Отель Прованс

В дверь постучали. Сердце защемило. Когда она говорила, что ждет ее в отеле, разумеется, не рассчитывала ни на что. Это была просто игра, рисковый ход. Подумала, что будет весело. Но когда позвонили и сообщили, что некая девушка спрашивает ее, паника буквально оглушила. Нервно поправила прядь и глубоко выдохнула. Открыла. - Нужно поговорить – обрубил холодный пьяный голос. Временная хозяйка номер в отеле Прованс почувствовала разочарование. «Всего лишь поговорить?» - она редко анализировала что-либо в моменте. Ведь поговорить можно и по телефону. Даже если она удалила номер, у них множество общих друзей. То, что между ними было ластиком не стирается. Гостья вошла и закрыла за собой дверь. В горле пересохло. Села на кровать, за отсутствием стульев, и потеряла последние остатки концентрации. «О чем говорить? Зачем я вообще пришла?» - рациональная и холодная обычно, - она растерялась. Ноги просто привели ее сюда. За прошедшие сутки она прошла через тысячу и одну эмоцию. Выпила несколько банок пива, пошла гулять, чтобы проветрить голову, а очнулась уже у отеля. Так глубоко она была в своих мыслях. Присевшая на кровать на расстоянии руки девушка вывела ее из транса. Они смотрели друг на друга, две бури внутри хрупких человеческих тел. Страх витал в воздухе. - О чем ты хотела поговорить? – положила свою руку на кулак гостьи и наклонилась заглянуть в глаза. Трясло от тактильного давления, которое она пыталась оказать, но: «Раз уж я пошла на риск, так играем до конца». Ответа не последовало. Хозяюшка поймала взгляд и к ней потянулась рука. Так медленно и неуверенно, легла на щеку. Она невольно перевела взгляд на губы, оборвав зрительный контакт. Тело чувствовало все так, словно было без кожи. Так же медленно гостья наклонилась вслед за своей рукой и подарила мягкий поцелуй, едва касаясь губами губ. Ураган достиг пика, обрел ядро и вырвался наружу. Рука слетела с ее руки на кровати и грубо шлепнула по той, что касалась лица. Девушка подорвалась, замешкавшись на долю секунды. Внутри другой – все оборвалось. Боль, разочарование, ненависть к себе. Для нее, прийти сюда было самым отчаянным поступком во всей жизни. Чувство вины кричало, что она глупая, раз решила, что ей нужна. Что может получить какое-то тепло. Доля секунды, которая задала темп. Хозяйка номера стянула с себя майку, следом лиф. Ее гостья, не ожидавшая такого поворота, замерла с широко раскрытыми глазами. Затем аккуратно расстегнув ширинку шорт, сняла все остальное, включая носочки. Она никогда раньше так не делала. - Я хочу, чтобы ты на меня смотрела. – Она оперлась руками на комод у двери и прогнулась, кинув взгляд через плечо, отследить реакцию. Через секунду она неуклюже села на колени опешившей девушке, взяв ладонями ее лицо. Поцелуй, стремительный, одновременно жадный, с укусами ее губ, одновременно нежный, с мягкими касаниями. Пальцы скользнули в волосы, другая рука сжала плечо, она неосторожно ерзала по коленям ошарашенной девушки. Та ощущала жар, очнувшись, подтянула ее за бедра ближе, чтобы избавиться от мучительного расстояния. Водила руками по горячим, обнимающим ее ногам. Поцелуй оборвался, вызвав недоумение, и, впрочем, даже негодование. - Можешь хоть сколько хочешь рассказывать всем, какая я шлюха – злобно улыбнулась она, будто все знала. – Я называю тебя так же, когда зла, от того, что хочу тебя. Пальцы стремительно расстегивали ее рубашку, губы впились в шею, ниже к выпирающим ключицам, стон удовольствия, но не от гостьи, она только тяжело и хрипло дышала, а от целующей. Наслаждаться и целовать ее, получить что хотела. Грубо сорвала с плеч чертову рубашку, но не успела снять до конца. Одним движением очутилась под горячим телом, сама не поняла как. Лежала на спине, все еще с краями рубашки в руках. Дернула на себя, но разум этого тяжело дышащего быка был уже настолько затуманен, что было не достучаться. В такие моменты она