Кленовый лист и трава наку.

Тихий вечер. Ничто не предвещало беды. Даже слабый ветерок нашёптывал лишь предстоящее ночное спокойствие, скрывая новости о надвигающихся серых тучах. Двое парней проходили в самой чаще леса. Было довольно темно, ведь листва деревьев практически полностью перекрывала небо, не оставляя заходящему солнцу и шанса огреть спрятанную за столь густым препятствием землю. Между скитальцами была всегда непринуждённая атмосфера. И не важно, находились они в тишине, как сейчас, или весело болтали. Вернее, болтал в основном блондин, а Казуха любил вставить свои, иногда, заумные и философские высказывания, а то и вовсе внезапно зачитать хайку, чем сильно поражал Томо. Такой загадочный. Но это не отпугивало, а скорее только больше манило разобраться в этом на вид столь невинном и тёплом мальце. – Дождь?.. – внезапно подал голос беловласый, выставляя ладонь вперёд, стараясь уловить падающую где-то высоко с листвы жидкость. – Чт.. Но ведь ты говорил, что сегодня всё спокойно! – Воскликнул мужчина, опасливо бегая глазами по сторонам. Маленькие капельки действительно начали просачиваться сквозь всю гущу деревьев. Одна из таких капелек влаги оказалась на лице ронина, далее, скатываясь, оставила после себя прохладный след, падая с подбородка куда-то на одежду. Он совсем не понимал : почему вдруг начался дождь? Ведь голос ветра молчал об этом бедствии. Или же слух Каэдэхары внезапно стал ступливаться, улавливая не все слова? – Пойдём дальше. Нам нужно поскорее найти крышу и переждать напасть. – Проходя вперёд, ответил юноша, глазами обводя территорию. Поодаль от него находился небольшой заброшенный храм. Не самое лучшее место, но в данный момент альтернативы получше не находилось. Рядом со зданием было множество кустиков лиловых гортензий. Цветочки, напоминающие своим видом множество маленьких бабочек, слабо порхающих изящными тонкими крылышками, собирались в кучки, словно устраивая согревающие объятия, пытаясь избежать холода дождя. Эти цветы означали искренность и надежду. Говоря об этих качествах, на ум приходит лишь один человек, что сейчас быстро вбежал на порог храма, скрываясь за небольшим навесом, уже слегка промокший, но оттого не менее бодрый. Казалось, нежданная беда в виде промокший одежды его совсем не волновала. – Может, стоит помолиться? Храм всё-таки.. – Неуверенно пробубнил Томо, оглядываясь на завороженного кустами цветов друга. – Да, конечно. – входя в помещение вслед за собеседником, бросил парень, садясь неподалёку от алтаря, где уже удобно устроился предложивший затею, с закрытыми глазами, склонивший голову и с таким расслабленным лицом. Слегка намокшие пряди желтоватых волос спадали на лицо, отчего тот легко хмурился, чувствуя прохладу и даже еле заметные капельки, стекающие от чёлки к носу, после чего устремлявшиеся вниз, на холодный деревянный пол, постепенно образуя совсем крохотную лужицу. Наскоро произнеся молитву, пожелав у Бога всего-то помощи в противостоянии сёгуну Райден и здоровья, Казуха приоткрыл глаза, смотря на Томо. «Интересно.. Чего желает он?» – промелькнула мысль в голове красноглазого. И правда, что может хотеть этот неоднозначный человек? Никогда не было понятно, о чём он думает и что собирается сделать. Шёл на поводу у своих желаний, почти не раздумывая о последствиях. Глупая смелость и безрассудство. Вот чем он отличался от прочих. – Хах.. Знаешь, молиться в храме, возведённом в честь Бога, против которого мы ведём войну - это довольно странно. – Внезапно сделал заключение блондин, наконец переводя взгляд на ронина, который явно не ожидал столь резкого высказывания. – Ох.. Этот храм.. У него ведь, по сути, нет покровителя. Каждый путник приходит в него и молится тому, в кого верит. Кто-то отдаёт предпочтение своему правителю - Баал, а кто-то, например, чужеземцы, предпочтёт молиться другому Архонту. – Задумчиво опровергнул вышеуказанный факт юноша, поглядывая на алтарь. На нём и вправду не было ничего, указывающего какому именно божеству тот принадлежит. – О! То есть, я могу хоть придумать себе Бога и молиться ему?! – Воодушевлённо, с неимоверно детским любопытством уточнил мужчина. Не успел Казуха ответить, как где-то снаружи сверкнула молния, отдающаяся яркой вспышкой и резким громом. –.. Баал это явно не понравилось, хах. – усмехаясь, прокомментировал беловласый, оставляя предыдущий вопрос собеседника без ответа. – Вот же собственница.. – Словно обиженно произнёс Томо, слегка хмурясь. Его поведение и впрямь иногда походило на ребёнка. Эта наигранная злость.. Так мило. «Мило..» – Поймал себя на мысли Каэдэхара. Можно ли считать своего друга милым? Вполне. Но.. Это не то. Он не просто милый. Обаятельный. Тёплый. Такой лучезарный и яркий. Словно солнце, спустившееся с небес и дарующее свой свет лишь для него - Казухи. Как эгоистично. Но так желанно. Хотелось, чтобы всё и впрямь оказалось так. Хотелось, чтобы Томо был таким лишь для ронина. В груди что-то вдруг неприятно обожгло. Слабая тяжесть вдруг сдавила лёгкие. Дыхание стало чуть сбиваться. – Мм.. Тут пыльно, лучше выйду подышу. – Не выдержав накапливающихся мук бросил юноша, уже направляясь к массивным дверям. На улице всё также лил дождь, но сейчас он совсем не волновал. Боль. Слабая. Но ощутимая настолько, что волнение прокрадывалось в сознание Каэдэхары, добавляя ко всем тем неприятным чувствам ещё и холод страха за своё состояние. Внезапно, это чувство и вовсе начинало перехватывать дыхание. Словно что-то застряло в горле. Пытаясь откашляться, парень всё более явно стал ощущать инородный предмет в себе, что так не желал выбираться наружу. Наконец, на руки Казухе упала веточка.. Травы наку? Фиолетово-синяя. С небольшими капельками алой крови. Маленькая. И это она вызвала такие мучения? «Трава наку.. Это любимое растение Томо.» – Пришло наконец осознание. Он болен. Он влюбился в своего друга и до жути боялся признаться, даже самому себе в собственных чувствах. И теперь он страдает от ханахаки, что с этого момента будет медленно его убивать до тех пор, пока он не решиться излить свои накопленные чувства объекту обожания. «Фиолетовый.. Цвет его задорных глаз, что бесстрашно смотрят вперёд, позитивно рассуждая о счастливом будущем.» – Выкидывая отродье собственного тела, думал ронин, любивший заглянуть в те так полюбившиеся сердцу лиловые глаза.

