No sugar

      В такси Шинсо попросил Изуку воздержаться от дальнейших вопросов. Они ехали молча, Мидория изредка украдкой прислонял руку к колену Шинсо, который делал то же самое в ответ, но не засматриваясь в глаза, боясь снова испытать сильное возбуждение. Мне нравится парень. Он правда мне нравится, очень сильно. Почему я так смущаюсь? Это же как с девушкой, только с парнем. Если мы планируем встречаться, рано или поздно придётся поцеловаться. Придётся ли? Искра между ними разрасталась.       А когда они приехали, Шинсо, как истинный джентльмен, вышел первым, удивляя Изуку тем, что открывал ему дверь. Эта привычка была у Хитоши ходовой. Этот жест доброй воли не мог оставить Мидорию без эмоций, и он одарил Шинсо улыбкой, хотя её было почти не видно из-за уличной темноты.       Изуку осмотрел фасад дома Шинсо: он был сделан под старину, хотя ощущалось, что зданию не больше десяти лет. Когда они, наконец, преодолели три этажа, и Хитоши повернул ключ в двери — они пришли к финалу. В коридор сразу же бросились встречать своего хозяина многоцветная гладкошёрстная Синица и светло-серая пушистая Мелисса, начав жалобно мяукать (наверняка жаловалась на достающую её весь день Синицу). Шинсо первым делом погладил своих любимиц. Мидория тоже не остался равнодушным, ведь все любят котиков. Хитоши отправился на кухню достать из холодильника какой-нибудь лимонад для своего гостя, но Мидория отказался. Просто спокойно сел на стул, ожидая, пока парень покормит своих кошек.       — Кофе в доме водится?       — Конечно водится, — пробубнил Шинсо. — Я просто не пью крепкое и всё. И ты бы ради исключения попробовал что-нибудь новое, — парень задумчиво уставился на кофемашину, думая какой бы напиток сообразить для Изуку.       — А ты бы тоже попробовал что-нибудь новое, Шинсо? — Изуку игриво приподнял брови и достал пачку своего ричмонда. — Пепельница есть?       Шинсо стал лазить по ящикам в поисках чего-нибудь подходящего, но смекалка Изуку оказалась быстрее. Он нырнул рукой под стол и взял одну из нескольких стоящих в ряд алюминиевых банок из-под энергетиков.       — Забудь, — Изуку выпустил изо рта ядовитый дым.       Как же горько воняет… Я тоже не курил полдня. Хитоши вытащил из кармана и стал жадно затягиваться уже другой, банановой ашкой.       — Итак, нюдсами, значит, балуемся? — Слегка издевательски спросил Мидория.       Шинсо смотрел, как сгорает основание сигареты веснушчатого. Как это тянется медленно, и как начинает тошнить от горького запаха.       — Да. Мидория, мне неловко, — Шинсо прислонил руку к тыльной стороне своей шеи.       — Не смущайся, я ведь такой же человек, как и ты. И я, как и ты, тоже просто испытываю чувства. Ты ведь тоже?       Мидории была важна взаимность. Он тоже волновался внутри, хоть и совсем не подавал виду. Мидория просто имел больший опыт, нежели Шинсо, который ещё и являлся человеком другого склада ума, отдающимся чувствам больше и глубже. И Изуку имел больший опыт в психологии, он знал о человеческой грязной лжи, обещаниях. И сам не раз попадался, поэтому давно не встречался ни с кем серьёзно. Так, разовый секс ради секса. А с Шинсо, который словно невидимым магнитом притягивал его к себе, который был таким чутким и обаятельным, он так не хотел. Хотел его, но не раз.       — Да. Ты… Мидория, ты такой… — кофемашина запищала, и Шинсо метнулся к ней, убирая свой взгляд с гипнотических зелёных глаз. — Ты такой смелый. Ты сказал всё это так прямо и так быстро, не испугался последствий…       — Но ты же первый начал, — Изуку сбил пепел в банку. — Ты первый дал толчок развития.       Шинсо поставил перед Изуку кружку с флэт уайтом.       — Попробуй, это вкусно, — а сам приложился к охлаждённой воде.       Мидория растерянно вздохнул, он не хотел пить это.       — И если я выпью, тебе это поднимет настроение?       — Тебе уж точно поднимет, это же кофе. А я так поздно его не пью, по крайней мере я не хочу, чтобы полу…       «А я так поздно его не пью, по крайней мере я не хочу, чтобы получилось как вчера, когда я всю ночь не спал, подвыпил, нарисовал полуголого Изуку и написал ему сообщение, чётко обозначающее мою неравнодушную позицию к нему.» А всё так и было. Хитоши отвёл взгляд с лица Изуку на виски, стоявший на полке позади парня. Может опять долбануть, чтобы было проще?       — Что-что? — Недоумевал Изуку.       Шинсо подорвался и подошёл к шкафу, доставая бутылку, в которой было чуть меньше половины содержимого. Последствия: один бокал — рассказать Изуку о том, что я стесняюсь, что он увидит мои голые фотографии. Второй бокал — неизвестно.       — Ты ведь честный парень, Изуку?       — Честнее большинства людей, — Изуку приободрился и всё-таки потянулся к кружке, когда скинул бычок в банку и аккуратно отставил её к краю стола у стенки.       — Я никогда не встречался с парнями, в самом деле. Мне очень неловко. Знаешь, возможно, я бы и тебе налил, но у тебя свежая татуировка, тебе нельзя пить несколько дней.       В голове Шинсо буквально засветилась табличка «Это действие будет иметь последствие.» По-оо-хре-еен. Главное, чтобы он стёр эти унизительные фотки. Шинсо приставил бутылку к горлу, и Мидория повернул голову назад, услышав странное бульканье позади себя. Этот чудной художник стоял, опираясь о стену, и жадно пил из горла какой-то бутылки, с висящей на ней акцизной маркой сбоку.       — Воу-воу, ты чего? — Мидория был крайне удивлён странным поведением парня.       А Шинсо был не в себе. Буквально. Не пил уже несколько месяцев, но вот уже второй день подряд прикладывался к бутылке. А всё из-за странной влюблённости в парня за считанные дни. Надеюсь, это не будет отправной точкой к концу всего. Я просто хочу перестать хотя бы на время смущаться, а смотря, как Мидория смотрит на меня, я не могу успокоиться… Я очень волнуюсь.       Мидория в какой-то момент осознал, чем это может являться. Хитоши оторвался, жадно вдыхая воздух, издавая какой-то странный рык и пуская слезу из одного глаза, было очень горячо.       — Так-так, значит, это осознание, верно? А, точно. Ты ведь хочешь, чтобы я стёр твои нюдсы? И ты типо переживаешь, что я увижу тебя голым, и из-за этого волнуешься?       Этот Шинсо — такой хороший мальчик. Мидория был чертовски точен в своих выводах. Шинсо своим упрямым молчанием и взглядом на Изуку подтверждал это. Дышал тяжело. Кошки начали носиться по всей квартире, немного разряжая обстановку, развеселив обоих. Пока Хитоши стоял на месте и периодически заливался смехом с какой-нибудь глупой шутки Мидории, алкоголь разжижался по крови очень медленно — он ещё не был пьян. Только сверлил взглядом почему-то безмерно довольное лицо Изуку.       — Всё равно когда-нибудь я увижу тебя без одежды, Хитоши. Если бы ты только знал, сколько я видел в жизни, а по работе… Оу, ты бы так не смущался.       Шинсо пьянел. Медленно, но верно. А ещё не мог принять, что люди могут так просто спустя пару дней знакомства говорить о своём сексуальном опыте, вот так показывать друг другу себя голышом. Шинсо — слишком честный, слишком правильный. Романтичная, утончённая натура этого парня только ещё больше заставляла Мидорию наслаждаться своим чувством влюблённости. Он считал, что влюбился в хорошего человека и хотел, чтобы это действительно было так, чтобы не было никаких подводных камней.       — Что мне делать? Я ещё не готов. — Шинсо помрачнел. — Я не готов, чтобы ты видел меня…       Мидория показушно, в стиле самого Хитоши, запрокинув голову, выпил кофе, который был не самый плохой в его жизни (если бы только не молочный привкус), и поднялся со стула, подходя к Шинсо вплотную. Подвыпивший парень заметно волновался, он тяжело и неровно дышал. Эти веснушки… И на плечах, ключицах… Ах.       — Шинсо, я попробовал что-то новое. Этот флэт уайт нормальный. А теперь твоя очередь попробовать что-то новое.       Мидория снял очки и положил их на край стола и, склонив голову набок, стал пристально всматриваться в черты лица Хитоши, подходя вплотную. Ты такой красивый и милый, когда стесняешься.       — Поцелуемся?       — А давай, — как-то более смело произнёс парень.       Это тоже самое, что и с девушками, только с парнем. Он видел, как симпатичное лицо с россыпью веснушек приближается, почувствовал его лёгкое дыхание у своего рта и получил свой первый в жизни поцелуй с мужчиной в губы. Изуку смущало, что от Хитоши пахло крепким алкоголем, но ему было трудно сдержаться. Вчера он смотрел, как этот парень тщательно колит его тату-машинкой, а сейчас уже исследует его рот, нагло и с каждой секундой всё напористее целуя его. Даже алкоголь не смог перебить этот характерный ему запах сладости. Шинсо сам обхватил лицо Мидории ладонями, подпуская его ближе к себе, прижимая. И Изуку не отставал — тоже обхватил его, одной рукой вцепился в талию, другой сполз к попе, прижав пахом к себе максимально сильно.       