превращалась в монстра. Жертва ее грубости не знала, чувствует ли ее пассия вину после, не интересовалась. Монстр касался бедрами, раздражая жесткими толчками уже изнывающий клитор, срывая непреднамеренные стоны. К плечам потянулись руки лежащей под ней девушки, ее лицо горело и хотелось разбудить всех демонов этого грубого скрытого садиста. - Я хочу, чтобы… - заминка. От стыда покраснели даже уши. Она никогда и никому не позволяла так с собой обращаться, но хотела этого сейчас… - Ударишь меня? – сжала волосы в кулак, чтобы точно достучаться. Но, кажется, не удалось, она поймала пустой взгляд желания, ни секунды остановки. Придется повторить. Это тоже возбуждает, но так неловко. Хотя однажды она уже делала с ней то, что никому не было позволено. И тоже только потому, что ее попросили. - Прошу, я хочу этого… Эй! – Она провела по опорной руке девушки ладонью, выводя ее из транса, та приостановилась в непонимании. В этот момент, ее руку тыльной стороной положили на щеку. – Ударишь? На лице было недоумение, такого делать еще не приходилось, но почему-то это так возбуждало. Она читала в глазах: «Я твоя, делай что хочешь. Сделай это со мной». Легкий шлепок по щеке. Тело под ней коснулось живота, изгибаясь, она шлепнула по другой щеке, ощутимо сильнее. Услышав стон, больше не могла сдерживать себя, внутри творился хаос, все перемешалось: страх, удовлетворение от такого проявления силы, желание доставить удовольствие, восторг от подчинения, возбуждение, восхищение. Девушки переместились на центр кровати, наконец рубашка улетела прочь. Жар от ударов на щеках вызвал помутнение рассудка, ногти царапали плечи, она кусала шею, руки грубо прижали ее к постели, пока на шее ставилась багровая метка принадлежности. Она обнимала ногами и шептала: «Возьми, возьми, пожалуйста, прошу». Воззвав к мольбам, поцелуи стали спускаться ниже, мимо груди к животу, нежно и стремительно. Дошли до живота, еще немного… Ноги раздвинулись, в пригласительном жесте. Короткий поцелуй, девушка взвыла, но мучительница предательски скользнула ниже, чем того хотелось бы. «Чертова садистка, смерти моей хочет» - уже начинала злиться, пока не почувствовала касание к самой чувствительной точке на своем теле, - щиколотки. Подавилась воздухом, а руки тем временем спускались к стопам. - Я кончу раньше, чем ты меня коснешься там. – поймала ее хитрую полуулыбку. О да, она это всегда любила. Касалась меня уже когда намокали простыни. Она гладила ноги, затем быстро поднялась по икрам вверх, поцеловала колено, внутреннюю сторону бедер, и, наконец-то, уже готовой кричать девушке провела языком по влажным половым губам, только слегка подразнивая клитор касанием мокрого от смазки языка. Крепко взявшись за бедра, чтобы предотвратить попытку бегства в самый интересный момент отдалась порыву желания, больше не дразнила, скользила языком все сильнее, слегка посасывая клитор. Вошла тремя своими длинными пальцами, чтобы увидеть, как она выгибается, ведь так нравилось на это смотреть. Она буквально проскользнула внутрь, почувствовала пару грубых попыток насадиться со стороны партнерши, но не прошло и пары минут, как все закончилось пульсацией и громкими стонами. Почувствовала досаду. Хотелось еще, было так мало. - Мамочка – невольно протянула девушка, абсолютно не задумываясь, что несет. Через пару минут дрожь и пульсации по всему телу прошли, и сознание стало понемногу возвращаться. Первой мыслью гостьи было сбежать, пока та не очнулась, но она все же осталась. Не смогла. Обнимала, прижимала к себе и гладила по руке, вдыхая запах ее волос. Поцеловала в плечо, но рука наткнулась на что-то мокрое, на щеке были слезы. Попытки скрыть это были тщетными, и ее партнерша зарыдала уже в голос, прижимаясь к груди, хватая длинные волосы за спиной. Она плакала как котенок, всхлипывая. Решила ничего не спрашивать. Но если бы и спросила, ответа на вопрос: «почему?» не получила бы.