заменял слюну. Опустив голову, из уголка моих губ начала капать красная жидкость. Я была распята на железной стене, руки и ноги были прикованы и залиты твердым стальным закреплением, а позади спины был участок с иглами. Это было сильное снотворное, после которого многие не выходили из царства Морфея. Если бы мне захотелось прилечь к стене, я бы просто умерла от того, что заснула, а так мне приходилось выгибать спину, и я уже не чувствовала ее. Лицо было опухшим от синяков, под глазами яркие фингалы, конечностей я не чувствовала, а желудок с кишечником болели настолько сильно, что перед глазами летали звёздочки и текли слезы из глаз. По итогам, я просто ждала, когда меня отведут в другую комнату пыток и пока меня будут вести, я смогу отдохнуть и набраться сил. Как назло, пытки не кончались, и по телу снова прошел разряд тока. Я передернулась в конвульсии и из моего рта кровь закапала сильнее. На полу вырисовался какой-то узор, похожий на шестиконечную звезду. Изабель бы наверняка понравилось мое подобное творчество.

***

Дрожащей рукой набирая в поисковой строке "Новости ФБР", я пыталась найти код страницы второй. Поджав под себя ноги, мои волосы падали на лицо и мешались, но я не обращала внимания. Губы пересохли, горло болело, а глаза были красными от лопнувших капилляров. Я толком не сплю уже неделю, и мониторю новости, чтобы узнать, как обстоят дела с моими поисками. Все обострилось с недавних пор. Наушники крепко засели в ушах, проигрывая один и тот же плейлист уже сотый раз. Голова трещала по швам, хоть и было около трёх часов ночи. Наконец, я добралась до нужной мне статьи. "Найти живой или мертвой: Лисса Найто". Мой взор застыл на названии статьи, а тело свело судорогой так, что компьютер упал на кровать, а я даже не шелохнулась. Веки дергались, я не моргала и просто смотрела на название статьи. Боль в груди моментом превратилась в пытку. Сердце сжалось, а к горлу подкатил ком. Быстро вскочив, я побежала в ванную и меня стошнило. Слабо, ведь я почти не ем.. Я даже не могу вытошнить от голода. Все очень плохо, да?... Умывшись и закапав глаза каплями для расслабления, я вернулась в комнату и по привычке закрылась на замок. Сев на кровать, я прочитала статью через силу. Закусив губу до крови, взгляд бегал по строкам. Так сильно я уже давно не волновалась. "Таким образом, мы выяснили значительное количество новой информации, которая поможет расследованию, а именно - имя и фамилию преступницы, ее примерная внешность, и что самое главное - местоположение.." После последней строки я как будто остолбенела. Упав на подушку лицом, по моему лицу на этот раз не стекло ни одной слезинки. Я просто смотрела в стену несколько долгих минут, после чего поднялась и открыла свою любимую соцсеть, в которой проводила очень много времени. Напечатав на клавиатуре что-то со скоростью звука, я щёлкнула Enter, и появился пост. "Спасибо." На него моментально отреагировали тысячи людей, начали отвечать, лайкать, писать в комментариях вопросы. Я же быстро захлопнула крышку ноутбука и прислонила ко лбу. Он ещё был горячим. На улице темнота. В комнате Изабель громко играл метал, и кричал какой-то ребенок. Не обращая внимания на это, я прошептала что-то нечленораздельное и встала, отряхнувшись. Одевшись в свой стандартный наряд, я забрала компьютер и постучалась к Изабель. У той уже все стихло. — Можно войти, Изабель? — тихо спросила я. — Да-да, лисенок, заходи! Изабель, вся покрытая кровью от лица до низа живота, облизывала пальцы. В стороне валялись вывернутые кишки и кости. Видимо, ребенка больше не было. Кроме нижнего белья на ней ничего не было, а волосы спутались у концов. Изабель моментально повернулась ко мне и улыбнулась. — Хельга была вкусной. Мне очень понравилось. Что-то случилось? Никак не отреагировав, я просто молча подошла к ней и обняла. Сначала Изабель удивлённо стояла, но после обняла меня в ответ. Случайно сжав ее слишком сильно, я отстранилась и извинилась. Заглянув Изабель в глаза, я медленно приложила губы к ее щеке и поцеловала. На губах остался смутный вкус крови, и я, коротко улыбнувшись, вышла из комнаты. Изабель была в полнейшем шоке и крикнула вслед, догоняя меня. — Лися, ты куда? — Я прогуляюсь. Скоро вернусь. Похоже, у человека, как Иза, не возникло вопроса, почему я пошла гулять среди ночи. Она проводила меня, а я начала спускаться вниз. Оказавшись на воздухе, я вдохнула полную грудь и зашагала в непонятную сторону. Размеренно вытягивая ноги, я держала руки в карманах, пиная камешки и иногда останавливаясь посидеть на пеньках, смотря на ночное звёздное полотно. Такая красота, и я так редко видела ее... Всю жизнь будучи непримечательной, даже слишком странной девушкой, мне хотелось помочь всему миру одновременно. Найдя способы это делать, я полностью погрузилась в них, даже не подумав о последствиях. А когда подумала, было уже очень поздно. Назад пути не было, и я решилась продолжать помогать. Тяжёлое прошлое не оправдывает. Идя по пустой улице, у меня в голове пролетали обрывки ужасных событий, происходящих со мной за всю свою жизнь. Чего я только не пережила.. Хрипло засмеявшись, я быстро сглотнула слезы, и даже не заплакала. Слабая. Даже не могу заплакать. Бесчувственная. Какого это, быть проблемой для всех? Думаю, это надо спросить у меня. Убрав прядь волос за ухо, я вышла к какому то полю с холмиками. Небольшие курганчики появлялись на глазах там и тут, а недалеко водилось озерцо. Присев на корточки, я отложила компьютер, и начала двигать руками мокрую землю. Это требовало усилий. Спустя время, получилась приличная ямка. Туда идеально вмещался компьютер. Опустив его туда, я, жалобно погладив его, кивнула и засыпала его землёй. Получился ещё один, новый курганчик. Уходя из этого места, я помахала рукой пустоте. Настал конец моей двуличной, скрытной, и ненавистной самой себе жизни. Скоро вся правда откроется.

