Подарок.

Ничто так не радует, как дни рождения, особенно если именинник является твоим лучшим другом или близким человеком, радости не меньше, как от новогодних праздников, предвкушая хороший и светлый день. Все должно пойти именно так, но не сегодня и точно не тогда, когда на настрой влияет собственное здоровье. Тем утром Люмин проснулась с сильной боли на животе, от ожога, полученный на задание. Боль была настолько сильной, что девушка невольно издает глухие стоны. Как бы не хотелось подниматься, но придётся взять волю в кулак и постепенно встать с кровати, медленными шагами, придерживаясь стеной выходит из комнаты. Странное поведения светловолосой замечают проходящие мимо Паймон и Итер, они тут же подошли к побледневшей от боли Люмин, видя, как та еле держится. Взгляды брата и сестры пересеклись, было сложно не заметить обеспокоенность в золотистых глазах. – Эй, тебе плохо? – спрашивает встревоженный близнец. – Пустяки, – отмахнулась Люмин, зайдя в ванную. Дрожащими руками дотягивается до полки, где лежит обезболивающая мазь, попутно развязывает старые бинты на животе. – В смысле, пустяки?! – Возмутилась тут как тут Паймон, от злости наклоняется и выпрямляет руки в стороны. – Паймон видела, как ты с трудом дошла до ванной комнаты! А до неё идти буквально два шага! – Тебе необязательно идти, – сказал Итер, аккуратно взяв сестру под локоть, не позволяя ей упасть. Люмин чувствует крепкую брата руку, этот жест будто говорит ей "я с тобой" и можно на него положиться. Такой поддержкой девушка пользуется для того, чтобы мазью аккуратно пройтись по ране. – Нет, я должна идти, – немного твердо отвечает Люмин, ощутив, как боль притупляется. – Надо ещё бинты поменять прежде чем идти. – Хорошо, как скажешь, – неуверенно согласился близнец, подав ей рулон бинтов, а затем неспешно уходит к себе подготавливаться к выходу. – Итер! – Воскликнула Паймон. – Ты вот так просто оставишь её в таком состоянии?! – Сдурела? – Хмуро ответил Итер. – Я не оставлю одну после такого, плюс меня тоже пригласили. – Во-о-от оно что... А ты уверен, что будет хорошо? – Разумеется, – твердо ответил синеглазой парень, накинув на голое тело рубашку. С другой стороны он тоже волнуется, не желая портить праздник старому другу. *** Ко второй половине дня близнецы вышли из дома, с опрятным и приятным видом, как нормальные люди. Рана зудит, однако ощущение остаются терпимыми. Это не мешало периодически Итеру интересовался состоянием Люмин, ведь им предстоит идти около часа пешком, девушка убедила брата, что они дойдут без проблем. Час похода был неспешным, но в целом все обошлось без проблем и возле калитки огромного особняка стоит рыжик. При виде близнецов на его лице уголки губ поднялись, затем он подходит к ним, обоих одновременно заключает их в свои объятия. – С днём рождения, Чайльд, – хором поздравили брат и сестра, на что тот издает искренний и не злобный смешок. – Спасибо вам! – Тепло благодарит Фатуи, потрепав двоих по голове и замечает, что у Люмин немного болезненный вид, хоть та скрывает это под улыбку. – Чайльд! – Раздался голос Кейя, выглядывающий из двери. При виде прибывших гостей махнул им рукой, мило улыбаясь. – Наш бард снова взобрался на стол, на этот раз хочет спеть для всех. – Да уж, с вами не соскучишься, – усмехнулся Тарталья, отстраняясь от близнецов. Вторую он разумеется спросит о её самочувствие потом, не желая портить без того радостную атмосферу. – Пошли. Близнецы послушно следует за именинником в дом. Возле стола сидел Дилюк, на диване лениво расположилась Лиза, попивая бокал. Неподалеку резвятся Кли и Тевкр, каждый поочередно поздоровались с Люмин и Итером. На пустом столе правду стоит Венти, его щеки были алыми, что удивительно он держится уверенно и стойко на своих ногах, будто вовсе не пил. Люмин махнула рукой в ответ на приветствие и в этот же момент почувствовала, как боль запульсировала на ране. Что следовало ожидать, обезболивающие не ровно лечение. Ей ничего не оставалось сделать, кроме как присесть на ближайший диван, глядя на барда. Времена идут, а Мондштабовцы остаётся все таким же весёлыми, праздничными и свободными. – Дамы и господа! – Звонко заявил паренёк. – Пусть печаль и боль исчезнут из этого дома, ибо моя песня посвящается всем присутствующим! Венти поет. Звонко и нежно, слова не сбиваются, слова без запинок и внятно проговариваются, а тонкие пальцы безошибочно перебирают струны лиры, погружая всех в атмосферу своей песни. По выражению лица Тартальи можно отметить, что он не жалеет о том, что пригласил их, каждый из присутствующих знает, как сделать день ярче, чтобы он подольше сохранился у всех в памяти. Венти закончил петь и присутствующие начали аплодировать. Итер тоже был в восторге от песни, в этот же момент замечает, как Люмин, болезненно улыбаясь аплодирует Архонту Ветров, ведь его талантом сложно не восхитится. — Пс, Итер, – аккуратно позвал его Чайльд, пользуясь моментом, когда внимание гостей было приковано к Барду. – Ты нужен на пару слов. Длинноволосый вышел следом во двор, на горизонте небо постепенно тускнеет, сверху появляются звёзды одна за другой, а воздух был приятно прохладным. Итер догадался для чего его Чайльд позвал. – Ты всё-таки заметил? – Прямо спросил Итер. – Да, – кратко отвечает рыжий, опуская в начале взгляд, а потом поднимает.