liberazione

      С наступлением ночи городом начинает править сам дьявол: над омегами и альфами берут власть бесы развртата. Улицы становятся похожими на звериник — люди, как животные, набрасываются друг на друга, чтобы совершить духовное падение. Все давно забыли про нравственность, чистоту и благую весть.       Официальные церкви все больше и больше походят на пристанище убийц, воров и лжепроповедников. Ими движет не Бог, а Сатана. Он вводит людей в заблуждения, заставляя их поклоняться идолам. Иисус Христос давно стоит за дверями храмов. Ему никто не рад, а миссионеров презирают. Всем кажется, что они свихнулись, их образ жизни сводит с ума других. Люди не понимают, как можно целыми днями проводить в молитве и отдавать свою жизнь Небесному Отцу. Некоторым из-за общественного давления приходится отказываться от своей веры, тем самым отворачиваясь от Бога, который их любил настолько сильно, что отдал собственного сына на распятие. Такими действиями они вычеркивают свои имена из Книги Судеб, забирая у себя шанс на спасение.       Всё ближе становится снятие седьмой печати, а соответственно и второе пришествие Иисуса Христа, за которым последует новая жизнь.

***

      Тэхен быстрым шагом идёт к маленькому, ничем не выделяющуеся среди двухэтажной застройки района домику. С первого взгляда может показаться, что там живет большая семья, ведь каждый день оттуда выходит множество очень сплоченных и дружных людей. Это можно заметить по постоянному смеху, который доносился со двора дома, инстаграму ребят, выкладывающих много фото с совместных посиделок и походов в горы. Отчасти слухи про большую семью верны. Этим домом владел Ким Тэгун, являющийся отцом пяти детей, в том числе и Тэхена. Но другие люди, часто ходившие в «гости» были далеко не членами семьи.       В доме проводились проповеди и службы. Это была живая церковь, отличающася от официальных. Здесь частенько играли песни, прославляющие Бога, проводились домашние группы, где разбирали Священное Писание. Верующая молодёжь очень сильно любила эти собрания: там можно было весело провести время, узнать новую информацию и, конечно же, скрыться от всего этого прогнивающего мира. Атмосфера здесь царила особенная: каждый, кто приходил на служения, говорил, что такое внутреннее спокойствие никогда не чувствовал. И Тэхен бежал именно на одну из таких встреч, уже предвкушая классный вечер в окружении друзей. Сегодня должен был приехать с медового месяца Хосок, по которому омега очень сильно скучал. Он был старшим братом и по совместительству лучшей подружкой Тэхена несмотря на то, что является альфой. От старшего Ким ничего не скрывал, делился самым сокровенным. Хосок был первый, кто услышал историю про первую течку брата и инцедентом, последовавшим после нее, про который в их семье стараются не говорить. Если бы не старший брат, возможно, Тэхен не смог бы оправиться после случившегося. Тогда омега не появлялся в церкви долгое время: реабилитация, больницы, ежедневные походы по аптекам и, наконец, поездка в Израиль, где юноше стало значительно лучше. Там Тэхену очень сильно понравилось — хороший климат и приветливые люди сделали свое дело. Он даже подумывал переехать, но его остановила сильная тоска по дому.       Из-за своих своих воспоминаний парень не заметил, как уже подошёл к зданию и открывал калитку, обвитую виноградом. Местность здесь была живописная: высокие горы, полностью покрытые густым лесом, в котором компания мессионеров любила проводить выходные, река Ханган протекала совсем недалеко. На удивление, этот район Сеула больше походил на маленькую деревеньку, чем на район столицы. Жизнь протекала здесь плавно, никто никуда не торопился, все занимались своими делами. -Тэхен-а, мы тебя заждались, — прозвучал радостный голос отца, всегда встречавшего гостей у входа, — Там ребята уже накрывают стол. Помоги им. — А Хосок не приехал ещё? — с большим любопытством спросил младший Ким, помохав папе, что разносил овсяные печеньки по красивым деревянным столам, расставленных во дворе дома. — Он позвонил, сказал, что пробки в городе, — ответил Тэгун, — Может быть приедет к середине. Придётся перенести поздравления на конец. — Хорошо, отец. Лука, ну дай мне стулья. Они же тяжёлые, — с возмущением сказал Тэхен другу, выздоравшему недавно, беспокоясь о его состоянии, — Тебе гипс сняли два дня назад, а ты уже тяжести носишь! — омега тут же взял несколько стульев, облегчив груз товарища, и начал ставить вокруг столов, — Я тут принёс шарлотку, положи её на стол. Она в пакете, — показав в сторону лестницы, проговорил Ким. Его здесь всегда любили за кулинарные способности. На любых мероприятиях омега был главным повором. В одно время Тэхен даже думал пойти на кондитера, так как ему очень нравилась эта работа, но что-то пошло не так, и теперь парень работает баристо в одной из лучших кофейн города, в которую он попал благодаря все тому же старшему брату. И Хосок не прогадал, когда устраивал младшего на работу. Тэхену сильно повезло попасть в хороший коллектив. Обычно если люди узнают принадлежности человека к христианам, начинается много издёвок и надоедающих подколов. Но к счастью, там его приняли отлично и даже спрашивали про то, как парень пришёл к своей вере. За это Тэхен очень сильно благодарен Богу. Тот привёл его в место, где ему рады, работа приносит большое удовольствие, а график гибкий, и Ким может подстраивать расписание под себя. — Хён, ты обещал научить меня делать тортики! — вспомнил Лука, достовая из пакета пирог, уже порезанный на кусочки.