***

Из комнаты Изабель слышалось характерное сопение. Приложив ухо к двери и слушая его несколько минут, я встала, надела и запахнула пальто, на волосы нацепила черную кепку, обула ботинки и тихо вышла из дома. Быстро и очень аккуратно оглядываясь, я шла медленным шагом. Увидев какую-то экскурсионную компанию, я присоединилась к ним, убыстряя шаг. Вокруг стоял шум толпы. Резко, откуда ни возьмись, зазвучал сигнал тревоги. Надев ещё и капюшон, я пробивалась сквозь толпу, к безопасному экскурсоводу. Он куда-то исчез, и люди постепенно отошли от меня, оставив одну на участке. К затылку мне приставили холодное дуло пулемета. Не двигаясь, и просто опустив голову, я продолжала неподвижно стоять. Мне заломили руки, и резко прижали телом к асфальту. Холод осени с ней мы заменим весной.. Майский парк, на скамейках, сидим мы с тобой..

***

Девушка с длинными фиолетовыми волосами сидела на стуле, с распахнутыми глазами и сложенными руками на лбу. Смотря в одну точку, по ее лицу текли горькие слезы. Без единого всхлипа, Изабель смахивала ногтями слезинки, которые шли и шли. Под глазами были огромнейшие синяки, а кожа натянулась на костях. Изабель всегда была худой, а сейчас стала буквально скелетоподобной. Неустанно думая о Лиссе, даже во сне она продолжала думать о ней. Кошмары не покидали, и с каждым днём жить становилось все страшнее. Темнота больше не вызывала комфорта, а только беспокойство. Погладив себя по плечам, экзорцистка закачалась из стороны в сторону. Тем временем в доме, который был достаточно далеко от дома Изабель, происходили странные вещи. Парень, достаточно взрослого возраста но низкого роста, обнимал другого парня, и плакал. Плакал со всхлипами, а высокий просто гладил того по плечу и выглядел грустным. — Минори, прекрати уже плакать.. Мне нужно ехать.. Я обещаю, когда я вернусь, то разрешу тебе поплакать ещё. Я, конечно, понимаю, что ты потерял подругу, но я ничего не могу поделать, а вот Изабель нужно поддержать. — говорил Томока, продолжая гладить Минори. Психолог, тот, который пониже, отстранился, и кивнул, шмыгнув носом. — Ты прав, Томочка.. Изабель сейчас поддержка нужна больше, чем мне. Она буквально потеряла самое дорогое, что у нее есть. Поэтому езжай скорее, не оставляй ее одну, она может натворить всякого. — высказал Минори, постепенно успокаиваясь. Томока ещё раз оглядел Минори и хмыкнул. Достав из холодильника около двадцати пяти бутылок пива, он сложил их в пакеты, и настойчиво приказал своему парню не ходить никуда ночью. Наконец, попрощавшись, он сел за руль машины, и отправился к дому Изабель, его старой и очень хорошей подруге. Они уже давно дружили, так уж сложились обстоятельства. С тех пор, как Лиссу забрали ФБР, прошло около недели или двух. Ни слуху, ни духу о ней. Никто ничего не знал, ходили только слухи. А слухам ребята привыкли не верить, поэтому отказывались думать о том, что Лисса в ужасном положении, хоть и прекрасно это осознавали и понимали. Вряд ли она вернётся. Вот мысль, которая преследовала Томоку все это время. Успокаивая Минори, и одной рукой печатаю Изабель, что все наладится, он сам не знал, что думать. Свернув в самый последний район города, Томока сверился по геолокаци и вышел из машины. Забрав все необходимое с багажника, тот взглянул на небо и щелкнул ключами. Сразу после этого загремел гром. Быстро подойдя к подъезду, тот набрал номер квартиры. — Кто. — послышался убитый голос Изабель. — Это я. Томока. — закашлял рыжий парень. В ответ промолчали, и, стуча бутылками, Томока поднялся на нужный этаж, увидев открытую дверь. Сглотнув, он собрался и вошёл внутрь. Изабель, одетая по-домашнему в свой фиолетовый пеньюар и чулки, стояла у окна и смотрела на вид. Делая вид, что не слышит Томоку, она даже не обернулась. — Здравствуй. Я принес для нас кое-что. Думаю, это поможет и сделает лучше. Томока поставил на стол бутылки и слабо улыбнулся. Изабель наконец обернулась и посчитала бутылки взглядом, кивнув. — Этого хватит. Пройдя к двери, она закрыла ее на замки. Распустив волосы, они сели на стул. Изабель забралась с ногами, и сразу залпом выпила одну бутылку. Томока ахуевшим взглядом смотрел на Изабель, а чуть позже и сам выпил столько же. Посмотрев на Томоку, Изабель долго молчала, а позже просто не выдержала и заплакала. Рыдая так ужасно, как может, она выкладывала что-то про Лиссу, что-то что она знает о ней, и что могло произойти. Свои переживания, то, что на душе - все вылилось в этом разговоре, хотя, это скорее был монолог. Томока просто открывал и пил бутылку за бутылкой, слушая Изабель и не смея перебить ее. Слезы постепенно высыхали, и факты становились все суше и суше. Спустя несколько часов, вытрясывая капли из последних бутылок, Изабель грустно улыбнулась. — Она же даже не зашла попрощаться. Она не вернётся. Никогда. — выпалила Изабель то, что боялась признать все это время. На этот раз не имея сил заплакать, девушка просто пристально смотрела на Томоку. Тот же спокойно сидел, немного раздвинув ноги на стуле, с пустой бутылкой в руке. Она быстро оказалась на полу, и была открыта другая, последняя. Изабель расстроилась, что она не досталась ей. Перед глазами плыло, и она медленно встала. Ее пеньюар немного соскользнул с плеча, оголив его, и шатаясь, экзорцистка подошла к Томоке. — Бутылку.. отдай.. блять... — слабовато прошипела девушка. Не справившись с равновесием, она снова зашаталась и упала прямо на колени Томоки. Тот, на удивление, сориентировался и поймал ее, но не отпихивал. Изабель сидела на коленях у Томоки. Тот даже бутылку на стол поставил. Пока что его ничего не смущало, и красный цвет щек от алкоголя не становился ярче. Изабель очень долго смотрела в глаза Томоки. Потом в ее голове что-то вспыхнуло. Сглотнув, и закусив губу, девушка опустила взгляд на приоткрытые сухие губы Томоки. Бегая глазами то туда, то сюда, Изабель медленно привстала и остановила свое лицо в нескольких сантиметрах от лица Томоки. Тот не выглядел удивлённым, но пьяно ухмыльнулся. — Ты уверена? — спросил он только это вполголоса. Изабель то ли кивнула, то ли никак не отреагировала, но через какую-то секунду губы Томоки и Изабель слились в поцелуе, а руки Томоки сами опустились на бёдра девушки. На улице грянул раскат грома и блеснула молния. Приоткрыв глаза, Томока поднялся со стула с Изабель в руках. Поцелуи становились все жёстче и жёстче, полностью описывающие их характеры, а возбуждение все росло и росло. Никакой нежности. На улице пошел ливень, сильный настолько, что весь свет в доме отрубился, даже маленькая мигающая лампочка. В полной темноте слышались громкие стоны наслаждения, как мужские, так и женские. Через шум дождя и грозы, скрип кровати и запотевшее окно ничего не было слышно и видно. Зазвонил телефон Томоки. Сначала старательно игнорируя его, но после не выдержав, Томока нажал на отклонение звонка, даже не удосужившись посмотреть, кто именно звонит. Продолжив заниматься любовью, Томока и Изабель не обращали внимания ни на что более.

