Сказки о Саске

За окном скопились густые сердитые тучи, они хмуро собирались в кучу, кажется затевая громкий спор между собой. Маленькая девочка лежала в темной спальне, широко открыв черные глаза, сжав крохотными пальчиками одеяло, натянутое на нос, и испуганно глядя на набирающую силы непогоду за окном. И тут грянул гром: малышка вскрикнула, спрятавшись под одеяло, но тучи все еще ругались и грохот их ругани пронесся над всей Конохой, а то и Страной Огня. Девочка страшно боялась грома и грозы, но ведь она дочь самых сильных ниндзя, ей нельзя поддаваться таким страхам! Только одно дело сказать - нельзя, другое - сделать. Малышка, которой еще не было 4 лет, тряслась от страха и вдруг ее одеяло отодвинулось и на кровать села ее мама, устраиваясь с ней рядом. - Не возражаешь, если сегодня я посплю у тебя, моя принцесса? – негромко сказала мама, легко убирая темные волосы с вспотевшего лба дочки, и одновременно поправляя свою выбившуюся из-за уха розовую прядь. Мама и дочь не очень то похожи, разве что форма глаз и аккуратный носик, но красивая женщина вызывала трепетное восхищение у малышки, мечтавшей когда-нибудь вырасти в такую же красавицу. Девочка отчаянно закивала на вопрос или даже предложение самого родного человека, и мама Сакура прижалась к дочке, ласково гладя ее и улыбаясь, без слов чувствуя ее страхи и убаюкивая своим присутствием. - Мама, а плохо, что я грома боюсь? – неуверенно спросила девочка, чуть вздрагивая от нового раската, но в этот раз куда спокойнее, укутанная руками матери. - Конечно, нет. – Нежно улыбнулась Сакура Учиха. - Но ведь у папы стихия молния… - И что? - Я тогда не должна бояться, - испуганно сжалась девочка, понимая, что говорит она одно, а чувствует другое и потому ощущая некую вину за собой. Мама крепче прижала ее к себе, целуя в лобик. - Милая Сарада, это нормально - бояться. Все чего-то боятся. - Неправда! Папа ничего не боится!... – даже возмутилась Сарада Учиха. - Ошибаешься, - губы женщины чуть тронула грустная улыбка, а зеленые глаза, напротив, потеплели. Девочка с удивлением уставилась на маму: как папа может чего-то бояться?!! Ее папа Саске Учиха – это его все пугаются!!! Однако мама ее не обманывала: папа тоже чего-то страшится! Только как такое вообще возможно?! Она видела как взрослые люди произносят его имя – с трепетом, уважением и придыханием. И такой человек чего-то боится?! Малышка Сарада растерянно, в полумраке комнаты, разглядывала улыбку матери: она ведь не лжет. - Мамочка, а чего же пугается папа? Пауков как ты? - Нет, милая. Помнишь, как он поймал одного на кухне – для мамочки? - Ага… Но тогда чего папа боится? - Нас с тобой, милая. – Добродушно ответила Сакура Учиха. Черные глаза девочки заблестели от удивления, и она даже зашептала: - Меня и тебя? Но мы же не страшные! - Он боится нас не потому, что мы страшные - это в самом деле не так. Он боится нас потому, что мы такие хрупкие и что он может нас потерять, если не будет самым сильным. - Потому папочка много тренируется? - Правильно. - И потому он так надолго уходит? – печально скуксилась Сарада. - Увы, моя принцесса. Папа думает, что если сразу уничтожит всех врагов, то нам нечего будет бояться. - А разве это не так? - К сожалению, нет. Например, ты боишься грозы. Что сделать папе, чтобы защитить тебя от грозы? Сарада задумалась. - Если бы он был рядом, мне не было бы так страшно… - Правильно, моя хорошая. Но если он постоянно нас будет защищать от грозы и пауков, он сможет так стать сильнее? - Не знаю… - задумалась девочка. - Но ведь он будет с нами. - И, к сожалению, мы все трое будем бояться: я - пауков, ты - грозы, а папа потерять нас, ведь враги еще где-то ходят по миру. - Мамочка, а что же делать? – прошептала Сарада, уже ощущая тесноту в груди от какой-то взрослой тоски. Сакура прижалась губами к лобику дочки, успокаивая своей теплотой и неизмеримой любовью, негромко говоря: - Нам надо самим стать сильнее, чтобы папа ни о чем не беспокоился, чтобы помочь ему защищать других людей, и чтобы он почаще бывал с нами… - Да… Мама, я постараюсь не пугаться грозы, хорошо? А ты не бойся пауков – я буду тебя защищать! Снова прогремел гром и комнату на мгновение осветила вспышка молнии, девочка вздрогнула, побледнев, инстинктивно прижимаясь к матери. - Но пока я боюсь пауков, а ты грозы, - мама плотнее обняла свою дочь, поглаживая по голове и спине, - давай помогать друг другу? Девочка расслабленно прижалась к матери, зажмурясь и кивая. Сидя за столом и обедая, Сарада спросила: - Мама, а папа злой? - Злой? Кто это сказал? - Все говорят, что папа злой, - расстроенно повторила девочка. Сакура прекратила мыть посуду и подсела к понурой дочке. - Я расскажу тебе секрет, но его никто не должен знать, хорошо? Девочка загорелась, глядя на маму, захлопнула ладошками рот и на всякий случай прекратив дышать. Мама нагнулась к ней и зашептала: - На самом деле твой папа самый добрый человек в мире. - Правда? Но он всегда такой… хмурый?! – не поверила девочка и Сакура усмехнулась. - Понимаешь ли, все так часто пользовались его добротой: висли на нем, угощали тем, что он не хотел, но он не мог никому отказать, чтобы не обидеть. И тогда… папа решил всегда делать такое строгое лицо, - Сакура весело спародировала суровое лицо мужа, чуть перестаравшись, и дочка захихикала. – И тогда многие стали думать, что он злой и перестали беспокоить его по пустякам. Находясь на прогулке, Сакура сидела на лавочке и читала, пока ее дочурка лазила и играла с другими детьми на игровой площадке, но вдруг Сарада подходит к ней вся в слезах. - Что случилось, моя прелесть? - Мама, а они говорят, что папа монстр… - Кто говорит? – Сакура недобро сверкнула глазами в сторону детей, которые ухохатывались чем-то, глядя в их сторону. Сарада всхлипнула и стала утирать кулачками слезы, но подрагивающие губки и резкие вздохи совсем не помогали не плакать. - Они говорят, что папа превращается в монстра и всех ест… Он и нас с тобой когда-нибудь съест… На лице мамы появилась зловещая улыбка, она медленно посмотрела на детей, которые были взрослее ее крохи, и вдруг топнула в их сторону, вызвав маленькое землетрясение на площадке, отчего дети с криками убежали. Сакура погладила по голове дочку. - Никакой папа не монстр. На самом деле он заколдованный принц – его закляли иногда превращаться в чудовище, чтобы отпугивать от своего сокровища таких безобразников, - женщина кивнула в сторону сверкающих пяток ребятишек. – Но чтобы он часто не превращался в чудовище – его надо иногда обнимать и целовать. Сарада тут же успокоилась и смущенно, но сурово закивала, сдвинув бровки со всей серьезностью. Но тут на ее личике появилась неуверенность: - А еще говорят, что у папы есть страшные руки на спине! Он ими хватает тех, кто ему не нравится… - У папы в самом деле когда-то были крылышки, но они совсем не страшные, ими он помогает людям нести тяжести вроде тяжелых сумок или, например, - Сакура мечтательно усмехнулась, - твою маму. - Правда?! – восхищенно загорелась малышка. - Конечно, моя доченька… Саске устало потер плечо, он вернулся домой с очередного задания и сидел за столом с кружкой чая. Сакура и Сарада тепло встретили его, но Саске кое-что смутило. Жена, домывая посуду от ужина, повернулась и радостно