Мой Господин Надежда. (мемуары слуги)

ручка продвинулась.. она лишь с сожалением вздохнула, а двери... эти двери видели многое, но так или иначе, они не смогли ничем помочь бедолаге. его душевные желания, его мысли были разбиты лишь об одну материальную дверь. - заперто... - вздохнул нагито с тяжестью, он уселся около выемки под дверь, и словно сторожевая собака ожидал каких-то слов со стороны монаки. прислуга приставил истонченное ухо к холодным дверям, вслушиваясь в каждую фразу, мотая на ус. по большой части дело вела това, распинаясь пред камакурой, рассказывая дальнейшие планы, с которыми шпион был ознакомлен, а даже и инициатором создания тех самых планов. он вновь тихо, между нами, благодарил небо и судьбу за свою удачу, но ненавидел себя за глупые движения, что приходилось заглушать неудачей. далее раздался голос господина, он лишь выразил свое «да». властвующий темноволосый силуэт был отклонен на стуле, а его рубиновые глазки тупились прямо в серо-фиолетовую стену. и девчушка тоже немного опустела в компании такого «серьезного дядьки». и вот, они переглянулись взглядами. изуру встал первее, тут же направившись к охраняющимся дверям. услышав твердый и уверенный шаг, счастливчик немного взволновано отодвинулся от тяжёлых ставней. глупую и пустую голову, на его собственный же счёт, не посетило ничего интересного, кроме как остаться на том же месте, где тот находился. пол был для слуги таким родным, он его вымывал, он же на нем и валялся, как нечто не нужное. двери отворились, изуру бросил взгляд на комаэду, рассиживающегося прямо перед началом коридора. абсолютный переступил через предмет интерьера и главного руководителя воинов, а после обратился к монаке, долго рассматривая сожителя детей. - он? - вырвалось из белых, белых уст, не знающих жалости. эта фраза заставила прислугу испуганно оглянуться, в некой радости, в целой бури чувств. он не сожалел, но ведь....его... заметил абсолютная надежда. в голове рекой разливались майские мелодии и чувства, мысли перетекали из одной в другую. для поддержания заинтересованости молодой человек воскликнул «я», а после широко улыбнулся. его глаза рассплылись, сердце удовлетворением встрепетало. руки невольно поднялись дабы обнять холодное тело, наполненное чувствами и подавленностью своего статуса в обществе. перчатка немного зацепилась о пуговку, с нежностью и грациозностью спав с ошоламляющей картины. изуру скосил свой взгляд, немного приподняв черную бровь, а после присел к комаэде. - что вам угодно, господин? - вопросил нагито с ужасающе дрожащим голосом, он протянул вторую руку, дабы прикоснуться к белой и официальной рубашке, но камакура благополучно отодвинулся от дрожащих пальцев. темноволосый глядел на мёртвую руку привязанную к кисти, всматривался в неухоженные, гнилые ногти, обглоданные пальцы наполненные болью и отпечатками сексуальной удовлетворенности и вся грязь картины в целом пронизала камакуру на эмоции. не в привычном понимании, но... все же понимании. около них валялась тонкая перьевая ручка тот же бледный блокнот со стёртой кожей на обивке. - я и не сомневалась что вам понравится! - воскликнула зеленовосая бестия, вхватываясь маленькими пальчиками в бесчувственные, мертвые волосы своего слуги. изуру встал со своих колен, его взгляд был все так же томным, а тонкие губы немного дрогнули. он пнул перчатку к слуге, немного задев его кисть, но тот в свою очередь лишь дрожащим взглядом осмотрел его сверху вниз. и правда, это было чистое восхищение, счастливчику несказанно повезло быть тут и с ним. - ну что же ты, слуга, подай гостю его пиджак, и надень скорее на свою гадкую руку этот клочок ткани! - вскомандовала това, ещё больше цепляясь в неопрятные волосы. - да-да.. да-да... - говорил седовласый парень поспешно выполняя задания малышки. слуга мигом встал, и направился к главному входу в тех огромных апартаментах, дело не особо быстрое. камукура резко повернулся и начал ощупывать свои карманы, а после удовлетворенно кивнул самому же себе. - хм, не хотите ли пока дойти до дверей, пока слуга снимет с вешалки вашу одежду? - очень услужливо и мило произнесла монака, даже не дожидаясь положительного ответа гостя. ответ так и не поступил, они лишь вместе медленно начали шагать на встрече странному и трясущемуся телу, не имеющим особых привилегий. в белых и неловких руках могло обранится все что угодно, но комаэда так бережно и передано держал пиджак изуру, что ничего...