***

Тихое помещение, в котором раздаются только лишь глухие звуки удара деревянных дощечек об игровую поверхность. Никто не смеет и слова проронить. Слишком увлечены игрой и слежением за каждой мелкой деталью мимики, что могла с потрохами выдать следующий ход противника. Отвлекаясь от доски, взгляд рубиновых глаз устремился к лицу напротив, что именно сейчас было крайне сосредоточенным. Редко можно встретить серьёзного Томо. Обычно на его губах играет лёгкая полуулыбка, а глаза чуть сужены, выражая его искреннюю доброту. Но сейчас.. Лиловые зрачки были устремлены лишь перед собой. Мужчина обдумывал свой следующий ход, который, вероятно, мог переломить всю игру и подарить лёгкую победу. И он действительно нашёл лазейку, совершая неожиданный мат. Казуха загнан в угол, ему некуда деваться. Фиолетовые глаза пестрили ярче обычного. Победная ухмылка появилась на вновь таком же привычном весёлом лице. – Что бы пожелать.. – Задумчиво протянул тот, отводя взгляд в раздумьях. Игра была не просто ради забавы, а на желание. Проигравший выполняет любую волю победителя. От принести стакан воды, до, скажем.. – На ужин переоденься в барышню. – Улыбаясь ещё шире, наконец пожелал Томо, с вызовом смотря на шокированного собеседника. – Аа.. Мне? Переодеться.. В девушку? – Переспросил ронин. Уж что-что, а такого он совсем не ждал. Конечно, шутки друга порой бывали несколько странными, но чтоб настолько. – Именно. Хочу увидеть тебя накрашенного и в женском кимоно. И не просто увидеть, но и сводить в ресторан, похвастаться спутницей. – подтвердил свои слова блондин, предаваясь фантазиям о предстоящем развлечении. Как же на него только будут смотреть окружающие.. С завистью, точно с огромной завистью! –.. Хах, а ты не перестаёшь меня удивлять, Томо. – Усмехнувшись, всё же принял вызов Каэдэхара, раздумывая о своём перевоплощении. Похоже, придётся просить помощи у Аяки, ведь где ещё ему удастся найти для себя одежду, так ещё и накраситься самому.. Нет, для юноши это была непосильная задача.

