Hollow Knight: Other

      Несмотря на то, что они уже направлялись прочь из города, Хорнет чувствовала в воздухе незримое напряжение, которое заставляло её пристально всматриваться в каждую фигуру. Как будто тень надвигающейся угрозы уже нависла над ними. Словно она чего-то боялась, но сама не могла понять, что именно. Октавиан с первого взгляда заметил беспокойство принцессы.             — Всё хорошо? — приподняв одну "бровь", спросил её Древний.             — М-м-м... — задумчиво промычала она, перебирая пальцами рукоять иглы. — Честно говоря... У меня очень дурное предчувствие...             — Дурное? — нахмурившись, переспросил Теневик. Его голос прозвучал суше, чем обычно. Тот всё ещё не мог понять, что она имеет в виду. Древний медленно осмотрелся по сторонам, в поисках малейшего намёка на опасность. — Хм... Ты уверена, что это не просто нервы?             — Может... Может, нам действительно сменить маршрут? — после короткого, но тяжёлого молчания, предложила она. «Сразу, как закончилось выступление Бледного. Она стала более осмотрительная, чем когда мы шли сюда», – пробормотал про себя Октавиан, слегка почесав подбородок.             — Путь до другого вокзала, будет длиннее, но он кардинально отличается от нашего прошлого, — сказал Октавиан.             — Меняем маршрут? — спустя пару минут, отозвалась Астрид. Которая вместе с братом и Призраком, шла впереди.             — Кхм... Да, — коротко ответила Хорнет.       Никто и не стал спорить. Правда, вопрос о том „Зачем и Почему?”, всё равно висел в воздухе. Пришлось поменять маршрут до другого вокзала, что находился далековато от предыдущего. Когда те свернули с их основного маршрута, Хорнет рассказала о своих опасениях. Которые, она считала не беспочвенными.       Даже после торжественной речи самого Короля праздник и не думал затихать – напротив, казалось, он лишь набирал силу. По улицам по-прежнему толпился народ: одни радовались, другие танцевали под ритмичные звуки уличных музыкантов, а кое-кто затягивал развесёлые песни. Смысл которых был не особо понятен для Астрид и Нила. Но, разве это имеет значение? По правде говоря, им очень хотелось бы остаться в Холлоунесте подольше. Посмотреть, как выглядит этот город, когда его полностью покрывают сумерки. Однако... Этого им явно не видать. Если только через несколько лет.       Спустя какое-то время, перед ними, буквально в паре домов от них, начинался городской парк. Он был огорожен массивной чугунной решёткой с затейливым узором из переплетающихся ветвей и листьев, словно сама природа отлила эти чёрные металлические кружева. Между коваными секциями через равные промежутки стояли каменные тумбы, украшенные резными гербами города, а ворота, выполненные в том же стиле, были распахнуты настежь, приглашая гостей внутрь. За этой оградой угадывались аллеи, уходящие вглубь парка. При первом взгляде и не скажешь, что они всё ещё находились в глубине города. Подойдя к воротам парка, ребята остановились.             — Пройдём через парк? — предложила Астрид.             — Вполне можем. Так даже немного срежем, — ответил Октавиан. — Ибо если обходить его... Октавиан замолчал, но даже так было понятно, что если они пойдёт в обход данного места. У них займёт это намного больше времени, чем если идти через него.       Как и сам город, парк был соответственно украшен. Даже, казался намного ярче и привлекательнее, чем улицы самого города. Время от времени, вдоль тропинок, стояли различные каменные статуи. Которые так же били слегка украшены то фонариками, то разноцветными ленточками. К тому моменту, как они зашли в парк, начинало понемногу смеркаться. улицы города и парка, сияли от разноцветными красками. Создавая необычную картину. Город, что каждую ночь светился бледным светом, в подобные дни играл новыми, яркими красками. Подобной зелени, ни Астрид, ни Нил не видели. Перед ими глазами всё время была пустошь да пыль. В Воющих утёсах никогда не растёт зелень, никакая. Если поместить туда любое растение, то оно буквально через час другой – засохнет, тем самым погибнув. Проходя мимо одного куста, Астрид коснулась того рукой. Кончики её пальцев скользнули по листве – прохладной, почти влажной, чуть шершавой текстурой, будто тончайшая наждачная бумага. Каждый листок был упругим, но податливым, слегка пружинившим под прикосновением, а по краям чувствовались мелкие зазубрины, острые, но не царапающие кожу. В один момент перед ней выскочил Нил, которые то и дело бегал по кустам.             — Осторожнее! — вздрогнув от неожиданности, произнесла Астрид. — И не бегай по ним, а то всю краску сотрёшь... Нилу хотелось показать той язык, но малец вовремя отдёрнул себя от этой затеи. Неожиданно появившейся язык, на "маске" мог бы вызвать некоторые вопросы.             — Так понравилось трогать листву? — обратился к девушке Октавиан. Этот вопрос он решил задать, так как Астрид словно не собиралась убирать свою руку от куста.             — А? — повернулась к нему Астрид. — Ну... В Воющих утёсах такого нет. — начала та, переведя свой взгляд обратно на куст. — Она кажется такой живой. Раньше я только читала об растениях, или мельком видела их, когда родители брали нас с собой на работу. Но... Это было немного другое.       Когда рука Астрид проходилась по листве, из куста быстро выскочил мастокрыл – видимо, потревожив его покой. Девушка вздрогнула и резко отдернула руку, словно обожглась. Мастокрыл взмахнул перепончатыми крыльями и вспорхнул на ветку ближайшего дерева. Там он замер, неестественно вытянув шею, уставившись на тени словно увидел призрака. Октавиан и Хорнет слегка усмехнулись. «Как-только Нил не наткнулся на одного, когда бегать по кустам?» – Астрид посмотрела на своего братца, который весело шагал около призрака, всё время о чём-то расспрашивая его. — «Если только те не улетели сразу, как он начал бегать сквозь кусты». Тень могла бы и дальше размышлять об этом, но её уши едва дёрнулись, услышав, как заиграла какая-то мелодия. Девушка слегка приподняла голову, смотря вперёд. Прямо на их пути раскинулась импровизированная площадка: деревянный настил, служивший сценой, а рядом, выстроившись полукругом, уличные музыканты выводили огненную мелодию. Скрипка переплеталась с задорным свистом флейты, а удары барабана задавали чёткий ритм, под который так и хотелось пуститься в пляс. Воздух наполнился смехом, аплодисментами и звоном монет, летящих в расставленные перед музыкантами шапки. Некоторые горожане, что танцевали на сцене зазывали к себе других. Предлагая немного развеется в ритмах музыки и танца. Когда компания вышла на просторную аллею, их словно окутала волна праздничной атмосферы. Широкая дорога, выложенная плиткой с затейливым узором, вела прямо к импровизированной сцене – деревянному помосту, украшенному гирляндами из полевых цветов и лентами, которые колыхались в такт музыке. Вокруг собралась небольшая толпа зрителей: кто-то притопывал в такт, а кто-то подпевал.       В голове Астрид всплыло одно воспоминание, как в некоторые дни. Они дома устраивали вечера танцев. Те редкие дни, когда в их доме царила особая атмосфера: мебель отодвигали к стенам, на столах зажигали все имеющиеся свечи, а мать доставала старую флейту, чьи ноты тут же наполняли комнату. Они с Нилом, будучи помладше, босыми ногами топали по полу, пытаясь повторять движения родителей – неуклюже, но с безудержной радостью. Отец, обычно такой серьёзный, преображался: его сильные руки ловко подхватывали мать в стремительном вращении, а её смех звенел, как колокольчики. В эти моменты даже тусклая и безжизненная атмосфера в доме казалась менее угрюмой.             — Хэй! Ну же, поднимайтесь на сцену! — радостно протараторил один из жуков, после того, как музыка перестала играть. — Давайте-давайте! — всё повторял жук, глядя на ребят.       Призрак слегка коснулся плеча Астрид, заставив ту посмотреть на него.             — „Сходим, станцуем?” — жестами предложил Призрак. После чего протянув к ней руку. Тень даже удивилась его прямоте в этот момент. Немного помявшись, та слегка пожала плечами.             — Ладно? Если конечно вспомню, как двигаться... — с этими словами, Астрид взяла сосуд за руку. Рыцарь тут же повёл её на сцену. На которую подтягивались ещё желающие.             — Пошли тоже! Пошли тоже! — проговорил Нил, взяв Хорнет за руку, став прыгать на одном месте.             — Хорошо-хорошо, — согласилась Хорнет. Хоть и понимала, что из-за их разницы в росте, могли возникнуть проблемы с движениям. — Только, чур я веду. В ответ, Нил закивал.       Слегка закатив глаза, Октавиан усмехнулся. «Эх, дети-дети... Пусть порезвятся», – прошептал он про себя, наблюдая, как Нил тянет Хорнет к танцующим, а Хорнет с притворным безразличием прячет улыбку в воротнике накидки. Скрестив руки на груди, Древний решил понаблюдать за происходящим. В этот момент музыка вновь зазвучала – всё та же весёлая, но теперь с новыми оттенками. На сцене началось настоящее буйство движений. Кто-то кружился в стремительном вальсе, а пара уличных акробатов и вовсе принялась выделывать головокружительные пируэты. Астрид уже давно не танцевала, так, лишь изредка, поэтому на протяжении всего танца Нил был ведущим. Так же, как и Хорнет, вела низкорослого и активного Нила, который хотел танцевать более оживлённо. Чему принцесса не особо противилась. Давая ему задавать тепм. Танец продолжался не много, не мало. Но он заставил ребят слегка расслабится. Позабыв о том напряжении, что висело над ними продолжительное время. Даже сам Октавиан, слегка притоптывал в ритм музыки. Когда она вновь стихла, посыпались аплодисменты всем танцующим. Ребята спустились со сцены, будучи уже запыхавшимися, но счастливыми.             — Ладно, это небольшая остановочка, была весьма кстати, — сказала Хорнет, поправляя свою накидку.             — Ага, давненько мы не танцевали, — подключилась Астрид.             — Хэх, молодёжь, — усмехнулся Октавиан. — Ладно, пойдёмте. А то мы лишь одну четвёртую парка прошли.             — Да ладно вас, сэр! — вдруг послышался голос жука, который до этого зазывал всех танцевать. — Может и вы покажите, что умеете?             — Отнюдь, — Теневик поставил перед ним открытую ладонь. — Я далеко не танцор да, и мы спешил.       Зазыватель, правда расстроился, но ничего не мог поделать. Тот лишь пожал плечами, сказав на последок: «Если замочите, приходите!». По мере их ухода от того места, музыка становилась всё тише и тише. Кажется, этот момент подняв всем настроение. Но не стоит забывать, что они могли бы вообще не оказаться в данном парке, если бы не одно но.       Хоть Октавиан и отказался танцевать, в его памяти всплыли обрывки былых времён. Перед мысленным взором промелькнули образы: он, ещё совсем молодой, кружится в вихре праздничного танца, его плащ развевается как тёмное знамя, а смех сливается с музыкой. Скорее всего, те старинные танцы показали бы для других – слишком церемонными и странными. Не такими, как танцует нынешнее поколение. «Да и музыку теперь играют совсем иную», – подумал он, прислушиваясь к ритмам. Заметив его задумчивый и в тоже время, счастливый вид, Астрид призадумалась, о чём он в данный момент думает. Всё же, даже сейчас было довольно не привычно, видеть кого-то из своего же рода. К тому же, настолько древнего.       По мере их продвижения в глубь парка, взору открывалась поистине волшебная картина. Воздух был наполнен ароматом свежескошенной травы и цветущих клумб. Помимо самих верёвочных фонариков, свисавших с ветвей, словно светлячки, вдоль всех тропинок стояли изящные кованые фонари с витражными стеклами, отбрасывающими на дорожки причудливые узоры. Между ними были расставлены деревянные скамейки с резными узорами – то цветочными, то сказочными. А вокруг царило оживление: то тут, то там выступали артисты, превращая парк в настоящую сцену под открытым небом. Жонглеры ловко подбрасывали в воздух огненные шары, оставляя за собой шлейф искр, мимы застывали в забавных позах, заставляя прохожих смеяться. Дети с восторгом наблюдали за фокусником, вытаскивающим из шляпы то маскокрылов, то то ленты всех цветов радуги. Здесь царила такая же праздничная атмосфера, как и в самом городе.