Мечтать не вредно, ведь мечты сбываются!

      Когда Сейя немного успокоился и стал мыслить уже более рационально и хладнокровно, то первым делом он попытался связаться с Тайки и Ятеном, используя свою рацию, но к сожалению это не принесло никаких результатов — устройство не работало. Тогда молодой человек решил использовать свой мобильный, чтобы связаться с братьями. До Ятена он так и не смог дозвониться — по непонятной причине тот не спешил отвечать на входящий звонок, а вот Тайки сразу же ответил, даже несмотря на то, что в этот момент ему было не очень удобно говорить, так как он принимал ванну. — У тебя что-то срочное, Сейка? — вполне вежливо поинтересовался шатен, усердно намыливая своё тело. — Если честно, то да. У нас в сумеречной зоне завелась нежить… — Так! — взволнованным тоном произнёс Тайки, чувствуя, что как следует расслабиться у него сегодня не получится. — Я сейчас выезжаю, всё равно завтра уже мой черёд патрулировать территорию. Постараюсь доехать за два часа, жди.       Тайки был немногословен и больше ничего не сказал, а Сейя и не стал зря мучить брата пустой болтовнёй по телефону, решив, что лучше всего будет обсудить произошедший инцидент с глазу на глаз. «Теперь я должен вернуться в домик, там моя Куколка наверняка места себе не находит, волнуется. Стоит ли ей рассказывать о том, что случилось? Думаю, да. Она должна знать. Да и не хочется мне от неё ничего утаивать.»

***

      А Усаги, как бы не пыталась воспротивиться попытке уйти в астрал — у неё это не очень-то и получилось. И вот, перед глазами девушки снова всё померкло, и она погрузилась в астральный сон прямо на ходу. Она уверенно стояла на ногах, правда неподвижно и с закрытыми глазами, но со стороны можно было подумать, будто бы она превратилась в статую. А её внутреннее я тем временем оказалось где-то далеко от Кинмоку, Усаги и сама точно не могла понять — где именно она оказалась. Пока вдруг её любопытный взор не узрел большой белый дворец с огромными золотыми и серебристыми куполами, а рядом с дворцом стояла красивая статная женщина, с такой же прической как и у Усаги. От неожиданности у лунной воительницы сердце чуть не выскочило из груди — ей показалось, что она видит родную мать, Королеву Селену, которая когда-то трагически погибла при ужасных обстоятельствах. «Это определённо не будущее. Моя мама же мертва… Интересно, зачем я здесь? Почему моё астральное я отправилось именно сюда?»       К огромному изумлению девушки, её догадки оказались абсолютны верны и перед ней предстала Королева Селена собственной персоной — она была вся в роскошных бело-золотых одеяниях, а её голову венчала весьма дорогая и красивая корона из золота, украшенная множеством мелких бриллиантов. — Приветствую тебя, Принцесса Серенити! — приветливо улыбнулась женщина, подходя ближе и ласковым теплым взглядом смотря на лунную воительницу. — Я вижу, что ты терзаешься сомнениями, дочь моя. — Но как…как ты узнала? — Усаги всё ещё не понимала, что происходит, и почему её астральное я пришло именно сюда. — Я попала в прошлое? — Да, всё верно, — дружелюбно ответила Королева Селена, внимательно рассматривая Усаги. — Ты так выросла уже, так похорошела! Красавица просто! Почему ты терзаешь свою душу сомнениями, дочь моя? Я знаю, что что-то гнетёт тебя. Ты мечешься и никак не можешь выбрать — долг или любовь?       Услышав такие слова от своей проницательной матери, Усаги только диву далась, как та всё могла узнать, если сейчас они находятся в прошлом и её мама давно мертва. И Королева, словно бы прочитав мысли лунной принцессы, — загадочно улыбнулась в ответ, а затем сказала, что душа никогда не умирает, и именно поэтому ей всё известно. — Ты ведь любишь его, правда? — мягко произнесла Селена. «Ты ведь любишь его, правда?» — слова матери эхом отозвались в мыслях девушки, пока Усаги вновь и вновь прокручивал у себя в голове множество воспоминаний, связанных с Сейей и с их интимными моментами, поцелуями, откровенными и искренними разговорами… И конечно же, с их встречей после долгой разлуки. Усаги невольно