***

И вот наконец наступило время встречи. Казуха был полностью готов. Нарядное обличие чёрного цвета с цепляющим взгляд украшением в виде множества узоров алого клёна, красная заколка в виде изящного одинокого цветка в распущенных волосах из дорогих камней, переливающихся на свету небольшим багряным сиянием и, в дополнение ко всему образу, светло-зелёный веер, напоминающий обычный древесный лист в сложенном состоянии. Ронин действительно постарался выглядеть эффектно, чтобы его «заказчик» остался не просто доволен, а восхищён его неимоверной красой. Сражён наповал дурманящим ароматом духов с нежным запахом душистой весны. – К-Казуха?.. – Чуть заикаясь и даже не сразу признав в прелестной даме своего друга, на всякий случай спросил мужчина. К слову, лицо его было прикрыто обыкновенной маской, продающейся где-то неподалёку на площади. Да уж, отлично постарался с маскировкой, ничуть не хуже нарядного самурая. – Зови меня леди Казуха. – Сверкнув рубиновыми глазами, что сейчас были особенно завораживающе подчёркнуты лёгким макияжем с аккуратными стрелками, произнёс юноша, беря под руку своего спутника. Как-никак, у дам с их кавалерами так было принято. Меньше расстояния - больше прикосновений их тел со сплетёнными воедино влюблёнными душами. – Ахах, как скажешь, прекрасная миледи. – Подмигивая и чуть посмеиваясь ответил Томо, проводя «девушку» внутрь ресторана «Ую». Не особо богатое, но при этом в меру роскошное и чарующее убранство приветствовало пару, открывая вид на множество столиков, живописных картин на стенах и на множество подчёркивающих общий стиль интерьера декораций. – Где предпочтёшь сесть? – Послышался вопрос практически у самого уха, что опаляло жаркое дыхание, заставляя постепенно краснеть от близости. – Подальше от любопытных глаз. – Ответил Каэдэхара, пройдя вглубь зала, ощущая на себе толпы оценивающих взглядов. Противно, когда на тебя смотрят, словно на товар, проверяя качество внешнего вида. А ещё противнее то, что этот взгляд был не от Томо. Если бы тело юноши осматривал именно он.. Ронин бы не стал сопротивляться. Лишь смущённо поглядывал в ответ, наблюдая за скользящими фиолетовыми зрачками, встречаясь иногда взглядами, отчего по телу могли проходить фантомные разряды тока, отдающиеся парханием бабочек в животе. Вот так приятно было бы ощутить его внимание. Но ведь его друг никогда не станет так смотреть. Когда парочка удобно уселась за столиком где-то в задней части заведения, скрываемые небольшими декоративными растениями, они могли чуть расслабиться. Сделав заказ, стали ожидать своих блюд, раздумывая о чём же поговорить. Кажется, впечатляющий вид юноши всё же оставил его спутника без слов. – И всё-таки, ты хорошо постарался над образом. Выглядишь.. Супер! – Восхищённо похвалил Томо, начиная очередной непринуждённый разговор. – Я девушка, не забывай. – Улавливая странный взгляд проходящей мимо официантки в момент неудачной фразы друга, подметил Казуха. – Да, точно.. Извини.. – Сразу же его взгляд стал невероятно жалобным и сожалеющим, словно мужчина натворил что-то и впрямь непростительное. Ну и как на такое чудо вообще можно обижаться?

