Я не могу без тебя спать

Последующие пару дней ничего не менялось. Хэ Сюань все так же игнорировал Ши Уду и уходил из любого места, где они пересекались, а тот все так же наблюдал за ним и пытался выиграть момент. На очередной репетиции по просьбе одной милой девушки Ши Уду все таки согласился остаться и сделать пару снимков с репетиции. Хотя на самом деле никто его не уговаривал, он бы и сам никуда не ушел. Он хватал каждый шанс видеть Хэ Сюаня и старался прочувствовать его настроение, чтобы в решающий момент снова попытать удачу. Но Хэ Сюань стал очень мрачным, а ранняя усталость так и не сходила с его лица. Единственное, теперь его таскали за собой в столовую девочки из танцевальной группы. Но Хэ Сюань все равно питался плохо. То ли из-за своего состояния, то ли из-за большого количества дел. А судя по мешкам под глазами, спать он тоже перестал. Во время небольшого перерыва Хэ Сюань так же сидел за столом возле аппаратуры и заполнял документы на участие в мероприятии и не пошел с остальной частью отдыхать. Ши Уду сходил в кофейню и выторговал кофе с последним флакончиком мятного сиропа у какой-то девушки, а взамен купил ей чай на апельсиновом соке. Он зашел в зал, Хэ Сюань все сидел на месте и склонялся над листами. Уду прошел сквозь оставшихся людей и поставил кофе на край стола. Хэ Сюань не поднял головы. - Ты не ел, выпей пока горячий. Тишина. - Хэ Сюань. Молчание. Уду ничего не оставалось, кроме как глупо постоять и отойти от стола, чтобы хотя бы не загораживать Хэ Сюаню свет. Хэ Сюань кинул мимолетный взгляд на стаканчик с кофе и вернулся к прежнему занятию. Ши Уду пристально наблюдал за ним. А мимо него в этот момент пронеслась какая-то девушка и чуть не прыгнула на Хэ Сюаня. Остановилась она только потому, что не хотела помешать тому возиться с листами. Иначе ни ему, ни тем более ей проблем не обобраться, если что-то будет испорчено. - Хэ Сюань, а ты чего не пошел поужинать? Она присела на пустой край стола. Еще одна очередная поклонница и обожательница. - Я тебя ждала, а ты не пришел. Хэ Сюань поднял голову, снял очки и едва заметно улыбнулся, прежде чем снова склонился к бланкам. - Слезь со стола, а то упадешь. Девушка приняла его слова за искреннее беспокойство и спрыгнула с краешка. - Это твой кофе? Можно сделать глоток? Хэ Сюань кинул еще один взгляд в сторону стаканчика и невольно провел кончиком языка по высохшим губам. - Можешь забрать весь, я его еще не пил. Девушку, видимо, еще больше тронула такая забота и щедрость, что она засветилась от радости и едва не захлопала ладошками. - Ты такой добрый, обещаю угостить тебя обедом. - Не нужно, это досталось мне бесплатно. Ты мне ничего не должна. Хэ Сюань уже подумывал уйти из зала и заканчивать последние "штрихи" где-нибудь в другом месте, но девушка похоже решила, что ее задача здесь выполнена, и она с легкой душой может возвращаться к друзьям. Ведь внимание Хэ Сюаня она привлекла. Она забрала кофе, сказала еще пару слов и убежала. Ши Уду молча наблюдал. Молча сидел на стуле, в то время как внутри все разрывалось от ревности. Почему Хэ Сюань отвечает кому-то, но не ему? Почему какая-то девушка достойна его мимолетной улыбки, а он нет? Неужели он зашел в полный тупик, и отсюда нет выхода? Нет, Ши Уду в это не верил. Должен же быть шанс. Не может же быть такого, что Хэ Сюань так быстро остыл и отказался от своих чувств? Или может? Тогда он тем более должен с ним поговорить! В глубокой задумчивости он просидел еще немного времени, пока перед его лицом не замахали ладонью. Рядом опустилась девушка. Та самая, к которой Ши Уду пришел несколько ночей назад. Та самая, которую он по дурости умудрился поцеловать. В голове Ши Уду громким звоночком протрубила тревога. Это не к добру. Но прежде, чем он успел встать и отвести