Это как с девушкой, только с парнем.       Изуку еле смог отстраниться, а Шинсо еле выпустил его из своих цепких объятий. Они оба немного возбуждены.       — Итак, пойдём сначала займёмся делом.       Шинсо вдыхал недостающий воздух гораздо чаще, чем Мидория.       — А потом чем? — Побледнел Хитоши.       — А потом спать, — Изуку пожал плечами. — Ты ведь ещё не готов, я же не буду тебя силой заставлять. Ну же, идём, — Изуку взял его руку и повёл по коридору в нужную комнату.       Повёл так, будто был уже здесь не в первый раз. А на самом деле просто представил у себя в голове примерную схему квартиры, исходя из фотографий в профиле Шинсо и типа застройки дома. Аналитические навыки у Изуку на высоте. Не нужен мне его ноутбук, нужна только ссылка на одну из социальных сетей этой девушки. Но я так сильно хотел оказаться здесь как можно скорее. Ты действительно думаешь, что мне есть дело до твоего беспорядка, Шинсо? Я живу почти в коробке. В голове Мидории заиграл новый коварный план, что можно сделать с этой наглой шантажисткой.       Шинсо дал рабочее место для Мидории, дал свой ноутбук, а сам пошёл в кровать. Алкоголь окончательно разморил и без того уставшее за день тело. Но Изуку хотелось хотя бы ещё немного продолжения. Он вернулся к Шинсо, сел на край кровати и смотрел, как он неуклюже и медленно снимает верхнюю одежду. Мидория подметил про себя, что у него на груди и рёбрах тоже имеется несколько татуировок. Я хочу узнать местоположения всех твоих татуировок.       — С-с-пать може-ш-шь… — речь давалась тяжело, — ряд-д-дом ил-ли на ди-в-…       Изуку слишком будоражил вид Шинсо, он был слишком милый. Мидория наклонился, чтобы поцеловать его перед сном, не хотел увлекаться, а пойти скорее за работу. Но эти поцелуи для затыкания и «спокойной ночи» только взбодрили Хитоши. Он с новой силой вцепился в опешившего Мидорию и повалил его рядом собой, вовлекая в поцелуй, переходящий из нежного чмока во всё более развязный. Шинсо потерял меру. Больше не беспокоило ничего, только то, как сильно ему хотелось целоваться, а спустя время и не только целоваться. Мидория так ласково гладил голову Хитоши, пропуская пальцы сквозь волосы, спускаясь к шее, к плечам. Переходил к поцелуям на шее, проводя влажные дорожки и слушая, как тяжело вздыхает и охает Шинсо над его ушами, вцепляясь в тело Мидории пальцами настолько сильно, что, наверное, под одеждой кожа в этих местах бледнела от столь сильного воздействия. Изуку устал сопротивляться, и его полусогнувшаяся поза над Шинсо в один момент превратилась в лежащую над ним — он просто упал. И Шинсо взял инициативу в свои руки: теперь уже Хитоши страстно целовал шею Изуку, мгновенно покрывшуюся мурашками. Было тяжело не испустить пару вздохов, когда Шинсо агрессивно стал не просто оставлять засосы на его шее, так ещё и кусать. Ненасытный, вот ты и показал себя настоящего, так? Между ног разливалось тепло, и не у одного Мидории. И он видел, как отчаянно Шинсо всё пытался приложить руку Изуку к своему стояку, жалобно прижимаясь к нему всё крепче и крепче, но в таком уязвимом состоянии Шинсо заметно проигрывал Изуку, Мидория не давался ему полностью в силу своих принципов. Нетерпеливый! Изуку тоже очень хотелось, правда.       Но Изуку не из таких. Он ни за что не воспользуется Шинсо в такой момент. Пусть хочет, я тоже хочу, и что? Не мои проблемы. С пьяными не трахаюсь, пока сам в сознании. Мидория оторвался от поцелуев, чтобы погладить Шинсо и сказать ему «спать», но тот не унимался.       — А я хо-ч-чу, — протянул он, капризно дёргая свитер Изуку на себя.       Утром ему будет стыдно, а пока он хочет.       — Ещё недолго поцелуемся и спать! — Мидория начинал сердиться.       Во время одного из поцелуев он украдкой достал телефон и сделал фото, как они грязно целуются. Хитоши, будучи при этом с закрытыми глазами и в полный отрешённости от всего, кроме чужого тёплого рта, ничего не заметил.       Еле как он смог успокоить жаждущего внимания и ласки Шинсо, своими поглаживаниями по голове и одной историей из жизни, видимо, максимально скучной, раз он так быстро вырубился. Мидория заботливо укрыл парня одеялом, ещё немного любуясь его плечами, которые на прощание нежно поцеловал. Впереди ждало несколько часов работы, но ради него Мидория сделает всё на высшем уровне.