прослезилась и одновременно с этим улыбнулась, уже в глубине души зная ответ на мучившие её вопросы. — Слушай своё сердце, Усаги. — Продолжала наставлять её Королева, как более опытная и мудрая душа. — Не нужно приносить в жертву свои мечты и желания, не нужно выбирать долг, дружбу, карьеру, или что-то ещё в ущерб себе. В ущерб своим истинным желаниям. Действуй так, как подсказывает тебе твоё сердце, и помни, Усаги, — ты особа королевских кровей. Однажды ты станешь Королевой. А если повезёт, то ещё женой и матерью! Если ты, конечно, этого хочешь…       Остальные слова, произнесенные Королевой было уже не разобрать, а Усаги почувствовала уже до боли знакомое ощущение свободного падения, и перед глазами стало всё плыть, а затем и вовсе — всё увиденное девушкой ранее, исчезло, словно было миражом. Когда Усаги вновь оказалась в своём теле, то увидела перед собой взволнованного Сейю, который был очень удивлен тем, что Усаги заснула прямо на улице, причём в этот момент она уверенно стояла на ногах, лишь слегка опустив лицо, и издалека напоминала статую. — Куколка, как ты? Только не говори, что ты снова в астрале была… — Да, Сейя. Я пошла тебя искать, а потом это и случилось… Сказать честно, я была не готова к этому и пыталась подавить этот рефлекс, но не вышло.       По дороге к домику Усаги по большей части молчала, а вот Сейя активно пытался узнать у своей любимой, куда её занесло в этот раз, и что именно она видела, пока находилась в астрале. Но Усаги ловко ушла от ответа, сказав лишь только, что то, что она видела, сильно повлияло на неё и теперь она уже сделала свой выбор. — Я буду слушать своё сердце и поступать так, как мне оно велит. Я очень хочу обрести личное счастье, Сей. Пойми, мне кажется, что это ощущение необходимо всем женщинам, и я тоже не исключение. Не волнуйся, милый, — Усаги лучезарно улыбнулась старлайту, с нежностью заглядывая в его прекрасные глаза, — на наши отношения ничто не повлияет. Никто и ничто не разрушит наши с тобой отношения, любимый, — с придыханием прошептала лунная принцесса, ощущая очередную волну притяжения к брюнету, ощущая прилив невиданной нежности и любви. Лунная принцесса до того расчувствовалась, что будучи вся на эмоциях, резко развернулась, и положив обе свои руки на крепкие плечи мужчины, внезапно припала к его губам, желая передать посредством поцелуя всю гамму тёплых чувств, что таились у неё в душе. Их губы незамедлительно соединились в страстном, возбуждающем поцелуе, а влажные языки устремились навстречу друг другу, интенсивно соприкасаясь. Руки Усаги плавно скользнули на спину мужчины, обхватив её, а её губы неистово целовали любимого, отдавая страсть, ласку, желание, в то время как старлайт, также всецело отдаваясь поцелую — настойчиво обнимал талию любимой. Едва завершив один поцелуй и немного отдышавшись, Усаги снова притянула к себе любимого человека и рьяно впилась в его губы, желая насладиться столь приятными ощущениями от их поцелуя; Сейе же это было только на руку — ему очень нравилось целоваться с Усаги, и он не собирался лишний раз упускать такую возможность.       И едва они только снова отстранились друг от друга, чтобы немного перевести дух от столь жаркого, глубокого поцелуя, то вскоре их уста опять слились в горячем проникновенном поцелуе, инициатором которого в этот раз уже был Сейя. Он старался целовать свою возлюбленную долго и горячо, как можно глубже пробираясь языком ей в рот, сплетаясь с её языком. — Что на тебя такое нашло, Оданго? — плавно завершив поцелуй, Сейя был приятно удивлён страстностью и темпераментностью любимой девушки, которая редко себе позволяла подобную смелость. — Сама не знаю… — с некоторой долей смущения в голосе произнесла Усаги, ощущая очередную волну влечения к метеору, ощущая острое, словно лезвие ножа, желание близости, желание прикасаться к любимому, трогать и гладить его, целовать и дарить нежность. — Я ещё никогда так не любила, Сейя. Но мне нравится это чувство! Небесно-голубые глаза лунной принцессы буквально светились от восторга, на её лице отчётливо отражались желание близости, желание быть вместе. Однако внезапно Усаги вдруг опомнилась, когда её изучающе-любопыьный взгляд заметил на руках и шее Сейи несколько небольших, но ярких синяков и ссадин, ещё одну царапину она увидела у него на затылке. И разумеется, девушка, обуреваемая беспокойством и тревогой, стала расспрашивать любимого о произошедшем. Сейя не стал ничего утаивать от любимой девушки и рассказал всё как было — про сильную отрицательную энергию, исходящую из сумеречной зоны, про неизвестный портал, и конечно же, про схватку с мертвяки.       