девушку в другое место для разговора, та без стеснения выпалила. - Я ищу тебя уже второй день, ты избегаешь меня? Когда пару дней назад ты врывался в мою спальню, то не выглядел таким смущенным, может объяснишься? Блять. Блять. Блять. Ши Уду неосознанно повернул голову и посмотрел на Хэ Сюаня. Тот, казалось, не слышал. Но стоило присмотреться, и можно было заметить, что он сильного нажатия карандаш в руке Хэ Сюаня вот-вот треснет и переломится пополам. Какое тут к черту самообладание, когда при тебе говорят такие вещи. - Чего ты молчишь? В прошлый раз ты начал с таким желанием, а теперь убегаешь? И тут не выдержал уже Хэ Сюань. С громким хлопком припечатал лист к столу, рывком отодвинул стул и без единого слова вышел из зала. Самому Хэ Сюаню показалось, что он не просто вышел, но вылетел из помещения, чтобы больше не слышать ни слова о том, что говорилось. Он не остановился даже когда миновал коридор. Не сбавил шаг, когда вступил на пустой воздушный переход. Да сейчас все пустое, остались только танцоры и музыкальная группа. Куда он шел, он не знал и не думал. Хотелось просто сбежать и укрыться, где-нибудь пересидеть и в одиночестве прочувствовать все то, что только что произошло. Неожиданно кто-то схватил его за запястье. Не просто остановил, но легко потянул на себя. Хэ Сюань резко обернулся и встретился взглядом с взволнованными - даже испуганными - глазами Ши Уду. На этот раз ступор не последовал, и Хэ Сюань сразу вырвал руку из тугой хватки и повернулся, чтобы уйти. Уйти. Скорее уйти. Еще немного и... Но Ши Уду снова схватил его за руку. - Стой, я могу все объяснить... Но последний слог еще не успел прозвучать, как в воздухе раздался звонкий шлепок. На мгновение воцарилась тяжелая тишина. Ши Уду ощутил резкую боль в области скулы и щеки. Кожа горела, тело дрогнуло. Но руку Хэ Сюаня он не разжал. На этот раз Хэ Сюань силой выдернул свое запястье. Ладонь неприятно щипало после удара. Хэ Сюань не отвернулся и не стал сбегать. Он сделал пару шагов назад и остановился, уставившись на Ши Уду. Несколько секунд тот был дезориентирован, но быстро пришел в себя и поднял голову. Хэ Сюань не отводил взгляд. Ему казалось, что он вот-вот задохнется. Легкие болели, ком в горле мешал вдохнуть. Хэ Сюань боялся, что на выдохе он сдастся, и слезы, которые застыли в глазах, раскроют его волнение. Он больше не может... - Пожалуйста, выслушай меня. Голос Ши Уду тоже дрожал, но Хэ Сюаня это сейчас не волновало. - Я не хочу тебя больше слушать... Растерянность отобразилась на лице Ши Уду. Он подумал, что Хэ Сюань снова уйдет и сделал шаг в его направлении, но голос Хэ Сюаня из тихого шепота превратился в громкий крик. - Не приближайся! Не прикасайся ко мне. Не подходи. И Ши Уду замер. Хэ Сюань вытер первую дорожку слез. Все-таки не сдержался... Он повторил. - Больше не подходи ко мне. Ты мне противен. Противен ты и все, что с тобой связано. Кадык на его шее резко дернулся, и Хэ Сюань заплакал. Слова превратились в истерику. - Оставь меня в покое. Ты разве еще не наигрался? Может хватит? Ему было трудно говорить и тяжело дышать. Слова выходили медленно, голос не хотел подчиняться, то и дело срывался на каждом вдохе. Ши Уду наблюдал за его попытками сдержаться, видел его провалы и сам чувствовал, как тяжелый ком сковывает горло. - Дай мне просто забыть тебя. Разве это сложно?! Хэ Сюань тремя широкими шагами преодолел расстояние между ними, схватил Ши Уду за одежду и толкнул назад. - Сложно?! Это было не рыдание, его накрыла настоящая истерика. Ши Уду чувствовал, как по собственным щекам текут слезы. Испуганными глазами, как глупый щенок перед хозяином, он только и мог, что глотать собственное отчаянье вместе со слезами и слушать яростную мольбу. Он ничего не отвечал, не мог. А Хэ Сюань продолжал