станешь моей музой?

      Лиза сидит в шоке. Лиза не слышит конца приговора, но по улыбке мрази понимает — его, блять, оправдали. А дальше — пробел в сознании, огромная дыра, оставившая после себя похмелье и горе.       Только память о яром чувстве мести остаётся с ней после суда вплоть до этого несчастного утра.       — Я выросла для этой подростковой хуйни с самобичеванием, — сделав одну слишком горькую затяжку, русая закашлялась.       Противоречив себе она, как слезливый подросток, страдающий от первой любви, пробует свои первые сигареты, а потом трёт порезанные дымом глаза, из которых даже слёзы уже не выходят.       Вообще, ей хочеться резать вены, повеситься, спрыгнуть с крыши и множество остального «суицидального дерьма,» но видеоблогер держится из-за своих глупых обещаний, которые сейчас могут оказаться последней волей мертвого.       Тошнота и противное головокружение продолжали преследовать Елизавету, которая прежде чем выйти с балкона решила посмотреть время на телефоне. Одиннадцать часов утра, обои с Альфом и невероятное количество звонков от друзей, которое в совокупности превышает сотню.       Вздохнув и сделав лицо «попроще», она набирает номер Даши, которая слишком быстро требует с неё объяснений. Русая отвечает на все вопросы неохотно, медленно опускаясь в омут нещадящих воспоминаний.