Услышав последнее, Усаги мгновенно побледнела и сразу вспомнила то, что видела в астрале, когда разговор вала со своей предполагаемой будущей дочерью. И вновь её худшие опасения стали терзать ей душу, и на сей раз Уса не смогла сдержать это в себе — она решила довериться Сейе и всё рассказать ему. Про Латойю девушка также рассказала Сейе, однако поспешила добавить от себя, что считает это иллюзией, которую ей показала судьба, чтобы сбить с толку. Сейя же придерживался иного мнения, хотя тоже сомневался, что у них с Усаги будет внебрачная дочь. — Тут два варианта. Либо она лжёт, что она внебрачная, либо она нам не дочь! — подытожил мужчина, приобнимая Усаги. — Если вдруг такое случится, что ты забеременеешь, то я как любящий и порядочный мужчина — сразу женюсь на тебе. И это даже не обсуждается.       Пока они с Усаги обсуждали всякое, в это время Какью совсем не скучала, и даже не подозревала о наличии опасностей на Кинмоку, так как её телефон был отключен и Сейя не мог дозвониться до принцессы. Зато сама Какью была очень счастлива, находясь в постели с Алмазом и занимаясь с ним сексом в самых невообразимых и развратных позах — алкоголь в крови девушки давал о себе знать, да и сам немезийский принц был не очень трезв. — Моя сладкая вишенка… — похотливым шёпотом воскликнул Алмаз, беря ладонь Какью в свою и целуя каждый её пальчик. — Ты потрясная, с тобой так хорошо, что я делал бы это беспрерывно! — затем крепкие руки Алмаза добрались до груди кинмокской принцессы — небольшой, но весьма красивой и соблазнительной, и стали с силой её сминать и трогать, пока на лице Оливии сияла блаженная улыбка. — Оу, милый…ты такой…страстный, пошлый, дерзкий! Покажи мне — на что ты способен, малыш! — в голосе кинмокской принцессы прекрасно слышались нотки вожделения. — Давай-давай!       Алмаз, одержимый страстью и влечением к этой красотке с ярко-красными локонами и яркими выразительными глазами гранатового оттенка, — в одно мгновение придавил девушку своим телом, и припал ртом к одному из её сосков, легонько покусывая его, а пальцы блондина уже подбирались к заветному месту Оливии, касаясь половых губ и приоткрывая их. — Ах, как хорошо! Продолжай, продолжай, мой сладкий! Не прошло и минуты, как длинные пальцы Алмаза скользнули внутрь влагалища девушки, пробуя его изнутри, тем самым возбуждая Оливию ещё больше, заставляя девушку ещё больше изнывать от ожидания физической близости. Сначала мужчина активно трахал её лишь двумя пальцами, отмечая про себя, что они уже очень влажные, но вскоре Алмаз аккуратным плавным движением ввёл внутрь её влагалища и третий палец и теперь двигал уже всеми пальцами, пока Оливия стонала и извивалась от удовольствия, наслаждаясь каждой лаской, каждым движением пальцев своего партнёра. И вновь страсть и похоть захлестнула их обоих, заставляя предаваться столь приятным плотским ощущениям, и наконец, когда Алмаз понял, что Какью уже достаточно возбуждена — он ловко устроился у неё между ног и резким движением вогнал свой эрегированный член в её сочное лоно, сразу же начиная двигаться быстро, ритмично, агрессивно, и затыкая рот девушки грубым, пошлым поцелуем. Алмаза нисколько не смущала подобная легкомысленность своей партнёрши и его совсем не заботили то, что она практически чуть ли не а первый день знакомства легла под него. Наоборот, для Алмаза это было только на руку, так как он не любил, когда девушки ломаются или набивают себе цену. «Было бы неплохо замутить групповушку с Какью и Серенити, но похоже, что этим моим мечтам не суждено осуществиться.» — Ааахх…аааааххх, о, милый! — стоны Какью стали довольно громкими, и Алмаз, не желая, чтобы об их любовных утехах знал весь дворец, закрыл рот девушки своей правой ладонью, продолжая изо всей силы трахать её и наслаждаясь сим процессом.       