***

— Из-за сильной грозы многие дома лишились электричества, особенно на окраине города... По прогнозам, гроза продлится всю ночь.. А теперь перейдем к другим новостям... Минори волнительно смотрел новости по телевизору и вязал Томоке шарф на зиму. Поглядывая в окно, у него закрадывались смутные предположения, почему Томока то не берет, а то и вовсе отклоняет его звонки. Отпуская Томоку с алкоголем с Изабель в таком состоянии, он должен был это предугадать, и он догадывался обо всем. Ему было очень больно, но он понимал, что эта разрядка очень была бы нужна Изабель, а из людей, которым она доверяет, кроме Томоки особо никого не было. Минори расстроенно продолжил вязать шарф, думая о Лиссе, Томоке и Изабель.

***

Светило солнце, пели птицы, и ветер немного развевал шторы спальни Изабель. Томока зажмурился и приоткрыл глаза. Моргая какое то время и не понимая, где он, и почему лежит в какой-то кровати с голым торсом, он повернул голову вправо. Там лежала Изабель, которая все ещё спала. Томока настолько ахуел, что даже решился посмотреть под одеяло Изабель. Увидев все, что можно, тот, бледный как труп, молнией оделся и забрав вещи, ушел из дома. Гуляя неизвестно где, он наконец-то вернулся домой к Минори, который уже его ждал. — Томочка, как ты? Все хорошо? Ты в порядке? — обеспокоенно смотрел на Томоку Минори. Рыжеволосый же просто молчал какое-то время, а после сказал: — Прости, Минори. Быстро удалившись в комнату и закрывшись, он оставил Минори одного. Фиолетоволосый слабо улыбнулся и кивнул. Он прекрасно понимал, что и между кем произошло в эту грозовую ночь. Продолжив заниматься домашними делами, со временем он почувствовал взгляд у себя на спине. — Нальешь чая? — аккуратно попросил Томока, присев на стул. Минори с удовольствием налил чай себе и Томоке, сев рядом и взяв того за руку. — Томока, мне нужно кое-что у тебя спросить. Тот закашлял и кивнул. — У вас с Изабель было что-то сегодня ночью? — улыбнулся Минори. Томока опустил голову и молчал. Молча так какой-то промежуток времени, он очень погрубевшим голосом сказал: — Да. Минори лишь кивнул. Обняв Томоку, тот погладил бы его по волосам. — Не вини себя. Это нужно было вам обоим. Разрядить обстоятельства и расслабиться. Томока очень удивлённо смотрел на Минори и не мог ничего сказать. Даже не обнимая в ответ, рыжий парень смотрел в одну точку, думая о своем ужасном поступке и о том, что он натворил.

***

Прошло уже много времени с того момента, как Изабель и Томока перестали контактировать. В один из скучающих вечеров Томоке пришло сообщение от знакомого номера. — Привет. Это Изабель. И мне нужна твоя помощь.