ничего? не могло из него выпасть. и вот, после окончания встречи, пылающее сердце было в приятном послевкусии. исхудалый осматривал прекрасные глаза, не переставая восхищаться и боятся не на секунду. а опасности нагито любил, и был не против обрушить всю боль от них, а после экстаз риска на себя. ну вот, больше они вновь никогда не увидятся в своей жизни, это лишь мимолётная фортуна, и даже этим шансом счастливчик так и не воспользовался. его существование превратилось в однообразное прожирание жизненных ресурсов, безисходность и скука вовсе охватили все окружающие, будто проклятье. - уже уходите, не так ли?.. вам, возможно и плевать, но.. могу ли я провести вас? вывести из поместья...и всего... - дрожащий слуга говорил уж очень услужливо, осознавая свое место в глазах камакуры, но настолько медленно, проговаривая каждое словцо, будто пел. - тебе заняться не чем? - черная бровь вновь приподнялась иронизируя в голове над жалким зрелищем. абсолютный осознавал всю ситуацию, немного тихо смеясь в душе от незначительности выбора молодого человека - пошли, проведешь.. прислуга ометнулся, вздрогнул, лицо расплылось в благодарной улыбке, а цепь грохнулась с плеч, повисла на худощавой и оголенной, избитой шеи. двое молодых ступали, их шаги разливались по всему окружающему миру, что был наполнен отчаянной тишиной. - так вы... куда теперь путь держите? - очнулся от розовых очков бледнорукий. - куда.. я и не знаю что теперь, но если ты думаешь, что такие люди как я разгуливают по улицам города, наслаждаясь умеротворенной тишиной, то ты очень глубоко ошибаешься. - на удивление, камакура выдал прекрасный ответ, что заставил слугу вновь оглядеться и осознать, перед кем он стоит. - ахм..раз уж так.. вы..каких взглядов придерживаетесь? простите уж, что так говорю, но так или иначе.. мне невыносимо интересно узнать вас, хотя бы поверхностно, но ведь вы.. абсолютная надежда, и живёте в таком мире...неужели ваша душа на разрывается от таких отчаянных событий? что не день, так взрывы, смерть, болезнь, мрак... - отчаянный сделав глубочайший вздох, дав слезам скатиться с его лица, а после дрожащие и разрывающиеся хриплые связки излили плач души в одном слове - отчаянье.... глаза казалось, вот вот и просто вытекут, зрачки дрожали, будто картинка на разбитом экране, да и сам взгляд был туманный, пугающий, но все же, оглушенный счастьем даже в таком случае. даже в эту минуту нагито широко улыбался, задыхаясь в собственных гримасах. - и вы.... и вы улыбнитесь, господин... улыбнитесь.... прошу .. - и тот вновь рассмеялся. - я не буду... а о смерти эношимы..хах, тут конечно, и не поспорить, что эта девушка сделала.. наврала всем и смыслась.. бессмысленно, скучно. - абсолютная надежда лишь безэмоционально рассуждал, будто робот, у которого двигался лишь рот, и то... еле-еле вздрагивая, набирая воздух в лёгкие, а после, так же немного двигаясь от слов. и эти роботические движения не могли не опустить ни одну людскую душу. - так вот... неужели.. вы тоже ненавидите...вы тоже чувствуете.. - бледная рука и варюшка приблизились к лицу объекта восхищения, дабы обнять... дабы отдать заботу и любовь кому-то. сердце разрывалось, рвалось на части и таяло. по всему телу разливался огонь. но не тут то было, слугу оттолкнули, будто грязь, он отелетел на пару шагов, чуть удерживаясь на дрожащих ногах -не строй ложных ожиданий! - вскрикнул в дорогу к луже дождевой воды, жаб и крови слуге длинноволосый. изо рта лишь показался наполненный жаждой язык, будто собачий. с огромными феерверками из грязи седые волосы окунулись под воду. вечер был черный... город освещали лишь огни агонии неповинных людей, и тот огонь, что навсегда зажёгся в груди отчаянного слуги воинов надежды. все как в тот день... мыслилось, мыслилось, когда вода уже заливалась в уши.