Остатки разума

Тяжелое дыхание срывалось с его губ. Это все неправильно. Так не должно быть. Я должна находиться здесь с ним сейчас. Что я вообще делаю. После того раза с Жаном прошло много времени. Мы просто игнорировали друг друга, а точнее я его. Я видела его отчаянный взгляд, его попытки заговорить. Но я не могла. Понимала, что поступила как последняя тварь с ним. Влюбив человека в себя, я не могла ответить с той же трепетностью и любовью на его чувства. Но я понимала, что люблю его, хотя и не знала. Как друга? Близкого родственника? Парня? От отчаяния я напилась в пабе неподалёку от дома Жана (так уж вышло, я не нарочно). Странно видеть девушку в поздний час, напивается в слюни в пятницу вечером, но так я хоть на мгновения могла забыться и не думать о своем ужасном поступке. Я уже и не переживала из-за парня, который изменил мне. Его жизнь меня больше не касалась, потому он забрал документы из вуза, где мы все учимся, и свалил вместе со своей новой девушкой куда то. Я была только рада не видеть его глупое выражение лица, выражающее надменность и желание показаться лучше остальных. Не помню сколько я выпила. Здесь я провела добрые часа два, упиваясь и убиваясь в собственной слабости, которую я так осуждала в других. Почувствовав, что мне следует прекратить вливать в свой ослабший от промозглой осенней погоды организм огромное количества алкоголя, я попыталась встать, но ноги не слушались. Я не чувствовала их. Тут я ощутила руку на своей талии и увидела незнакомое лицо какого-то мужчины. Вглядевшись, я узнала в нем своего профессора. Он ходит в такие места? Так ещё и к своим ученицам подкатывает? — Часто такие места посещаешь, Лаура? — вдруг спросил он, пытаясь помочь мне нормально встать на ноги. — Нет… Знаете, я уже ухожу. — Тебя подвезти? — Нет нужды . Не помню как, но мои ноги побрели домой к Жану. Добравшись до его квартиры, я постучала раза три, пока он сонный в одних шортах не открыл дверь и не увидел меня лежащую на полу. — Боже, это ты? Поднимая меня и ставя на ноги, Жан повёл меня в ванну, чтобы смыть потекшую тушь. — Зачем ты так поступаешь? Заставляешь волноваться за тебя? — нервно поговорил он, пытаясь аккуратно вытереть мое недовольное лицо. Я вырвалась из его хватки и стала прижиматься к нему, обнимая его торс и плача как глупый ребёнок. За все эти три недели я долго хотела спокойно поговорить, но испугалась и просто игнорировала его, будто его и не было вовсе. — Ты знаешь, что важен для меня, я не хочу терять тебя. Можешь выполнить мою просьбу? — Какую? — Повтори тот день снова. Не помню о чем я думала и что мною движило, но сказанное не вернуть обратно. Жан вопросительно смотрит и, дождавшись от меня одобрительного взгляда, подхватывает на руки и несёт в комнату. Аккуратно кладя меня на постель, снимает с меня худи и светлые джинсы, скидывая их в угол. Жан нежно проходится мокрой дорожкой от мочки уха до ключиц и добирается до мешающегося лифчика. Снимает его и начинает мять соски, облизывая их вокруг, заставляя мое пьяное тело извиваться как в тот раз. Он заводит мои руки за мою голову и скрещивает их, сжимая левой рукой. Закончив с грудью, он начинает расставлять ноги и начинает массировать пальцами самое чувствительное место, из-за чего из моих уст вырывается громкий стон, который буквально смог оглушить меня. Тут он отпускает мои заведённые руки и прикрывает мой рот своей тёплой большой ладонью. — Тише, все же спят, будь тише, дорогая — шепчет мне на ухо Жан Я киваю и чувствуя как ладонь переместилась с моего лица на талию, слегка сдавливая ее, не принося боли, а наоборот, добавляла остроты к маскированию клитора. Введя два пальца, я неприятно сжалась, ведь с того раза прошло хоть и не так много времени, но это было всего раз. Пытаясь смягчить ощущения, Жан языком стал массировать вход, и смазка стала буквально сочиться. Достав презерватив и стянув лишнюю ткань со своих бёдер, Жан надел защиту и сказал: — Я вхожу. Кивнув, я ощутила разгоряченную плоть, которая медленно входила в мое тело. Дойдя до конца, он взглянул на мое лицо, чтобы убедиться, что мне хорошо. Увидев возбужденный взгляд, Жан стал двигаться интенсивнее, расцеловывая шею и сминая мою грудь. Огибая его уже изученную спину, я поднялась выше и стала зарываться в его светлые волосы и слегка из тянуть назад от удовольствия. Жан вдруг остановился, не выходя, и потянулся за рядом лежащим галстуком. Взял мои руки и скрестил запястья, завязывая их в тугой узел и привязал их к кровати. Мой пьяный разум сразу не сообразил что к чему и я просто выполняла все его негласные команды. — Не больно? — спросил Жан — Н.нет. все в норме — с полузакрытыми глазами протараторила я Жан закинул мои ноги себе на пояс и стал резче входить в мое замученное тело. Кончив, он лёг рядом, развязав галстук и отбросив его к остальным вещам. Мы лежали в обнимку, когда я проснулась. Лежа к нему спиной, я ощущала его дыхание на своей шее, а его руки лежали на моей нагой талии, обнимая ее. Я протрезвела и осознала, что я натворила снова. Сама я хотела этого. Мне понравилось с Жаном тогда, но мое эгоистичное желание привело меня к тому, что я почти потеряла друга. Или не почти? Кто мы вообще теперь друг другу? Каждая мысль врезалась в голову, принося тупую боль, отдающую в висках.