Президент студсовета не тот,за кого себя выдаёт!

      Президент студсовета довольно сомнительная личность. На первый взгляд он кажется обычным человеком: прилежный, умный, галантный — что в нём можно найти не так? Но что-то мне подсказывает, что черти в тихом омуте точно водятся.       Один только взгляд чего стоит! Казалось бы, обычная улыбка, но за ней определённо что-то есть, ведь его глаза пусты, как зеркала, а вот что может прятаться по другую сторону — секрет, пожалуй, слишком большой, чтобы его раскрывать.       Самое смешное, что мы учимся в одном классе, и я сижу прямо за ним. Надеюсь, мои несколько странные взгляды в его сторону не раздражают его взор. Хотя я не настолько приметный, в отличие от него. Вокруг него постоянно куча людей. Особенно часто рядом с ним десять членов студсовета, тоже странные типы.       Такое ощущение, что они какая-то преступная группировка — увы, но это, должно быть, домыслы в моей голове. Смешно!       Однако, в добавок к моим постоянным волнения некоторое время назад по пути домой, в столовой, да и дома тоже я стал замечать на себе мимолётные взгляды. Нет, чёрт, нет! Они не такие уж мимолётные, отнюдь, это откровенный сталкинг. Хочу позвонить в полицию, но мне кажется, что никто не поверит такому невзрачному парню, как я. Да даже доказательств никаких нет! Что за двойная неудача!       Ладно, это можно пережить, привыкнуть к этому и всё! Но кто бы знал, как я ошибался. Всё намного сложнее…

***

      В этот раз и по пути в школу меня долго и упорно преследует чей-то взгляд. Сталкер добрался и до похода в школу. Мне неспокойно. Как только это начинает переходить все грани и меня бросает в дрожь, подходит и кладёт руку мне на плечо он. Да, не кто иной, как президент студсовета! — Эй, Саихара, привет, ты всегда ходишь этой дорогой? — спросил парень немного ниже меня ростом.       Его голос меня немного пугает, но в то же время выводит меня из ощущения преследования, как если бы сталкера уже и не было вовсе. Однако его неизменное выражение лица нечитаемо. Эта улыбка меня напрягает, а лицо немного бросает в жар. Скрипя в сердце от неуверенности, я отвечаю: — П-президент, доброе утро. Да, я всегда здесь хожу, хотя домой люблю другой, потому что там дорога через красивый парк, где приятно посидеть и почитать.       Кажется, я сказал что-то не то или сболтнул лишнего — не знаю! Просто почему его лицо нисколько не изменилось, когда я взглянул на него сквозь кепку, дожидаясь какой-то реакции. Почему-то именно тогда нас резко настигла тишина. Да, я не особо умею поддерживать разговор, но это также не означает, что диалог не строится по принципу вопрос-ответ-реакция на ответ. Или я что-то путаю?       И даже так, почему он так смотрит, будто пытается прожечь во мне дырку? У меня что-то на лице? Да я даже не завтракал, чтобы что-то осталось.       Вздохнув, я пытаюсь отстраниться и уйти от так называемого разговора, состоящего из всего двух фраз. — Ладно, президент, увидимся в классе, — еле выдавил из себя улыбку я.       Резкий обрыв диалога заставил его измениться.Кажется, тогда опять появилось что-то тёмное в его взгляде. Он сжал моё плечо, а потом отпустил. — Хорошо, — не стал задерживать он меня, оставшись стоять на месте.       Ускорив шаг, я оказался раньше всех в кабинете. Что ж, я всё-таки дежурный. Это не удивительно. Но как комфортно быть одному, ведь никто тебя не побеспокоит.       Жаль, но и этот комфорт быстро исчезает вместе с кучкой хулиганов, резко открывших дверь класса. Неудача.       Их главарь вышел вперёд, чтобы заговорить. — Ооо, посмотрите, кто сегодня дежурный? Неужели это наш дорогой и любимый Саихара Шуичи. Что, сегодня твоя очередь быть рабом класса? Какая удача, ведь мы как раз хотели помочь тебе, правда, ребята? — он с безумными глазами устремляется ко мне, оставляя такое расстояние, чтобы прижать меня своим ростом.       Двое подопечных только похихикали над ситуацией, сложившейся не в мою пользу, а потом поспешно закивали, подтверждая наличие желание «помочь».       Моё тело напряглось. Конечно, это не впервые, когда ко мне так подходят, но всё же всегда ощущения, как в первый раз, — страх и беспомощность.       Если бы всё можно было лишить без всего этих издевательств и насилия, то было бы намного лучше. Всё-таки XXI век на дворе, люди способны говорить, и это самая острая стрела и одновременно самое лучшее лекарство.       Но что бы я ни делал и ни сказал, похоже, таким людям не понять. Я уже готов к побоям, смирившись с этим фактом.       И вот главарь замахнулся, держа меня за воротник, как дверь открывается, а в проходе стоит Ома, которому, по идее, в это время надо быть в кабинете студсовета. Его обычная улыбка сменяется оскалом от увиденного, после чего возвращается на место. Устрашающая аура остаётся на месте, когда он спрашивает: — Что вы здесь делаете?       Парни вздрогнули, а главарь отпустил мою рубашку, отчего я упал на пол, начиная дрожать. — Вы меня не слышали? — грозным тоном произнес президент.       Главарь начал отходить от меня, будто ошпаренный, а за ним и его свита. — Н-ничего, — сказал он и убежал вместе с двумя соратниками.       Если честно, то в тот момент я хотел убежать вместе с ними подальше от этого ужасного взгляда, источаемого Кокичи, но ноги меня совсем не слушались.       В тот момент, когда я начал подниматься, ноги до сих пор тряслись, и, видимо, только тогда Кокичи заметил, что всё ещё глазеет на меня со страшным видом, а потому незамедлительно расслабил лицо, подходя ближе, чтобы сказать слова утешения и помочь подняться. — Спасибо, — неуклюже сказал я, просто не находя других слов.       От вида моей беспомощности, кажется, его улыбка стала шире, но я не предал этому большое значения, ссылаясь на полученный стресс. Он помог мне, с чего бы мне теперь бояться его? — Не за что, Саихара-чан, — сказал Ома, поглаживая меня по спине, чтобы я успокоился. — В следующий раз будь осторожнее и посмелее с этими хулиганами, они бояться силы.Хотя я не думаю, что они снова придут к тебе.       Что-то в его словах меня насторожило, но я не стал обращать внимание на это всё, кроме «Саихара-чана». Почему «чан»? Я не девушка, да и мы не слишком близки, чтобы общаться с такими суффиксами. Странно, но это скорее всего моё лично мнение, а для других это нормально, так что неважно.

