Вино
27 июля 2021 г., 01:01
Примечания:
Пишу в поездах на коленке с телефона, ПБ открыта!
День клонился к закату, разливался по Мондштату розовым вином, струился золотистым искристым сидром, медленно тёк янтарной медовухой. С крыши собора открывался потрясающий вид, было слышно, как сдаёт караул дневная стража, как Барбара заканчивает вечернюю службу. Кайя вдохнул влажный воздух — на секунду почудилось успокаивающее, нежное и понимающе прикосновение к лицу, но это был просто ветер.
Бутылка одуванчикового вина сиротливо прижималась к бедру. Не так давно Люмин спросила, почему он так много пьёт. В этот раз Кайя соврал всего наполовину.
У одуванчикового вина был горький привкус их единственной с Дилюком ночи. Тогда он понял, что больше не может лгать ни дня. То, как Дилюк хватался за его плечи, словно за спасательный круг, то, как он целовал Кэйу, словно ничто больше в мире не важно, навсегда выжглось под веками. И то, что произошло дальше — тоже.
У вина из одуванчиков сладкий вкус кожи Дилюка, в нём испепеляющий жар их тел и бесконечный холод обнаженной правды, в нём всё то, что он на самом деле желает и то, что никогда не получит — прощение — и то, о чём он даже боится мечтать.
Ночь чернильно-синим одеялом упала на город, фонари золотисто-оранжевыми одуванчиками пытались разогнать её таинственную темноту.
Бутылка пустела быстрее, чем Кэйе хотелось бы.
— Пить такое вино в одиночестве? — тихие шаги за спиной, шелест одежды, извечный жар, раньше страстно рвущийся наружу, сейчас — мерно гудящее, обманчиво спокойное пламя.
— Полуночный герой собственной персоной? Здесь некого спасать, — голос предательски дрогнул, всего на мгновение, но Кайя знал — Дилюк услышал.
— Это вино достойно лучшей компании, так что я пришел сюда спасти его, — спокойно ответил Дилюк и сел рядом.
Звёзды озорно перемигивались со своим отражением в озере, сверкали в бесконечной бездне. Мизинец Дилюка касался мизинца Кэйи и это было самое близкое к счастью чувство за долгие годы.
А бесконечные ветра свободы Мондштата несли тепло и запахи трав, ласкали и шептали, что всё будет хорошо.
