В объятиях дракона

      Возле входа в пещеру раздался грохот, и Чжань сощурился, пытаясь разглядеть, что происходит. В следующее мгновение камень, перекрывающий вход, исчез, и перед Чжанем предстал дракон, который швырнул в центр повозку. Едва коснувшись земли, она развалилась, и перед изумлённым Чжанем предстали тюки с продовольствием и водой. На всём великолепии лежал труп возничего. Дракон возбуждённо зарычал и подтолкнул это к Чжаню. — Спасибо, Ибо, я как раз очень хочу пить. Мертвеца приносить было необязательно. Бо тонко рычал, силясь понять, что говорит Чжань. Под внимательным взглядом Чжань начал разбирать то, что принёс Ибо. Он оттащил мёртвое тело за пределы пещеры и скинул со скалы, потому что сил копать ему могилу не было, да и нечем. Перебрав тюки, Чжань нашёл ломти вяленого мяса, сушёные фрукты и флягу с ключевой водой. Разложив припасы, он приступил к трапезе. Предложив Ибо кусок мяса, услышал в ответ презрительное сопение. — А ну да, Бо, сейчас ты, наверное, ешь людей. Я и забыл. Подкрепившись, стал чувствовать себя гораздо лучше и рассортировал продукты. Многие были непригодны из-за транспортировки, и Чжань вынес их на улицу. Среди мешков нашёл тюк с одеждой. Она оказалась вполне сносной, и Чжань наконец-то переодел своё мокрое бельё, накинул чистый халат и убрал волосы, любовно заколов их сделанной Ибо шпилькой. С того дня, как Бо подарил её, Чжань не расставался с заколкой и был безумно рад, что она до сих пор при нём.       Развернувшись, он с изумлением увидел, как на площадке возле пещеры огромный дракон играет с украшением, подобно дворовому коту. Наклонив морду к земле, он пытался подковырнуть какой-то декор, оторвавшийся от одежды, при этом недовольно рыча и размахивая туда-сюда хвостом. Улыбаясь, Чжань подобрал поясок и потащил его по тропинке, подразнивая дракона. Они игрались так довольно долго, забыв про окружающий мир. Чжань заливисто смеялся, глядя на неуклюжие движения Ибо, а дракон довольно рычал, когда удавалось схватить кончик пояска. И не смотря ни на что, они были очень счастливы в это время. — Прости, Ибо, — сказал он через время, заходя в пещеру и открывая флягу с водой. — Я ещё не совсем здоров и немного устал. Не против, если прилягу? Чжань улыбнулся и лёг в своём уголке. Ибо стоял на краю пещеры и с тоской брошенной собаки смотрел, как Чжань кутается в неудобные шкуры, пытаясь укрыться. Через некоторое время дракон подошёл вплотную к Чжаню. Что-то — бешено застучало в груди, когда он смотрел в его распахнутые тёмно-карие глаза невероятной глубины. Дракон преданно и осторожно уткнулся мордой в бок Чжаня, как щенок, который хочет ласки. А потом устроился рядом и укрыл крылом, согревая. — Люблю тебя, мой милый. — сказал Чжань, прислоняясь к его тёплой чешуе и проваливаясь в сон. Проснулся Чжань один, поёжился, потеряв тепло Ибо, и с любовью подумал, как же тихо ушёл огромный дракон, совсем не потревожив его сон. Положив ладони на заваленный камнями вход, прошептал: «Береги себя, любимый!» Солнце стояло в зените, и битва была в полном разгаре. Всё больше и больше было убитых с обеих сторон. Костром пылала земля, дым поднимался над ней и завесой окутывал поле. И было ясно, за кем останется победа. Властный, подобный грому рёв сотрясал небо. Над местом битвы во всём своём величии, освободив полную небесную силу, царствовал Дракон. Бесконечная плотная аура накрыла пространство, распространяя хаос и разрушения. Но вдруг он вскинул голову и издал странный, тоскливый, похожий на вой звук. В тот же момент убийственные потоки ауры между небом и землей остановились, и сила, которая давила на людей, рассеялась. В самый разгар боя дракон вспомнил купающихся людей, за которыми недавно наблюдал. Ему вдруг срочно понадобилось искупать своего человека. Захотелось порезвиться в искрящейся на солнце воде. А может быть, он ещё раз обнимет его своими ласковыми руками. Дракон почти что замурлыкал от предстоящего блаженства и, развернувшись над полем, полетел к пещере, оставляя позади схватку и ошеломлённых людей. Его человек издавал странные звуки, ерзая где-то у него на спине и цепляясь за изящные рожки. Ему было очень неудобно везти на себе такой беспокойный груз. И совершенно не понятно, почему человек боится. Ведь даже если он упадёт вниз, то дракону не составит труда его поймать. Эта интересная мысль засела в голове, и в следующее мгновение он накренился и столкнул мужчину с себя. Пару секунд удовлетворённо понаблюдав за его реакцией, дракон мягко поймал его в лапу и закинул в горячий источник, который он присмотрел недалеко от их убежища. Полуживой от страха Чжань, забыв про свои ранения, ругал Ибо на чём свет стоит и отфыркивался от воды. Вспомнив всю свою жизнь и попрощавшись с ней сейчас, Чжань понимал, что Ибо решил просто с ним поиграться, но, видимо, размеров своих не понимал. Присмотревшись к топтавшемуся у воды Бо, Чжань увидел на нём кровь и испугался, что он ранен. Сердце мгновенно ускорило ритм, а по венам разлился беспричинный страх. — Ибо, иди сюда, — помахал он призывно рукой. — Ты ранен? Иди сюда, мой хороший, я посмотрю. Сняв с себя одежду Чжань намочил её и стал осторожно смывать кровь, осматривая его со всех сторон.       Дракон был словно в полусне, ощущая прикосновения ласковых рук, Чжаня слышал смутный неразборчивый голос, и перед его внутренним взором неожиданно возникло стройное, узкобёдрое и длинноногое тело, распростёртое в полумраке пещеры. Влажные, припухшие от страсти губы, шепчущие: «Я люблю тебя…». Дракон открыл глаза и увидел Его, вытирающего с убийцы, которым Ибо сейчас был, кровь жертв. Дрожащего от волнения, с ещё незажившими порезами от его когтей, повторяющего: «Я люблю тебя…» Он впитывал, как губка, его ласку, купался в его бесконечной, яркой, словно солнечный огонь, любви. Этот человек Чжань любит его, не смотря ни на что. Глаза прикрылись, аура дракона стала чудесного золотистого цвета. Он заурчал, словно большая кошка. Дрожь прокатилась по его телу, и дракон начал меняться. «Я не принадлежу тебе, колдун, — думал Ибо. — Потому что меня любят и любовь взаимна, а это значит, что я помню, каким был раньше. Я хочу быть человеком!» Дракон упал прямо в воду. Чешуя начала белеть и исчезать, вены под кожей вздулись так, что казалось, ещё немного и они лопнут от напряжения. Рога убирались, превращаясь в волосы, а череп трансформировался обратно в человеческий. Крылья словно врастали в тело.       Чжань стоял не шелохнувшись, прижимая к себе грязную одежду, и боялся вздохнуть. Наконец он увидел, что обращение завершилось, и Бо пошевелился. Не чуя себя от радости, Чжань бросился к нему и начал смывать слизь, покрывшую его после трансформации. Он крепко прижал ослабевшее тело к своей груди и укачивал Ибо, словно ребёнка, повторяя, как сильно он его любит.