выливать на него эмоции, злость, страх и боль. В конце он опустил голову, позволил слезам просто катиться вниз и тихо прошептал. - Просто отвали от меня. Дай мне жить спокойно. Ши Уду инстинктивно хотел накрыть его ладони на своей груди, но Хэ Сюань как предвидел - разжал пальцы и опустил руки. С громким всхлипом, он вытер глаза и развернулся, чтобы уйти. Ши Уду стоял, как зачарованный. - Ты никогда не простишь меня? Хэ Сюань обернулся и невесело усмехнулся. - Я тупой дурак, что так легко повелся на твои ухаживания! Легко... Ши Уду потребовалось несколько месяцев, чтобы сломить оборону Хэ Сюаня. Если это "легко", то насколько же серьезно все это для него было? - Прости меня. Хэ Сюань не ответил. Еще раз вытер последние слезы с лица и ушел. Куда он пошел, Ши Уду не знал. Он постоял на месте и вышел на улицу. Десять месяцев. Десять месяцев в никуда из-за своего блядского эгоизма. Ши Уду включил зажигание в машине и долго просидел без движения. Он не знал, что ему теперь делать, и как поступить. На носу два выходных, и на этой неделе он обещал провести их с семьей. Родной матери у Ши Уду не было. Она умерла свскоре после родов, и первое время за ним ухаживали разные няни и нанятые отцом ухажерки. У самого отца времени было мало, но Ши Уду ясно помнит, что тот очень старался уделать ему побольше свободного времени, если оно у того было. Через три года отец женился повторно на матери Ши Цинсюаня, а еще через полтора года родился сам Цинсюань. Они прожили вместе лет десять. Ши уду помнит многочисленные скандалы и ругань. Приемная мать никогда не относилась к нему хорошо, она любила только Цинсюаня и все это видели. Банкирское дело отца скоро пошло вверх, и времени на семью у него оставалось все меньше. Но даже так он замечал явный разлад в семье и жену, которая обращает внимание только на себя. На чувствах Уду с Цинсюанем это не повлияло - они с детства росли дружно и в их братских отношениях всегда царило понимание и взаимовыручка прямо до самого поступления Ши Уду в университет, потом Уду пришлось съехать. С той женщиной отец развелся, но видеться с матерью Цинсюаню никто не запрещал. Отец Уду был долго загружен работой, и только шесть лет назад он познакомился с прекрасной женщиной Чжи Ай. Она была нанятым в его компанию дизайнером. Они долго общались, как коллеги, потом долго дружили вне работы. В этот раз отец Уду старался не спешить, чтобы избежать прошлых ошибок. Три года после они встречались и год назад наконец поженились, и сейчас Чжи Ай была беременна. Она сразу понравилась и Ши Уду, и даже Ши Цинсюаню, у которого и так была мать. Она была младше их отца на пять лет, но это не сильно бросалось в глаза. Красивая и любящая женщина была с радостью принята в семью Ши. И как ее любили братья Ши, так же и она любила их. По началу он стеснялась и неловко пыталась поладить с чужими сыновьями, но вскоре хорошо подружилась со всеми домочадцами. За все время пребывания ее в их доме - а теперь и в ее - Ши Уду не раз спрашивал у нее совета и просил помощи, а в последнее время так вообще доверился настолько, что был готов рассказывать абсолютно все. По-правде, из всех членов семьи и прислуг, именно с Чжи Ай у него были самые теплые и доверительные отношения. И сейчас Ши Уду был разбит и находился на грани того, чтобы не пойти к этой женщине и не расплакаться у самого порога. Но чтобы он не говорил, объяснить и оправдать свой поступок даже перед таким понимающим человеком он не сможет. Ши Уду завел машину и поехал домой. Может домашняя обстановка поможет отвлечься и придумать выход. Отца дома не было, он еще не приехал. Чжи Ай сидела за компьютером. Теперь она была членом обеспеченной семьи и в принципе не нуждалась в работе, но по своему настоянию уговорила Ши Чжана - отца Уду - и