– Но не переживай, как все закончится я возьму заботу о ней. – Благодарю, – слабо улыбнулся Итер, ощутив, как в душе немного отлегло. – Прости, что мы пришли в таком состоянии. – Не стоит, – отрезал парень, направляясь обратно в дом. – Идти обратно пешком будет самоубийством. Войдя в дом хозяин вновь начал улыбаться, обратив внимания на Люмин, о чем-то переговаривающая с Дилюком и Кеей, но судя по реакции их разговор мирный. Она держится стойко, как настоящая воительница, что такой выдержке Аякс невольно начал завидовать. – Братец Чайльд! – Снизу запищала Кли, отвлекая Чайльда от своих мыслей. – Что такое? – Наклонись! Чайльд молча присел на корточки и девочка кладет на его голову венок из бумажных цветов. – С днём рождения! Мы с Теврк специально для тебя сделали. – Спасибо тебе, солнышко, – потрепал по голове мужчина, одаривая ей улыбку. – Слыш, именинник, – икающим голосом обращается Венти. – Осилишь столько же, сколько я? – О нет, уважаемый бард, я много пить не планировал, – смеясь отказался Чайльд, он должен сохранить трезвую голову ради девушки, хотя идея звучит столько веселой, сколько и неприятной, зная какие будут последствия. – Эй, бард! – Раздался громкий возглас одноглазой Бей Доу, ударившая кулаком по столу возле Венти. – Я принимаю твой вызов за рыжика! В её голосе можно почувствовать борьбу, уверенность и сильное желание конкуренции. – Твой выход, – кокетливо усмехнулся Дилюку Кейя, на что первый тяжело вздохнул. Довольно сложно не понять, что он пришел отдохнуть, а не работать. — И почему же я раньше не додумался вспоить и продать тебя за миллион мор, – прокомментировал Дилюк, в его голосе звучат нотки сожаления. Окружающие тихо засмеялись, даже ленивая Лиза потянулась к компании, с лукавой улыбкой. – Ну же, господин Дилюк, расслабься, – мурлыкает колдунья, поправляя розы на своей одежде. – У тебя появится шанс, если Кейя примет участие. – Звучит заманчиво, – слегка улыбнулся аловолосый, начав подготавливать бокалы, к нему Чайльд присоединился помогать. – Хей, – замялся смуглокожий, нервно посмеиваясь, понимая, что теперь вряд ли откажется и не на каждых праздников на подобное происходит. Все для конкурса было готова, напитки, несколько бутылок, три бокала и конечно три конкурента сели за стол, ожидая начала конкурса. Лиза предварительно увела Кли и Тевкр подальше от шумной компании, заодно объяснив детям, что им пока рано принимать участие в подобных играх, те без капризов поняли, так ещё Лиза не оставила их без дела. Чайльд чувствует себя спокойно, что несмотря на такой поворот его младший брат не будет втянут в такое. Библиотекарь сказала детям, что если нужно не надо бояться звать, после чего присоединилась к взрослой части. – Начали! – Раздался её звонкий голос, послужившая сигналом начала конкурса. Трое мигом опустошив бокалы, громко вздыхают, Дилюк поочередно заполняет каждому бокал, не давая троим возможность выпить сразу. День рождения слегка вышел из под контроля, но Тарталья вовсе не против такого расклада, от каждого он получил подарки, внимание, а сейчас они веселятся, как хотят и самому в душе весело от происходящего. Он воспользуется случаем и уделит моменту, беспокоящий его. Люмин незаметно отошла от компании во дворик, не в состоянии больше терпеть жгучую боль. Она не этого расклада хотела, а веселится вместе с остальными, не думая о чем-то. Она не хочет беспокойство за неё лично, но и прерывать этим веселую атмосферу последнее чего хотелось. Неожиданно крепкие руки обхватили Люмин, прижимая ту со спины к себе, в ноздри ударил родной запах голубоглазого. – Ты как? – прошептал Чайльд, давая возможность девушке лечь на него. – Терпимо, – судорожно отвечает Люмин, достав из небольшой сумки что-то в красивой упаковке. – Я забыла отдать. Ещё раз с днём рождения, Аякс. – Ну-ка, – заинтересовался тот, принимая подарок. Он без труда разрывает упаковку и видит четыре рамки, каждая по-своему красивая, оформления, узор по-разному сделаны. У него есть несколько штук понравившийся фотографий, что рыжий планирует распечатать. Светловолосая заметила, как его щеки слегка покраснели, а улыбка смягчилась. – Спасибо, принцесса. Держа подарок в руке Чайльд аккуратно поднял девушку, подхватив одной рукой под колени, а другой держит спину. Люмин слегка хмурится, а щеки ярко покраснели, ощущая себя слабее по сравнению с рыжим, однако понимает, что сопротивляться незачем, и позволяет себе расслабиться, укладывая голову на плечо. Чайльд издает краткий смешок на эту реакцию и ничего не говоря шагает к дому. Так же он ловит на себе обеспокоенный взгляд Итера, в этот миг все решилось, вся забота о раненой перешла к ему.