Признание в любви или как утки могут все испортить

Когда на жизнь отведена вечность, время идёт совсем по-другому. Можно сказать, оно и не идёт вовсе. Время не делится на привычные для людей отрезки: часы, дни, недели. Оно просто существует где-то в пространстве, как воздух. Согласитесь, никто не волнуется и не думает о воздухе. Он просто существует, как естественная часть жизни. Так воспринимают время и Азирафаэль с Кроули. Для них шесть тысяч лет — мельчайшая частица целой вечности. Думаете, если они живут с начала времен, они набрались невероятной мудрости? Абсолютно нет! Они, можно сказать, только начали свою жизнь. Возможно поэтому, Азирафаэль не знал какую бабочку надеть перед встречей с Кроули и капризно вертелся перед зеркалом. — Как-то всё однообразно, — шептал он, поправляя очередную клетчатую бабочку, — мне нужно что-нибудь новое. И почему он так волновался перед встречей со своими «старым другом»? Он не хотел отвечать себе на этот вопрос. Просто хочется поменять бабочку. Что в этом такого? — Нужно немного цвета, — сказал он сам себе и наколдовал клетчатую бабочку с добавлением нежно-голубых линий. — Превосходно! — обрадовался он и пошел ставить чай. Кроули принес его любимые шоколадные бисквиты, и Азирафаэль просто светился от счастья. В прямом смысле этого слова — его белые кудри рассеивали свет от люстры. И пока ангел хлопотал над чаем, его друг возился с растениями. — Они выглядят превосходно! — зайдя в гостиную, сказал довольный демон и упал на диван перед Азирафаэлем. — Хорошо. — улыбнулся тот, кинув взгляд на вальяжно развалившегося друга. — У тебя что, новая бабочка? — спросил Кроули, разглядывая его воротник. — Н-ну да, — краснея, ответил любитель тартана*. Его мягкая улыбка и порозовевшие щеки невольно приковали взгляд змия, словно напротив него было нечто прекрасное, невообразимое, от чего нельзя было оторваться. Он был готов смущать ангела дальше. — И неужели ты подбирал их под цвет глаз? — с шутливым удивлением спросил Кроули и улыбнулся уголком губ. Щеки ангела начали приобретать алый оттенок. — Честно, не думал об этом, — пролепетал он, — Ты сегодня на удивление внимательный. — попробовал идти в наступление Азирафаэль. — Не-е-т, я всегда внимателен, — ловко ответил искуситель, положив подбородок на ладонь и продолжая улыбаться. Все-таки не зря он был искусителем. Победа была за ним. Смущённый, и в глубине души довольный Азирафаэль, под предлогом вскипевшего чайника ушел на кухню. День плавно перетекал в вечер, чай перетекал в вино. Кроули уже был без очков и страстно рассказывал что-то, махая руками. — Ты понимаешь, мне просто было скучно! Я увидел пустыню, ну и думаю, а что добру пропадать? — воскликнул он, — Ну и решил пирамидки пособирать. Но тут приходят люди и занимают их под свои гробы! — Дорогой, это должно быть обидно! — смеялся Азирафаэль. — Конечно! Я думал они вообще не разберутся где вход! — обиженно взмахнул руками Кроули. — А теперь это творение приписывают каким-то инопланетянам! Азирафаэль тихо посмеялся. Повисла та уютная тишина, которая возникает после хорошего разговора. После неё обычно следует либо ещё одна смешная история, либо душевное воспоминание. — Я помню, когда мы создавали Землю, — начал ангел, смотря в янтарные глаза, — я работал над животными. Однажды я отвлекся и так получилось… Что я приделал выдре…нос утки… — засмеялся он. — Так это ты сделал утконоса? — залился смехом демон, — А я думал, кто такое мог сотворить! — Мне пришлось объяснять братьем, что так и нужно было! — Ах, ты прекрасен. — в порыве радости и смеха сказал Кроули. В ответ ангел улыбнулся. Атмосфера была настолько искренней, что такие комплименты воспринимались как естественные повороты разговора. — Ты тоже, дорогой. Всегда восхищался твоими творениями. Они, улыбаясь, замолчали. В памяти всплыли воспоминания о звёздах. Бесконечных галактиках, переливающихся розовыми, голубыми, зелёными и белыми цветами. А какая там завораживающая тишина! Кажется, будто сейчас утонешь в ней, растворишься и станешь частью бесконечного света и темноты. Их размышления прервал громкий звон двери. — Азирафаэль, можно к тебе? — раздался бас вошедшего. Это был Гавриил. — Черт. — прошептал Азирафаэль, смотря большими глазами на Кроули. — Что он здесь забыл? — шепотом возмутился Кроули. — Я не знаю… Я думал после Армагеддона про нас забудут… — испуганно ответил он. — Ангел, я останусь. Нас вдвоем он испугается. — убедил напуганного ангела демон и ещё увереннее развалился на диване. Азирафаэль заерзал на кресле. — Азирафаэль, я