Часть 5
31 июля 2021 г., 18:26
— Мы никуда не торопимся, Элайджа, расскажи, пожалуйста, — попросил Дэймон, с интересом смотря на моего брата.
— Когда мы прибыли сюда, здесь жила девушка по имени Татья, изысканной красоты, — вздохнув, начал свой рассказ Элайджа. — Все юноши хотели быть с ней, хотя у неё был ребёнок от другого. Никто не любил её больше, чем Никлаус, — посмотрел брат на меня.
— Был ещё один, кто любил её не меньше, — перебил я брата.
— Подождите, значит вы оба любили одну девушку? — расплылся в ухмылке Стефан.
— Наша мать была могущественной ведьмой, она хотела избавить нас от вражды, поэтому забрала её. Позже мы с Клаусом узнали, что в ту ночь, когда наша мать сделала заклинание превращения нас в вампиров, в вине была кровь Татьи. Татья не могла выбрать одного из нас, и на какое-то время мы с Никлаусом отдалились, были сказаны грубые слова, мы даже подрались. Так, брат? — закончил свой рассказ Элайджа.
— Но в итоге мы поняли священность семейных уз, — поддержал я брата.
— Семья превыше всего, — произнес тост Элайджа, поднимая бокал.
— Семья превыше всего, — повторил я фразу и тоже поднял бокал.
Краем глаза я заметил гаденькую ухмылку Дэймона, значит, они действительно что-то задумали, но вида не подал.
— Может, перейдём к обсуждению условий договора? — предложил Элайджа.
— Всё очень просто: Клаус получает свой гроб, в обмен вся семья первородных в полном составе покидает Мистик Фоллс. Я, Стефан и Елена живём долго и счастливо безо всякой вражды, — выдвинул условия Дэймон.
Они что, действительно думают, что я оставлю двойника им, тем более после того, как она пробудила во мне интерес?
— Справедливая сделка, брат, — поддержал их Элайджа.
Ага, конечно, они меня реально за дурака считают и не осознают, что я давно уже понял: брат с ними за одно.
— Кажется, ты не понимаешь. Кровь Елены — гарантия, что у меня будет достаточно гибридов, чтобы бороться с моими врагами. Я ни за что не оставлю её с вами, — возразил Клаус. — Допустим, я оставлю её здесь, под вашей защитой, что дальше? Вскоре один из вас превратит её в вампира, или ещё хуже, она умрет в тисках вашей вражды. Видите ли, каждый из вас искренне верит, что сможет её защитить, но это заблуждение, господа. Худшее для Елены Гилберт — это вы, — закончил свой монолог Клаус.
— Пойду подышу, — поднялся старший Сальваторе из-за стола.
— Я разберусь, — сказал Элайджа, выходя следом за вампиром.
Пока Элайджа и Дэймон строили очередные планы по моему уничтожению, я решил поиграть на нервах у младшего Сальваторе.
— От этих разговоров хочется есть, — подозвал я к себе девушку, поднимаясь из-за стола. — Что скажешь, Стефан? Присоединишься? — убирая с шеи девушки волосы, предложил я и, не дожидаясь ответа, впился клыками в её артерию.
— Думаю, единственная причина, почему ты согласился на этот вечер, — возможность поссорить меня с братом, — сказал Стефан, поднимаясь из-за стола.
— С этим ты и сам хорошо справляешься. Из-за Елены ты потеряешь своего брата и будешь винить в этом себя, — ответил я Стефану.
— Пора раскрывать карты, — сказал вошедший Дэймон. — Мы сделали предложение и ждём ответа.
— Хорошо. Я предлагаю счастливое будущее для Елены. Ей сейчас нужно избавиться от вас обоих и влюбиться в человека, может, в того в того блондинчика, футболиста? — предложил я.
— Мэтт Донован?! Серьёзно?! — воскликнул Дэймон.
— А почему бы и нет? — удивился я.
Всё равно лучше, чем эти два идиота.
— Они поженятся, будут жить долго и счастливо, создадут идеальную семью и продолжат род Петровых. Каждую пару сотен лет у тебя будет новый двойник, и твоим гибридам не будет конца, да, Клаус? — сказал Стефан, прожигая меня злым взглядом.
— Считай это дивидендом, вложением в её будущее. После того, как ты отдашь мне гроб, я буду охранять всю её естественную жизнь. Для неё так будет лучше. Итак, что скажешь, Стефан, мы договорились? — спросил я, переводя взгляд с одного брата на другого.
— Ты что? — воскликнул Дэймон, когда его брат пошёл мне навстречу.
Мы пожали друг другу руки, но не я один понимал, что это всего лишь фарс.
— Хорошая попытка, Клаус, но нет, — сказал Стефан.
Чем и закончил мой лимит благородности на сегодня. Эти два сопляка решили, что могут мной командовать и ставить мне условия, а вот это было зря, за что Стефан и заплатил. Одним резким движением я сломал ему руку, поставил на колени и сунул его кисть в горящий камин, около которого мы так удачно стояли. На попытку Дэймона спасти брата отреагировал Элайджа, прижав его к стене и удерживая за горло.
— Что ты делаешь? — с шоком уставился Дэймон на Элайджу.
Что ещё раз подкрепило мои подозрения. Значит, мой брат с ними за одно.
— Хватит, — закричал Дэймон, видя, как рука его брата сгорает в языках пламени.
— Привези мне гроб, пока я не сжёг его целиком, — зарычал я на вампира.
— Я привезу, — ответил Дэймон, не отрывая глаз от брата, а потом ушёл.
— Езжай с ним, брат, проследи, а когда ты вернёшься, я сдержу обещание, и мы воссоединим семью, — сказал я брату, хотя предполагал, что семья уже ожила.
Как я и думал, брат оживил остальных. Встреча с семьёй прошла болезненно, но больше всего повергло всех в шок появление нашей матери. По глазам Элайджи я понял, что он не знал об этой части плана. Она сказала, что простила меня и хочет воссоединить семью, но только я знал истинную причину — я убил мать.
Когда вся семья разошлась по комнатам, оккупировав мой дом, я ушёл в мастерскую, нужно было взять себя под контроль, иначе прольётся много крови. От работы меня оторвал телефонный звонок. Звонила Елена, неужели эти идиоты снова что-то натворили.
— Дорогуша, ты уже соскучилась? — усмехнулся я, отвечая на звонок.
— Они достали кинжалы из твоей семьи, — на одном дыхании выпалила Елена.
«Она беспокоится обо мне», — с удивлением понял я, и отчего-то на душе стало теплее.
— Я уже в курсе, а ты за меня что, переживала? — спросил я, лукаво улыбаясь.
Я слышал, как она облегченно выдохнула, и губы сами собой расплылись в улыбке. Она не перестаёт меня удивлять.
— Просто не хочу, чтобы кто-то из моих близких пострадал, — ответила она и скинула звонок, а я с какой-то глупой улыбкой плюхнулся на диван.
Её звонок успокоил что ли, но теперь я не хочу идти и кого-то убивать, мне слишком хорошо. Я прикрыл глаза и начал вспоминать вечер у камина и её мягкие губы.