***

      Остальной день не привнёс ничего нового: уроки, уроки, обед, уроки. Но вот в обед, когда моя голова охладела, а уроки не занимали так сильно мои мысли, я задумался над поведением той банды: почему они так боялись президента?       Он их ниже, да и выглядит не особо сильным под этой идеально выглаженной рубашкой и чистым пиджаком; на физкультуре я на него особо не смотрел, да и зачем, ещё не то подумают. Но это странно, хулиганы не стали бы бояться простого выговора от учителей, поскольку они стабильно раз в месяц его получают. Тогда что? Может быть, за этой улыбкой скрывается монстр, и тогда мне не показалось, что они сбежали от его взгляда.Бред какой, верно?.. — Саихара-чан? — прервал мои размышления человек, о котором я думал. — Всё хорошо? Ты на меня так долго смотрел, неужели влюбился? — расхохотался Ома.       От такого неожиданного заявления я покраснел. Не стоило так долго размышлять, неосознанно смотря в его сторону. После этого я резко захотел разъяснить ситуацию. — Н-нет, всё в порядке. Просто я хочу ещё раз сказать, что благодарен за помощь. Утром я толком ничего не сказал, потому что был в шоке, а сейчас готов полностью излить свои чувства. Что я могу для тебя сделать?       Что? А что я могу для него сделать? Дать деньги или, может быть, пригласить его куда-то или домой. Что? Не знаю, но сейчас я могу это выяснить!       Мои глаза сияли искренней благодарностью, и это была не просто лесть. Видимо, он это понял. — Нишиши, хорошо, я подумаю над этим. Жди мой ответ, — сказал Кокичи, улыбаясь, прежде чем потрепать мою голову и вернуться за свой столик, когда я возвращал упавшую кепку на место. Ну, будь что будет, как говорится.

***

      Вечером дежурство меня тоже не оставило, и под конец моей работы я должен был выбросить мусор из контейнера в мусорку на заднем дворе школы, месте, где в это время ошиваются хулиганы. Кажется, слова президента «будь осторожен» пролетели через мои уши.        Хотя что я мог поделать? Содежурного со мной сегодня вообще не было, он заболел ещё вчера. А кто добровольно захочет остаться, чтобы записаться в рабы дебилам-школьникам, которые не способны за собой нормально убрать?       И вот теперь я один выкидываю огромное ведро, при этом стараясь быть незамеченным.       Выбросив мусор, я расслабился, а зря, ведь в ту же минуту за стенкой рядом послышались голоса. — Мы ничего подобного не делали! — Что? Кому ты лапшу на уши вешаешь? Вы хотели побить кого-то из моего класса. У вас что, мозгов нет.       Страх быстро сменился неким осознанием: второй голос мне был до боли знаком. Президент?       Из интереса, я решил подсмотреть, и это правда оказался он, только вот его вид не тот.Жакет распахнут, его рубашка расстёгнута на две пуговицы, а аккуратно уложенные волосы растопырены в разные стороны. Не может быть, что благовоспитанный Кокичи Ома на самом деле хулиган?!