дальше заниматься дизайнерскими разработками для других компаний. И пока срок у нее был маленький, никто ей не отказал. Ши Уду улыбнулся. Она сидела в пушистом комбинезоне-пижаме и выстраивала таблицы с расчетами. Женщина была так погружена в работу, что не услышала, как Уду вошел в комнату. Только когда тот наигранно хмыкнул, она подняла голову и с широкой улыбкой подбежала, чтобы обнять его. Ши Уду обнял в ответ. Несмотря на некровное родство и разницу в возрасте, он очень любил проводить время с Чжи Ай. И когда он увидел ее сейчас здоровой и радостной, у него как будто что-то отлегло. Чжи Ай взяла его лицо в свои теплые руки и пристально взглянула в глаза. - Я скучала по тебе. В последний месяц ты не приезжал и даже звонил редко. Ши Уду ласково улыбнулся. - У меня были некоторые дела. Обещаю исправиться. Она отошла назад на несколько шагов и посмотрела на Уду. - Ты так похудел. Совсем отец загонял тебя на работе. я говорила ему, тебе сначала нужно закончить учебу, а потом уже начинать работать. - Нет, все в порядке. Мне нравится подрабатвать в фирме отца, все равно после учебы туда. Чжи Ай цокнула языком и скрестила руки. Он задумчиво взглянула на Ши Уду, и тот заметил в ее глаза беспокойство. Ему захотелось засмеяться от такой заботы, но Ши Уду сдержал себя и только улыбнулся. - Со мной все в порядке, честно-честно. Просто стало меньше времени, чтобы забежать поесть. За ужином собрались все. Приехал Ши Чжан и даже Цинсюань решил остаться дома на выходные. Он рассказывал истории, которые происходили с ним на первом курсе за эти два месяца. Ши Уду знал - о многом он умалчивал, не со зла, просто так. Чжи Ай слушала его внимательно и периодически по-доброму подшучивала. Цинсюаню это нравилось. Даже Ши Чжан смеялся. Ши Уду слушал их разговор, шутки и незлые стебы, но не вникал в суть. Мыслями он был далеко от этого места и этой комфортной семейной атмосферы. Он много думал о словах Хэ Сюаня. "Просто дай мне забыть тебя. Разве это сложно?" Сложно. Слишком сложно, чтобы Ши Уду мог просто так согласиться. Слишком сложно, чтобы исполнить просьбу. Чжи Ай то и дело поглядывала на расстроенного парня. Она не спрашивала у него ничего и не поднимала разговор на общим столом, но очень переживала за Ши Уду. После ужина они еще немного посидели вчетвером. Ши Цинсюань ушел в душ, а Ши Чжан ненадолго поднялся к себе. Ши Уду сидел в гостиной у окна. Вдалеке то и дело сверкали полосы молнии, но дождя все еще не было. Ши Уду пребывал в задумчивости и сильно вздрогнул, когда на его плечо легла чужая рука. Он поднял голову и увидел все такое же обеспокоенное выражение на лице Чжи Ай. Он хотел улыбнуться, но улыбка вышла совсем нерадостной. - Что у тебя случилось? Весь вечер ты сам не свой. Ши Уду хотел отшутиться, но сам случайно выдал серьезность своих переживай тем, что обернулся проверить, нет ли никого поблизости. Чжи Ай кивнула ему головой, и они вдвоем поднялись на второй этаж. Ши Уду вошел в свою спальню и закрыл за Чжи Ай дверь. Он сел на пол, а женщина присела на мягкое кресло позади него. Уду долго молчал и в конце концов передумал хоть как-либо начинать этот разговор. Поэтому его начала Чжи Ай. - Расскажи, что тебя беспокоит. Ши Уду откинулся головой на сиденье кресла и прикрыл глаза. Произошедшее все еще ясно звучало в его голове, от чего в горле неприятно защемило. Чжи Ай положила руку ему на макушку и нежно, очень мягко помассировала пальцами кожу головы. Она не торопила его, просто продолжала гладить и терпеливо ждать. И тут произошло то, чего не ожидал никто из них. Ши Уду положил лицо на ее колени, обнял мягкую ткань пижамы на ее ногах и тихо завыл. В первое мгновение Чжи Ай растерялась и очень испугалась. Рука над головой Уду зависла в воздухе. Ши Уду всхлипнул и еще сильнее