улыбнулась ему. Не смотря ни на что, она верит в него и ждет… Только вот… - Сакура, что за сказки ты про меня рассказываешь нашей дочери? - Сказки? Какие сказки? – удивилась Сакура. - Что это? – он протянул рисунок Сарады, который она ему подарила, прежде чем Сакура уложила спать взбудораженную возвращением отца малышку. Розоволосая женщина с любопытством посмотрела на рисунок и улыбнулась: кроха Сарада как могла нарисовала дом, себя и маму, которые кажется кому-то показывали кулаки (не хотелось верить, что это неприличные жесты), а сверху парил, лучше не скажешь, Саске на каких-то забавных крылышках, похожих на коровье вымя, и с очень широкой улыбкой, а еще он бросал на свою жену и дочь что-то вроде цветов – или маленьких медведей? - Как мило! – до слез растрогалась Сакура – дочка не показывала ей этот рисунок, потому что он был только для папы. - Что это за принц-фей? – пытаясь быть как всегда спокойным, спросил Саске, но чувствовал себя очень неуютно, ожидая ответа. Сакура прыснула и посмотрела на неумелые, но твердые подписи дочки: мама, Сарада, принц-фей и в скобках – папа. - Ты, - хихикала женушка. Саске прищурился. - И как это я стал принцем, да еще и феей? Почему я летаю? И что это такое? Почему я тут больше похож на девочку, а ты на…? Одна ее бровь поползла вверх: - На…? Саске плотно сжал губы, хмуро глядя на рисунок. - Ощущение, что вы меня защищаете, а не я вас. – Будто с какой-то обидой заявил он. - Что я за неженка? Что ты рассказываешь обо мне нашему ребенку?! Сакура ухмыльнулась и подсела ближе к мужу, устроив ладони на его плечах и став их мять, отчего Саске на миг даже забыл о чем они говорят. А жена ласково сказала, чувствуя внутри себя необыкновенное спокойствие от того, что ее семья вместе, целая…: - Мир нашей дочери пока такой, она защищает тех, кого любит как умеет. - Но я тут… - Это детский рисунок, дорогой, - Сакура чуть с силой смяла его затекшие плечи, и мужчина ощутил странный стыд от того как охнул от волны довольства прошедшей по его телу. - Почему… почему она сказала так…? – неловко краснея от восхитительного массажа жены, спросил Учиха. - Как? - Когда ты меня поцеловала, Сарада сказала: правильно мама, еще целуй… А потом она то и дело подбегала ко мне: то обнимет, то целует, а перед сном еще и прошептала что-то вроде «не превращайся в чудовище». Сакура смутилась, припоминая что она такого наплела дочке, породив такие фантазии, и, обняв мужа со спины, навалившись на него, повторила. - Мы защищаем того, кого любим как можем. - Защищаете? - Защищаем, - кивнула Сакура. – От холода, от одиночества, от разных страхов потерять свое сокровище - нас. Я и Сарада всегда защитим тебя от этого. Саске взял рисунок и еще раз посмотрел на него, чувствуя, как щека жены и вся ее фигура льнет к нему со спины. На рисунке Сакура такая силачка, а он в самом деле какая-то фея, уже даже без принца… - Я понял. Буду чаще возвращаться и быть с вами. Боюсь, если я этого не сделаю, в следующем рисунке на мне будет платье… - Он чуть повернулся к уставшей жене, глаза которой слезились радостью от его слов. – А теперь моя очередь уберечь вас… - Тогда, любимый… - Сакура плотнее прильнула к нему, такая податливая как глина, горячая, невыносимо-приятно пахнущая, сводящая с ума; он ощущал, как ее грудь вдавилась в его спину и от этого мурашки шли по коже, накаляя, возбуждая желания быть еще ближе. Саске повернул голову назад и потянулся к Сакуре губами, жарко выдыхая на лицо жены, невольно выдавая свое состояние, но вдруг она вскинула руку вперед, указывая на угол кухонной тумбы, и прячась за мужем, сказала. – Убери того паука…