***

Спустя, буквально, считанные минуты на столе уже красовались аппетитные блюда, источающие соблазнительный аромат, за которым также следовал манящий пар, а рядом с угощениями красовалась бутылка саке. Так, для большего наслаждения трапезой. Смотря на то, как Томо с нескрываемым удовольствием уплетает свою часть заказа, Каэдэхара вновь почувствовал то болезненное сжатие в груди. На этот раз боль была чуть более сильной. Чуть скривившись, парень мигом ринулся к еде, подумав, что та сможет хоть как-то облегчить его страдания. Но нет. Боль усиливалась, постепенно перемещаясь всё ближе и ближе к горлу, от самого дна лёгких. Прямо как в тот раз. Ощутив, что очередной сюрприз ханахаки вот-вот покинет его тело, сопровождаясь кашлем, беловласый мигом налил себе саке и залпом выпил, чувствуя, как лепесток травы наку отправляется в желудок с явным металлическим привкусом крови. На сей раз ему удалось скрыть своё состояние, отделавшись лишь обеспокоенным «Всё в порядке?» от Томо, после слабых покашливаний со стороны Казухи.

***

Скромный шелест травы, что безмолвно играет свою личную мелодию день ото дня, гоняемый ветрами. Грациозно опадающие листья всеразличных цветов. Спокойная, солнечная погода дарила ощущение удовлетворения. Это явно хороший день. День отдыха. Двое скитальцев остановились, наслаждаясь прекрасными видами степных просторов. В таких местах чувствуешь себя лишь песчинкой, смотря на бескрайние территории, уплывающие далеко за горизонт, словно ускользающие от нежеланных взглядов. Присев на мягкую траву, Томо вытащил изо рта небольшую соломинку, выманивая ею маленького котёнка из собственной одежды. Тот, неторопливо, как бы готовясь к атаке, выглянул из под одеяния, осторожно покидая свой своеобразный дом. Оказавшись на коленях мужчины, Тама, так звали кота, привстал на задние лапки, играя передними с предложенным колоском. Блондин же на сие действия лишь тихо посмеивался, поддразнивая питомца тем, что то и дело отводил игрушку чуть дальше, заставляя зверька прыгать к вызвавшему интерес предмету, либо же вертеться на месте, стараясь уловить вертящуюся веточку. За всем этим зрелищем тем временем наблюдал ронин, оставаясь чуть поодаль, словно боясь отвлечь этих двоих от игры. Он был лишь зрителем, что никак и ни на что не мог повлиять. Просто смотрел, с лёгкой грустью улыбаясь от понимания того, что, вероятно, в скором времени не сможет наблюдать за такими сценками, ведь.. Ханахаки убивает довольно быстро. Чем дольше медлишь с признанием - тем тебе больнее. Хуже. И тем его проявление сильнее. Были уже веточка, лепестки.. Остался разве что лишь сам цветок, а после уже можно собрать полноценную траву наку. Интересно, выдержит ли Каэдэхара, если она целиком выйдет из него? На самом деле, думать о таком было очень и очень страшно. А ощущать... И снова боль. Которая стала уж совсем еле терпимой. Отводя взгляд и присаживаясь, парень стал глубоко дышать, стараясь унять очередной приступ. Но, конечно же, это не поможет. Ничто, кроме как заветные слова «Я тебя люблю» не спасут его из такого плачевного состояния. – Эй.. Эй, Казуха, что с тобой? – Всё же заметив болезненное выражение лица друга спросил мужчина, прекращая играться с котиком и подходя ближе к Каэдэхаре. – Всё хорКХ.. – Внезапно тот давится, даже не договаривая своей короткой фразы, отхаркивает в ладони кровь. – О нет.. – Различая в алой жидкости листья травы наку, Томо вдруг осознаёт, чем же болен беловласый. – Ханахаки.. Так ведь? – С грустью и сожалением спросил блондин. Хоть и слышать ответ совсем не хотелось. Да и возможности не было. Ронин лишь кивнул, не в силах заставить себя что-либо ещё произнести, продолжая иногда откашливать части цветка. – Кто... Кто твой избранник? – Хоть он знал, что ответа не последует, собеседник продолжил говорить. – Ты должен признаться. Ради своей же собственной жизни. Разве... Разве умереть будет проще? – Голос начинает дрожать. – Баал отняла у меня родных. Ты - единственный, кто сейчас у меня есть. Ты мне по-настоящему дорог, Казуха. Слышишь? – Лишь тихие всхлипы последовали со стороны названного. Он не мог сказать. Даже не из-за сложившейся в данный момент ситуации. Он просто-напросто не мог признаться. Казалось, вот он. Его возлюбленный. Просто скажи о любви. Вы ведь столько вместе пережили. Даже если чувства не взаимны, он не бросит! Но страх от подобных попыток успокоения себя же никуда не девался. Становилось лишь стыдно от собственной неспособности взять себя в руки. Сейчас не только он страдает.. В глазах Томо также скапливается жидкость. Столько переживаний и горя.. Но даже это не помогает юноше решиться сказать о чувствах. Он умрёт и кажется даже смирился с этим. Осталось лишь успокоить своего дорогого друга. Как бы хотелось, чтобы «друг» превратился в «партнёр»..

