Отец

Шагну навстречу, я робею, И вслух я вопрошать не смею, К чему ты холоден и резок, К чему винишь меня в довесок? Я снова плачу и смеюсь, О стену между нами бьюсь, А ты ее все укрепляешь, К себе меня не подпускаешь. И я кричу, я забиваюсь, Добиться ласки так стараюсь, Но твой все дальше силуэт, В моей душе - лишь темный след. Я берегу воспоминанья, Когда от твоего вниманья, Мне было мягко и приятно, Увы, их не вернуть обратно. Вдруг в кровь разбиты кулаки, Но стены, как всегда, крепки. Я ухожу, я отстраняюсь, Но я тебя понять пытаюсь. Быть может, тоже ты тонул, Когда вслед за отцом нырнул, Быть может, ты еще не всплыл, И как быть "папой" позабыл? Но я слаба, я в том не каюсь, Хоть стать сильнее так стараюсь. Ту стену не смогу разрушить И обвиненья эти слушать. Но я узнала себе цену, Пусть сердцем чувствую измену, Ты видишь лишь мою вину, И я стенаю, я тону. Раз так, то смысл мне стараться? Зачем вслед за тобою рваться? Зачем пытаться мне понять, Что и тебе пришлось страдать? Быть может, лучше мне уйти, Всю боль оставив позади? Быть может, лучше притворяться И даже не пересекаться? Но плачу я от этой мысли, Мы оба-два в себе зависли, Не можем мы понять друг друга, И чья же все это заслуга? Я так устала плакать, боги, О том, что разные дороги, О том, что не сумел отец, Меня увидеть, наконец.