могу с тобой сейчас говорить? — послышался голос из-за стеллажей. — Кгхм, да. — непринужденно ответил тот, и в проёме показался Гавриил в светло-сером пиджаке. — О… Кроули… — медленно сказал он. В его фиалковых глазах отражалось и отвращение, и испуг одновременно. — О, Гавриил! Давно не виделись! — довольно улыбнулся демон, словно змея, греющаяся на солнце. — Что хотел? — Я хотел обсудить дела с Азирафаэлем. — почти сквозь зубы ответил он и криво улыбнулся. — Кроули тоже может послушать, я не возражаю. — Спокойно сказал Азирафаэль и поймал на себе одобряющий взгляд Кроули. — Эм… В общем, — замялся Гавриил, — Совет Ангелов…вынес решение повысить тебя до Сил. Повисло неловкое молчание. И неловким оно было не потому, что ангел смутился новым чином, а потому, что Азирафаэль и Кроули пьяными умами пытались понять о чем идёт речь. — Ага, — многозначительно обозначил демон, — А какие полномочия будут у Азирафаэля? — Силы укрепляют людей и дают благодать чудотворений угодникам Божим. — процитировал архангел. Кроули приподнял бровь. — Нам нужно посовещаться. — важно сказал он. — Посовещаться? Но так не делают при принятии чина, херувимы в принципе от него не могут отказаться! — возмутился Гавриил. — Но ты же сам помнишь, что было на казни, брат мой. — ответил ангел, особенно выделив слово «брат». Гавриил не смог противиться, необъяснимый страх перед Азирафаэлем и его демоном был слишком велик. Вдруг Азирафаэль действительно был уже не ангелом, а нечто другим? Архангел, изобразив спокойствие, ушёл обратно в центр магазина. — Ты понимаешь, что это значит? — шепотом спросил Кроули. — Неа, а ты? — Я тоже. — глупо улыбнулся он. — Когда мы протрезвеем, может поймём. — ещё тише сказал Азирафаэль, и в комнате раздалось хихиканье. — Да, соглашайся, повышение лишним не будет! — блеснул желтыми глазами демон. — Наверное, ты прав. Я просто хотел подольше побесить Гавриила, — шепнул он, и Кроули снова тихо засмеялся, — Гавриил, ты можешь зайти. Мы обсудили твое предложение. — Так деловито сказал ангел, что Кроули еле сдержал смех. Хмурый архангел вернулся в маленькую гостиную. — Да, я с радостью приму это повышение. Передаю благ всем братьям. — заключил Азирафаэль с улыбкой. — Прекрасно, — притворно улыбнулся Гавриил. — Удачи на…службе. — максимально лживо пожелал он и исчез среди книг. После недолгого молчания бывший херувим сказал: — Дорогой, что же про нас подумают… — Ничего. Они нас остерегаются и это хорошо, — успокоил его демон и отпил вина. — Но к тебе могут прийти снизу… И вряд-ли с благой вестью. — сказал ангел, опустив глаза. — Да, могут. — нехотя согласился Кроули, — Да, конечно! — воскликнул он, — Но если бы я мог позвать тебя в любую минуту, а ты меня, то мы помогли бы друг другу, ведь когда мы вместе, это ужасет их… — замолчал он, приподняв бровь. — Ты предлагаешь жить вместе? — звоном в тишине отразились словам ангела. Кроули застыл. Он хотел предложить ему кольцо, с помощью которого, он всегда сможет связаться с ним (возможно глупо, но зато стильно), но неожиданная идея Азирафаэля была намного привлекательнее. — А… — затормозил Кроули. — Ну… Как обидно, что в тот момент, которого он ждал всю жизнь, его мозг отказался работать! — Наверное это слишком опрометчиво с моей стороны, дорогой. — залепетал ангел. — Нет, я подумаю над этим. — наконец связал слова демон. — Хорошо. — совершенно не смутившись, ответил Азирафаэль. Видимо, он относился к этой идее совершенно серьезно. Но вкладывал ли он в неё то же, что и Кроули? Может для него это было деловое предложение для их безопасности и личной выгоды? Они просидели недолго после этого разговора. Кроули поспешно ушел, поблагодарив за вечер. Азирафаэль, с той же серьезностью, с которой он предложил съехаться, попрощался с ним. — Да что это вообще было! — сев машину, возмутился Кроули. — То есть все эти столетия, он изображал недогоняющего, а теперь, «давай жить вместе»! — разозлился он и резко нажал на газ. — И почему он был таким серьезным? — спрашивал сам себя демон, изредка посматривая на мелькающие пейзажи за окном. — Для него это что, сделка по работе? Ха! — горько усмехнулся он. Бентли, без спроса хозяина, включила песню Queen «Crazy little things call love»**. — Спасибо! Ещё и ты соль на рану сыпишь, — крикнул Кроули. Но тут, порыв гнева сменился на ужас, и машина резко остановилась. — Черт! — успел крикнуть он. Демон быстро вышел из машины. На дороге ровным строем стояли одинокие утята и смотрели черными глазками на незнакомца. — Гребанные утки… — тихо сказал Кроули.