Надеюсь, ты будешь жить

За окном начал стучать по крыше дождь, оставляя мокрые следы на окне. Давило чувство смущения и отчаянья от того, что возможно свои слова ранили человека и отстранили вас навсегда. В ушах зазвенело, а руки задрожали, появилась навязчивая мысль селфхарма, словно какой-то демон в ухе это нашёптывал, делая сознанию хуже и хуже. Т/и зашла в ванную, смотря в зеркало, она проговаривала: - Интересно, когда ты перестанешь показывать эту клоунаду и начнёшь быть искренней, неужели ради мизерной цели тебе нужно врать? Хотя, все вокруг не могут, даже не хотят видят меня настоящую, может лишь ты, Дазай, воскресишь эту бездыханную нимфу. "Лезвия для бритвы. Причиняя себе боль, получаешь эйфорию. Нет, это не мазохизм, если так считать, то и жизнь лишь для отбитых. Притворяясь, что Дазай далёк от моих взглядов, я опять вру." Несколько небрежных порезов на ноге, телесный пластырь и "зашитый" рот. Паника, скорее апатия. "Где Дазай? Я не учусь на ошибках, видимо." Но Дазай оказался в комнате т/и, и вполне адекватно отнёсся к её срыву. - Ох, тебе лучше? Я надеюсь, ты помнишь какой сегодня день- танабата (фестиваль звёзд), отметим? Всё равно работы нет- выходной. - Моё состояние весьма неплохое, бывало и хуже. Конечно давай, я давно его не праздновала. На лице Дазая появилась беззаботная улыбка. Время обеда, было решено съесть по лапше быстрого приготовления с соком. Сейчас еда не главное. Фестиваль начинается ближе к вечеру, но про образ надо позаботиться заранее. Обычно на танабату одевают традиционные кимоно и хаори, у т/и было чёрное кимоно и красное хаори с цветами сакуры. Макияж она решила сделать довольно скромный, но зато подчёркивающий праздничность мероприятия. Волосы т/и собрала в гульку, оставив передние пряди. Дазай же одел тёмно-коричневое кимоно с чёрным хаори. Дома т/и сделала фонарик из красной бумаги, но без свечи внутри и поставила его на прикроватную тумбу. Сборы примерно заняли 3 часа и пара пошла в центр Токио, так как там больше всего пышности праздника, но идя пешком т/и и Дазай любовались за яркими украшениями домов, подвязанными на бамбуке лентами, табличками, стучащими на ветру и колоритными костюмами прохожих. дойдя до ярмарки лица пары осветили фонарики ларьков. - Что хочешь поесть? Я угощаю- заманивающее предложил Дазай. - Спасибо, я хочу имагаваяки с повидлом и чего-нибудь попить. - Хорошо, а я возьму икаяки с терияки. Что возьмём попить, может воды или чего-нибудь покрепче. - Может возьмём саке, всё равно мы не за рулём. - Буду не против. Обойдя закусочные и ларьки т/и и Дазай закупились всем тем, чего хотели. Т/и решила купить свечу и выбрала маленькую парафиновую с запахом цветов. Сев на пригорок с газоном, пара смотрела на суетливую толпу ярмарки, как вдруг Дазай сказал: - Видишь того человека в огненном, как его волосы кимоно, это тот человек, у которого я одолжил вкусное вино. - Не думала, что он выглядит именно так, но будет интересно с ним познакомиться. Парень услышал слова Дазая, и уставившись на него, начал приближаться к сидящим. - Так это ты украл его, вот гад, я могу тебя сейчас размазать. - Эй, подожди, ты никак не представившись, грубым тоном обращаешься к нам, в частности к Дазаю и угрожаешь ему- обратилась т/и. - Ах, миледи, так Вы с ним за компанию, тогда прошу извинить. Меня зовут Накахара Чуя и я друг этого балбеса. - Я т/и, мы с Дазаем в отношениях. Не похоже, что вы крепко дружите, но я поверю. Приятно познакомиться. - Вот значит как. Дазай не рассказывал мне про тебя. Интересно почему? - Мы недавно начали отношения, поэтому я ещё не успел тебе рассказать-включился Дазай- Присаживайся с нами. - Сначала пойду возьму моти, ждите. Когда Чуя отошёл вглубь ярмарки, в небе начались фейерверки- синий, зелёный, красный. Раздались хлопки, и в такой момент т/и решила, что это хороший момент и потянулась к Дазаю, он ответил взаимностью и поцеловал её. К этому моменту пришёл Чуя и сел рядом. Так компания просидела долго, в итоге Чуя поехал домой, а т/и и Дазай вернулись в агентство и пожелав друг другу спокойной ночи легли спать. В её мыслях остался образ этого рыжеволосого парня, но что странно, его лицо вызвало чувство дежавю.