***

Тёплые объятия согревали. Появлялось чувство защищённости и спокойствия. Тело расслаблялось, словно плавясь от чужих прикосновений. Так было всегда, но не сейчас. Сейчас объятия ощущались болезненно. Это лишь дружеский жест и не более. А мечтая об этом «более», ронин сам же делал себе больнее. – Ты решил не признаваться?.. – Раздался обеспокоенный голос, вновь прямо рядом с ухом. И вновь это горячее дыхание. Невыносимо. То теперь реакция совсем иная. Парень поник ещё больше. – Я слышал, что если чувства будут отвергнуты - больной моментально умрёт. – Соврал Каэдэхара, стараясь всеми силами сохранить свой маленький секрет. – Я точно знаю, что мои безответны. Лучше уж я проживу чуть дольше мучаясь, чем слишком быстро.. Не успев попрощаться с тобой. – Практически шепотом добавил самурай, прикрывая глаза. Как больно было это говорить. Как больно врать. И как больно осознавать, что иного пути нет. Вернее, смелости на выполнение того «иного пути» нет.

***

– На самом деле.. Я бы очень хотел, чтобы ты всё-таки попробовал... Хочу успеть увидеть твоё выздоровление до того, как вызову на дуэ.. – Осёкся Томо. Он сейчас хотел сказать о своём намерении сразиться с самой сёгун Райден? Это должно было быть тайной, но.. Сильное волнение о друге заставило позабыть обо всём, затмевая «ненужные» мысли, оставляя лишь заботу о Казухе. – Дуэль? – Поднимая взгляд рубиновых глаз к фиолетовым глазам собеседника, тот ждал ответа. – Дуэль с Баал. Любой, кто победит её, будет волен избрать новые идеалы правления Инадзумой.. Точнее, сёгун просто смириться с поражением, награждая выигравшего тем, что будет следовать его наставлениям. – Пояснил мужчина, погрузившийся в идею наконец-таки свергнуть тиранию Электро Архонта, восстановив спокойствие на всей территории страны. Покончив эту бессмысленную борьбу идеалов свободы против идеалов вечности. – Томо.. Она.. Она Архонт.. Ты правда думаешь.. – Не успев закончить мысль, юноша был перебит. – Я выиграю любой ценой. Если же нет.. Моя жертва положил начало для других. Придаст уверенности сопротивлению. И может даже пошатнёт уверенность Баал! – Он был слишком самонадеян. Слишком смел, до глупости и слишком безрассуден.