Внезапно в дверь спальни Какью постучали — это была одна из личных служанок принцессы. Но что Какью, что Алмаз предпочли проигнорировать стук в дверь, и моментально заткнулись, но не прервали акт любви, а продолжили трахаться, словно одичавшие кролики. Часом позже.       Алмаз был очень шокирован и одномоментно с этим — очень подавлен, когда его по межгалактической электронной почте настигло известие о нападении войска неживых на три крупнейших города Немезиса и их дальнейшей оккупации. И он прямым текстом заявил Какью, что сегодня же покидает Кинмоку, правда попросил её пока «попридержать» у себя его родных — братьев Сапфира и Рубеуса и любимую младшую сестрёнку Изумруд. — Они взяли в плен нашу мать! — разгневанно вскричал Сапфир, ударяя кулаком по столу. — Я поеду с тобой, брат. И наваляю этим мертвякам! Я буду представлять интересы Немезиса на поле боя! — Нет, — голос Алмаза звучал отрешённо и приглушённо. — Мне нужен живой брат, а не очередной живой мертвец! Так что сидите пока здесь, на Кинмоку. А я должен вернуться. Обещаю, мы за мать нашу отомстим им по полной программе!       Оливия, услышав слова Алмаза, замерла как вкопанная и продолжила сохранять молчание, периодически посматривая то непосредственно на Алмаза, то на его брата Сапфира, который тоже ей очень нравился. Однако сейчас правительница Кинмоку была озадачена другим вопросом — вопросом военной поддержки Немезиса. И на многочисленные вопросительные взгляды, которые сейчас устремились на Какью, она ответила твёрдое и решительное «Нет!» — Прости меня, многоуважаемый принц Алмаз! Но я не могу отправить своих бойцов на верную гибель, отправить их на поле боя, словно слепых и немощных котят. Но вот разведчиков отправлю обязательно.       Не прошло и двух часов после чего разговора с Какью и остальными, как Алмаз уже отправился обратно на Немезис — заниматься подготовкой к обороне столицы и найти возможный способ уничтожить расу неживых. «Должен же быть способ уничтожить этих неживых! Они же не могут быть бессмертными?»

***

      А в это время на Немезисе уже было захвачено около шести городов и неживые с каждым часом всё ближе и ближе подбирались к столице, Вотэйро. — Нам надо завладеть всей их техникой! — громко гаркнул один из командиров, — рослый, коренастый и весьма некрасивый, больше напоминающий живое пугало без глазниц. — Так мы быстрее прпрорвём их оборону! На одних винтовках далеко не уйдёшь… — НЕ НАДО! — в приказном тоне возразил ему грубый бас и тот, обернувшись, увидел своего Вождя. — Их оружие нам ни к чему…люди, вот это другой разговор. Нам нужно больше неживых больше! Всех пленных обращайте в неживых. Ну и у нас ещё магия есть. Так что их оружие — это всего лишь отвлекающий манёвр. Мы непобедимы! И скоро мы превратим в умертвия всю Галактику!       По команде главного, армия неживых вновь начала движение в сторону столицы, вооружившись винтовками, гранатами, ружьями, ну и конечно же, не забывая использовать свою магию мёртвых. Однако на сей раз немезийцы оказали им довольно яростное сопротивление и тоже прибегнул к собственной магии, — наложив заклинание непробиваемости на ворота. — Проклятые уроды, — выругался один мертвяк. — Ещё и сопротивляться вздумали! Усилить атаки! — агрессивно прорычал один из неживых. — Убивайте их любым способом!       Принц Алмаз очень вовремя вернулся на родную планету, и когда он увидел протянувшиеся на много миль безмолвные пустоши, постепенно превращающиеся в умертвия, то он едва смог подавить крик отчаяния. Однако желание защитить любимую планету и отомстить за пленную мать оказалось гораздо сильнее, и Алмаз сел в один из бесхозных автомобилей и погнал по пустынной местности в сторону столицы. И чтобы не оказаться в окружении врага, Алмаз был вынужден добираться до пункта назначения окольными путями — через дремучий и неприглядный лес, однако это нисколько не пугало отважного мужчину. Алмаз был один из тех, которого не так легко взять на страх, и поэтому он принял решение немедленно организовать подготовку к обороне столицы, о чём сообщил по телефону своим ближайшим подчинённым.       