Теркель и приятности

Это было утро. Если быть точным, 11 часов утра. Теркель проснулся и, не открывая глаза, стал прислушиваться к своим ощущениям. Ощущения были довольно конкретные: рука его онемела под весом чего-то большого и теплого, а в живот упрямо упиралось нечто твёрдое и живое. В общем, удобно не было совсем. Так часто бывает, когда засыпаешь в обнимку с кем-то, теснясь на небольшой кровати. Несомненно, доступу крови в ладонь Теркеля препятствовал мило сопящий Джейсон, лежащий к нему спиной прямо на его запястье. Локоть Джейсона (если справедливо называть это локтем) упрямо таранил живот Трекеля чуть выше пупка. Джейсон лежал неподвижно, изгибаясь совершенными формами его тела. "Вот он — человеческий сон, — подумал Теркель. — Время, когда все теряют свои черты характера, как добрые, так и скверные, и становятся неподвижными комочками добра и теплоты." Глядя на это умиротворяющее зрелище, Теркель никак не мог верить, что такое волшебное создание может так грязно шутить и материться со странным акцентом, размахивая ломиком. Также он не мог верить, что это создание вчера уснуло, обоюдно обнявшись с ним, и не исчезло наутро как хрупкое наваждение. Теркель старался дышать тихо и неторопливо, чтобы не разбудить этого ангела. Поняв, что правая его рука болтается без дела, пока левая подпирает талию Джейсона, он робко положил её на мягкую ляжку его лучшего друга. Лёгкая дрожь прошла сквозь Теркеля, взбудоражив все органы... Подождав, пока внутри него все успокоится и расслабится, Теркель решил, что незачем останавливаться, и начал скользить своей ладонью по шершавым штанам Джейсона как по глянцевой обложке журнала Gay Times. Он уже хотел вкусить запретный плод, приближаясь к ширинке друга, но вдруг понял, что это будет очернением того совершенного образа, который повезло созерцать Теркелю этим прекрасным утром. Остановившись в паре сантиметров от ворот в Сад Эдема, подобно Батыю, не дошедшему сотню километров до Новгорода, Теркель свернул на юг. Его ладонь умело пробралась через сумасшедшие аллегории, выпуталась из деепричастных оборотов и победно проникла под болотно-зелёную кофту Джейсона, которую так не любил Теркель, ведь она множество лет скрывала от него сладкие овалы гладких плеч его лучшего друга. Под кофтой оказалось тепло и приятно как в инкубаторе. Еле касаясь кончиками пальцев нежного животика Джейсона, Теркель нащупал его пупок. Особенный по-своему и живой пупок. Мысленно он поцеловал его и обвел языком. Тут он вспомнил, что язык у него как раз при себе. Кроме того, Джейсон до сих пор и ухом не дёрнул, так что пора включать в дело свой ротик, пока сон не прервался. Пододвинувшись ещё плотнее, Теркель почти не оставил воздуха между собой и лучшим другом. Он слегка приподнял голову и направился в сторону изящно обведенного полумесяцем падающего света кончику уха. Теркель не делал ни единого вдоха, отчего чувственность и интимность процесса возрастали в геометрической прогрессии. Сердце, кажется, сжалось в материальную точку и перестало биться вовсе. Аромат волос Джейсона, продирающийся через полосатые сети шапки, сводил с ума. Мягкие губы Теркеля обхватили холодное ушко. Он понял, что ещё ни к кому в своей жизни не был так близок. Всё в Джейсоне было так знакомо, так привычно и родно... Аромат его волос... Теплота его кожи... Прохлада его дыхания... Его звонкий голос... Тут Джейсон неожиданно обернулся и впился взглядом в растерянного Теркеля. Они смотрели друг на друга почти вечность, пока Джейсон не решил открыть рот и сказать:"Етить чувак какого хера нах???"