***

Тихое утро. Слишком тихое. Даже ранние пташки сейчас не пели, бесцеремонно заставляя проснуться, ведь исполнителям нужны слушатели. Ветер дул слишком слабо. Незаметно касался кожи, словно притаился. Это.. Словно затишье перед бурей. Поднявшись с небольшой импровизированной кровати, Казуха не обнаружил рядом Томо. Быстро оглядевшись в округе, беловласый заметил рядом с собой письмо. Этот неряшливый почерк мог принадлежать лишь ему.. «Прошу тебя. Прислушайся наконец к моему совету. Признайся. Выплесни наконец все свои чувства. Жизнь ведь даётся один раз. Значит и жить нужно на полную. Делая всё, что только на ум взбредёт. Хочешь отправиться в путешествие по всему Тейвату? Дерзай! Хочешь сделать необдуманную покупку? Вперёд, красивая вещица всегда будет радовать глаз! И наконец... Если любишь кого-то всем сердцем, то просто скажи. Не важно, что тебе ответят. Держать в себе чувства - означает их подавлять. Ты, наверняка, и сам знаешь, до чего доходит подавление чувств.. В общем. Признавайся поскорее и жди меня с вестью о победе над Баал. Нужно будет хорошенько это отпраздновать, так что, готовься!» – таков был текст на бумаге. На сей раз больно стало слишком быстро. Ронин не успел и подумать, как выкашлял.. Окровавленную траву наку. Целиком. И из-за неё письмо начало пропитаться той же алой жидкостью. Подхваченный беспокойством, Каэдэхара побежал в город. Ещё был шанс остановить этого глупца.

***

У главных ворот в Инадзуму он его и окликнул, отводя чуть дальше. Томо явно жалел об оставленной записке, ошарашенный резким появлением запыхавшегося беловласого, что всё твердил о том, какой же тот безрассудный. – Эй, что здесь происходит?! – Прямо к паре направлялся один из городских стражей - бакафу. Чувства были быстрее мыслей. Поддавшись искушению, юноша прильнул к столь желанным губам, вовлекая в страстный поцелуй. Мужчина никак не отвечал, ещё более шокированный поведением друга. Хотя, друга ли, после таких-то действий? – Чт.. Прочь отсюда! Что за сброд.. – Выругался стражник, разъярённый такими отвратными действиями прямиком рядом с главнейшим городом. Отстранившись, самурай схватил Томо за рукав, ничего не говоря, и повёл в противоположном от Инадзумы направлении, при этом слабо ухмыляясь. Он действительно сделал это. То, чего хотел так давно. Этот поцелуй.. Так сладок и невинен. Но он искушает на ещё больше поступки. – Что.. Это такое, Казуха? – Наконец подал голос блондин, когда пара остановилась на приличном расстоянии от ворот. – Я люблю тебя. Эти слова ты хотел, чтобы я сказал избраннику? Я сказал. Ты.. Я не могу без тебя. Как только я понял, что ты всё же направился на дуэль.. Внутри меня всё вспыхнуло. Я так боялся. Если бы я не успел.. То совершил бы самоубийство прямо рядом с твоим телом, в знак своей любви и преданности. Ты - это всё, что мне нужно для счастья. Прошу, не совершай больше таких глупостей. – Далее за всей этой тирадой о любви последовали крепкие объятия. На самом деле, это было вовсе не с целью почувствовать чужое тепло. Казуха боялся, что Томо просто уйдёт, услышав правду. Разочаруется, мол, как же так? Однако, юноша почувствовал ответные объятия, неимоверно крепкие, но при этом до жути нежные и тёплые. – Это взаимно. Я люблю тебя, Казуха. Вся та боль внутри вдруг начала отступать. Тяжесть в груди сменилась лёгкостью и жаром. Тем самым теплом невинной, чистой любви. Последние лепестки травы наку растворились, оставляя после себя лишь лёгкое тепло. Тепло, означающее искреннее счастье и страстную влюблённость.