А пока неживые безуспешно пытались прорваться в очередной город Немезиса, Королева-мать, закованная в цепи и с грязным кляпом во рту — изнеможденно плелась позади нескольких тысяч мертвецких солдат, мысленно проклятая свою участь. — Освободить рот немезийской шлюхе! — гаркнул один из капитанов-мертвецов, тяжёлой походкой направляясь в сторону пленной. — Сейчас я её допрошу, после чего начнётся веселуха! Грядёт очередное пополнение в наших рядах! Королева Немезиса прекрасно всё слышала, но на её измученном лице не дрогнул ни один мускул, когда к ней подскочили неживые и вынули изо рта кляп. Среди неживых были также и женщины, которые подобно мужчинам, тоже выглядели безобразно и ужасно, источая отвратительный гнилостный запах. — Так, крыса. — Один из командиров склонился над женщиной средних лет и смачно харкнув в неё, рявкнул: — Выкладывай всё, что тебе известно, и за это ты останешься целой, а иначе, — в руках здорового иссохшего мужика появилась огромная бита, — быть тебе безногой и безрукой! — Я. Ничего. Вам. Не скажу. — Изо всвсех сил стиснув зубы и сжав окровавленные пальцы в кулаках, стальным голосом произнесла женщина. — Я лучше умру! — Тут ты, пожалуй, права, — рядом с командиром полка появился и сам Вождь расы неживых и на его уродливом морщинистом лице появилась злорадная улыбка. — Держите её. Пора этой курве стать одной из нас!       Трое неживых крепко схватили измученную и изрядно побитую женщину и стали силой удерживать её, пока их Вождь, склонившись над Королевой, совершал ритуал обращения в неживого. После того как густой серый дым попал ей в рот, женщина задергалась из-за сильной боли и стала вырываться, но всё было тщетно — неживые крепко держали её. Постепенно её пульс и дыхание замедлялись, зрачки и роговицы глаз стали вытекать, кожа вся потрескалась и высохла. И по прошествии десяти минут перед ними уже стояла новая неживая, которая некогда, пусть и в прошлом, была правительницей Немезиса и матерью Алмаза, Сапфира, Рубеуса и Изумруд. Теперь же женщина стала подобием своих мучителей — обезображенная, не живая и не мёртвая. — Готово дело, — удовлетворённо произнёс главный мертвяк ии пожал руку новоиспечённой неживой. — Теперь ты одна из нас, и обязана подчиняться мне. Ступай в яму пока — отсыпайся, набирайся сил.

***

      На Кинмоку близился вечер. После того как Тайки прибыл в сумеречную зону, Сейя ввёл его в курс дела, рассказав всё в мельчайших подробностях и не забыв рассказать и о том, как магический портал загадочным образом исчез сразу после гибели неживого. — Будь бдителен, брат. Следи за обобстановкой и попробуй дозвониться Какью, чтобы всё рассказать ей. Конечно, по возвращении во дворец мы с Усаги всё расскажем ей, но путь туда займёт несколько часов. И будь осторожен, — крепко обняв брата на прощание, Сейя подошёл к Усаги и они вместе взошли на паром, а через несколько минут отчалили от берега.       Переправившись через озеро, вскоре они подошли к белому спорткару и сели в него, а затем Сейя неспеша надавил на газ и они тронулись дальше. Какое-то время они ехали в полной тишине, Усаги просто молча смотрела на то, как Сейя ведёт машину и девушка чувствовала, что её любимый очень напряжён — его руки крепко сжимали руль, а сам он неотрывно следил за дорогой. — Сейя, давай остановимся, — негромко воскликнула Усаги, обеспокоились эмоциональным состоянием Сейи. Не говоря ни слова, Сейя послушно выполнил просьбу своей девушки, и заглушив мотор, устремил на лунную воительницу вопросительный взгляд. Усаги отстегнула свой ремень безопасности, а затем осторожно приблизилась к Сейе, и слегка коснулась его губ, сначала целуя верхнюю губу, затем нижнюю, и только после решаясь углубить поцелуй и перебираясь к Сейе на колени, протягивая правую руку к ремню безопасности, чтобы отстегнуть.       