Тренировка выдержки

Через пять секунд после того как за Томом закрылась дверь, Билл засеменил вверх по ступенькам в свою комнату, пока под ногами крутились и потявкивали собаки. Отгоняя питомцев от себя, он распахнул дверь и вытолкнул их достаточно далеко, чтобы можно было закрыться. Непривыкшие к тому, что их не пускают, они заскулили и начали шкрябать дверь, но Билл не обращал внимание. Сейчас у него на уме были другие вещи. В последнее время Том просто сводил его с ума, а сегодняшний день и вовсе стал последней каплей. Подходило время тура, и Том с Георгом решили ради этого подкачаться. Они наняли личного фитнес-тренера, который составил им жесткую программу ежедневных тренировок, и они оба проводили по два часа в день, потея, пыхтя и обозначая группы мышц, о существовании которых Билл раньше даже и не знал. А теперь вот узнал. Он их видел каждый раз, когда после тренировки Том заходил на кухню с низко спущенными штанами, вытирая свое влажное лицо футболкой. Одного лишь взгляда на брата в таком виде — до сих пор запыхавшегося и раскрасневшегося — было достаточно, чтобы кровь мгновенно приливала к члену. А сегодня Том явился на кухню с бутылкой воды, посмеиваясь над чем-то сказанным Георгом, а может над самим Георгом и только. Билл не знал, и ему это было не важно. Всё, что он знал наверняка, — это то, что Том выглядел хорошо. Нет, не так. Том выглядел потрясающе. Билл пытался пялиться не совсем уже внаглую, поэтому притворился, что просматривает последний выпуск GQ, всё это время бросая на Тома взгляды из-под своих густых, не покрытых тушью ресниц. У Тома остался загар после отпуска на Мальдивах, и от него отблескивала каждая крошечная кристально прозрачная бисеринка пота. Его плечи и руки уже были неплохо раскачаны, поэтому от наблюдения за тем, как мускулы группируются, когда Том поднимает руку для изрядного глотка воды, Биллу захотелось поправить штаны. А затем Том запрокинул бутылку слишком высоко и вода хлынула за пределы рта, полилась ручейками по шее и по всей груди, в то время как Билл изо всех сил старался не подавиться собственной слюной. К своему ужасу, Билл захныкал вслух. Том взглянул на него, ставя воду обратно в холодильник. — Ты чего? — В каком смысле? — изобразил удивление Билл. — Разве это не ты сейчас какие-то звуки издал? — спросил Том уже из дверного проема. — Не-а, — беззаботно ответил Билл. — Собаки, наверно. Том странно на него посмотрел, а Билл чуть не провалился сквозь землю, когда понял, что собак в кухне нет. Том пожал плечами. — Ага, ну ладно. В общем, я с Георгом иду посмотреть его новую тачку. Ты с нами? — Да нет. — Билл махнул рукой и перевернул страницу. — Я в душ пойду. — Ладно, — сказал Том. — Но ты всю горячую воду только не израсходуй. Тоже хочу искупаться, когда вернусь. И вот тогда — всё. Эти слова заставили Билла представить Тома в душе и ринуться к себе в комнату в тот же самый миг, когда Том ступил за порог. Собаки выбежали из гостиной, и Билл об них чуть не споткнулся в отчаянном полете вверх по лестнице, но это не имело значения. Сейчас ему было просто невтерпеж. Билл рванул прямо к кровати и бросился на нее, скинув почти все подушки на пол и подсунув оставшиеся себе за спину, а потом сдернул штаны до колен. Не было смысла тянуть резину. Прелюдий в виде подсматривания за Томом было уже предостаточно, поэтому он цепко ухватился за твердый член, лежащий на животе и увлажнившийся на конце. От прикосновения он задохнулся. Голова его упала назад, рот приоткрылся, когда Билл сначала сжал себя, а затем выпустил и член со шлепком ударился о разгоряченную кожу. Раскрытой ладонью собрав влагу с головки и размазав по длине, он накрыл пальцами яички, только лишь задевая кончиками место под ними. Билл пробежался языком по пересохшим губам, представляя брата на кухне, вспоминая, как он смотрелся в трениках, которые были спущены настолько низко, что хватило бы малейшего натяжения, чтобы их стащить. Он застонал и вернул руку обратно на член, водя по нему рывками, суматошно, сгибая ноги в коленях, упираясь стопами в постель. Он видел Тома у себя между ног. Одной рукой он держит его бедро, второй — дрочит себе одновременно с Биллом. Билл зажмурился и пережал собственное бедро другой рукой, дыша тяжело и неровно, теребя себя еще быстрее. Но для Тома этого было бы мало. Нет. Он должен быть внутри Билла. Его глаза бы потемнели, веки бы приспустились, и он бы очень нежно попросил… «Нет, — подумал Билл, стискивая край своей эрекции и всхлипывая, — он бы не просил, он бы просто взял. Поднял бы ноги к груди, смазал бы как следует и взял бы». Билл вскинул голову и возвел ноги вверх, так же, как он представлял это действие от Тома. Его тело раскрылось в ожидании. Мышцы на руках начали жечь, но Билл едва ли замечал. Единственное, о чем он мог думать, единственное, что мог видеть, — это Том над ним, погружающийся внутрь. Билл громко простонал. Выгнувшись в спине, он потерся о пододеяльник и окунул два пальца себе между губ, неистово их обсасывая. Он резко провел рукой по телу и прижал мокрые пальцы к горячему проходу под яйцами. Издав гортанный стон, нажал сильнее и стал толкаться в себя в тандеме с передергиванием члена. Стал толкаться так, как бы толкался Том. Он ласкал себя долго и упорно, внутри и снаружи; дыхание сбилось и уредилось, и тогда он понял, что осталось немного. И ему уже хотелось! Хотелось этого освобождения, этой эйфории, которую испытает, кончая на руку и вокруг пальцев, которые виделись не пальцами, а крепким членом брата, набивающим прямо по тому самому месту при каждом толчке. Всего лишь одна мысль об этом довела его до крайности. Когда Билл звонко выкрикнул имя Тома, его коленки стукнулись о плечи, живот напрягся, бедра задвигались вверх-вниз, насаживаясь на введенные пальцы, вокруг всё запульсировало, и бурные струйки молочного цвета брызнули на руку и кожу трепещущего живота. С минуту он оставался в таком скрученном положении, просто чтобы перевести дыхание, а потом аккуратно вытащил пальцы и расслабил ноги, вытянув их по кровати. Салфеток бы. Наморщив лоб, он постарался вспомнить, не переложил ли куда-то он тот коробок с салфетками, который обычно держал у изголовья. Он медленно открыл глаза, проморгавшись, и присел, чтобы поискать коробок, когда осознал, что дверь открыта. Он был не один. Билл застыл и задержал дыхание. — Я закрыл собак, — сказал Том, осматривая Билла вдоль и поперек темными блестящими глазами. — Кажется, в душ мне пора уже сейчас. И медленно облизнув колечко в губе, Том повернулся и прикрыл за собой дверь.