***

      Сидя в купленной отцом машине, альфа закуривает уже девятую сигарету подряд. Он чувствует огромное раздражение, ещё чуть чуть и внутри случится огромный ядерный взрыв. Недавно его бывшая пассия написала заявление, сказав полицейским, что тот её изнасиловал. Конечно же, это было ложью. Никто омегу не принуждал к сексу, он сам запрыгнул на член альфы, а когда узнал, что беременный, испугался гнева отца. В итоге аборт, разборки, постоянные звонки его родителя и, в конце концов, выкуп за то, чтобы забрали заявление.       Сейчас Чонгук не хочет ехать домой, постоянные упрёки отца за его испорченную репутацию порядком достали альфу. Так уж получилось, что парень родился в семье влиятельного чиновника, который только заботился о своём имидже, другое его не волновало.       Всё детство Чонгук редко виделся с родителями. В основном, его забирали от дедушек только тогда, когда надо было выходить в свет. При людях он надевал маску счастливого, послушного мальчика. Ничего необычного, даже слишком банально. И как мы можем догадаться, за красивой обложкой таилась жестокость перемешанная с детскими обидами. Мальчика несколько раз увозили за границу, чтобы запереть в психушку, а народу говорили, что молодому альфе пришлось уехать из-за учёбы. Чонгука мучали внезапные вспышки агрессии. Чон разрушал все вокруг себя, сохраняя маленький кусочек светлого в своей душе. В таком состоянии парень наносил другим и себе ужасные увечия, что остались на теле в виде шрамов, скрывающихся за огромным количеством татуировок: на руке через ветку тернового куста проползала огромная змея. Но это было лишь малым из того, что творил парень под дейтсивем злости. Однажды альфа находясь в таком состоянии практически до смерти избил санитара, который принёс еду не той температуры. К счастью, у беты был перелом ноги и много ушибов. Ему пришлось долго пробежать на больничном, чтобы восстановиться. Главное, что остался жив. В тот же день врачами было принято решение прописать больному амфетамин. Наркотик вызывает привыкание с первого употребления, при этом человек получает дозу энергии и эйфории только первые несколько раз. Под его воздействием юноша успокаивался. Злость отходила на задний план, но вперед выходила тревога. С каждым разом больному хотелось ещё и ещё, доза увеличивалась. Так с помощью врачей альфа подсел на лекарство. Сам Чонгук это описывал так: «Я чувствую, что они хотят полностью сожрать меня. Эти твари каждый день заставляют меня злится. Бесы полностью завладевают мной. Им нравится наблюдать за моими мучениями, они смеются, смотря на меня. Иногда мне кажется, что питаются моей беспомощностью. Моя зависимость доставляет им удовольствие. Они душат меня, заставляя все больше и больше хотеть эту гадость. » Отец, узнав о случившемся, быстро подмял дело, так чтобы оно не разлетелось по СМИ, а сына на два года упрятал в Штатах, где зависимость его чада только увеличилась. За все время пребывания в Нью-Йорк парень сильно изменился: цвет лица стал бледным, ногти сгрызаны до крови. Такое часто бывает у наркоманов. Под действием вещества люди страдают от навязчивых мыслей, некоторые вырывают волосы под чистую, свет своей лысиной. Чонгына, так звали родителя, это не остановила. Его пугало, что Чонгук может убить его в очередной истерике. Собственная жизнь ему была важнее ребёнка.       Чонгук терпеть не может отца. Именно из-за него появилась эта чёртова зависимость, которая сжирала парня полностью. Кайфа он больше не чувствовал, а все равно хотелось больше. Он рад бы избавится от этого, но сила воли очень мала, да и смысла в этом он уже не видел, не для кого было. Отцу не нунеж, а папа давно уже поддался давлению супруга. Себе? Он не навидел собственное отражение. Ему становилось противно только от одной мысли в какой яме он находится. Он давно погряз в этом. Но, к сожалению, Чонгук не понимал, что его главная ошибка — это дать греху кипеть без сопротивления. Умножаясь, он оставляет лишь опустошение. С этого времени его естество, зараженное ядом зла, стремится произвольно и невольно ко злу, представляющемуся добром и наслаждением искаженной воле, извращенному разуму, извращенному сердечному чувству. Произвольно: потому что в нем еще есть остаток свободы в избрании добра и зла. Невольно: потому что этот остаток свободы не действует как полная свобода; он действует под неотъемлемым влиянием повреждения грехом. Он родился такими; он не может не быть такими, и потому что он без всякого исключения, находится в состоянии самообольщения и бесовской прелести.       Докуривая девятую сигарету, Чонгук понимает, что ему нужна помощь забыться. И её окажут не наркотики, а что-то другое. Поэтому альфа набирает уже давно выученный номер телефона очень хорошего приятеля. — Алло, Чимин-и, детка, — сказал альфа осипшим от сигарет голосом, — Мне нужна твоя помощь. Готовься приеду через пять минут.       Вот он девятый круг ада…