прислонился лицом в пушистый комбинезон на ее коленях. Чжи Ай продолжила гладить его по голове, шее, спине. Она все так же молчала, не просила успокоиться и давала Ши Уду возможность выплакаться и успокоиться. Ши Уду поблагодарил бы ее за такой шанс, но сейчас единственное, чего ему хотелось, это продолжать скулить в чужие ноги и чувствовать нежные прикосновения пальцев на своей спине. - Я очень... сильно облажался... Ему не хватало кислорода, и почти после каждого слова он вздрагивал в попытках поймать ртом побольше воздуха. - Чшш. Что случилось? Ши Уду снова всхлипнул. Он продолжал лежать лицом на коленях. - Я очень сильно обидел любимого человека. И не знаю, что теперь делать. Чжи Ай не спрашивала, кто это, не спрашивала, как долго они вместе. Она не спрашивала ничего, что могло не касаться ситуации. - Ты пробовал поговорить с ним? Ши Уду кивнул. - Он* не хочет меня слушать (*в китайском "он", "она" и "оно" произносятся одинаково - тха. Поэтому по одному местоимению невозможно понять, о ком идет речь - о мужчине или о женщине). - Что между вами произошло? Ши Уду молчал. Он доверял Чжи Ай, но о подробностях своего поступка хотел умалчивать насколько это возможно. Чжи Ай не стала настаивать. Она продолжала массировать голову Уду и думать над ответом. - Если ты чем-то сильно обидел этого человека, и он не хочет с тобой разговаривать, то дай ему время, чтобы отойти от произошедшего. Сейчас вы двое скорее всего на эмоциях, и оба нуждаетесь в отдыхе. Когда обида и гнев немного отойдут, вы сможете все разрешить. Она помолчала и добавила печальный конец. - Или по общему согласованию разумно "покинуть" эти отношения. Ши Уду, как маленький ребенок, ответил на последнюю фразу, как будто его слова могли бы много чего поменять. - Но я не хочу заканчивать эти отношения. Чжи Ай ласково посмотрела на него. - Тогда запасись терпением. Обида не проходит быстро, особенно, если человек тебе доверял. Внутри Ши Уду что-то кольнуло. Сильный удар на поражение. Хэ Сюань и правда ему доверял. Как бы тяжело ему не было, сейчас Ши Уду и правда бессилен. Чжи Ай права, ему стоит запастись терпением и дать Хэ Сюаню время остыть. Но он боялся, что за это время уйдет и его шанс вернуть Хэ Сюаня. Ши Уду постарался выкинуть эту мысль из головы. Спешить нельзя, иначе испортит еще больше. Они просидели так еще около получаса, пока Уду окончательно не успокоился. Чжи Ай предложила спуститься обратно в гостиную и приготовить имбирный чай. Это был не только предлог перевести тему, но и позволить Ши Уду отвлечься и сконцентрировать внимание на другом деле. За это он тоже поблагодарит Чжи Ай потом. Хэ Сюань пришел домой рано. Он ушел почти сразу после... разговора с Ши Уду, только предупредил группу, что его репетиции на сегодня окончены, и оставил танцоров своим руководителям. По пути домой он зашел в магазин и накупил разных сладостей: мармелада, шоколад, леденцы и сухие закуски. От сладостей и чего повредней он никогда не откажется. Посидел немного над итоговыми заданиями и уселся за телевизор. Каким бы спокойным он не выглядел, голова шла кругом от мысленного переутомления. Хэ Сюань изо всех сил не давал своим воспоминаниям вернуться к тому ужасному разговору в коридоре. Ужасно стыдно, отвратительное поведение. Как он мог так позорно сдать. Хотя если подумать, Ши Уду, кажется, тоже плакал. Или ему показалось. Скорее всего так. Хэ Сюань мысленно замотал головой и попытался в который раз за вечер переключиться на другую тему. Он и так устал, а от самобичевания и вины лучше ему не станет, а такие мелочи, как воспоминания о былых вечерах, Хэ Сюань и вовсе выбросил из головы. Пустая трата времени. Он не был слишком романтичным и никогда не понимал людей, которые хранят подарки или вещи после неудачных отношений и