Почувствовав губы Усаги на своих, Сейя моментально поддался её напору и стал наслаждаться поцелуем, медленно и плавно погружаясь в состояние эйфории, и проникая языком в рот любимой максимально быстро и глубоко. Руки старлайта обхватили соблазнительные бёдра девушки, постепенно смыкаясь на её ягодицах, а затем проникая под юбку. Но как только Уса отстранилась от него, Сейя будто бы опомнился. — Куколка, с тобой так хорошо! Ты так классно целуешься, будоражишь и возбуждаешь моё воображение, но сейчас не время. Нам надо торопиться домой. — Да, Сейя. — Слегка покраснев, согласилась с ним Усаги, чувствуя очередной прилив влечения и нежности по отношению к своему мужчине, и необычайно ласковыми, лёгкими движениями пальцев поправляя ему чёлку, а затем прикасаясь к его верхней губе. — Прости меня, я такая беспечная, — Усаги вдруг резко посерьёзнела. — Ты прав, сейчас не время.       На минуту в машине воцарилась пауза: Усаги продолжала сидеть неподвижно на Сейе, всматриваясь в его гипнотический взгляд красивых синих глаз, а Сейя в свою очередь размышлял над собственными словами, которые он произнёс несколько минут назад. Затем его руки ещё крепче обвили попу Усаги и притянули к себе, а во взгляде промелькнул яркий блеск, губы растянулись в ласковой улыбке. — Пончик, прости меня. Я всегда готов подарить тебе ласку! Иди ко мне… И вновь их уста соединились в глубоком и чувственном поцелуе, а языки сплелись воедино, наполняя сердца влюблённых сладким жаром и чувством экстаза, доводя обоих участников процесса практически до предела. Усаги продолжала с упоением целовать губы Сейи, позволяя себе быть активной в этом деле и неистово соприкасаясь с его языком. Ощущения от поцелуя дурманили её, гасили ей разум, выпускали все чувства и эмоции на свободу, вызывая сильнейшее влечение и её руки уже потянулись к штанам любимого человека, осторожно проникая внутрь. — Охх…детка, ты просто огогь! Мне нравится, когда ты смотришь вот так на меня, мне нравится, когда ты вся изнываешь от желания… Но всё-таки давай для начала переберемся на заднее сиденье? Так будет удобнее.       С огромной неохотой Усаги перелезла на заднее сиденье и моментально расстегнула тонкую молнию на своём белоснежном топе, оголяя округлую грудь, и выжидательным взглядом следя за реакцией Сейи, которая последовала сию же минуту, едва он тоже оказался на задних сиденьях своего автомобиля. Усаги вновь уселась на любимого и они опять стали жарко целоваться, поддаваясь буйству страсти и наплевав абсолютно на всё. Губы Усаги практически не отпускали губы старлайта, а её руки ловко срывали с Сейи одежду, и когда она спустила с него боксеры, то моментально устремила взгляд вниз, жадно облизываясь и восхищённо смотря на эрекцию любимого человека. Сейя готов был прямо сию минуту наброситься на Усаги, однако его позабавили некоторое смущение девушки и её медлительность, которые, к слову, были недолгими. Уже меньше чем через минуту правая рука златовласки ласкала эрегированный член мужчины, довольно ощутимо проводя от самого его основания к головке, и с особой нежностью трогая её, искренне радуясь томным вздохам Сейи. — Оданго… — голосом, полным похоти и желания, произнёс Сейя, притягивая к себе лунную принцессу. — Ты…хоть понимаешь, что ты со мной делаешь? — его синие глаза в упор рассматривали небольшие соски Усаги, которые всегда очень сильно привлекали его. — Хочешь быть сверху? — пошло шепнул ей на ухо, проводя ладонью по ложбинке меж её грудей. — Не в этот раз, милый! — лукаво улыбнулась девушка, слезая с метеора. — Сегодня это право остаётся за тобой! Возьми меня, Сейя… Возьми меня, любимый! — слегка откидываясь на мягкое сидение автомобиля Усаги раздвинула ноги, желая этим самым привлечь уже итак возбуждённого мужчину, и надо сказать, её уловка сработала. Сейя, придавив её собой, развёл ноги златовласки в стороны, а затем без всякого промедления проник в её влагалище, наслаждаясь столь приятными, дурманящими ощущениями.