аргументируют это дорогой для сердца памяти о человеке. Для Хэ Сюаня такие вещи становятся эмоционально пустыми сразу после того, как общение с дарителем обрывается на негативной ноте. Он либо сразу возвращал подарки, либо выбрасывал. Исключением были практичные вещи по типу одежды, ручек и тому подобному - те предметы, которые можно использовать в повседневной жизни. Но эмоциональной близости с дарителем для Хэ Сюаня это предметы больше не имели. Поэтому он просто плюнул на подаренные Ши Уду часы и футболки - их еще можно носить, почему нет. Хэ Сюань только расслабился, как зазвонил телефон. Сердце Хэ Сюаня дрогнуло, но он тут же успокоился, когда увидел, кто звонил. Звонила тетя. Хэ Сюань даже немного разочаровался, но быстро запретил себе эти мысли. Его тетя - Цзинь Чжу - была родной сестрой отца Хэ Сюаня из Китая. Из Японии у него тоже осталось много родственников, но это уже по линии мамы. Тетю и дядю он очень любил и имел с ними теплые отношения с самого детства. До смерти родителей и сестры здесь, в Китае, в городе, где сейчас проживают эти двое, у его родителей было семейное дело - небольшой ресторан. Родители готовили превосходно, особенно отец. Тетя и дядя помогали с открытием и развитием, а после катастрофы взяли управление на себя. Само собой, ресторан перешел в руки Хэ Сюаня, но тот тогда был так подавлен и завален учебой, что попросту не потянул бы такой груз. Управление было взято на себя Цзинь Чжу и ее мужем Цзинь Жун. Конечно, популярность немного упала, потому что на какое-то время ресторан пришлось закрыть. Но сейчас дело шло хорошо и предвещало неплохой доход. Хэ Сюань взял телефон. - Да, тетя. На другом конце линии послышался радостный голос. - Хэ Сюань, привет-привет. Как твои дела, надеюсь, все хорошо. Ты перестал звонить. Хэ Сюань тоже непроизвольно заулыбался. Его тетя всегда была такой - даже не старалась, а уже заставляла улыбнуться. Он прознал этот ее прием, еще когда был маленький. - Все хорошо. Был завален делами. Прости, что не звонил. - Хорошо-хорошо, верю. Она помолчала пару секунд и приступила к разговору. - Мы с твоим дядей подумали кое о чем и решили спросить твоего мнения. Это касается ресторана. Хэ Сюань сделал телевизор потише, накинул на плечи плед и уселся на диване поудобнее. - Я слушаю. Цзинь Чжу вкратце рассказала о новой идее совместить ресторан и пристройку и оборудовать бар на больший спектр различных видов кофе. По сути сделать ресторан с дополнительной верандой для небольшой кофейни. Хэ Сюаню эта идея очень понравилась. Но не заходя далеко, он спросил за цену реализации такой задумки. И цена оказалась немалой. Но если учитывать популярность заведения с вкусной едой и обученными поварами, то после открытия кофейня оправдает свои ожидания. Хэ Сюань спросил. - Моя машина все еще числится на парковке? - Да, ее никто не трогал. Ключи лежат у меня. - Продайте ее. Повисла тишина. - Хэ Сюань... Ты уверен? У нас хватит денег для перестройки. Пусть машина стоит и ждет твоего возвращения. - Скорее всего я не вернусь еще долго. А машина мне пока не нужна. Выложите объявление, и если ее купят, прибавьте эти деньги к тем, что уже на руках. Мне и так неловко, что вы занимаетесь работой, которую должен делать я. - Перестань. К нам в карман тоже идут деньги, ты же знаешь. Так что все квиты. За разговором неожиданно для всех пролетел час. Когда Цзинь прекратила звонок, Хэ Сюань понял, что весь этот час чувствовал себя как никогда за эти дни лучше. Услышать тетин и дядин голос было приятной неожиданностью. Вот закончит он учебу и займется рестораном. И дело, и деньги, и интересно. Мечты. Хэ Сюань перебил себя. Нет, не мечты. Цели. Лег спать он тоже рано. Сильное утомление подкосило уже в девять часов, и Хэ Сюань в полной отключке проспал до утра.